Magnet

Это нельзя было назвать любовью с первого взгляда. Нет, это была не она. Они знали друг друга ещё не встретившись лично. По надписям на девере, оставленным в первый же день пробуждения. По фотографиям на плакатах, сообщающих о новых концертах. Они знали друг друга косвенно, возможно, судьба бы никогда не свела их вместе. Но вот они смотрят сейчас друг на друга. В этот холодный зимний вечер. В день рождения Сенку и открытия его астрономической обсерватории. Их клятвы дойти до Ада вместе, их неловкие улыбки. Слова благодарности не были сказаны, но взгляд учёного говорил о большем. Война с Цукасой была окончена. Настало время строить корабль. Каждый был занят своими делами, из-за чего они часто не могли увидеться. Однако никто не обмолвится об этом. Это все так не вовремя, так не к месту и не к чему. Если ты чего-то желаешь, то сделай все, чтобы оно стало твоим. Эти слова произнёс Рюсуй, когда увидел как Ген смотрит на Сенку издалека. Его взгляд был болезненным и уставшим. Тот о ком он так мечтает сейчас даже не вспоминает о нем. И стоит Гену снова пропасть, чтобы помочь кому-то, Сенку чувствует, как пристальный взгляд менталиста пропадает. Сенку привык, что он всегда под присмотром. Он знает, что Ген всегда приглядывает за ним. Однако чувство тоски все чаще ощущалось на его сердце. Неловкие улыбки. Секундные касания пальцами. Все это так скоротечно и так незаметно чужому взгляду. Температура и помутнение сознания. Это чувства, что испытывал учёный, когда мысли о Гене достигали его вновь и вновь. Он мечтал, о том, чтобы они снова могли оказаться в том дне. Это простуда. Рюсуй попросил помочь с формированием команды для плавания. Помощь менталиста была как нельзя кстати. Время, которое они проводили вместе, становилось все больше. Капитан корабля был тактильным парнем и Ген старался не обращать на это внимание. Вторжение в его личное пространство стало нормой, можно сказать, что он смирился. Сенку замечал. И его сердце болело от зависти. Удивительно жаркий весенний день. Осталась неделя до отправления в путешествие. Цветочное поле небольших размеров, которое любезно показала Суйка для Гена, было полезно для сбора различных трав и цветов. Он любил это место, потому что мало кто о нем знал. Все были заняты. Особенно Сенку. Прошел почти месяц с их последнего разговора. В какой-то момент смирение пришло в сердце менталиста и притворство почти перестало им быть. Но лишь иногда, в темные ночи, он прослезится от мысли об утраченном времени. Листья на деревьях громко шумели из-за чего Ген не заметил приближающуюся фигуру. Знакомый голос окликнул его и он повернулся. Сенку стоял перед ним. Его рубиновые глаза смотрели пристально и с опаской. “Ген… Я…хотел сказать тебе кое-что. Прежде чем мы отправимся в путь,” - голос Сенку слегка подрагивал, но для столь внимательного к людям менталиста, это не смогло скрыться. “Ох, милый друг, чем же я могу, наконец, тебе пригодиться” Снова это чувство. Словно температура 38,9. Сенку прикусывает губу, но все равно отвечает. “Я понимаю, что это неправильно… точнее… это казалось неправильным в наше время…” - он не смог продолжить из-за сильного головокружения. Сенку закрыл лицо руками и слегка наклонился. Казалось, что сердце сейчас в районе глотки, застряло и не даёт сказать и слова. Ген подошёл очень близко, чтобы положить руку на плечо и разглядеть Сенку. “Сенку, ты болен? Тебе нужно отдохнуть. Пойдём в деревню,”- его прикосновение было таким лёгким и оберегающим. Из-за чего гений поднял голову, всматриваясь в знакомые черты лица. Белые локоны колыхались из-за ветра. Всё вокруг казалось глубоким сном. “Я знаю, что сейчас это не вовремя. И я знаю, что скорее всего, ты не ответишь мне тем же… Но я не могу быть уверенным в завтрашнем дне.” Лицо Гена выдало его растерянность и его рука опустилась вниз. Сенку, заметив это, поспешил взять его ладонь в свою, переплетая пальцы. “Ген я… хочу чтобы ты был рядом… Не только на этом задании , но и всегда.” Они смотрели друг другу в глаза почти плача. Они понимали, если рассеять тревогу, появятся новые волнения. “Сенку… Ты же знаешь, я готов с тобой хоть в Ад.” - Ген мягко улыбнулся ему. Наконец боль в его сердце ушла. Он погладил свободной рукой лицо учёного. Сенку потянулся вперёд и положил голову на плечо менталиста. Они держались за руки и ощущали тепло, которое создалось между ними. Это было притяжение. Словно магнит. Всю неделю они старались не отходить друг от друга. Сенку знал, что Ген не хотел в плавание. Но страх оставить его в неизвестности бил по вискам каждый раз, стоило задуматься об этом. В итоге долго упрашивать не пришлось, Ген сам был слишком обеспокоен возможными событиями. Корабль покачивался на волнах и ничего кроме плеска волн не было слышно. Сенку сидел в каюте, которую делил с Геном, и заполнял листы бумаги своими новыми идеями. Его сосед смотрел на свет луны через иллюминатор. Лицо Гена всегда было бледным и казалось будто из фарфора, даже в каменном веке, однако сейчас в отражении луны он был ещё прекраснее. Он о чем-то задумался и даже не заметил как Сенку смотрит на него. Накидка Гена лежала где-то на кровати, его плечи были открыты и манили учёного. Сенку не смог сдержаться, чтобы не поцеловать его в правое плечо. Очень нежно, почти не касаясь, будто бабочка порхнула крыльями. Ген заметил это действие и слегка смутился. Это что-то новое. Раньше они лишь могли держаться за руки и иногда касаться друг друга плечом. Менталист развернулся и посмотрел в глаза Сенку. Их лица были так близко, что можно было почувствовать дыхание друг друга на губах. Мягкое касание длиной в секунду. Они ждали этого так долго, но страх, не давал им этого сделать. Снова эти взгляды полные чувств и поцелуй становится длиннее. Более чувственно. Ген разворачивается всем телом, чтобы стать к Сенку ещё ближе. Зарывается руками в непослушные волосы. Сенку тянет его к себе, хватается руками за чужое тело. Желание стать ещё ближе. Быть одним целым. Жаркие поцелуи и бесконтрольные движения становятся спокойнее спустя какое-то время. Они смотрели друг на друга изучая реакции. Тонули в чужих глазах. Шептали слова любви. Кровать была рассчитана на одного человека в ширину, поэтому лежать пришлось почти обнимаясь. Но ощущение чужого тела в такой близости было лишь приятным. Это было сильнейшее притяжение. Словно магнит.