Паша жарит

      Яркие солнечные лучи метались по блеклой стене, пробиваясь сквозь тонкие шторы и освещая просторную светлую комнатку. В помещении пахло чем-то вкусным, новогодним — определение этого запаха у каждого человека, разумеется, своё. Но любому сразу захочется включить какой-то случайный фильм, закутаться в тёплом пледике и начать распивать горячий шоколад с глинтвейном, закусывая всё это свежими мандаринками без косточек. Скромная ёлочка со сверкающими новогодними шарами и гирлянда возле ярких плакатов с различными персонажами определенно добавляли свой шарм в данную предпраздничную атмосферу. Сидя в такой уютной комнатке, наши персонажи тоже сохраняли поднятое настроение. Лучи зимнего солнышка играли на порозовевших (после недавней забавы) лицах трех молодых людей. Боня и Паша разлеглись на просторной кровати Синдропа, активно нажимая что-то в телефоне — небольшая передышка после совместного времяпровождения. Сегодня все собрались у Сина, ведь ночные посиделки в ее доме были абсолютно непредсказуемы. С ней никогда не бывало скучно, как в целом всем троим друг с другом — но дома у зеленоглазой они всегда творили что-то странное, развязное. Благодаря всем друзьям её, казалось бы, безобидная светлая комната повидала многое — начавшийся пожар при попытке погадать Паше на картах таро, драку Синнабонов на резиновых членах, поломку кровати во время очень усердного смеха над шуткой про яйца. Как говорится, стены умеют слышать и знают о многом — но сейчас не об этом.       Ребята уже давно заметили, что Синдроп сегодня куда оживлённее, чем обычно. В такие моменты им никогда не было понятно, стоит ли нервничать или ожидать от нее что-то интересное, и поэтому все лишь молча соглашались на общее напряжение. Но, тем не менее, сейчас все дружно уплетали вкуснейшую пиццу, которую совсем недавно принес доставщик.       — Эта пицца просто ахуительна! — с горящими глазами и набитым ртом пропищала Дроп, чуть ли не роняя все мимо рта. Она тут же откусила еще кусочек. — Я же говорила, что вам стоит попробовать! Она моя самая любимая. Еще и значок в подарок положили!       — Есть пиццу из коллаба с геншином — кринжово. — спокойным тоном констатировал факт Сахар, с меньшим энтузиазмом откусывая кусочек. Жаловался он больше для вида — ну кто откажется от возможности подколоть Сина лишний раз?       На эту реплику девушка лишь закатила глаза.       — Не будешь? Отдай мне. — резко вмешалась Боня, тоже говоря с набитым ртом. Пицца ей так же понравилась, и все это время свое восхищение она показывала широкой блаженной улыбкой на лице. И правильно: когда я ем, я глух и нем. Смуглая рука девушки потянулась к кусочку пиццы в Пашиной ладони, намереваясь забрать — но парень тут же встал в защитную позу, поворачиваясь к ней спиной.       — Эу! — возмущенно крикнул Сахар, сразу же поспешно пряча остатки от кусочка в самом укромном месте — в животе. Обе девушки лишь хихикнули.       — Может посмотрим что-то? Или поиграем? — промямлила Син, одновременно жуя и кивая в сторону компьютера. На последнем слове ее глаза озорно блеснули. — В ДСТ!       На ее лице появилась многозначная улыбка, которая не предвещала ничего хорошего. Недавно ребята вместе начали играть в одну классную игру «Don’t starve together», где нужно было выживать совместными с вашей командой усилиями. Паша с Боней уже давно знали её, пока Син только начинала осваивать этот ужасно-прекрасный мир жестокости и больших птиц с яйцами.       — Ого. Сама предлагаешь в ДСТ? — удивленно-наигранным тоном спросил Сахар, отряхивая руки от крошек. Чаще всего они с Бургером звали Дропа мучиться вместе. — Так уж и быть. Неси ноут.       После одобрения её гениальной идеи Син лишь довольно улыбнулась, и тут же помчалась за завалявшимся в другой комнате стареньким ноутбуком — он был специально припасен для таких моментов. Дожевывая последние куски пиццы, двое оставшихся в комнате тоже начали готовиться к предстоящей игре. Бонбон потянулась за рюкзаком неподалеку от кровати, а Паша встал с мягкого кресла. Он тут же резко нахмурился и сжал губы, будто стало плохо после внезапной смены положения — но, простояв на месте пару секунд, всё-таки пошел к маленькому столу напротив дивана. Бургер достала ноутбук, с предвкушением открывая новенькую крышку — все-таки каждый их совместный поход в эту игру заканчивался разными впечатлениями. Ее зеленые глазки тут же метнулись к парню, который, как заметило ее боковое зрение, подозрительно стоял на месте. Губы разомкнулись для того, чтобы что-то у него спросить, но, увидев лицо Сахара, девушка лишь свела брови к переносице. Такая резкая смена настроения была немного странной для Паши, и переживания за своего друга тут же начали подкрадываться к девушке, затмевая ее мыслительную деятельность.       В комнате тут же нависла напряжённая атмосфера. Бонька, притаившись от странного покалывания внутри, включала компьютер и краем глаза смотрела на парня. В ее тревожной голове тут же закрадывались различного рода мысли: «Что-то явно не так!», «Может что серьёзное случилось?», но Бургер усердно пыталась отогнать все переживания — возможно, парень просто не хотел играть, устал, или же у него просто села социальная батарейка. Может, правда стало плохо от того, что тот резко встал — ну а что? У парня уже почетный возраст. Но этих догадок девушке было мало. Ей было необходимо знать, что сейчас с Сахаром все хорошо, иначе она рисковала остаться с нервным тиком до конца вечера.       — Эй, Паш, ты…       — Это пиздец! — практически залетая в комнату, выкрикнула Син, держа в руках пыльный ноутбук и символично чихая. Бонбон тут же нахмурилась и сомкнула губы — момент был упущен. — На нем многолетняя пыль. Можешь слизывать.       С этими словами девушка поставила чудом работающую технику на небольшой стол, за который только что сел Паша. Пыль на крышке символично подлетела вверх.       — Сейчас ты слизывать будешь. — со слабой улыбкой промямлил Сахар, смотря на это чудо техники с неким подозрением. Бургер тут же зацепилась за этот слабый жест — парень улыбнулся. Она выдохнула — в конце концов, если случится что-то серьезное, Паша расскажет. — Он точно не взорвется?       — Не попробуем — не узнаем. — с лукавой ухмылкой ответила Дроп, вальяжно направляясь к своему компьютеру под закатывающиеся глаза Паши. — В любом случае, ты один в зоне риска. Если что, держи в курсе.       Тревожные мысли розововолосой постепенно начали сходить на «нет», и тут же девушка уже по привычке пересела на пол, располагая ноутбук на помятом покрывале дивана. Сейчас они все вместе отвлекутся за игрой — и все точно будет хорошо.       