Лис (не) в порядке.

– Эндрю? Эндрю! - в голосе лиса сквозило неприкрытое отчаяние. Раньше он бы никогда не допустил подобное проявление эмоций. Но сейчас это не было важно. Не сейчас. Не здесь. Голос сорвался и Нил перешел на шепот, – Эндрю… Легкие жгло огнем. Каждый вдох доставлял невероятную боль. Казалось бы, за столько лет в бегах можно было бы и привыкнуть к постоянным ранениям. Лис притих и попытался оценить масштаб бедствия. Пулевая рана? Сломанные ребра? Пальцы на ногах и руках сжались один раз, а потом и второй. Бежать сможет. Наверное. Левую ногу что-то сковывало в движении. Нил подумал что не чувствует большую часть тела из-за болевого шока. Это уже случалось раньше, однако Мэри всегда вытаскивала их из лап охотников. Нила чуть не вывернуло, когда в нос ударил явный запах дыма. Запах горящей плоти. Шум в ушах внезапно стих, но мгновение тишины резко прервалось треском и новой волной отвратительно знакомого запаха - на этот раз это был запах запекшейся крови и горящей плоти.  Воздух в легких почти закончился. Лис протянул руку к горлу, что бы убрать давящее на неё нечто, но нащупал только свою вторую руку. Пальцы вонзились в шею с такой силой, будто пытались вырвать кадык к херам собачьим. – Эндрю… - снова прохрипел Нил. Он не знал что это означает. Просто не понимал, что за слово произносит, но повторял его снова и снова, – Дрю… – Ты дома, - Нил резко открыл глаза. Картинка плыла и иногда покрывалась черными пятнами.  – Ты дома, - вновь отчеканил голос. Он был твердым, но не резким. По телу Лиса прошла дрожь. Спустя еще мгновение он понял что запах, удушающий, заполняющий все вокруг сменился. Это до сих пор был дым, но сейчас он был не резкий, выбивающий дух. Он был терпкий, мягко обволакивающий все тело, подобно туману закрывающему добычу от охотника. Зрение почти вернулось в норму. Было темно, но не как в подвале без окон или в ночном лесу. От абажура стоящего в углу шел теплый рассеянный свет. «Как дома» - успел подумать Нил, прежде чем его глаза расширились и он резко перевернулся на бок. Раздался тихий скрежет пружин и одеяло, до этого скучковавшееся на ноге, упало на пол.  – Абрам? Ты слышишь меня? Теперь, когда руки больше не сдавливали горло, дыхание Нила начало выравниваться. Дикие глаза еще бегали по комнате, фокусируясь сначала на одном, потом на другом, пока наконец не остановились на чьих-то босых ногах.  – Эндрю? - с надеждой протянул Нил. На тумбочке рядом с кроватью стояла пепельница. Она была пуста за исключением сигареты, тихо тлеющей в одиночестве. Именно её дым так трепетно обволакивал Лиса. Нил еще минуты две смотрел на сигарету. Ему нужно было время. Время вспомнить. Время осознать. В голове медленно всплывали воспоминания. Многие из них были просто смесью запахов и тактильных ощущений. В других были цвета. Чаще всего рыжий и белый. Но иногда в сознании мелькали черные повязки. И тяжелый взгляд. Взгляд, дающий обещание всегда быть рядом.  Вдох-выдох. Вдох-выдох.  Нил поднялся на локтях и наконец взглянул на человека стоящего рядом. Картинка до сих пор плыла, но это было не важно. Лишь бы были видны глаза. Его глаза. – Тоже не спится, Эндрю? – усмешка слетела с лица Лиса как только взгляд выцепил небольшую татуировку ферзя на скуле. Перед ним стоял король площадки. Нил медленно перешел в сидячее положение, пытаясь осмыслить полученную мозгом визуальную картинку.  В голове начало проясняться. В памяти начали всплывать события последнего месяца. Тихий смех Эндрю. Его темный взгляд. Его холодные пальцы… и горящие щеки. И тот самый звонок. Нил не сразу ответил на него. Он уже привык, что ему могут внезапно позвонить посреди одиночной тренировки. Когда телефон зазвонил третий раз, он раздраженно снял мешающую экипировку и принял звонок. Это была Дэн. Она плакала.  – Нил, - голос Кевина наконец выдернул Нила из омута памяти.  – Мне приснился сон, - он медленно перевел взгляд на догоревший окурок. Подбирать слова было тяжело, Нил тянул время, надеясь, что Кевин раздраженно вздохнет и скажет ему что то саркастичное. Но Кевин молчал. И Нил понял. Понял, что это был не сон. Понял, что единственный выживший в той автокатастрофе не развеет его страхи. Больше никто не убедит его что все в порядке. Его «в порядке» - лежит под двух метровым слоем земли на колумбийском кладбище. Лис был не в порядке. Лис кричал.