Газета и две ложки сахара

Солнце за окном, решившее выглянуть впервые за долгое время, непрерывно светило в окна своими тëплыми лучами. Его упорство мало-помалу побеждало человеческую лень, и люди, завявшие от серых будней, тянулись на улицу, к яркому радостному свету, как подсолнухи, и расцветали, расцветали! Из клонов натиску природы первым сдался Феликс, мгновенно начавший переманивать на свою сторону и остальных сожителей. Многие и сами были «за», некоторым потребовалось несколько слов, чтобы встать на сторону желающих прогуляться. Но в итоге убедить удалось всех. Ну, почти всех… — Чего пристали? — буркнул Пик, демонстративно отворачиваясь от пропагандистов здорового образа жизни. — Не пойду я с вами. Солнце и через окно попадает, а в этой толкучке только оглохну лишний раз. — Ну Пи-ик! Там же солнышко! — Оно же не раз в год, — клон закатил глаза и сел на диван, показывая, что разговор окончен. — Я и потом пойти могу. — Небось, телек хочешь в одиночку посмотреть? — Вару язвительно оскалился. — Не думай, что такой крутой, у тебя на лбу всë написано. — Куромаку, а ты чего сидишь? — Феликс подскочил к нему и испытующе уставился на очки, в которых не было видно глаз из-за отражëнного в стëклах свете люстры. — Тоже за телеком охотишься? Так не пойдëт! Ну-ка, нечего тут сидеть! Вы должны получить свой витамин Д! Парочка недовольно переглянулась; в их глазах так и читалось недовольное: «Опять героизм включил». Товарищи едва заметно кивнули друг другу, и Куромаку вдруг поморщился, сжав виски. Феликс замолчал, удивлëнно глядя на него, и спросил уже намного тише: — Что с тобой? — Ничего, о чëм стоило бы волноваться. Просто небольшая головная боль. — Сам виноват, — Пик зевнул как можно шире и сонно потëр переносицу. — Говорил, что выдержишь ещë одну партию сыграть. — Это ведь ты не соглашался на ничью и говорил, что если я сбегу спать, то победу засчитаешь себе, — Куромаку поправил очки и нахмурился. — При том, что счëт по партиям был один-один. — Подождите, о чëм вы? — Феликс растерянно зарылся рукой в волосы. — В шахматы ночью заигрались, — Пик повëл плечами. — Спали часа четыре. — Кошмар! — Феликс сочувственно поджал губы. — Зачем ночью-то было?.. Ладно уж, оставайтесь. Поспите, главное! Хорошо? Парочка вяло кивнула, и Феликс, махнув рукой, довольный своим почти абсолютным успехом, поспешил к остальным. Накинув куртку, он погнался за Вару, с ехидной ухмылкой заявившего что-то — что именно, Пик и Куромаку не расслышали. Последним из квартиры вышел Зонтик, пожелав ребятам скорее почувствовать себя лучше. Когда дверной замок щëлкнул, клоны подождали ещë с минуту для верности, и наконец довольно переглянулись с победными улыбочками. — Диверсия проведена успешно, — сообщил довольный Куромаку, перемещаясь с кресла на диван, ближе к Пику. — Да, отлично сработано, — собеседник потянулся к пульту и, сцапав заветный трофей, включил телевизор. — Наконец-то можем посмотреть что-то нормальное. — Я уже, кажется, потерял несколько пунктов IQ, а не прошло и половины сезона, — Куромаку запрокинул голову на спинку дивана и бросил короткий взгляд на экран. — Не листай, включай сразу пятую. — Что там? — Пик повернулся к нему и вскинул бровь. — Тебе понравится, — отозвался Куромаку, слегка улыбнувшись. — Я посмотрел программу в газете, и это наиболее оптимальный для нас с тобой вариант. Неопределëнно хмыкнув, Пик нажал нужную кнопку на пульте, и телевизор заговорил приятным баритоном: — …Тохтамыш вернулся к Тамерлану с поражением, но его покровитель не проявил недовольства, всë ещë сохраняя надежду на будущий успех беглого наследника, который приведëт его к власти в Улус Джучи. Куромаку показалось, что пряди, которые топорщились на голове Пика на манер кошачьих ушек, опустились вниз, будто от радостного удовольствия. Сам клон одобрительно взглянул на Куромаку и, отложив пульт, поднялся с дивана. Поймав на себе вопросительный взгляд из-под очков, он объяснился: — Кофе сделаю. Тебе, как обычно, чай? — получив в ответ кивок, Пик добавил: — Сахара две ложки, да? Куромаку снова кивнул, в этот раз медленно и несколько удивлëнно. — Ты запомнил это? — Да само как-то… — пробормотал застеснявшийся Пик, отводя взгляд, и поспешил занять себя от эмоций работой. — Ты же у меня перед глазами каждый день мелькаешь. — Логично, — Куромаку кивнул, и Пику стало спокойнее от его размеренного тона. Если бы он увидел глаза, которые блестели приятным восхищением из-под стëкл очков, то смутился бы ещë больше. Вскоре оба клона, каждый со своей кружкой, уютно устроились на диване и стали наблюдать за тем, как Тохтамыш возвращался уже с третим своим поражением, а Тимур всë терпел и терпел его, одержимый своей целью захватить власть в Золотой Орде. Тëплые напитки разлились по телам, призывая расслабиться, и парочка, сама того не замечая, прислонилась друг к другу плечами. От этого стало ещë теплее, а в подсознании мягким клубком залегло невероятно приятное ощущение, не поддающееся описанию. Шумные разговоры и топот со стороны лестничной клетки заставили парочку вздрогнуть так, что с Куромаку упали очки, когда напарник случайно толкнул его плечом. Пока он ощупывал местность вокруг в поисках пропажи, Пик поспешил выключить телевизор и, переместившись на кресло, сделать вид, что дремлет. Куромаку, нацепивший очки за мгновение до того, как повернулся ключ в замке, взглянул на товарища и повторил его действия, но уже на диване. Перед тем, как войти, клоны поутихли. Судя по звукам, Вару решил последовать их примеру не сразу, но пара тычков волшебным образом заставила его передумать. Через пару минут приглушëнной возни в коридоре в кухню-гостиную просунулась голова Феликса. — Спят, — шепнул он, оборачиваясь к остальным. Приоткрыв один глаз, Куромаку взглянул на Пика. Тот уже изображал пробуждение, зевая и потирая глаза. Напарник проделал то же, а затем спросил: — Уже вернулись? Как прогулка? — Так такое солнце! И тепло, и ветерок невероятно свежий и приятный!.. — восторженно отозвался Феликс, плюхаясь на диван возле Куромаку. — Жаль, вы не пошли. Выспались хоть? — Да. — То-то я смотрю, вы сразу повеселее стали, — Феликс одобрительно кивнул и вдруг радостно указал на Пика, который и сам не заметил, как по его лицу расползлась довольная улыбка от уютных воспоминаний. — Ничего себе, ты наконец-то в хорошем расположении духа! Рассказывай, что это тебе такое приснилось? — Да так… — Пик потëр затылок, переглянувшись с Куромаку. — Точно не помню, но по ощущениям сон однозначно был приятным.