И вот, спустя пятнадцать мучительных минут, проведенных под душераздирающий монолог Бона, шутки Сина и ворчание Паши по поводу компьютера «со времен динозавров», моды были успешно скачаны, и игра тут же началась. Дропу игра давалась не просто, и друзья, как и всегда, пытались предлагать различные полезные советы бедолаге. Это, как и следовало ожидать, не помогало — сильным и независимым девушкам никакие советы не нужны, и она как обычно лишь умирала и умирала, оповещая чат о своих постоянных смертях.       — Ты зачем голодаешь? Фрикадельки в холодильнике. — в очередной раз устало пояснил Паша на выдохе, смотря на оповещение о смерти Сина от голода. Сахар, как и обычно, наводил красоту на огороде — лишь благодаря нему все три бойца были до сих пор живы. Ну. кроме Синдропа. — А это еще что?       Посмотрев в чат, Паша нахмурился. Уведомление о смерти Бона от какой-то странной штуки, про существование которой он даже не знал.       — Не знаю. — удивленно пробубнила Бон, поджав губы. Ей всегда было неловко за свои смерти. Глаза Бургера тут же пробежались по карте и заметили обозначение персонажа Сина неподалеку. — Синдропина, поставишь костёр?       — А, может, хватит умирать? — со странным раздражением прошипел Сахар, что заставило Бона вновь поджать губы и с подозрением посмотреть на Пашу. Обычно он так не злился из-за обычных совместных игр. ДСТ сама по себе была сложной, но с модами Пашота стала сущим Адом. Хорошо, что владыка в этот раз сжалился и помимо усложнений добавил мод на возрождение через костёр.       И вот, под бредовые разговоры Синнабонов прошло четыре игровых дня. Ребята только осваивали прелести недавно построенной базы: Син собирал ресурсы для негодующего Сахара, таская ему навоз с семечками в подарок, Бонька обустраивала базу всем необходимым, а Паша, хоть и был подозрительно молчаливым, заботился о своих друзьях и добротно делал грядки для огорода, который казался просто раем для любого перфекциониста.       — Блять! — Вскрикнула Син, сжимая руки в кулак и ударяя по хлипкому столу. Бонька глазком взглянула на монитор подруги, которая отчаянно пыталась убить пауков, но, как обычно, жалко умерла. — А мистеры пауки знают, что у них мать в канаве?       — Сейчас я приду. — на выдохе прошипела Бонбон, приготовившись идти на другой край мира. Зато сможет «попросить» что-нибудь у Дропа взамен на бескорыстную помощь.       И вот, после того, как Бон поставила костёр, который позволил Сину быстро воскреситься, двое под веселые причитания Дропа отправились домой. Бургер шел с полным инвентарем вещей для Паши, а Дроп тащила паучков для украшения дома, которые показались ей «миловидными»       — Син, кучка! — радостно воскликнула Боня, от чего Дроп вздрогнула на месте и кинула злой взгляд на розововолосую. — Скорее сюда!       Кучка в ДСТ — это прекрасная возможность добыть самый важный материал для курток к наступающей зиме, во время которой все будут умирать в два раза усерднее. Кучка направляла девочек на след, и одновременно вела их все ближе к дому. Довольно удачное стечение обстоятельств. Спустя пару минут ходьбы слон был замечен и началась охота.       — Лети, мой маленький акума. — сквозь истерический смех почти прокричала Синдроп, делая клонов с помощью книги своего персонажа. Но пара секунд, и Дропа убили. А вместе с ним и его клонов. — Да блять!       Ловить слона было очень муторно. Загнать в угол эту топающую субстанцию с носом было практически невозможно — девушки символично кричали от смертей или друг на друга во время их отважной битвы. Но вот, главный нуб игры с именем Синдроп смог ранить животное — и тот с символичным рёвом принялся бороться с персонажами девушек. Обе радостно вскрикнули — Паша лишь поежился на игровом кресле, пытаясь закрыть уши от надоедливого продолжительного шума.       — Синдроп! — пропищала Боня, смотря в экран. — Если сейчас умрешь — я тебя прикончу.       Но радость не продлилась долго — носатый монстр озлобленно побежал на Синдропа в попытках отомстить за причинённый вред. Его шубка покраснела, а рев раздался из динамиков громче. Син не на шутку напряглась и с воем и матами бросилась прочь, но случайно забрела на базу. Животное тут же догнало девушку, начало ударять по площади ногами и…       …разрушило весь огород.       — Ой-ой… — пробубнила Бонбон, закрывая рот рукой. Она тут же посмотрела на Дропа — ту хватил истерический смех. — Пааша.       Словно по щелчку пальцев, Сахар добежал до базы после недолгой экспедиции и встал на месте. Синнабоны резко отстранились от компьютеров и нервно глядели на парня, который пустыми глазами смотрел на монитор и не двигался. Лучше бы сказал хоть что-то, накричал, либо наоборот, успокоил — но он лишь молчал, тем самым пугая обеих девушек. Его реакция была, мягко говоря, странной - их друг никогда себя так не вёл.       Неожиданно для всех, Паша встал и подошел к частично виноватой девушке, которая была ближе к нему — Бонбон.       — Может, время отмотаем? — виновато пробубнила Бургер, глядя в монитор. Она все ещё была сосредоточена на игре. — В конце концов, мы можем помочь построить новый. Да, Синдро… Паша?       Пчелка подняла голову и увидела подходящего к ней парня. Его глаза странно сияли каким-то фиолетовым оттенком. Она ни разу за время их дружбы не видела такого. Розововолосая от страха метнулась назад, но ее тут же сжали за руку и потащили за собой.       — Что ты!.. — пробормотала Бонбон, тут же хныкая от сильной хватки. — Паша, пусти! Ты меня пугаешь!       Сахар продолжал идти к кровати со спокойным лицом. Его хватка была на удивление сильная, вырваться было нельзя — это контрастировало с обычным довольно слабым парнем, над которым Синдроп постоянно шутила. Мимоходом Паша схватил Дропа за шиворот кофты и, уворачиваясь от ее брыканий, толкнул обеих на кровать. Девушки тут же возмущенно вскрикнули, столкнувшись лбами, и в растерянности посмотрели друг на друга.       — Паш, ты адекватный? — тут же начала Син, приподнимаясь с кровати. Она смотрела на парня снизу вверх, отмечая подозрительные изменения в его внешности. Ее брови тут же свелись к переносице, а взгляд стал задумчивым. И Сахар не упустил возможность воспользоваться общим смятением — через пару секунд обе девушки оказались сидящими на его коленях. Син — на левом, Бургер — на правом.       — Теперь вы будете слушать меня. — прошипел Паша в лицо Бонбон, выдыхая и как-то странно улыбаясь. Холодок прошел по спине девушки. Она бы могла описать эту улыбку как смесь чего-то безумного и.. первобытного?       — Ого. Тигр наконец-то показал свои коготки. — сказала Синдроп своим рокочущим голоском, прижимаясь лбом к щеке Сахара. Бургер неуверенно наклонилась, чтобы взглянуть в глаза Дропа — в них плескалась похоть. Ей не послышалось, вся эта ситуация не была плодом ее воображения, поэтому оставался единственный вариант. Ее друзья явно сошли с ума.

