White tombstone

За окном мелькали лучи солнца, освещая тёмный салон автомобиля. Альва вёл одной рукой, другой держа телефон у уха. — Что на этот раз? — спросила медсестра, перебирая таблетки в пластиковой упаковке. — Кветиапин и диазепам, — на том конце провода раздался лёгкий щелчок, видимо, она отложила блистер. — Опять седативные? Может, сменить схему? — Нет. — Но.. — Просто сделай. В голосе Альвы не было ни капли заботы. Только необходимость. Лука должен оставаться послушным. Спокойным. Отрешённым. — Хорошо. Обычная дозировка? — Нет. Увеличь кветиапин. Чуть больше, чем в прошлый раз. — Вы не боитесь, что он заметит? — Даже если заметит, он не сможет ничего сделать. Щелчок выключенного вызова. Лоренц бросил телефон на пассажирское сиденье и сосредоточился на дороге. Он ехал по утренней трассе, подчёркивая взором восходящее солнце. Телефонный разговор уже закончился, но в голове продолжала звучать фраза: "Вы не боитесь, что он заметит?" Нет. Он не боялся. Лука не должен ничего заметить. Не должен задавать вопросов, не должен задумываться. Он должен быть покорным, тихим, медленным. Так проще. Так правильнее. Врач стиснул руль сильнее, ощущая, как в нём поднимается раздражение. Зачем он вообще идёт на это? Лука – его пациент. Проблемный, запутавшийся, скомканный ком эмоций, который сам не знает, чего хочет. Ему нужно, чтобы о нём позаботились. Ему нужно, чтобы его вели за руку. И если для этого придётся подавлять его, ослаблять, делать зависимым, так тому и быть. Пальцы невольно сжались на руле, мужчина поймал себя на том, что это не единственная причина. Дело не только в контроле. Всё это время, наблюдая за Бальзой, он чувствовал что-то ещё. Что-то личное, слишком болезненное, чтобы признаваться себе. Привязанность? Забота? Одержимость? Он не мог это назвать, не хотел разбираться, лишь делать то, что должен.

