°Любовь и насилие, с нами навсегда...°

Новый год. Праздновал ли его кто-то в Синклите? Конечно! Официально никакого "нового года" у них не было - ведь даже понятие "год" отсутствовало. Но свой аналог нашёлся. Каждый привносил в этот праздник что-то своё, какую-то забытую традицию из прошлой жизни. На короткие метры все забывали, что находятся в Синклите, и предавались ностальгии по мирам до отвязки. Джодах сидел в своём кабинете, читая очередные отчёты, пока рядом, в соседнем углу, два шустрых мироходца наряжали большую ёлку. Они постоянно ругались, не могли решить, что и куда вешать, каждый настаивал на своём. Джодах уже давно привык к этому, поэтому просто игнорировал, периодически фыркая в кулак, когда один из них выдавал особенно комичную фразу. — Нет, Джон, мы не будем вешать сюда игрушку в виде слона, она же испортит весь вид! Протестовал Лололошка. — Ой, а ты у нас эксперт? Мой слон куда лучше твоей колхозной утки! Кто вообще вешает резиновых уточек на ёлку?! Джон скрестил руки на груди, хмуро глядя на Ло так, словно это было противостояние не на жизнь, а на смерть. — Тише, хватит ссориться... Праздник на носу, а вы тут кипиш устраиваете. Можете хотя бы сейчас не пререкаться? Как дети малые... Наконец подал голос Джодах, с усталостью кладя очки на стол и потирая переносицу. Джон и Лололошка ненадолго отвлеклись от перепалки и взглянули на Джодаха. Они и правда в последнее время много скандалили, но не всерьёз! Если бы это было всерьёз, то... — Пернатик, мы не ссоримся, мы дискутируем! Да, симпампусик? Джон состроил моську, от которой Ло скривился. — Ага... Дискутируем... Извини, Джодах. Мы постараемся делать это потише. Виновато улыбнулся Лололошка, потирая затылок. — Вы уж постарайтесь... Устало пробормотал Джодах и вернулся к работе. Нелёгкое это дело - быть директором Организации. Оба мироходца понимали это, а потому быстро закончили с украшением новогоднего дерева и поспешили удалиться. В итоге на ёлке гордо висел фарфоровый слоник, а по соседству с ним - резиновая уточка. Ёлочка была готова, вот только по традиции под неё обычно клали подарки... И какие же подарочки подготовили друг для друга наши друзья? Дзынь! Громко звенели бокалы, алкоголь, или его местный аналог, лился рекой, а столы ломились от еды. Все пели, громко смеялись и радовались. Всё так... шумно. Слишком шумно. Джодах сидел в своём кабинете, празднуя в тишине и покое, но не в одиночестве, как обычно. Он крутил бокал шампанского в руках, а рядом с ним сидел Лололошка, поедая мандарины. — Был бы здесь Джон, он бы устроил тебе взбучку. С усмешкой проговорил ангел смерти, делая первый глоток. — За что? С удивлением спросил голубоглазый мироходец, отправляя в рот очередную дольку. — За поедание его собратьев. Лололошка замолк, обдумывая слова Джодаха, а потом взорвался смехом, когда до него дошло. Да уж... А ведь Джона и правда здесь не было. Он остался в общем вагоне, чтобы подготовить какой-то "сюрприз". Зная Джона... это уже не к добру. Но делать нечего. Джодах и Ло посидели ещё какое-то время, а потом разошлись. Джодах вернулся к обязанностям, а Лошарик - в общий вагон. Джона не было... И сюрприза тоже. С тяжёлым вздохом и плохим предчувствием он вернулся в свою койку и... О БОЖЕ. В его комнате стояла ёлка, а под ёлкой - подарочек... Мандаринчик, связанный красной лентой. И, к слову, мандаринчик был без кожуры. — Ну наконец-то! А я уже заждался, симпатяга! Усмехнулся Джон, приняв ещё более откровенную позу. — С Новым годом! А вот и твой подарок, поспеши его открыть! А то... у меня руки уже затекли, пока я тебя ждал. Ло сглотнул. Вот этого он не ожидал. Но, несмотря на шок, тело начало двигаться на автопилоте, и целью стало распаковать подарочек. Подойдя ближе, Лололошка опустился на колени и стал развязывать красную ленту. Медленно, даже слишком. Джон лежал неподвижно, внимательно наблюдая. — Что такое, симпатяга, сейчас уже не такой смелый, как в бункере? Прищурился Джон, всё ещё широко улыбаясь. — ...