* * *

      Наблюдая за резкой сменой настроения Синдропа, Бон тут же нахмурилась. Что, неужели они вдвоем слетели с катушек? Ладно, Сину всегда это было просительно, но что же случилось с Пашей? С Пашей, который всегда спокойно и выдержанно реагировал на любые ситуации, был добр и практически никогда не злился. Может, это очередные проделки Дропа, и та в качестве шутки подмешала что-то в их утренний кофе? Точно. Наверняка, это все ее вина.       Дабы проверить свою умопомрачительную теорию и не видеть того пиздеца, который происходил прямо перед лицом, Бонбон отдернулась назад и повернула свою голову так, чтобы взглянуть на стол с уже давно съеденной едой. Была надежда найти среди пустых тарелок хоть какую-то зацепку: странную пустую баночку или упаковку от таблеток, но Боня не успела. Тут же из-за спины Бургера резко пропала поддержка в виде крепкой руки Сахара, тем самым позволяя жуку с писком свалиться на пол возле дивана.       — Что, уже хочешь убежать, да? — угрожающе пророкотал Паша, медленно подползая к краю кровати и выглядывая на Бургера.       Девушка тут же потерла ушибленную голову и с болью вздохнула, приоткрывая глаза. Ее взгляд зацепился за эти безумные зрачки, которые прямо сейчас хищно оценивали тело на полу, глядя на ту снизу выерх. Радужка глаз Сахара отливала каким-то странным фиолетовым светом. В этих сверкающих глазах плясали лишь похоть и жестокость — ничего более там не удалось найти. От понимания неизбежности ситуации Бонбон вновь со страхом дернулась и поежилась — и наш герой, конечно, заметил бурю эмоций, которая плескалась внутри одной из его жертв.       — Ну же, мы еще только начали. Вон, посмотри: Олень вообще не смущается. — успокаивающе сказал Сахар, хихикая.       Оба перевели взгляд на Синдропа, которая бесцеремонно стягивала с себя майку, но тут же остановилась от услышанных слов, раздраженно цокнув.       — Я не… Сам ты олень. — лишь язвительно ответила девушка, продолжая свое верное дело. Паша лишь хмыкнул — желание Сина было заслужить легче легкого. А вот Бонбон…       — Иди сюда. — тут же уверенно сказал владыка, неожиданно притягивая Бургера к себе и заставляя последнюю удивленно раскрыть глаза от резкой смены положения. Ее вновь прижали к дивану, и та в свое время не упустила возможность в очередной раз предпринять попытку распутать бушующие мысли под звон пряжки ремня. Но Бонбон вновь не успела одуматься — перед ее лицом оказался огромный член.       — Можешь взять в рот. — спокойно промурчал Паша, перекладывая свою крепкую руку на затылок еще более растерянной девушки. Видя нарастающее беспокойство на лице Бони, парень тихонько начал поглаживать малышку по волосам.       — А можно мне взять? — с горящими глазами спросила Синдроп откуда-то сзади, но получив одно грубое «заткнись» разочарованно хмыкнула и тут же нетерпеливо прижалась к стенке.       — Ну же. — успокаивающе продолжил Сахар, проводя тонкими пальцами по линии подбородка Бургера, будто направляя ее голову ближе к эрогенной зоне. — Он не кусается. Обещаю. — тень сомнения все еще отражалась на розовом лице девушки. Но вот, пару секунд — и глаза Паши воодушевленно загорелись, когда Боня нерешительно переложила одну из своих рук на основание члена, а другой оперлась о диван, чуть привстав.       Девушка стеснительно поморгала зелеными глазками, смотря на Пашу снизу вверх. Подергивание его век и блаженная улыбка дала понять — она делает все правильно.       — Я… Я не уверена, как это нужно делать. — робко сказала Бургер, аккуратно перекладывая и вторую руку на основание. Обхватив ствол двумя руками, она сделала одно движение вверх, на что сразу получила одобрительное шипение. — У меня это просто первый раз…       — Не переживай. Ты все делаешь правильно. — прерывая сомнения Бони, тут же ответил Сахар. По его лицу расплылась довольная улыбка, пока нежная рука поглаживала подругу по голове. — Можешь потрогать его пальчиками, потом попробовать на вкус, провести языком и…       — Я вам не мешаю? — донесся низкий голос Синдропа за спиной Паши. Это заставило Бонбона перевести свой сконцентрированный взгляд на новой миссии вслед за источником голоса. Темноволосая девушка сидела у стенки, сложив руки на пышной груди, и недовольно оценивала взглядом любовничков.       — Не мешаешь. — спокойно, но с ноткой раздражения ответил Сахар, даже не оборачиваясь назад. Сейчас хотелось заняться неопытной Бонбон, а недовольные возгласы Дропа лишь мешали им и отпугивали его уважаемую жертву. — А пока можешь растянуть себя.       — Точно! — глаза Сина тут же загорелись, когда ей дали задание. А Паша лишь выдохнул — чем бы дите не тешилось. Синдроп быстро привстала и поменяла позу, с легкостью раздвигая ноги, что заставило Бонбона неловко отвести взгляд. Как она может быть такой открытой?       — Покажи язычок. — тут же спокойно продолжил Сахар, вновь концентрируя все внимание и взгляд Бонбона на себе. Ее щеки тут же покраснели, а глаза застенчиво забегали. Прошло только тридцать секунд, а она уже и забыла, что перед ее лицом прямо сейчас был огромный член.       — Я-язычок?.. — чуть заикаясь, спросила Бонбон. Она робко сжала ручки на основании члена и нахмурилась, пытаясь переключить внимание мужчины на свои руки, а не на рот.       — Язычок. — бархатным и спокойным голосом подтвердил Паша, перекладывая руку на щеку своей подопечной. Он поглаживал бархатную кожу, большим пальцем задевая пухлые и влажные губки, а когда девушка осторожно приоткрыла рот, тут же проскользнул внутрь. — Вот так. Умница.       Ловкий палец Сахара тут же принялся играться с открывшимся ему ротиком. Он надавливал на мягкий язычок, невзначай проходился по зубам, растягивал пухлые щечки изнутри.       — Обхвати губами. — иногда лишь приговаривал Паша, и, когда Бонбон послушно обхватывала своими пухлыми губами палец, мужчина тяжело выдыхал, представляя вместо руки свой член. — Вот так. Готова попробовать нечто большее?       — Большее..? — неуверенно спросила девушка, глядя на Сахара снизу вверх. Ее глаза на секунду метнулись вниз, глядя на огромный член мужчины, а потом с неуверенным прищуром переключились на его лицо вновь. Она точно сможет принять это в себя?       — Не бойся. Я скажу, если ты делаешь что-то не так. — уверенно сказал Паша, перекладывая руку на свой член и проходясь пару раз по стоящему органу. Он не желал церемониться, ведь и так уже достаточно сделал для обеспечения комфорта девушки.       — Ну… хорошо. — на выдохе ответила Бонбон, видя предельно понятные намерения владыки. Она неловко переложила руки на свои коленки и сжала их в кулачки. — Что я должна сделать?       — Просто открой рот. — бархатным голосом ответил паша, подводя руку ближе к головке члена. Он дождался, пока пухлые губы Бургера разомкнутся, и с нетерпением дернулся вперед. — Теперь расслабь горлышко и побудь моей дырочкой.       