Анечка

      Дилиньнкул дверной звонок, и я пошла открывать.       Надо сказать, жизнь моя упростилась вместе с тем, как дед переехал в какой-то там центр по уходу за инсультниками. Бабка таскается к нему каждый день – снарядит десяток судочков со своими помоями, и сваливает.       - Анечка, смотри, не открывай никому. – Говорит она уже у порога. – Дедушке что-нибудь передать от тебя?       И смотрит на меня так, как будто я ей сейчас сто баксов протянуть должна.       - Мой пламенный привет. – Нехотя отвечаю я и закрываю за бабкой дверь.       Всё, придёт она только к вечеру. К тому времени я успею потусить на районе со своими кладбищенскими, сходить в какое-нибудь место типа кино (если деньги есть), позависать с Дятлом у него дома (там же обычно удаётся и похавать).       Однако сегодня я осталась дома. Проходя мимо зеркала, взъерошила волосы и проверила, не размазалась ли тушь.       - Здрасьте, Арсений Иваныч. – Сказала я. Потом впустила химика в квартиру. – Как ваше настроение?       Химик разулся и разделся, повесил пальто на вешалку, сверху него кинул шарф. Такие привычные движения… Я зачем-то стояла в сторонке и за ним наблюдала.       Я простила его за тот раз. Месяц назад он трахнул меня на столе в своём кабинете, и у меня потом ещё долго болело между ног. А потом я привыкла, что уже не девственница. Совала пальцы себе в письку и думала, как же там широко у меня всё стало. Даже хотела купить себе фаллоимитатор и сделать это по-настоящему. Говорят, это прикольно. Особенно Будилова говорит, у которой он, вроде как, уже есть.       - Ой, девки, вчера со Стасиком весь вечер отжигала! – Хохотала она на перемене буквально вчера. – Кайф, всем советую!       Стасиком она называет резиновый член, который анонимно купила в интернет-магазине. Я тоже туда заходила, в этот интернет-магазин, но цены там бешеные, конечно. Даже самый маленький корнишон стоит столько, сколько на карманных деньгах я в жизни не насобираю.       - Нормально. – Улыбнулся химик. – А у тебя?       Я усмехнулась.       - Нормально-аморально.       - Это как же?       - Да так, не заморачивайтесь… Пойдёмте.       И мы с Арсений Иванычем пошли в мою комнату. Он привычно отодвинул стул и сел, положил на стол учебник и свой рабочий блокнот. Я же бахнулась на диван – мне не хотелось сегодня никакой химии.       - Аня, садись, у нас сегодня тема очень сложная. – Нудил химик, листая страницы учебника. – И она обязательно будет в тестах ЕГЭ.       - А я не буду ЕГЭ сдавать. – Сказала я. – Тем более, по химии.       Химик кинул на меня быстрый взгляд и шумно выдохнул. Я усмехнулась.       - Арсений Иваныч.       - Что?       - А почему вы опять согласились со мной заниматься?       Повисла пауза. Химик что-то писал в своём блокноте, потом вновь посмотрел на меня.       - Я очень уважаю твоего дедушку. – Ответил он очень серьёзно. – И в какой-то мере считаю себя его должником.       - Должником, потому что трахнули его несовершеннолетнюю внучку?       Моя фраза, произнесённая с издевательским смешком, заставила химика покраснеть. Рука его дёрнулась, из неё выпала ручка. Я ждала, что он скажет.       - Ань… - Еле выдавил он из себя. - Ну мы же договорились… Договаривались, что забудем эту историю. В конце концов, если бы я не согласился на дальнейшие дополнительные занятия с тобой, то Нина Юрьевна заподозрила бы неладное.       - Так это бабка, что ли, вас попросила? – Хохотнула я. – Со мной заниматься…       Химик отвёл взгляд.       - Неважно.       Я встала с дивана и села за стол рядом с ним. Привычным движением, как будто сейчас возьму ручку и буду что-то писать про дурацкие соединения… Однако вместо всего этого я поймала взгляд Арсений Иваныча и нахмурила брови.       Дурацкая бабка, это она прикормила вечно голодного химика своими пирожочками. Мол, приходите, Арсений Иваныч, а то Анечка, вон, совсем от рук отбилась, целыми днями где-то пропадает… Сука. Ненавижу. И когда мне уже исполнится восемнадцать?       Вместо того, чтобы высказать всё это химику в лицо, я в одно движение скинула с себя кофту.       - Ань, что ты делаешь?       - Бабка же сказала нам с вами заниматься… - Хмыкнула я, заводя руки за спину, чтобы снять и лифчик. – Химией… Только мы не химией, пожалуй, займёмся, а анатомией. Расскажете мне, Арсений Иваныч, как там род человеческий продлевается. А то ж я тупая…       Отбросив лифчик в сторону, я живо заскочила к химику на колени. Он смотрел на меня обескуражено, однако не сопротивлялся.       - Ань, ты действительно этого хочешь? – Выдохнул он мне в голую грудь.       Я рассмеялась. Потом приблизилась к нему вплотную и коснулась торчащим соском его щеки.       - Ну, оближите меня, Арсений Иваныч… - Попросила я. – Как тогда… Помните?       Химик, немного помедлив, лизнул мой сосок. По моему телу пронеслась приятная дрожь. Я попросила ещё. И он сделал ещё. Химик лизал и сосал мою грудь, а у меня, тем временем, внизу всё мокло и раскрывалось, прося продолжения.       - Бабка от деда только вечером припрётся… - Жарко выдохнула я химику в волосы. – Можно не торопиться.       Я с силой прижимала его голову к своей груди, чтобы он не останавливался. Мне это нравилось – как он слюнявит меня, как покусывает. Я не раз представляла себе эту сцену, когда дрочила в ванной.       - Аня, ну ты скоро там?! – Кричала за дверью бабка. – И вообще, зачем закрываешься? А если тебе плохо станет? Аня, ты меня слышишь?!       А я, лёжа на дне ванны, тёрла клитор и совала себе во влагалище два пальца. Мне это нравилось, я делала так практически каждый день. Всё-таки, химику следовало сказать спасибо – своим членом он открыл мне дверь в мир удовольствий. Находилась эта дверь у меня между ног.       Только с каждый таким днём мне хотелось большего.       - Хорошо. – Выдохнул химик, немного от меня отстранившись. Лицо его было красным, глаза безумными. – Только теперь всё будет по-настоящему.       Я рассмеялась. А как же ещё?       Химик Арсений Иваныч положил меня на диван, а сам стал раздеваться. Он кидал одежду прямо на пол, и это с ним мало сочеталось. Всё-таки, всегда он был душно-правильным, и ни за что бы не кинул на пол отглаженную мамой рубашку.       Но сегодня было другое дело.       Химик навалился на меня и прижал к дивану своим телом. Я почувствовала животом его напрягшийся член.       Мы целовались. У химика грудь была вся в рыжих волосах, они кололи мне кожу. Руки его были цепкими, рот – настойчивым. Я стонала под ним, всё время ожидая главного, однако химик зачем-то медлил, да и я всё ещё была в домашних спортивных штанах.       Вдруг Арсений Иваныч крепко взял меня за оба запястья и задрал мои руки вверх. Я поняла, что он хочет меня зафиксировать.       - Эй, что вы делаете? – Возмутилась я.       Химик лукаво улыбнулся.       - Это чтобы ты меня опять чем-нибудь по голове не огрела.       Так я оказалась привязанной к ножке торшера. Химик очень ловко связал мне чем-то руки и продолжил меня целовать – в губы, в шею, в грудь, в живот… Потом только стащил с меня штаны и осторожно коснулся губами трусиков.       Я тряслась, вот только не от страха, а от ожидания. Немного смущали связанные руки, однако пусть – думаю, химик не станет резать меня на куски, а всего лишь трахнет членом в письку – по-настоящему, как я себе всегда это представляла в ванной.       Но он опять медлил. Встал с меня, усмехнулся. На нём были только трусы, и больше ничего. Волосы на груди намокли от пота, живот был плоским, но без кубиков. Наверно, когда буду сидеть на его уроках, перед моими глазами будет именно эта картинка, и больше никакой.       - Арсений Иваныч, вы чего? – Выдохнула я. – Передумали, что ли?       Химик не ответил. Он взял мою кофту, сделал из неё жгут и очень ловко завязал мне глаза.       - Так надо, Аня. – Шепнул он, когда снова залез на меня и упёрся твёрдым членом мне в живот.       Мне было немного страшно, но я не сопротивлялась. Всё стало каким-то загадочным, чувства обострились, а в трусах стало ещё мокрей.       Химик стянул их с меня и раздвинул мне ноги. Я по-прежнему ничего не видела, только могла догадываться о том, что он делает.       Вот он касается моей мокрой письки – то ли пальцем, то ли языком. Проводит нежно. С момента потери девственности я стала выбриваться там начисто – так, что моя писька напоминала детскую маленькую писечку. И химику эту явно нравилось – он ласкал меня языком (теперь я точно понимала, что это именно язык) горячо дышал и что-то пришёптывал.       Я ждала, что он войдёт в меня, однако он не входил. Раздвинул мне ноги ещё больше, сказал не сдвигать.       - Так, хорошо… - Шептал он. - Молодец, Анечка… Вот ты умница у меня…       Химик открыл мою письку (просто развёл в стороны гладковыбритые губки) и прошёлся языком по клитору. И ещё. Я стонала, буквально задыхалась от удовольствия, мои связанные руки напрягались и дёргались сами собой.       - Ай, да… ещё… ещё… - Просила я. – Сильнее… ещё… вот так…       Химик тихо посмеивался. Потом опять лизал. Потом его палец полез мне во влагалище, и я замерла.       - Не больно? – Спросил химик, совершая осторожные толчки.       - Нет. – Судорожно выдохнула я. – Продолжайте, Арсений Иваныч.       