Check

***

      Последнее, чего ожидал Шэдоу после всего этого безумия в Шаттерверсе, так это обжигающего желания. Желания тыкать, щупать, касаться в точках пульса, чтобы убедиться, что другой ежик просто спит, а не умирает. Соник смотрел на него невинным сонным и слегка расфокусированным взглядом, когда из-за манипуляций Шэдоу он все-таки просыпался. Каждый такой раз он защищался язвительными комментариями, закатывал глаза и уходил прочь.       Это почти работало. Если не считать, что Соник сверлил в нем дыру в дневное время суток.       Ему казалось, что с ним происходит что-то не то. Он должен был ненавидеть его за его тупость, за каждую потерю Осколков, за то, что он не слушал ни его, ни Тейлза, который с самого начала сказал Сонику не трогать Призму. За то что их мир тогда исчез. Но он не мог. Не мог, потому что этот чертов еж решил быть жертвенником и попытался умереть прямо на его руках.       — Это выглядит жалко, если хочешь знать мое мнение, милый. — через плечо сообщает ему Руж. Он обвел ее недовольным взглядом и продолжил наблюдать за тем, как Соник просто стоит в очереди. За гадкой чили-собакой.       Это происходит достаточное время, чтобы он выучил расписание неугомонного ежа. Достаточно, чтобы все вокруг поняли, что еж таскается за Соником куда бы тот не пошел. Достаточно, что бы Руж что-то заподозрила.       Он оправдывал себя тем, что просто наблюдает не умрет ли соперник, пока его нет рядом. Это помогало. Ровно неделю.       Но ему оказалось недостаточно просто смотреть. Потому что он все еще чувствовал фантомный след чужих ладоней на своей спине, чувствовал чужой вес на себе, чужую хватку на своей руке. Потому что закрывая глаза все еще видел Соника, что полностью опирался на одну из дурацких версий Накалза, не в состоянии ходить самостоятельно. И он просто хотел убедиться.       И если на то пошло, то его нельзя назвать тактильным. Он из тех людей, что оттолкнут чужую руку и встанут сами. Что воткнут в вас такой взгляд, что не захочется даже протягивать эту самую руку. И единственный способ контактировать с ним в тактильном плане — это завязать драку.       Но это был Соник. Раздражающее голубое пятно, с невыносимым высокомерным характером, с вечными шуточками и не затыкающимся ртом. Который, если морщиться, то так, что хочется разгладить все складки на мордочке. У которого отвратительный вид по утрам, такой, словно его шибануло током и все иголки встали дыбом. И рука Шэдоу постоянно хочет их разгладить и уложить как следует. Который достаточно глупый, что бы полностью расслабляться в его присутствии.       И для Шэдоу не характерно что-то чувствовать. Что-то кроме той звенящей пустоты, которая преследовала его 50 лет. Для него не характерно чувствовать внезапные приливы тактильного голода, вместо вспышек гнева. Не в его характере кого-то опекать. Но он делал все это каждый раз, когда Соник подходил ближе и ломал все, что он строил годами.       Поэтому он оставляет Руж одну и уходит прочь. Потому что он не должен всего этого хотеть. Но хочет. Трогать, обнимать, никогда не отпускать. Потому что Соник похож на галлюцинацию, одну из тех голограмм его дружка лиса. И он не верит своему зрению, потому что слишком хорошо помнит.              — Эй, ты куда? — зовет Руж, но он уже этого не слышит.       Он не станет ходить за ежом дальше.