И вот, проведя мокрой от предэякулятора головкой по розовым губам, Паша двинулся вперед. Его рука перелегла на голову Бонбона, сжимая копну розовых волос, и ввиду резкого погружения в тепло из рта Сахара вырвался нетерпеливый, странный рык.       — Вот так, умница. — хрипя от нарастающего возбуждения и жара прохрипел мужчина, приподнимая свою футболку и оголяя подтянутый живот. — Теперь можешь сомкнуть губы вокруг него. Только не задевай зубами!       Бонбон лишь похлопала глазками, смотря на Владыку снизу вверх, а потом нахмурилась, предвкушая выполнение сложного задания. Ее губы обхватили толстый ствол. Челюсть сразу почувствовала себя некомфортно, и девушка могла лишь догадываться, как она будет болеть потом. Сахар, подождав еще немного, толкнулся в горячее нутро, и из его горла тут же раздался сдавленный стон.       — Так хорошо… — прошептал мужчина, откидываясь. Спустя мгновение он потянул Боню назад, а потом вновь толкнулся навстречу. Опустив голову, он увидел лишь удивленные глаза девушки, которая почти кряхтела, пытаясь принять член и не задеть зубами. Это вызвало у Паши смешок. — Расслабься. Ты отлично справляешься.       И вот, пустя пару минут игры с ртом Бургера Сахар неожиданно схватил девушку за волосы и насадил ее голову на член чуть глубже. Розововолосая тут же округлила глаза, и, когда ее отпустили, она отстранилась от члена и закашлялась. По ее лицу стекла одинокая слеза.       — Мы!.. Мы так не договаривались! — возмущенно вскрикнула Боня, исподлобья смотря на мужчину озлобленным взглядом. Ее ручки все еще держались за горло, а внутри чувствовался странный зуд.       — Мы никак не договаривались. — равнодушно пробубнил Паша, вновь хватая девушку за голову. Та не особо сопротивлялась, хоть и вздрогнула от резкого грубого прикосновения. — Сейчас привыкнешь. Просто, блять, расслабься и не рыпайся.       Злость Паши заставила девушку поежиться от страха, ведь не хотелось злить и так рехнувшегося головой парня. Она вновь послушно разомкнула губы, зажмуривая глаза, когда член вошел в ее податливый рот и толкнулся до глотки.       — Ммм! — промычала Бонбон в член, вновь чувствуя слезы и рвотный позыв. Паше же ее мычание было только на пользу — вибрация от глухого звука пронеслась по его члену, выливаясь в вздрагивание тела. Парень тут же толкнулся навстречу еще раз, увеличивая темп.       — Вот так. Расслабь горлышко для хозяина. — сквозь рваные вздохи, стоны и рычания сдавленно прошипел Паша, ритмично двигаясь бедрами вперед.       Он опустил голову, вновь хватаясь за футболку и оттягивая ее вверх — становилось ужасно жарко. Девушка внизу лишь давилась и мычала, неумело кашляла на член, когда парень толкался слишком глубоко. Слезы, виной которых было сдерживание рвотного рефлекса, стекали с ее щек, мешаясь со стекающими изо рта слюнями. Саму челюсть неприятно сводило, как и подозревала Бургер. Ее ручки сжимали бедра Паши, пытаясь ухватиться хотя бы за что нибудь.       — Покажи глазки. — издевательски прошипел он, гладя Боню по щеке.       Ей ничего не оставалось, кроме как стыдливо поднять взгляд, показывая все слезы и смущение. И, пока Сахар играл с ее ротиком, иногда с хлюпом выходя из тепла и погружаясь обратно, Бонбон была вынуждена смотреть на Владыку снизу вверх, не говоря ничего против. На довольном покрасневшем лице Паши появилась ухмылка. Он приоткрыл рот, отчаянно глотая воздух и постанывая. Голова парня наконец-то откинулась назад, а изо рта послышался первый громкий стон. Но тут же худое тело парня почувствовало теплое прикосновение к своей спине, и Сахар, обернувшись назад, увидел Синдропа. Она легонько начала поглаживать плечо Паши, ехидно улыбаясь и явно пытаясь привлечь к себе заслуженное внимание.       — Мне скучно. Разве можно заставлять девушку ждать? — прошептала она, когда ее аккуратная ручка перелегла на худую грудь парня, чуть сжимая, а сама девушка чуть нагнула голову, чтобы оставить горячий поцелуй на бледной коже шеи. Паша недовольно поморщился — неожиданные касания были нежеланными сейчас и только выбивали его из пучины наслаждения. Повернувшись к источнику прикосновений, в его поле зрения появились прекрасные оголённые формы Сина. Совсем не стеснялась — будто каждый день занимается таким. Ну, а кто знает?       — Я же сказал съебать. — раздраженно ответил паша, отворачиваясь и вновь переведя всё своё внимание на Бонбона. Он вновь улыбнулся ей — как мило. Погладив Бургера по голове, он убрал блестящие розовые пряди с её лица, чтобы поближе рассмотреть милое личико поближе. Или, ловко простроить траекторию пристройки члена еще куда-нибудь. Бургер тут же, уже сама, открыла свой ротик и достала язычок, приглашая войти в свой разгоряченный ротик вновь.       — Ого. Какая ты уже смелая. — восхищенно ответил парень, не теряя возможности тут же направить член внутрь, вызывая кашель у Бургера. — Я приятно удивлен. Вот видишь, здесь нет ничего страшного.       Но щипки за его спину от девушки сзади дали понять — Синдроп всё еще не успокоилась. Это начинало подбешивать парня. И это еще мягко сказано. Он закатил глаза и повернул голову назад, почти прожигая своим взглядом на Сине дыру — неужели нельзя быть менее назойливым? Разве с первого раза было непонятно, что просят уйти? Раздражает. Всегда неугомонная.       Но Сахар не был плохим парнем — раз леди желает, значит, нужно дать ей того, чего она хочет. Легонько похлопав по голове Бонбон, он дал понять, что ей лучше остановиться и вытащил член изо рта. Жучок лишь нахмурилась и неловко посмотрела — она не поняла этих действий со стороны парня и подумала, что сделала что-то неправильно. Девушка отдышалась и уже приоткрыла рот, чтобы спросить, но её перебили:       — Ты умничка, Бон, для первого раза неплохо. — Промурчал Паша своим сладеньким голоском, заботливо вытирая слюну с пухлых губ девушки и одобрительно улыбаясь.       Закончив процедуру выражения любви, парень резко обернулся назад и раздраженно посмотрел на Сина позади себя. Только сейчас они могли полностью оглядеть фигуры друг друга: Сахар смотрел на красивое телосложение девушки, с большой грудью и попкой; а Дроп осмотрел худое, но подтянутое тело ее друга, устремляя глаза на член. Однажды они случайно увидели друг друга в душе, но его член.. изменился? Стал больше, приобрел какой-то фиолетовый оттенок.. и куда-то делись яйца.       — Ого, какой щенячий. — не удержалась от шутки девушка, все еще смотря ему между ног, хотя, там скорее был собачий член — он и правда приобрел внушительные размеры. — Когда отрастить успе…       Но ей не дали договорить, хватили за руку и кинули на кровать. И силенок у Паши стало побольше. Это чуть смутило Сина — но какая разница, если можно классно потрахаться, верно?