Пальцы у химика были толстыми – не то, что мои. Он управлял ими очень ловко, будто мы всем классом о нём ничего не знали. Нам всегда казалось, что Арсений Иваныч – долбанутый девственник, который по-тихому дрочит на сайтах с малолетками… Но нет, на самом деле он был тем ещё развратником, раз связывал людей и делал им хорошо в кромешной тьме.       А потом началось главное. Химик навалился на меня и куснул меня за грудь. Вместе с тем я почувствовала, как в письку мне тычется его член. Твёрдый. И горячий. Мне кажется, в первый раз он был не таким. Хотя, что я могла запомнить в тот дурацкий первый раз?       - Ай… - Жалобно пикнула я, когда он продвинулся буквально на сантиметр.       - Что? – Химик приостановился. - Больно?       Я не знала, больно мне, или нет. Всё было сложно. Связанные руки и закрытые глаза… Мне хотелось сдвинуть ноги, и я попыталась это сделать, вот только коленки мои тут жё упёрлись в химиковы бёдра. Они тоже были волосатыми, и я почему-то расстроилась.       - Ань, расслабься. – Выдохнул химик мне в щёку. – Всё нормально.       - Развяжите мне руки.       - Обязательно развяжу… Но потом. Давай, впусти меня… Расслабься, девочка.       Я опять раздвинула ноги. Химик сказал мне «молодец» и снова пошёл вперед. А потом произошло то, чего я так хотела – в меня вошёл (практически втиснулся) толстый мужицкий член. Член нашего химика. Я тяжело сглотнула.       Как хорошо, что я ничего не вижу, иначе эта картинка не давала бы мне покоя всю оставшуюся жизнь. Химик двигался ритмично, но осторожно, внизу хлюпало. Иногда он говорил мне «молодец». Иногда до боли сжимал мои груди и натужно стонал.       Секс – это, наверно, очень некрасиво со стороны. Не как в порнухе, которую я смотрю глубокой ночью, когда бабка уже стопроцентно спит и не ввалится ко мне в комнату. Там всё красивое, и все красивые… А обычные люди – они как тюлени, неловкие и дурные. Говорят всякие глупости типа «молодец, девочка» и пыхтят друг на друге с красными лицами. Фу…       Поначалу я ощущала лёгкую боль, но потом всё прошло. Химик входил в меня глубоко, я даже не знала, что так можно. Тёр пальцами мой клитор. Я скорее терпела, чем наслаждалась, но в один из моментов поняла, что запросто могу кончить. Знакомая волна мурашек прошлась по телу, сконцентрировалась в районе поясницы. Потом побежала по ногам, заставляя их дрожать и дёргаться.       Я не знала, как это – кончить с чужим членом во влагалище. У теток из порнухи это получается виртуозно. Я хотела спросить об этом у химика, но дыхание моё сбилось, и я почему-то закричала.       - Ааааай! – Я выгибалась дугой и тянула на себя этот несчастный торшер. – Ай, мамочки!       Я кончала, да. А химик крепко держал меня за талию и тыкал в меня членом. Теперь, кажется, он делала это злостно, как будто за что-то наказывая. А я стонала и кричала – мне было всё равно, что подумают соседи.       Когда всё закончилось, химик убрал повязку с моих глаз. Картина перед ними предстала так себе: голая я с раздвинутыми ногами, голый химик с волосатой кучей между ног. Я ещё у меня на животе была вязкая белая лужа.       - Ну, понравилось? – Спросил химик, укладываясь рядом. – Анечка…       Вместе с этим он провёл рукой по моему животу, как будто не видя этой лужи.       - Это ваша сперма, что ли? – Беспомощно спросила я.       - Ну, да… Решил, что не буду в тебя кончать.       - Развяжите меня. – Я дёрнулась, от чего лужа стала стекать с правого бока. – Слышите?!       - Ну, тихо, тихо… - Химик осторожно гладил меня по щеке. – Ты такая красивая… Давай как-нибудь повторим, а?       Наклонившись к моей груди, он коснулся губами соска, однако больше ничего сделать не успел, потому что зазвонил его телефон.       - Да, алло… - По-деловому сказал химик, стоя голышом посреди комнаты. – Здравствуйте, Нина Юрьевна… Да, у Ани… Да, занимаемся…       Я едва не расхохоталась в голос. Бабка! Знала бы она, чем на самом деле мы тут заняты с химиком, не выходила бы из дома вообще никогда.       - Что, возле дома уже? – Испуганный взгляд химика упал на меня. – Через десять минут будете?       Мы с Арсений Иванычем сидели за столом, он зачитывал из учебника что-то про соединения, я уныло карябала ручкой тетрадный листок. В этот момент в дверях комнаты и появилась бабка.       - Ой, Арсений Иваныч… - Улыбнулась она. – Как хорошо, что вы пришли сегодня.       Химик ответил ей что-то вежливое, а я едва сдержала смешок.       - А ты, Анечка, почему гостей в таком бардаке встречаешь? – Бабка кивнула на постель, которую я не успела поправить после наших с химиком выкрутасов. – Нехорошо…       Я, всё-таки, рассмеялась, и химик смеялся тоже. Бабка, глядя на нас, улыбалась, как дура, а я вдруг подумала о том, что неплохо было бы ещё когда-нибудь повторить нашу с Арсений Иванычем встречу. Так, для закрепления материала.