***

После той ночи он долго не мог заснуть. Трейси ударила в самую больную точку, заставила задуматься о том, о чём он старался не думать. "Игрушка.", "Марионетка.", "Тебя используют." Слова раз за разом всплывали в голове, не давая покоя, что, если она права? Бальза всё это время придерживался тактики послушного пациента. Он притворялся, подыгрывал, использовал Альву, но если посмотреть на ситуацию со стороны.. "Кто из нас действительно использует кого?" Да, Лоренц давал ему свободу, но в рамках, которые сам же и установил. Он забирал его к себе в кабинет, на работу, но всё равно продолжал держать в клетке. И самое главное, не собирался ничего менять. Парень не осознавал этого раньше, если ничего не предпринять так и останется тут до конца своих дней! Застрянет! "А я хочу выбраться." Если раньше он просто пытался доказать своё превосходство, играть в игры, вывести Альву на эмоции, то теперь ему нужно было настоящее решение, решение должно быть продуманным. Трейси и остальные могли помочь, но он не доверял им полностью. Они уже предали его один раз. Но и без них у него ничего не выйдет. "Пока я нужен им, они не бросят меня." "Пока я нужен Альве, он тоже не откажется." В голову ударила мысль о празднике, о поездке в город. "Вот мой шанс." Оказавшись снаружи, пациент мог бы найти то, что ему нужно. Документы. Информацию. Однако прежде чем строить планы, ему нужно было снова стать частью их игры. Лука проснулся раньше обычного, но вставать не спешил, тот обдумывал детали, прогонял в голове возможные сценарии. Надо было не спешить, не палиться, но и не стоять на месте. Настал завтрак который он не ел, а вместе с ним и пришел доктор, причем донельзя не вовремя. — Вы не голодны? Лука пожал плечами, не удосужившись обернуться. — Нет. — Это из-за чего-то конкретного? — поинтересовался врач, усаживаясь на краю постели. Вид его, был таким же как прежде, белый халат, рубашка, галстук, привычный дресс-код больницы. — А обязательно должна быть причина? — возразил Бальза, складывая руки в замок. — Обычно так и бывает. Лука намеренно не стал отвечать. Он чувствовал, как психиатр наблюдает за ним, оценивает, делает выводы. "Пусть теряется в догадках. Пусть сам начинает искать причину." — Вы так смотрите, словно я совершаю что-то ужасное. — Отказ от еды, это тревожный симптом. — Ой, только не надо мне диагнозы ставить, — Бальза наконец хмыкнул, потирая висок. — Хотите, чтобы я поел? Покормите меня с ложечки. Лоренц только выдохнул, вскидывая брови. Доля вредного пациента все же осталась, что не могло не раздражать. — Поешьте сами, сейчас, прошу. Потом же будет невкусным, — попытался убедить доктор, поправляя очки на переносице. — Но я не хочу, или, знаете. Поем в том случае если вы будете вместе со мной.. знаю звучит странно, но так мне будет менее неловко. Да и вообще, с каких пор я завтракаю только у себя в палате? Хочу в кафетерии, здесь у меня пропал аппетит, не буду есть, — лукаво пролепетал Бальза, уложившись на живот, чтобы передней частью тела оказаться возле психиатра, точней, его ног. — Ну так что? — Я не буду, это не этично. — Но хотя бы чуточку! Ну или же кормите меня с ложки, с чужих рук всегда вкуснее. — Прекратите Бальза, вы не маленький, либо ешьте сами, либо сидите голодными, — уже без терпения к подобным выходкам сказал врач, глядя на того сверху вниз. Лука же, лишь вздохнул, нарочно прислоняясь щекой к чужой ноге. Не стоило вызывать подозрений, а значит нужно и дальше липнуть к нему. — А если я очень попрошу? Покормите меня разок, а дальше я буду сам, или поешьте со мной, или чаще берите в кафетерий, что лучше? — настоятельно продолжил Бальза, кладя ладонь тому на колено, плавно поглаживая, с интересом наблюдая за чужой реакцией. Помнись тоже самое делала Изабель.. и самому Луке, это не очень понравилось. Лоренц тихо сглотнул ком в горле, с тем же спокойным выражением лица наблюдая за чужими действиями. — Нет. Это не в моей компетенции. Либо вы едите сами, либо я вовсе прекращу вас брать куда-либо, — строго сказал Лоренц. — Ну и скукотень. Вы и так берете меня с собой редко, пациенты у вас все одинаковые, терапии.. мне надоели, как прикажете развлекаться? — продолжил пациент, заводя руку ближе к внутренней стороне бедра. — Тоесть вы хотите сказать, что хотите, чтобы я вас покормил лишь ради развлечения, просто потому что вам стало скучно? Солгали что нет аппетита? — с лёгкой нервозностью спросил Альва, останавливая блуждающую руку, в нескольких сантиметрах от паха. Это уже совсем не красиво. — Ну почему сразу солгал... Я правда не хочу есть, — опомнился Лука, сдерживаясь от улыбки оттого что только что вытворил. — тоесть ничего с этого не сделаете? Тогда буду вынужден поесть позже, я правда пока не хочу, — убедительно продолжил он. Альва томно выдохнул, пытаясь контролировать свои чувства, но напряжение в воздухе было очевидным. Лука не мог не заметить, как психиатр нервно поправил очки, глядя на него так, будто в его глазах скрывался целый спектр эмоций, которые тот уже давно не показывал. — Хорошо, — коротко сказал Лоренц, вставая и отступая назад. — Если вы не хотите есть, это ваше право. Но мне нужно, чтобы вы вернулись к нормальному режиму, иначе будут последствия. Я предупреждаю. Бальза спокойно поднялся, скользнув взглядом по психиатру. "Пусть пока думает, что я просто капризничу" – мысленно усмехнулся он, в то время как Лоренц продолжал смотреть на него с легким раздражением. Этот момент тоже был частью игры. Альва не был дураком, и сам отлично понимал, что его поведение, это не просто капризы. А Лука в свою очередь, лишь пытался понять, как его можно использовать в дальнейшем. Привязать его к себе, сделать так, чтобы тот не смог уйти, и в то же время оставался рядом. Лоренц вздохнул и снова поправил свой галстук, явно решив, что этот разговор уже завершён. — Завтра мы идем на обследование, — сказал он, как бы невзначай, поворачиваясь к Луке. — Я поговорю с вами позже, когда получите результаты. А сейчас. До скорого, — врач ушел как можно шустрее, оставив пациента одного. Одного, с улыбкой.