* * *

      Когда человек зол, ему всегда хочется сбросить напряжение, и на это есть целая уйма способов: избить подушку, покричать в пустоту, или же просто переключить внимание на что-то другое. И у Сахара как раз таки появилась идея, как избавиться от этих удушающих, темных эмоций — перед ним прямо сейчас находился прекрасный экземпляр в виде второй его жертвы. Синдроп нахмурилась и начала тяжело дышать, когда ее толкнули на мягкий матрас, а одна из сильных рук вжала ее лицо в кровать. Но затем Паша куда-то отошёл, позволяя девушке принять более удобную позу. Она чуть привстала — оперлась на руки и начала приподнимать зад. Син кинула быстрый взгляд на розоволосую девушку позади, которая уже успела пересесть на стул и поджать к себе коленки. Та смотрела на нее как-то выжидающе, будто анализируя сложившуюся ситуацию и делая определенные выводы — это раздражало Синдроп, поэтому она показательно поморщила нос. Но, не успев выразить свое полное недовольство, девушка расширила глаза и посмотрела назад. Паша вернулся с тюбиком ее вишневого лубриканта, подхватывая за живот и шлепая по заднице. Дроп лишь хмыкнула.       — Не используй много. — предостерегла она, сильнее прогибаясь в стене, чтобы парню было удобнее её растягивать. Она сдула волосы с лица, нагибаясь так, как ей было удобнее.       — Куплю тебе новую. — ответил Паша, щедро выдавливая прозрачную жидкость на два пальца. Он чуть поморщился и нахмурился от запаха — какой-то цветочный. — И без запаха.       — Без запаха неинтере… — хотела возразить девушка, но ее тут же прервали. — Мхх!       Из ее рта вылетел первый несдержанный стон, который больше был похож на мычание. Сахар вошел в нее сразу двумя пальцами, растягивая стенки. Причем сзади. Синдроп тут же попыталась расслабиться, и ее щеки покраснели. Она подтянула к себе подушку, сжимая ее руками и утыкаясь в нее носом. Девушка томно усмехнулась и прикрыла глаза. Син не была особо против, но было интересно, почему он выбрал именно туда.       — Нарисовался своих геев, и теперь не знаешь другого места, куда можно всунуть пальцы? — язвительно ответила Син, хихикая. Но ее смех тут же был прерван еще одним гортанным стоном — Сахар в наказание толкнулся до упора.       — Хоть тут помолчи. — раздраженно ответил он, продолжая растягивать девушку. Он игрался — то входил, то выходил, мог надавить до упора или же шевелить только кончиками пальцев. В основном, его целью было не уменьшение комфорта девушки, а ее подразнивания, ну или же достижение собственного наслаждения. Парень прекрасно понимал: вероятнее всего, ей такое нравится.       Пары минут хватило, чтобы стенки девушки перестали сжиматься вокруг двух длинных пальцев — и для Паши это стало сигналом к действию, он не мог больше ждать. С громким и неожиданным даже для самой себя визгом Син рухнула на кровать, но сильные руки тут же поддержали её тело, не давая возможность упасть окончательно.       — А вы сегодня грубый. — с сомнением пробубнила Дроп — Сахар в ответ промолчал, занятый обеспечением необходимого количества смазки на будущем месте их соприкосновения.       Парень резко заломил руки девушки за худой спиной, сгибая их в локтях и оповещая о том, что всё было готово ко вторжению. Дроп лишь нахмурилась и вскрикнула, поворачивая голову на бок и глотая воздух. Парень довольно улыбнулся, наклонившись к ее лицу и будто впитывая все её эмоции — наслаждался моментом предвкушения, осматривая это тело, которым можно распоряжаться как угодно. После легкого скольжения члена по ягодицам Паша расположился у сладостной дырочки.       — Как думаешь, насколько глубоко он может войти? — промурчал Сахар ей на ухо, неожиданно нежно целуя в висок. Затишье перед бурей. — Ты же будешь хорошей девочкой и примешь всё до последнего?       Дроп лишь сглотнула слюну от таких слов, боязливо морщась. Вроде было страшно, её друг явно был раздражен — но ноги потрясывались, полностью выдавая девушку. Паша это прекрасно видел и лишь усмехнулся, прижимая бедра ближе.       — Да. — спустя пару секунд размышлений ответила девушка, смотря парню в глаза.       Сахару не нужно было повторять несколько раз — в любом случае, успеет помучать ее позже. Без долгих прелюдий, он резко входит. Син моментально выгнулась, сразу издавая громкий стон. В уголках глаз тут же скопились слёзы — принимать огромный член в задницу, оказывается, не особо приятно. А особенно, когда не было должной подготовки. Кожу начало покалывать от новых ощущений, а красивое личико практически всё покраснело. Ей дали привыкнуть и отдышаться пару секунд, но потом таким же резким движением зашли до самого конца. Синдроп тут же дернулась вперед и хватилась за подушку под ней, хныкая и жмуря глаза.       — Ты так хорошо приняла меня. — голос Паши пылал наслаждением. Он тут же взял густые волосы девушки в кулак, больно оттягивая назад, только чтобы дотянуться до ее ушка и обжечь своим горячим дыханием. — Умница. Заслужила награду.       Почти сразу после этих слов последовали слабые толчки, и после каждого парень пробивался все глубже и глубже. Девушка рвано дышала и стонала, пуская слюни на подушку под собой — ее волосы все еще сжимали, шею покрывали укусами, а запястья сжимали за спиной так, что, вероятнее всего, останутся синякии. Синдроп всеми силами ловила воздух ртом, не имея сил возразить Паше, да будто бы не особо хотела — боль делала ее живой, заставляла чувствовать, как она балансировала на грани потери самообладания, отдавая самое важное в жизни, то, без чего она задыхалась — самоконтроль. Нет, она не была рисковым человеком — но иногда ей нравилось ставить всё на кон и отдаваться в чьи-то ненадежные руки, чувствуя прилив адреналина и азарта. Это было полезно, в какой-то степени.       А Паше льстило видеть дрожащее и слабое тело Сина, его стресс и раздражение как рукой сняло. Наконец-то он смог показать своё превосходство, заткнуть рот надоедливой девушки и наслаждаться ее страдальческим выражением лица. Син постепенно начала привыкать к такому ритму, как вдруг Паше стало мало — он тут же ускорил темп, шлепки и рваные стоны обоих разнеслись по комнате, когда Сина начали вдавливать в кровать сильнее. Оба были на пределе.       — Я… я сейчас… — промямлила Синдроп, чувствуя сильное пульсирование внутри себя. Паша тоже заметил, как подрагивали ее ноги, как она начала сжимать его член своей тугой дырочкой. Он тут же сделал последний толчок вперед и резко вышел, не давая девушке кончить и не кончая сам.       — Не дам. — с хитрой ухмылкой произнес Паша, выдыхая и откидываясь назад под грустное хныканье Сина.       