Маршрут "диван-туалет"

Оу, кажется от всякого рода дерьма голова начинает морально разбухать, а рассудок укатывать куда-то далеко за океан. Вкус дешёвки и сраных антибиотиков режет язык, однако эффект купирует желание выблевать кишки и вырезать нос. Музыка играет в такт, "бум-бум-бум" сердце бьётся точь-в-точь. По венам течет вся жизнь, а от собственных эмоций и некоторого кайфа становится настолько смешно и хорошо, что начинается смех, сменяющийся на импульсивный трепет о любом херне. Какая-то сука плюнула ему в лицо, мол, схуяли ты надрлася и не поделился. И впрямь сучара... Такие должны дохнуть и не лезть не в свое дело. В целом идея "тусить" со здешним сбродом была не лучшей. Что уж поделать, если без посещения подобных мест клиентов и бобла не найдёшь. Хотя судя по той сучке, никакое бабло уже в приоритете не стояло. Приходы на обоссоном диване – вот что сейчас важно. А какие неприятные здесь люди, аж блевать тянет. То ли самодовольное хамло, то ли богатеи, то ли шмары, то ли хер пойми что. И конечно, один он то здесь нормальный. Особенно ему не нравились упыри, не имеющие простых наркоманских манер. Впрочем, думать об окружающей среде не позволила собственная блевота. Дивану жить не долго осталось, но это уже, видимо, заботы владельца этой уебской квартиры. Новенкой кстати, такой ухоженной, если б не толпа сея персон. Пришлось вставать да кавылять в туалет. Мерзкий запашок, спасибо хоть, что видеть этой блевотни не пришлось – о, слава выключенному свету и кучке странных вспышек, уебывающих зрение в хламину. Громкое "буэ" и опять давись себе, проклинай это убогое место и смейся как последняя скотина. Кстати, это самое "буэ" попало куда-то мимо унитаза. Ебучий случай, не иначе. – Ты чо, man – это хуйло, которое Нам гю, увы, увидеть не смог, вьебало бошку в тот самый сральник, до которого не удалось добраться. Череп будто сделал сальто, адская боль была бы, не будь у нас в крови конской дозы всякой хуйни. – сожри свою stupid блевотню и сьеби нахуй, fuck. О, теперь удалось рассмотреть это подобие человека. Фиолетовая залупа, знакомое еблище однако, ничего не сказать. Но возмущению не было предела. Чтоб какой-то лицемерный говнюк портил этот прекраснейший трип от экстази в перемешку с чем-то на "к"... – да ты, блять – Нам гю с ноги дал тому в живот, тот даже откинулся, это вызвало гордость и жестяйшее головокружение. Наш блевотный герой отрубился. Не фиолетовый уебан, а Нам гю. Опять приходится валяться на полу, спасибо! Как тот диван, конечно, пол тоже был обоссан. Огромная благодарность могла бы посыпаться на то, что самого наркомана не обоссали. Проснулся тот через часик, может даже меньше. Своего напарника по борьбе не обнаружил, славно. Зато действие внутривенного дерьма начало сходить на нет, что странно, эффект не должен длиться гребаную секунду. Он сам товар проверял, что за дичь. Не уж то иммунитет? Бред, все бред, думать об этом всем мерзко. Встал, пошел обратно на уже сроднившейся диван. Отлично. Напротив был телек, неплохой такой. Какие-то два чувака играли в боевку под спидами. Веселое зрелище, если бы не хотелось так спать. Тежелая жизнь, сначала ты веселее некуда, сил хоть отбавляй, а потом не можешь нормально пошевелиться и приходиться пялиться в экран, который, если честно, тоже действует как снотворное. Еще казалось, что само состояние такое расслабление, что уже некуда. Вокруг музыка, телки, алкоголь, а для тебя время остановилось. Нихуево. Рядом подсел какой-то тип, хрен с ним, смотреть кто же это было глубочайше влом. Но догадки присутствовали, раз уж еще не совсем обдолбанные рядом стоящие лица, начали вдруг обращать внимание в сторону его сокровенного дивана. Пришлось таки повернуть голову. Да, богатенький урод, как ожидалось! Хотя, то, что этот урод еще и фиолетовый, скорее удручало и раздражало на очень слабом уровне, нежели впечатляло. И все таки знакомое лицо у того, может какой "крутыш". Да, явно крутыш. Но видимо не настолько впечатляющий, раз наблюдающие минуты через две обернулись и почти перестали обращать внимание на это нечто. – Слыш, харе блевать тут, schmuck. – такого высокогорного взгляда никто бы в жизни