обезьянки

— Пришлось рассадить их по разным местам, иначе они бы подрались ещё раз, — офицер гремел ключами и этот звук эхом отражался от стен узкого коридора, дёрнувшись вперёд и затормозив где-то возле решёток. Он бы закрыл уши и рассмеялся бы невероятно громко, если бы ему из прошлого кто-то рассказал, что придётся забирать его парня из полицейского участка. Вообще-то это обычно Валентино надо было забирать у копов: за дебош, предложение услуг, хранение или употребления в общественных местах или ещё какой-то херни вроде оскорбления копов. Проще говоря, Валентино привык, что это его забирают и нежно ругают весь оставшийся вечер, а сейчас стрелка часов едва ли показывала полдень и он вынужден был оставить съёмочную площадку и приехать в знакомый участок скалить зубы знакомым офицерам. А мог бы смотреть на людей посексуальнее, хотя он и мог сексуализировать всё, что хотел. Вон тот новенький отлично смотрелся в форме, но здоровяк заставил Вала отвалить от него, даже нахмурил злые брови, сделавшись ещё угрюмее. — Ладно тебе, Адам, у парня может быть большое будущее, если ты не будешь его останавливать, — Вал оскалился, но мистер-офицер Фёстмен совершенно проигнорировал его. Умел же мудак притворяться профессионалом, когда хотел, но стоило им только выбраться из поля зрения большей части участка, он расстегнул рабочую куртку и позволил мышцам расслабиться, разыгрался вон с ключами, как пятилетка. Валентино закатывает на него глаза, но крутит башкой с особым любопытством. Он обычно из этого места уходит, а не приходит. То есть приходит не очень добровольно. Он уже прошёл мимо Аластора, прикованного наручниками к офицерскому столу. Решили разделить, но именно Вокса закрыли в клетке, как дикое животное? Хотя в постели Вокс действительно иногда становился диким животным, Валентино особенно сильно любил такие дни. Пришлось покачать головой, чтобы отбросить от себя лишние мысли. К тому же, Вокс реально был похож на животное: побитого щенка. Всклоченный и напряжённый, забившийся в угол на недо-койке недо-скамейке Вокс выглядел почти трогательно. Растрёпанные волосы и, кажется, кровь на рубашке – уже хуже, но ещё терпимо. Синяк на скуле и отекающий нос – неприемлемо. Мистер Вокс всегда безупречно заботился о своей репутации, стоило теперь надеть ему на голову пакет, чтобы никто не видел, как трогательно красивое лицо заживает. И как Вокс умудрялся выглядеть так и при этом оказываться самым противным и раздражающим мудаком из всех знакомых Вала. А знакомых было много. — Детка, только я могу поднимать на тебя руку. И только в постели, если ты забыл, что у вас там произошло? — Вал опёрся на решётку и демонстративно прогнулся в спине, чтобы быть примерно на уровне глаз вставшего Вокса. Иногда ему нравились игры в охранника и заключённого. Или допрос. О допрос был действительно сексуальной идей, им стоило бы повторить это. Вокс поднялся с месте и за несколько шагов его недовольная щенячья мордашка оказалась так близко, что Вал смог бы протянуть руку и коснуться его щеки. Кофе. На рубашке помимо крови из носа оказался пролитый кофе, Валентино вопросительно изогнул бровь, но Вокс отмахнулся от его неозвученного вопроса и сквозь зубы пробормотал, что объяснит всё позже. Хорошо, вблизи выглядел всё ещё страшно, зато не хуже Аластора. Так держать, отличная девчачья драка у них была! Вокс заранее состроил щенячьи глаза. Вообще-то у него были лучшие щенячьи глаза из всех, кого Валентино только знал. Это был самый милый щенячий взгляд на диком западе. Впечатляюще милым! — Пойдём уже, ковбой, — Вал оскалился ему вместо ответа и поманил пальцем, получив в ответ недовольное фырканье. — Я оставил тебя на несколько часов, а ты уже приобрёл новый