***

Не скажешь что такие выходки впрямь приносили ему пользу, но развлечься правда было интересно, да и к тому же побесить врача тоже, сделать то что не является чем-то ужасным, однако неплохо затрагивает нервишки. Тем не менее сейчас, Лука сидел в кресле, на сказанном ранее обследовании. Где медсестра прикрепляла электродные датчики к голове. А он, как послушный пациент, не шевелился, сейчас было не до того, чтобы капризничать, в глазах была сосредоточенность. Этот процесс был очередной возможностью для него узнать что-то новое. Внимательно следя за каждым движением девушки, он постарался выхватить любые малейшие признаки того, что они могут скрывать, раз скрыли таблетки, то вероятно что-то еще? Лука знал, что этот тест ничего не даст на первый взгляд, но он был умнее, чем могло бы показаться. Альва тем временем, стоял у стены, следя за монитором, на котором отображались первые результаты. Бальза наблюдал за ним. Заметив, как врач напрягся, когда на экране появилась необычная волна. — Есть что-то необычное? — спросил Лука с улыбкой, хотя его голос был спокойным и даже несколько безразличным. Лоренц быстро отвернулся от экрана. — Нет, ничего что бы стоило вашего внимания. Всё в пределах нормы. Парень хотел бы верить этому ответу, но его интуиция подсказывала другое. Он был уверен, что что-то скрывается. Он сосредоточился на том, чтобы не выдать свое любопытство и позволить Альве продолжать говорить как обычно, даже если его слова не всегда совпадали с действиями. — Ну, раз так, — сказал Лука, как бы не интересуясь больше. Но в глубине души он уже начал строить гипотезы. Почему доктор так нервничает из-за этого обследования? Почему он скрывает те или иные результаты? Процедура была завершена быстро, медсестра убрала оборудование. Лука встал с кресла, но не спешил покидать комнату. Его взгляд встретился с глазами психиатра, он чувствовал, что тот не хотел, чтобы Лука что-то узнал. Но теперь у него была информация, информация о том, что не все в порядке, и Альва что-то скрывает. — Что это за волнения? Вы ведь сами сказали, что ничего необычного. Или я ошибаюсь? Лоренц казалось, раздражался. Он повернулся к компьютеру и, не глядя на Луку, сказал: — Всё в норме. Идите в свою палату, вам нужно отдохнуть. Бальза замедлил шаг, но только для того, чтобы оставить последнее слово. — Не врите мне пожалуйста. Психиатр не ответил. Он лишь покачал головой, следя за тем, как юношу провожает Мия. После того как обследование прошло безрезультатно, Лука в тот же вечер снова оказался в своей палате. Он сидел на кровати, чувствуя, как каждый угол этой комнаты давит на него. Без окон, с тусклым светом, с белыми стенами, которые казались будто бы застывшими в вечности, создавая атмосферу пустоты. Тишина была оглушающей, нарушаемая лишь собственным дыханием, которое с каждым вдохом становилось все более тяжелым. Он был один, но не в полном смысле этого слова, ведь в этой маленькой комнате, где он проводил дни, был кто-то еще, чье влияние он ощущал постоянно. Быть может, мама? Он скучал за ней, даже если помнил смутно. В конце концов, он зажмурился, закрывая глаза. Лука был в клетке. Но клетка, это не всегда плохое место. Бывает, что она помогает найти выход, и этот выход был у него на поверхности, он просто должен был сосредоточиться. Как только мысли снова обострились, Бальза тихо засмеялся, глядя на дверной замок. Все это время он был так близко к тому, чтобы разобраться в том, что происходило. И вот, прямо перед ним, в каждом его шаге, в каждом взгляде, в каждом разговоре с Альвой, была подсказка, которую он все равно не видел раньше. — Нужно только не потерять голову.. — прошептал Лука, глядя на ручку двери. Снаружи могли ждать разные люди. Слишком много времени прошло в ожиданиях.