А у тебя, я смотрю, новые фетиши появились? Парировал Лололошка. Джон замолк, покраснев до самых ушей, и отвернулся, пробормотав что-то нечленораздельное, но явно нецензурное. Ло на это лишь усмехнулся и, спустив ленту, опустился ниже, принимаясь целовать Джона - ключицы, плечи... Добравшись до груди, он ловко взял в рот один сосок, начав его посасывать, а второй рукой массировал другой. Харрис зажмурил глаза, закусил губу и стал издавать тихие стоны. Его дыхание было прерывистым, а тело мелко подрагивало. — Что такое? Великий Джон Дейви Харрис не в силах устоять перед обычной прелюдией? С насмешкой спросил Лололошка и прикусил розовую бусинку соска. Джон лишь зашипел, глядя на Ло с раздражением: — Заткнись... Я уверен, ты языком работаешь намного лучше в другой сфере. Лололошка продолжал ласки, полностью игнорируя раздражение Харриса. Его рука опустилась ниже, нащупав полутвёрдый член. Джон ахнул и зажмурил глаза. — Дикарь... Сквозь зубы процедил он, откинув голову назад. Ло лишь усмехнулся и поцеловал его в шею: — Знаю, знаю... А ты у нас прямо-таки интеллигент. Он хихикнул и стал осторожно водить рукой вверх-вниз по стволу, заставляя Харриса подрагивать и периодически издавать тихие стоны. — Вот так... Умница... Ты такой молодец, Джонни... Шептал Лололошка, одной рукой снимая с себя штаны и трусы. Это было сложно, но в битве с бельём он одержал победу. Джон к этому моменту чуть ли не плавился - похвала и ласки в нужных местах делали своё дело. В конце концов, они один и тот же человек, а значит, и точки G у них одинаковые. — Лололошка... Б-блять... Сделай уже хоть что-нибудь... Прохрипел Джон в промежутке между стонами. — Да-да, сейчас... Потерпи ещё немного, хорошо? Я знаю, ты сможешь... Ты ведь такой молодец. Харрис пробурчал что-то невнятное, но Ло воспринял это как согласие. Он осмотрелся - никакой волшебной баночки со смазкой, которая появилась бы из ниоткуда в самый подходящий момент, не было. А значит... "пробитие" придётся отложить до более удачного раза. Взяв красную ленту, он быстро поймал руки Джона и ловко завязал их в форме бантика, убрав за голову. Тот вздрогнул и начал было протестовать, но Ло заткнул его поцелуем. Это временно подавило маленький бунт и дало Лололошке время устроиться поудобнее. Рукой он взялся за оба члена, создавая трение между ними, и стал осторожно надрачивать себе и Джону. Стоны и пошлые звуки быстро заполнили комнату. Лололошка тяжело дышал, закусывая губу, пот капал с его чёлки. Как же жарко... Под ним лежал Джон, не менее горячий. Он извивался под Ло, бормоча что-то между стонами - кажется, имя Лололошки. Лента плотно связывала его руки, делая его уязвимым. Конечно, если бы он захотел, то мог бы легко освободиться, но хотел ли он этого сейчас? Нет. — Лололошка... Ло... Я... Я скоро... Джон, красный, как помидор, с трудом выговаривал слова, но понять можно было. Ло тоже был на грани: — Да... Да, я знаю. Потерпи ещё немного, я тоже близко... Он наклонился и слегка прикусил мочку уха Харриса, вызвав у того особенно громкий стон. — Ты такой молодец, Джон... Так хорошо справляешься... Это лучший подарок. Эти слова стали спусковым крючком. С громким стоном Джон излился, запачкав свой живот и руку Лололошки. Следом кончил и сам Ло, прохрипев Джону в ухо что-то нечленораздельное. Они лежали, тяжело дыша, витая каждый в своих мыслях. Наконец Джон нарушил тишину: — Это был... интересный опыт. Ты в постели лучше, чем я думал. Он усмехнулся и, сделав невинный вид, протянул Лололошке всё ещё связанные руки: — А теперь развяжешь? И в душ меня отнеси, а то у меня тело ломит. Лололошка выгнул бровь: — А завтрак в постель тебе не подать? Джон рассмеялся и кивнул: — Читаешь мои мысли, красотка! Ло закатил глаза, но всё же развязал Джона и даже отнёс в ванну. Тот ахнул, не ожидая, что Лололошка действительно послушает... но сопротивляться не стал, лишь обвил его шею руками, чтобы удержаться. Это был одновременно самый странный и самый приятный Новый год в жизни голубоглазого мироходца - по крайней мере, тот, который он запомнил. А для Джона это был интересный опыт - переспать с самим собой, пусть и из параллельной реальности, это что-то с чем-то! {А как прошёл Новый год у вас? Буду рада почитать ваши истории! Конец.}