°Любовь и насилие, с нами навсегда...°

Минут 20 единственным звуком, который был слышен в бункере, по мимо уже приевшегося всем шума ламп, был звон металлических наручников, которые Джон всеми силами старался снять с себя. Дëргал, царапал, едва ли не кусал проклятое железо, но все без толку. Единственное чего он добился - стертая в кровь рука. Больно... — Ты закончил? Раздается вопрос, заставивший Харриса вздрогнуть. Рядом стоял Ло, размешивающий томатный суп в консервной банке. — Лололошка, какого черта?! Что это значит?! Кричит во весь голос JDH, с силой дëргая наручники, и тут же, шипя от боли. — Тише... Ты лишь навредишь сам себе. Я забочусь о тебе, пойми! Пытается убедить его Лололошка, даже подходит ближе, но положительной реакции не получает. — Да пошел ты на хуй! Какая к черту забота?! Это удержание против воли! Джон скалится, словно дикая собака. Однако, голубоглазый мироходец сохраняет невозмутимое лицо. — Тише... Ты просто запутался, тебе нужна помощь... И я тот, кто собирается тебе эту помощь предоставить. После этих слов, Ло буквально впихивает в рот Джона ложку супа, заставляя последнего закашляться и едва не подаваться. Харрису и до этого не особо нравился вкус этого недо супа, а в данной ситуации его и вовсе чуть не вырвало. — Лололошка! Хватит! Немедленно заканчивай весь этот цирк, и отпусти меня! Джон активно дëрагет всем свободным телом. Пинается ногами, пытается отползти от свихнувшегося напарника на максимальное расстояние, трясет головой, чтобы в него снова не запихнули этот проклятый суп. Яндере-Лошке это явно не понравилось, по этому отставив консерву по дольше, он резко хватает свою принцессу за волосы, грубо сжимая до тех пор, пока Джон не перестал сопротивляться и не издал тихий скулеж. — Вот так, а теперь, послушай меня... Я сыт по горло твоими выходками. Думаешь, ты можешь вот так просто сбежать от меня? Снова бросить одного?... Дейви хватает ртом воздух, и отчаянно пытается вырваться из болезненной хватки. — Что?... Нет! Лололошка, успокойся, прошу! Я не собиралс-... Но он не смог закончить, ведь его сильнее вжали в подушку, нависая сверху. — Тихо! Я не договорил... Рычит Лололошка, и продолжает свою речь. — Я слишком долго был в одиночестве, в этой долбанной дыре... Ты думаешь, я отпущу тебя так просто? Нет! Я не дам тебе снова уйти, не дам вновь обращаться со мной как с идиотом, или как с мальчиком на побегушках... Немного помолчав, Ло отпускает волосы JDH , и хватает его уже за подбородок, сжимая и расплываясь в улыбке. — Настало моё время встать у руля, Джонни... Шепчет голубоглазый, а после, жадно целует Харриса в губы. Джон вздрагивает, и от шока, совершенно не сопротивляется. Даже тогда, когда Ло проталкивает свой язык внутрь, бесцеремонно врываясь в рот гения. Наконец, выйдя из ступора, апельсин начинает снова бороться с Лошкой, пытаясь оттолкнуть его, или хотя-бы укусить за язык. Вскрикнув от боли, когда оранжевому это наконец удалось, Ло отстранился, прикрывая рот рукой. — Ты что творишь?! Вскричал он, с гневом смотря на Дейви, пока тот, тяжело дышал, и жался по ближе к стене. — Я?! Т-ты сам что творишь?!... Со злобой шипит Харрис, щуря глаза. Лололошка замер, и удивленно моргнул. И в правду, а что он вообще делает? Он сейчас, приковал своего друга к кровати, а затем, накинулся на него?... Да что с ним такое?! — Я... Я... Бормочет Лололошка, смотря то на Джона, то на свои руки. Он уже хотел подойти, и расстегнуть наручники на руке Джона, как вдруг, что-то остановило его. Если он сейчас сделает это, не сбежит ли от него Апельсинчик уже со 100% вероятностью? Нет... Он зашел уже слишком далеко, и назад пути нет. К сожалению. — Прости, мне... Мне жаль... С этими словами, Лололошка уходит, не обращая внимания на проклятия, которые ему в след кричит ученый. Ло медленно спустился вниз, из их импровизированной "спальни". Да уж, чувствовал он себя просто отвратительно, и это еще мягко сказано... Зачем он это сделал? Почему? Еще и этот поцелуй... Лололошка сплюнул, сжав кулаки. — Воу воу воу, дружище... Ты же понимаешь, насколько это было отвратительно, да?? Ты ужасен... Фантомный Харрис за спиной, как всегда делал ситуацию лишь хуже. — Нет, прошу, только не ты, не сейчас!... Взмолился Лололошка, но было уже поздно. Звонкий смех его галлюцинации было не остановить, а так же поток унижений и угроз "побега". — Ты та-а-ак боишься нас потерять, что аж буквально приковал к себе цепями! Ты самый настоящий маньяк, друг мой! Что будешь делать дальше? Будешь накачивать наркотиками, пока не появится необратимая зависимость, и в побеге просто не будет смысла? Отрежешь ноги? О, или вовсе все конечности для гарантии?? Ты же псих, от тебя ожидать можно чего угодно! В ту же минуту, в глюк полетело что-то тяжелое. Ло и сам не понял, что именно это было... — ЗАТКНИСЬ!! Видимая иллюзия исчезла, но вот смех... Смех продолжал звучать в его ушах, до слезящихся глаз, и попыток заткнуть уши. Но ничего не помогало. Нет спасения от этого безумия. В это же время, Джон лежал на кровати, тупо пялясь в потолок. Сопротивляться уже не было сил и желания, все ровно бесполезно. Он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом, чем угодно, лишь бы не на ситуации в которой он сейчас находился. Его тело все еще мелко дрожало, а чувство было такое, словно его облили помоями с ног до головы. Грязно... Мерзко... Он чувствовал себя грязным. Несмотря на уверенный тон, и грубые высказывания, Харрис испытывал то, чего давно по настоящему не ощущал... Страх. На что Лололошка еще способен, если выйдет из под контроля?... Спустя час, или около того, Лололошка вернулся к Джону, желая извиниться. Но, увидел что его уже буквально вынужденный сосед спит. Усталость и стресс дали о себе знать, срубив ученого. Лололошка улыбнулся, и решил Воспользоваться этим моментом для того, чтобы заняться раненной рукой Джона. Он отстегнул наручник, обработал рану перекисью и туго перевязал бинтами. Он не врач, но это лучше чем нечего. Перед тем, как снова заковать руку апельсинки в наручники, Ло мягко поцеловал его забинтованное запястье. — Прости меня... Прошептал Лололошка, сдерживая слезы. Он чувствовал себя чудовищем, но отпустить свою принцессу из заточения он уже не сможет... Да и никакой принц не придет ее спасти, не так ли? {Продолжение следует...}