***

      И сейчас он честно не понимает, что забыл около конкретно этой хижины. Но у него снова не получилось уснуть. Возможно он стал слегка параноиком, но не собирается вламываться в окно снова. Поэтому просто стучит. Ожидая, что ему возможно откроет лисенок. Но в дверях оказывается синее пятно и напряжение падает с его плеч.       — Шэдоу? — Соник моргает пару раз, видимо проверяя не показалось ли ему.       От собственного имени по телу пробегают мурашки. Тень поджимает губы и думает насколько это хорошая идея. Очевидно — отвратительная, но его рот открывается быстрее, чем мозг передумывает.       — Я не могу уснуть. — выдает он хриплым голосом.       Соник моргает еще раз. Уже более бодрее. А затем слегка хмуриться.       — При чем здесь я? — недоумевает он и перенаправляет весь свой вес на дверной косяк.       Ему страшно. Он все еще не был к этому готов. Поэтому жмуриться и перед глазами плывёт прошлое. Он не хотел их сравнивать. Но сравнивает. Неосознанно, машинально и от этого лишь сильнее тошнит. Потому что Соника он почти потерял так же, как и ее. Открывает глаза и видит еще более хмурого Соника, поднявшего руку в нерешительном жесте. Который находиться слегка ближе, чем до этого.       — Что-то случилось? — спрашивает он и Шэдоу хочется кричать. Потому что да. Что-то определенно случилось. — Тебе нужна моя помощь?       Ему хочется сказать да. Но вместо этого он выдает очередное:       — Нет.       Сухое и звонкое. Но Соник все равно поднимает бровь в знак скепсиса и слегка улыбается, так, что что-то внутри Тени дергается и трещит.       — Правда? — тянет он, неуверенно осматривая растрепанный вид черного ежа. — Будем считать, что я поверил или ты скажешь зачем побеспокоил мой сон?       Он ненавидит собственную слабость перед этим гребанным ежом.       Соник отталкивается от двери и делает шаг вперед, ровняясь с Шэдоу и находясь слишком близко. У ежа дрожат пальцы. Но кажется синего мало это волнует. Он лишь выжидающе пялиться ему в глаза. Словно все уже знает, словно лишь ищет в них подтверждение, явно не собираясь сдаваться.       — Ты раздражаешь.       — Скажи что-то, чего я не знаю. — на его губах появляется немного усталая ухмылка, а в изумрудных глазах что-то загорается.       Его сердце стучит в собственных ушах и Шэдоу так хочется протянуть руку. Коснуться и убедиться, что это не проделки его больного мозга. Потому что если это так — то он явно не выдержит.       — Что происходит, Шэдс? — спрашивает Соник, слегка наклоняя голову и пялясь на Тень из-под ресниц.       Он молчит, игнорируя прозвище, и лишь выдыхает, громко и шумно, прежде чем делает шаг вперед, обхватывая чужое тело руками и зарываясь лицом в чужую шею. Он чувствует как напрягается Соник в его руках, а после обмякает, все еще держа руки по швам и не решаясь обнять в ответ. Чувствует, как его сердце стучит, бешено, что являлось его обычным состоянием. Чувствует его дыхание собственной макушкой. И ему становиться спокойнее, настолько, что он расслабляется в чужих руках, радуясь лишь тому, что Соник жив. И явно не желая его больше отпускать. Он замучился за эти пол месяца.       — Шэдоу? — зовут его и он знает, что должен отпустить.       Но все что он может выдавить это слабое, надломленное:       — Жив.       — Что? — переспрашивают его. — Шэдоу? Шэдс?       Он хочет стукнуть его чем-нибудь, но лишь закатывает глаза.       — Заткнись и обними меня.       Соник замирает и моргает дважды, прежде чем сказанное доходит до него и он неуверенно поднимает руки.       — Ты что… — начинает он, слегка касаясь чужих игл. — беспокоишься? Ты поэтому ходил за мной всю прошлую неделю?       Шэдоу выдыхает ему в шею и Соник под ним слегка дергается от горячего дыхания.       — Это была проверка. — неохотно сообщает он.       — Проверка? — Соник издает смешок и Шэдоу отлепляется от него, лишь для того, что бы бросить недовольный взгляд.       — Не смей смеяться над этим после того, как умирал у меня на руках, придурок. — шипит он, а затем тыкает его в щеку, словно тот мог раствориться.       Соник смотрит на него с расширенными глазами, явно не веря не тому, что происходит, ни тому, что его соперник говорит и делает. Словно это какая-то большая шутка. Но он смотрит в рубиновые глаза, полные серьезности и осознанности всех действий и отводит взгляд в сторону.       Потому что это слишком много за один вечер. И немного смущает, если вы спросите.       Он снова глядит на задумавшегося ежа, замечая как тот хмуриться, оглядывая его лицо.       — Я в порядке, Шэдс. — клянется он. Хотя скажи ему, что он будет уверять в этом своего соперника — он бы не поверил.       Шэдоу смотрит на него недоверчиво и Сонику хочется поднять руки в знак капитуляции и покрутиться вокруг пару раз в подтверждение собственных слов.       — Ты раздражаешь. — сообщает он и Соник ожидает, что он развернется на пятках и покинет их двор так же быстро, как и пришел. Но он остается на месте и даже не делает попытку убежать.       — И ты кажется не против. — подкалывает он.       Тень слегка мотает головой.       — Нет. — неожиданно даже для себя соглашается он. — Потому что это означает, что ты — это ты.       И Соник чувствует, что у него горят как минимум уши. Как вообще можно говорить такие смущающие вещи с таким хмурым лицом. Он разворачивается, чтобы пойти назад в дом и проходит через порог, не слыша даже вздоха за своей спиной.       — Эй. — зовет он, полу оборачиваясь.       Шэдоу поднимает на него взгляд рубиновых глаз. Успевших стать слишком родными и близкими после всего, что с ними произошло. И он протягивает руку. Потому что вдруг осознает, что готов отдать ему все, даже если тот потащит его на дно.       Шэдоу не стал бы.       - Пошли?       И это явно стоило того, что бы увидеть как зрачки Тени расширяются. Как неуверенно он протягивает свою руку, переворачивая ее так, что бы их пальцы сплелись. Как тихо он вздыхает, когда дверь за ними закрывается. И как довольно прикрывает глаза, чувствуя чужое дыхание рядом.       И даже если под утро у Тейлза будут вопросы — их это мало волнует.

***