фетиш? — Не разводите это здесь, педики, проваливайте нахуй, — Адам фыркнул и открыл ебучую клетку, а потом грубо сунул руки в карманы и пошаркал обратно. Валентино пришлось подсунуть достаточно купюр, чтобы всё было так просто. Вокс выглядел, как закончивший день каторжник, даже захотелось приласкать, поэтому Валентино обвил руками его плечи и прижал к своему боку, проигнорировав тёплую влажность оставшуюся от кофе на рубашке. Фу. Отвратительно. — Ну и почему ты весь в кофе? — Валентино не мог не спросить наконец об этом. Вокс опустил голову и ускорил шаг, выбираясь из хватки и заметно прошёл вперёд. Возможно, он хотел затеять ещё одну драку, если Аластор сидел ещё на месте. Валентино пришлось ускориться следом и придержать Вокса за локоть. Аластора спасла широкая спина какого-то недовольного мужика, пахнущего спиртом. Валентино не вслушивался, он играл в хозяина злой собаки, которую было нужно придерживать от нападения, Вокс бы зарычал, если бы уже не чувствовал себя униженным. О, он точно чувствовал себя униженным. Он же был в чёртовом полицейском участке. Солнце начало невыносимо печь после полудня. Вал потянулся всем телом до хруста, когда они выбрались на улицу. Острые рёбра выделялись, облепленные узкой футболкой. Вокс скрестил руки на груди, он казался закутанным в мокрый белый мешок – если не следить за своей рубашкой, будешь выглядеть абсолютно дерьмово. Как Вокс. — Нам нужно выбрать другую кофейню. Я, блять, не могу больше, тупица перепутал наши стаканчики. Сказал, сука, что у нас отличается только молоко, но типа какая нахуй разница, — Вокс нахохлился и насупился, сморщив нос, будто ему подсунули лимон. О да, их долбанный офис случайно оказался напротив студии Аластора. То есть грёбанный офис Вокса. И кофейня была у них одна на двоих. И вкусы. Во многом. У Аластора разве что вкуса в выборе любовников совершенно не было. А если бы и был, Вал бы чётко и уверенно послал его так далеко, как только было возможно. Но всё это было не так важно, потому что его беспокоило другое. Два придурка провели вместе всё студенчество и более того. Как обезьянки из одной стаи. У обезьян стаи? Они были так похожи, что иногда это просто начинало раздражать и пугать. Если бы Вокс так яро не отпинывался от Аластора и всей их связи. Они были как близнецы или идеально дополняющая друг друга пара. Валентино бы начал волноваться, но вместо этого он достал влажные салфетки и усадил Вокса на переднее сиденье, чтобы стереть кровь с его лица. — Может лучше поставишь в свой кабинет кофемашину? Всё равно ты обычно не хочешь тратить время на выход из здания, — кровь уже была засохшей, поэтому пришлось приложить усилия, чтобы оттереть её от бледной кожи. Красные пятна остались от приложенных усилий. — Нет, это важная часть дня, ты не понимаешь, — Вокс нахмурился ещё сильнее, отодвинулся подальше от цепких рук и Валентино не собирался его останавливать. Вокс пил кофе в одиннадцать сорок пять. Аластор пил кофе в одиннадцать пятьдесят – Вал это знал, потому что Вокс всё это знал и любил болтать обо всём подряд. Вокс повторял это каждый день потому что привык? Или потому что хотел видеть старого знакомого. Валентино поджал губы и смирил Вокса красноречивым взглядом. Он не был идиотом, даже если иногда выглядел именно так. Он не был слепым – всего минус семь. Он ахуенно чувствовал, сколько смущения Вокс чувствует прямо сейчас, но жалостливостью Валентино тоже не отличался, если дело не касалось его любовника, будь он сотню раз проклят. — Тебе стоит поосторожнее быть, в следующий раз я не буду тебя забирать, — Вал отбросил пачку салфеток на заднее сиденье и отвернулся к рулю, чтобы завести машину. — В офис, домой или тебе нужно в больницу? Вокс