представить не смог. До ужаса противно. – Тебе лучше свалить нахрен с этого дивана, недоамерикос. – обдолбанным голосом сказал Нам гю, вяло смотря на оппонента. Те еще кучу раз перекинусь оскорблениями, вероятно, самыми извращеными, которые знали. И у обоих наверняка такой опыт не впервой. Не смотря на некоторую покладистость, Нам гю был готов бить и оскорблять, ебать и убивать. На счет второго участника наркоманской дискуссии сказать было сложно, он выглядел не столь богатеньким утырком, сколько аморальным уродом, даже социопатом. Не будь Гю сейчас под наркотой, сторонился бы его за километр, ради своей же морды. Конфликты с такими людьми, знаете ли, никогда ему на пользу не шли. Сейчас же он чувствовал себя сильным, хотел поставить этого "purple dude" на место. Вряд ли бы получилось, но тот продолжал огрызаться, перекрикивая музло. Пока опять не стало плохо, пока кишки не стали лезть наружу. Очередной маршрут "диван-туалет" начинает свое движение. Было очень и очень хреново, такие колики, будто органы протыкают, о вони говорить вообще не стоит, натуральные помои. Преземляясь на пол перед унитазом, тот чуть не разбил колени, конечно, лишь по ощущениям. Глаза залились кровью, истеричный кашель. И вопрос, а точно ли он колол свой товар? Или хотя бы "а поставщик там не охуел...". Позади же раздавался самодовольный смех нового приятеля, который, видимо, решил так указать на свою победу в моральном плане. Он пнул бедного Нам гю по спину, заставляя блевать сильнее и ебал мозги своим "инглиш сленг". Доблевав наконец, тот развернулся и последнее, что оставалось внутри, вдруг приземлилось прямо на дорогующую кофту фиолетового утырка. – Какая прелесть! – еле живущий, хрипящий и кашляющий, Нам гю стал издеваться, – неужели ты стал хоть чуточку похож на что-то приятное? Например... На дерьмо, да... "Прошлый" ты был явно омерзительнее. – U okay? Fa-a-ack, – раздражение, о, какое же это было раздражение, а какой в последтвии удар в бочину собеседника! Нам гю от такого приземлился неудочно, боль пронеслась по свей спину, каким-то чертом все таки удалось встать. – Да ты бесхребетное чмо, выглядишь как беднейшее существо на планете, and... Your hands, ха-а, жалкое зрелище, неужели настолько баловался всякой синтетикой, что порвал себе плследние вены, man? – удар за ударом, а потом снова. На моменте со шрамом и руками было до кома в горле мерзко, как можно быть настолько тупорылым, чтобы спиздануть подобное. – Сам, блять, ничего толкового не пробовал, а мне про синтетику затирает. – Толкового? Ohhh, тогда не хочешь словить передоз от этой really awesome вещички? С тебя возьму втридорога, хотя... Ты у нас слабак, так еще и нищий. – Идет. – Нам гю зарядил тому прямо в ебало, выбив, кажется, зуб. Однако предложение интриговало, пускай оскорбления и не прошли мимо ушей. Как это, блять, что не он впаривает, а ему. Они пошли на выход из квартиры, все в крови, зрачки с орбиту земли. Свежий воздух дал о себе знать. Холодно и неприятно, еще и уебский терпкий привкус во рту от рвоты. Оппонент открывает свою побрякушку, висящую на шее, а там целый наркопритон. Протягивает руку и дает Нам гю. Тот сразу глотает, вообще не думая, что это и как его организм отреагирует. На самом деле было не столь мерзотно. И от данной таблетки, и от собеседника. Возможно потому что эта самая таблетка начала действовать. Что ж, спасибо новому другу за это "чудо". Под трипом они много чего сделали, даже сломали себе пару костей, что уж там. Пришлось ходить с утра пораньше, даже можно сказать ночью, с разбитыми лицами и дикой улыбкой. Пиздить прозожих, воровать, издеваться над кем-то угодно, кто попадётся под руку. Даже весело, Нам гю смеялся. Под конец они чуть ли не бок о бок шли... А потом. Потом Нам гю проснулся. Проснулся у себя дома. Всюду пачки от полуфабрикатов и дерьмовой лапши, его блевота, темнота, головные боли. Смутные воспоминания о вчерашнем (вчерашнем ли?) дне, ночи. И новостная строка, гласящая о смерти известного репера, трагически погибшего от передоза вчера. Нам гю не читал дальше, не смотрел кто это, а пошел блевать и думать, мол, не таким уж и хуевым был тот богатый уебан.