Мужчина вытащил полуобмякший член из подрагивающего тела Синдропа. Издевательски улыбаясь, он посмотрел на девушку сверху вниз — после грубых толчков та обмякла, хоть и дрожь в теле из-за прерванного оргазма всё еще осталась, и лишь тихо мычала, пытаясь отдышаться. И хорошо. Паша, безусловно, как никто другой был доволен своей работой. Он надеялся, что эта надоедливая женщина проваляется в таком состоянии еще как минимум полчаса.       Руки Сахара тут же легли на основание члена и провели пару раз по стволу, мгновенно возвращая органу стоячее положение. Он еще далеко не закончил и даже не планировал. Его сверкающие от похоти глаза тут же метнулись в сторону Бонбона, которая всё это время лишь ошарашено смотрела на происходящее. Улыбка на лице мужчины стала более лукавой, когда он, прихватив смазку, подошел к Бургеру ближе.       — Ты явно заскучала. Хочешь, поиграем? — озорным голосом промурчал Сахар, хватая девушку за руку и мгновенно прижимая ее животом к кровати. Верхняя часть туловища Бони лежала на мягкой поверхности, а нижняя все еще была на полу — фактически, девушку поставили раком всего за пару секунд. Она панически выдохнула, поднимая голову. Но всё, что она могла видеть — подрагивающее тело Синдропа перед собой.       — Ч-что ты..! — лишь возмущенно пропищала та, пытаясь вырваться из крепкой хватки — всё-таки Боня, в отличие от Дропа, ненавидела любую грубость по отношению к ней. Особенно в таком интимном плане, как секс. Конечно же, попытки вырваться были тщетными.       — Тише, букашка. Я сделаю все по красоте, если ты не будешь напрягаться. — продолжил завлекать Паша своим бархатным голосом, пристраиваясь к аккуратной попке девушки своим пахом. Упругие ягодицы обтягивали синие джинсы, и от вида голого, колом стоящего члена, который лежал на них, у Паши потекли слюнки.       — Паш! Мне… мне страшно. — все еще пытаясь уговорить мужчину на убавление оборотов, прошептала девушка.       Ее беспокойное тело дергалось, а голова норовила повернуться назад. Но тут же она почувствовала что-то — ее потянули за голову назад, обхватывая усики на макушке головы ловкими пальчиками.       — Всегда нравились эти усики. Хотелось потрогать, пощупать, потянуть назад. интересно, они порвутся? — своим язвительным бархатным голоском проговорил Паша, трогая усики за основание рядом с головой. Бархатные, тонкие, но, на удивление, такие крепкие — с ними можно было делать всё, что угодно. Бон лишь стыдливо промычала и уткнулась в собственные руки, а после слов Сахара лишь вздрогнула. Она и так была напугана, а слова друга сделали лишь хуже. — Шучу, конечно. Мне такое не нравится.       Парень, не убирая ухмылку со своего лица, продолжил нежно поглаживать основание хитиновой поверхности. Еще пару минут он лишь внимал, как выражение лица девушки снизу медленно сменяется со страха на неуверенность, а позже и вовсе на блаженство — это выдавало подрагивание её рук и залитые румянцем щеки. Вполне наигравшись и удовлетворившись с успокоения пугливой натуры Бона, Сахар тут же стянул яркие джинсы с худых бедер так быстро, чтобы никаких протестов или вопросов не оставалось — они тут ни к чему. Излишние сомнения Бургера не отталкивали, а наоборот, привлекали — так Паша мог видеть в ней что-то живое, ранимое, а самое главное, человечное. Это отличало девушку от Сина, которая, если перевести взгляд, всё еще обессилено валялась на кровати. Определенные подводные камни, выдающие её натуру, точно были в её действиях — но они либо были неправильно поняты, либо она сама решала их не показывать. Ну и ладно.       Сахар не стал мелочиться — щедро вылил на три пальца смердящую смазку, пачкая серый пол, положил руку на живот Бони, прошептал тихое «расслабься» и аккуратно протолкнулся внутрь одним пальцем. Из полуоткрытого рта девушки вырвался больше удивленный стон, когда она сама чуть нахмурилась и прогнулась в спине, пытаясь принять худой и длинный палец внутри нее. Отголоски здравого смысла всё ещё кричали об абсурдности сложившейся ситуации, но Бонбон была из тех людей, которые отдавались своему сердцу, если рядом не было потенциальной опасности. А особенно, если рядом были её друзья. Если их так еще можно было назвать.       Сахар растягивал девушку плавно, боясь навредить, что крайне разилось с быстрой подготовкой Синдропа. Парень вглядывался в лицо розововолосой, внимал каждую дернувшуюся мимическую мышцу, каждый слабый стон и опускание ресниц; и старался подобрать правильный темп, наклон в соответствии с увиденной реакцией. Через несколько минут, которые пролетели для обоих с разным ожиданием, а от того, как будто с разной скоростью, три пальца свободно входили в промежность Бона. Паша брал там же, сзади — но никакого дискомфорта ни у кого не возникало. Он вошел еще один раз, надавливая чуть сильнее и тем самым вызывая прерывистый стон у девушки, и тут же с характерным звуком вышел. Ноги Бона дернулись, когда Сахар быстро пристроился сзади. Мутные глаза нашли тело Сина перед ней, при первом взгляде на которое казалось, будто это фарфоровая кукла в красивой упаковке. У таких кукол еще поднимались круглые глазки, когда их владелец менял их положение — у Дропа сейчас было точно так же. Ведь она уже лениво взяла телефон и, как ни в чем не бывало, печатала кому-то и характерно постукивала по экрану ногтями. Руки нервно сжали покрывало — будет ли Паша и с ней так жесток?       — Не нервничай. — будто замечая её реакцию, спокойно произнес парень. Его аккуратные руки легли на поясницу Бургера, начиная нежно поглаживать — попытка облегчить предстоящие неприятные ощущения и хоть немного отвлечь бедолагу Бона. — Расслабься. Я буду нежен. Остановимся, если ты того захочешь.       Неуверенного кивка от нее хватило, и Паша направил головку члена внутрь, входя лишь на треть. Вообще, он был из тех людей, которые залпом выпивали горькое лекарство, одним рывком вкалывали иглу от шприца, ведь лучше секунду помучаться, чем растягивать собственные страдание из-за глупого страха — и до секса эта привычка тоже дошла. Но стоило Бонбону издать первый громкий стон и болезненно дернуться, как Сахар тут же остановился, понимая, что лучше дать привыкнуть. Он нашел глазами ее затылок, вглядываясь в него и пытаясь прочитать ее реакцию, хотя по языку тела всё и так было предельно ясно. Он тут же пожалел, что не положил девушку на спину перед собой, чтобы смотреть на её красивое личико и распознавать боль на чужом лице было удобнее.       