рассеянно пожал плечами. Стоило проверить его голову на сотрясение или вроде того, но они оба ненавидели больницы, потому Вал вбил в навигаторе адрес их квартиры. Возможно, ориентировался в городе он не лучше всех. Воксу стоило перестать так привязываться к своему прошлому. Воксу стоило дохуя всего сделать, но он молчал и сидел, раздражая Валентино всё больше и больше. — Тебе точно стоит перестать туда ходить. — Это лучший кофе в районе, никакая кофемашина не сможет его повторить. — Конечно, блять, но кофемашины стоят там, где нет твоего ебучего радиодебила. Лицо Вокса будто бы помрачнело ещё сильнее, он промычал что-то невразумительное, будто ребёнок, которого отчитывали. Вал хотя бы не собирался хлестать его пряжкой от ремня! Они оба так долго смеялись, когда рассказали друг другу про эти детские наказания. Глупости в попытках воспитания. Валентино бы никогда не стал бить своего ребёнка, но бы просто игнорировал мелкого тупого гадёныша. Вокса игнорировать не получалось, даже когда он отвернулся к окну, наблюдая за мелькающим городом. — Это не касается Аластора. У меня был отвратительный день, а все придурки думали, что могут сделать его ещё хуже, — Вокс заметно расслабился, теперь он казался измождённым, а Валентино не помнил, чтобы он спал этой ночью. Они не лезли в дела друг друга, даже если спали в одной постели. — Если я прощу тебе эту ерунду, пообещаешь мне не ебать мозг месяц с этой твоей репутацией. Ты облажался за нас двоих, — Валентино вжал педаль газа в пол и они двинулись нахуй в бесконечное вперёд до дома. — Это он начал! — Эй, мальчик, ты не видел тут мистера Вокса. Только что здесь сидел. Если не вернёшь его, выброшу из машины, — Валентино постукивал по рулю под шумное дыхание Вокса. Нехорошо звучало, может и стоило бы отвести его в больницу. Пришлось махнуть рукой и проигнорировать это. Потерпит. — Ты уже успел надумать, что у нас в этой кофейне тайные свидания? — Вокс наконец повернул голову и среди синяков и крови Валентино различил искреннюю обиду. Это почти что впечатляло. Почти что. — И где я не прав? — Валентино фыркнул, но невольно заулыбался, когда почувствовал на своём бедре тяжёлую ладонь. Вокс отлично умел успокаивать. Вокс, сучонок, отлично знал, что прикосновения такие успокаивающе. Ладонь медленно поглаживала напряжённые от вождения мышцы. Вал хвастался ими, он вообще любил, когда Вокс обращал внимание на его ноги, закидывал на свои плечи или решил, что может промассировать все ступни насквозь. Вокс умел выпрашивать прощение. — Он собирался умыкнуть мой кофе. Лучший кофе, когда мудак за стойкой не путает молоко, — повторил он так сухо и спокойно, как должен был. Валентино бросил в сторону обиженный взгляд и выдохнул. Он просто разозлил сам себя по пустяку? Он просто разозлил сам себя по пустяку. — Вал, ты же знаешь, что из всего мира мне будешь нужен только ты, — Вокс оскалился ему и карамель стекала с острых клыков. Ну животное. Ну сладкоголосое животное. Ну… Вокс подался вперёд и подался, оставляя на губах Валентино кровавый привкус. Хорошо, это было неплохо, он подался вперёд, отвечая и почувствовал упругий язык у себя во рту. Вокс провёл по острым зубам и заулыбался – Вал отлично это почувствовал. Он любил улыбки Вокса, когда они были наедине. Ублюдок. Отвлекающий засранец. Вал укусил его губу в ответ. Хорошо, он мог успокоиться и принять это. Валентино прикрыл глаза и расслабился, отдаваясь поцелую, как вдруг… …ублюдок сзади въебался в их бампер. Валентино толкнул партнёра обратно и поспешил высунуться в окно. Вокс уже ковырялся в бардачке, чтобы достать пистолет. Нет, кто-то сегодня точно получит по заднице, а потом оплатит ремонт машины. Нет, к чёрту. Вокс купит ему новую машину.