Через пару мгновений мужчина почувствовал, как стенки Бургера наконец-то расслабились — это явно был знак двигаться дальше. И Паша не стал терять ни секунды — поцеловал в плечо, стараясь отвлечь, и осторожно двинулся вперед. Девушка ни разу не простонала, лишь закусывала подушку, которую успешно своровала у Дропа, что дало парню продвинуться до основания без лишних препятствий. Оба облегченно выдохнули, когда член оказался внутри по основание — дальше вводить его парень не хотел, мог навредить девушке или вызвать лишний дискомфорт, который никому сейчас не нужен был. Тихое и уже привычное для Бони «умничка» донеслось до ушей, и она не могла отрицать факта того, что эти слова оказывали на нее заметное положительное воздействие.       На этот раз Сахар решил двинуться быстрее — уже через несколько секунд он сделал первый медленный толчок. Смысла от пребывания члена внутри он не видел — легче привыкнуть, когда он находится в движении. Бон лишь впилась подушечками пальцев в кровать, откинула голову назад и протяжно простонала. Резко стало жарко — воздух стал душный, разящий похотью, кожа стала влажной. Но от этого момент стал еще интимнее. Вздохи срывались с губ, тела липли к друг другу при каждом толчке. Парень так и пытался успокоить Бургера легкими поцелуями и покусываниями в смуглую спину. Когда толчки перешли на новый темп, его рука нашла ее руку — она тут же обхватила его, будто спасательный круг в Тихом океане. Паша притянул голову ближе, почти кладя на чужое плечо — они всмотрелись в глаза друг другу, заботливо пытаясь найти хоть каплю дискомфорта в чужих глазах, но нашли лишь наслаждение от их соития. Понимая это, парень и девушка обхватили друг друга крепче, а толчки стали более глубокими, чувственными — пока они смотрели друг другу в глаза, выдыхали, чувствуя чужое теплое дыхание на своей коже, внимали каждую реакцию друг друга, ничего не было страшно. Та самая безобидная комнатка полностью заполнилась сбитыми шлепками, стонами и вздохами, а они же сами, казалось, могли слышать, как прикасается друг к другу их кожа. И лишь полуголые персонажи на цветных постерах наблюдали за их слиянием, смотря на пару с осуждающим восхищением. Такая атмосфера не осталась незамеченной и Синдропом — почувствовав странный жар сбоку, она тут же обернулась на них и заметила то, как её друзья смотрят в лицо друг другу. Она тут же усмехнулась. Так ванильно — аж блевать тянуло.       Паша и Бон отстранились друг от друга и выпрямились, лишь когда почувствовали приятное жжение внутри — предвестник скорого оргазма. Толчки стали более сбитыми, шлепки бедер об бедра — громче, а стоны — более неровными и громкими. Бонбон поджала пальцы, выгибаясь в спине, будто кошка, когда по её телу прошла волна оргазма. Сильная, будто прошибло электрическим током — только в данном случае было приятно. Почувствовав, как девушка снизу сжимает его член собой и громко стонет, Паша лишь успевает сделать последний рваный толчок, выйти из заднего прохода, войти в ее вагину и закончить прямо туда. Дело было сделано.       Дальше — лишь напуганное лицо Бонбон, которая отчаянно пыталась отдышаться, но не могла не отреагировать на последний толчок Сахара. Она обернулась и посмотрела на парня позади себя из-под полуоткрытых век, сводя брови на переносице.       — Ты что сделал? – пытаясь сбросить пелену похоти с глаз и несколько раз моргая, напуганно спросила Бонбон, даже не успевая до конца отдышаться. Взгляд, наконец, сконцентрировался на парне перед ней - тот лишь ехидно улыбался.              — Оплодотворил тебя. – хитрым голосом сказал мужчина, падая на кровать рядом и устало выдыхая. Он произнес эти слова без особого удивления, без какого-либо страха — лишь с озорством и уверенностью, будто это и был его изначальный план. — А что?       Внутри Бона разыгралась буря эмоций — страх, непринятие, отрицание и отчаяние. Девушка кинула взгляд вниз, будто пытаясь понять, не приснилось ли ей происходящее. Но, увидев белую струйку густого семени, вытекающую из её промежности, она поняла — всё это не было странной шуткой затуманенного разума, было лишь непримиримой реальностью. Бургер всхлипнула, пуская обжигающую слезу, которая сразу стремительно скатилась по и без того влажной коже щеки вниз, и тут же подняла свой оскорбленный взгляд на мужчину. Она не желала мириться с тем, что он сделал — по крайней мере, не сейчас.       — Ты знал.. Ты сделал это специально! — злобно прошипела девушка сквозь слёзы, нервно дёргая себя за копну розовых волос. Тон её голоса заметно стал громче: было понятно, что Боня на грани истерики. Нет, ну только представьте — днём вы безобидно смеетесь и едите пиццу со своим другом, а вечером он вас оплодотворяет. Разве такое возможно? — Зачем? Зачем ты это сделал!?       — Замолчи. — тут же огрызнулся Сахар, лишь закатывая глаза на её раздражающее нытье. От непривычно-грубого тона голоса девушка вздрогнула и осторожно поджала к себе ноги, теперь смотря на друга больше пугливо, а не нежно, как пару минут назад. — Позже с этим разберемся. Не надо истерить.       — Как же долго занимались этим.. Я уже успела соскучиться. Не хочешь повторить? — Синдроп привстала, разминая затекшие конечности и обращаясь к Паше. Тот лишь обернулся назад, оценивающе смотря на источник слащавого голоса. Она стояла с протянутыми вперед руками и подзывала к себе, совершенно игнорируя небольшую личную перепалку её друзей. Бонбон лишь нахмурилась и смущенно отвела взгляд в сторону — если Паша сейчас переключит внимание на Дропа, у неё будет достаточно времени посидеть и переварить случившееся без отвлекающих факторов. Почти.       — А тебе не хватило? — Сахар тут же улыбнулся, переключая всё своё внимание на новую игрушку. Он, не желая лишний раз церемониться, дёрнул Сина на себя, переворачивая со спины на живот. Девушка, в свою очередь, томно выдохнула и выгнулась в спине, игриво приподнимая таз.       — Я хочу твой член.. — озорно сверкая глазками, отчетливо прошептала она, тут же отводя глаза к стенке. Ей необходимо было уведомить о своём желании. Всё её тело дразнило, располагало к себе, приказывало Сахару взять девушку здесь и сейчас. И от этого вида внизу парня вновь завязывался странный узел возбуждения.       Паша был прекрасно осведомлен о том, что Дроп любит грубость и жестокость, да и сам не был прочь оторваться после тягучей нежнятины — в общем, в данной ситуации её поведение было только на руку, причем для обоих. Наклонившись к девушке, он тихо и прошептал ей на ушко своим приторным голосом:       — Мне так нравится, когда ты резко теряешь своё драгоценное самообладание. — начал грязно шептать он, поглаживая руками чужую узкую талию. Он массировал шёлковую кожу, успокаивал, но ласки продлились недолго — это была жалкая ловушка. Паша с силой ухватился за чужие ягодицы, и когда девушка сама этого не ожидала, насадил её на свой член до самого конца. Услышав приглушенный и сдавленный стон, увидев зелёные распахнутые от неожиданности глаза, в которых за пару секунд скопились слёзы, парень лишь довольно улыбнулся. — Вот так. Хорошая девочка. Я буду использовать тебя так, как пожелаю.       Эта фраза и прерывистое дыхание мужчины над ухом дико сводили Дропа с ума. Выбивая из неё сладкие стоны, Паша начинал входить с каждым разом всё глубже и глубже. Син дрожащими руками сжимала простынь, которую собственноручно доставала из стирки только вчера — сейчас же она была вся мокрая, испачканная разнородными жидкостями. Живот словно скручивало изнутри, и девушка сквозь грубые толчки осознавала: в этот раз было глубже. Глаза закатывались, пальцы на без того дрожащих ногах поджимались, а сама Дроп пыталась раскрыться сильнее, полностью отдаться в руки Сахара, послушно и с наслаждением принимая огромный член внутрь. Хотелось что-то сделать, хотелось сменить позу, либо просто дотронуться до чужой липкой кожи — она была против бездействия в этом плане. Девушка, наконец, смогла привстать и повернуть голову в сторону парня, пытаясь дотронуться до него сухими губами. Но, на удивление, Син увидела что-то странное боковым зрением, и тут же развернула корпус назад сильнее: но всё, что она успела сделать перед тем, как Сахар грубо толкнул её обратно к кровати — это нахмурить брови. Там, сзади неё, как Дроп успела увидеть, сидела слегка замученная Боня, которая, кажется.. снимала всё на камеру? Жучок смутилась, слегка ёжась от того, что её действия были замечены. Но, когда Син с писком полетела обратно на кровать, та лишь выдохнула, смело продолжая снимать происходящее и мысленно благодаря Пашу. Останется на память.       — Эй! Что ты, блять, делае… — сильная рука тут же перекрыла рот начавшей возмущаться девушке, и она почувствовала, как вслед за этим действием поспешил грубый толчок. Член вошел внутрь во всю длину, вынуждая Сина полностью замолкнуть и переключить внимание на Пашу.       Глаза уже давно начали слезиться, поясница и бедра ужасно ныли от постоянной грубой хватки и от сильных шлепков, а живот ближе к паху странно тянуло. Но Син лишь получала странную смесь удовольствия от всего этого, уже предвкушая скорый оргазм. Признаться честно, хоть девушка и была с многолетним опытом в этом деле, такое она ощущала впервые.       — Все правильно, продолжай снимать. — промурчал Паша Бургеру, продолжая жестко иметь Синдропа и грубо загоняя свой член в девушку до самого конца. Каждый раз он одним рывком входил в неё, а потом так же резко выходил, оставляя дырочку лишь с ноющей пустотой внутри. Бонбон смотрела на пару в ужасе. Но всё же, ей было радостно на душе, ведь к ней относились намного снисходительнее. Бургер совсем недавно была сильно утомлена и разочарована, но сейчас, запечатлевая такие кадры камерой своего телефона, весь сон и печаль как рукой сняло.       Пока Синдроп стонала и выгибалась, а слабое тело дрожало в предвкушении, Сахар схватил ремень около себя и одним профессиональным движением закрепил её запястья. Дропа это взбодрило лучше, чем два шота эспрессо на голодный желудок — опомнившись, она ахнула и повернулась, чтобы до конца осознать то, что сейчас произошло. В принципе, Син не была против — осознание этого так же пробилось сквозь пелену из дурманящей похоти, когда её шею обхватила крепкая рука парня. Она не против. Она вытерпит всё, что надо.       Паша толкался всё сильнее и сильнее, и каждый толчок пробуждал в нем что-то первобытное. С каждым оба стонали сильнее; Синдроп выгибалась в пояснице, дышать становилось тяжелее, держать сознание при себе стало почти невозможно. Она уткнулась лицом в подушку лишь для того, чтобы заглушить свои стоны и крики перед предстоящим оргазмом, который вот-вот грозил настичь её. Это вызывало лишь жалость и издевательский смешок у Паши.       — Готова к финалу? — озорно пророкотал парень, с грубой силой держась за ягодицы и настраиваясь на последний, завершающий толчок. Услышав невнятное мычание через подушку, он принял это за «да» и лишь так же хитро улыбнулся, бормоча какое то грубое слово по типу «шлюха» сквозь собственные стоны. Ускорив свой темп, Сахар тут же со всей силы вжался в Сина и вдавил её всем своим весом в кровать. Из рта парня вышло странное рычание и ослабленный стон, когда он всем телом дернулся и, пару раз слабо толкаясь внутрь, кончил. Син издала громкий стон, выкрикивая что-то несуразное, и сжала член своими стенками, когда тело захлестнула волна долгожданного оргазма. Девушка рвано стонала и мычала, крупно дрожа всем телом. Опора внизу будто пропала, заставляя Синдропа обессилено упасть на мягкую поверхность, а в глазах тут же заплясали яркие звёздочки. Член внутри отчаянно подрагивал, наполняя девушку, казалось, до самых краёв — живот, вроде как, даже немного вздулся. Наконец-то тигренок отомстил олененку.       Паша устало оглянулся на Бонбона, которая, несмотря на собственное чувство стыда от всего увиденного, послушно продолжала снимать. Выхватив телефон с ее рук, парень остановил съемку и показал экран Сину.       — Запечатлели момент — злобно прохихикал Паша. У Дропа хватило сил лишь на то, чтобы устало приоткрыть глаза, пройтись взглядом по увиденному, внутренне содрогнуться от ужаса и опустить веки вновь. Девушка слишком ослабла после недавнего оргазма и не находила сил даже отреагировать, но наверняка побеспокоится об этом потом. В общем, за их эту «встречу друзей» как минимум два человека испытали сильное потрясение и понесли некие потери.       Паша вытащил свой член, выпуская белесую жидкость наружу, а Дроп лишь промычала от неприятной пустоты внутри. Хотелось спать, но на губах вновь засияла усталая улыбка и тут же послышались слабые слова: — Может, ещё разок?

* * *

      Девушка услышала звон будильника сквозь прерывающийся сон, и тут же подскочила на месте. Её пальцы сразу потянулись к кнопке выключения источника надоедливых звуков, судорожно тыкая на все кнопки в попытке отключить создание Ада. И вот, долгожданная тишина — она устало привстала и провела рукой по кудрявым волосам, потирая сонные глаза. В голову приходили лишь слова и колкие фразы, которые проклинали раннее утро и надоедливую учёбу вместе с предстоящим днём. Но её веки тут же широко распахнулись, а собственная рука остановилась где-то рядом с лицом – девушка что-то вспомнила. А именно свой сон. От осознания того, что они вместе с её друзьями творили такое во сне, удивление пропало и тут же сменилось на звонкий смех. Девушка тут же откинулась на подушки, потянулась за телефоном и, увидев новые уведомления от тех самых виновников торжества, озорно засверкала глазами. Ловкие пальцы нажали на нужную иконку приложения, ввели необходимый пароль и начали печатать. Сон как рукой сняло.

Общажный флуд

синдроп [#рациосимп], 08:06

Вы не представляете что мне, нахуй, только что приснилось.