Поймай змейку

... Прозрачное существо, напоминающее черный дым, сходило с ума. Оно не знало, сколько времени прошло. Человеческий разум туманился безумием и ненавистью. Года скитаний в неизвестном месте, без людей, только ухудшали ситуацию. Дух вселялся в животных, но они сгнивали заживо. Он не чувствовал голода, усталости. Он вообще ничего не чувствовал, и это лишь увеличивало его безумие. Казалось, еще год или два, и он потеряет свой разум полностью. Однако произошло то, чего существо не ожидало. Дух вселился в оленя. Крупные животные дольше разлагались от его пагубного влияния. Скоро от этой туши ничего не останется. Шкура уже кусками слезала с мяса, и личинки множились в органах. Еще несколько дней, и они разорвут плоть, вываливаясь на грязную землю с сухими листьями. Это животное держалось месяц, но теперь оно не могло волочить копыта и просто упало, отключаясь. Существо уже хотело покинуть тушу, как что-то дернуло его. Это что-то затянуло в его ментальное пространство, в котором кругом были трещины, из которых сочилось безумие. Все было таким же, как и всегда, за исключением сильного запаха крови и зеркала. Он никогда его не замечал, поэтому не мог сказать, как давно оно здесь. Подойдя ближе, пришло осознание, что кровью разит именно от него. Сначала в нем отражалась его размытая фигура, но после она превратилась во что-то непонятное. Размытая маленькая фигурка на уровне его пояса. Она ни на что не была похожа. Казалось, тень постоянно менялась, напоминая то змею, то человека. Его вводило в бешенство непонимание, что это, но так же ему было любопытно. Впервые за долгое время в его разуме включились эмоции. Он поддался вперед и присел на корточки, протягивая и касаясь поверхности своей рукой там же, где с другой стороны был отпечаток. Фигура напротив пошла рябью, и что-то теплое, сравнимое с человеческим, донеслось до него с другой стороны. Момент, и существо пронзила такая сильная боль, что даже бестелесность не была помехой ощущениям. Однако не прошло и пары минут, как это закончилось, и на место обжигающим импульсам пришло сознание. Разум. Его разуму стало легче. Буквально. Удивление окатило его с ног до головы, а после пришел шок. Это был один из его крестражей, но он не знает, какой. Один из его драгоценных кусочков души нашел его и попытался связаться. Он должен пробиться к нему, и тогда будет проще поддерживать свой разум. Только какой из осколков отыскал его? Если его версии души имели форму, то она должна быть как его собственная, разве нет? Или же этому кусочку не хватало сил преобразиться в полную форму, и поэтому он выглядит как непонятная смесь, напоминающая змею? Да, скорее всего так. Однако стоило снова переключить внимание на зеркало, как он понял. Руки больше нет. Злость накатила с новой силой. Это его кусочек! Куда он делся! Что случилось? Мужчина стал бить по стеклу, пытаясь проникнуть на другую сторону, однако маленькая фигурка отходила, пока не пропала из виду. Злость кипела, а безумие лишь усиливало ее. Тяжело выдохнув, он отпрянул от стекла, смотря на руку, которой касался стекла. Там была кровь. Причем не его. Секундное беспокойство за его крестраж сменилось пониманием, что если бы тому грозила опасность, он бы сообщил ему. А после последовала ухмылка. Возможно, в следующий раз он сможет проникнуть на другую сторону. Лишь спустя пару лет он бросил свои попытки, его безумие прогрессировало, а зеркало так и не появлялось. Однако маленькая часть восстановившегося разума придумала план, как вернуться к жизни. Хотя бы за это он был благодарен своей душе. ... Петунья ненавидела саму мысль о том, что ей приходится жить с чудовищем под одной крышей. Раньше она надеялась, что ее племянник хотя бы станет похожим на человека, но сейчас она понимала, что этого не случится. Ее сестра Лили не была такой, как и старший Поттер. Они были странными, но не монстрами. А назвать десятилетнего ребенка чудовищем была веская причина. Эта тварь приспосабливалась к человеческой жизни лучше, чем кто-либо. После нападения на их семью и еще нескольких детей к ним в больницу наведалась полиция. Конечно, женщина сказала, что племянник виноват, но Вернон отрицал и злобно смотрел на жену. Он понимал, что они не смогут избавиться от монстра, но женщина питала ложную надежду, пытаясь сплавить ребенка полиции. Она уверяла, что племянник — вор, драчун и вообще в будущем точно ввяжется в опасные дела банд, а Дадли на это поддакивал. Полиция все это записала, хотя и со скепсисом в глазах. Они пообещали навестить их семью и попросить написать заявление, если данные подтвердятся. Вернон тяжело вздохнул. Он надеялся, что они правда заберут ребенка, но понимал, что этого не будет. Они вернулись домой вечером того же дня. Все было тихо и удивительно чисто. Гарри, обитавший несколько дней без родственников, никак не отреагировал на их появление, однако они его шарахались. Спустя несколько дней к ним наведалась полиция. Они устроились в гостиной и попросили позвать племянника. Когда тот спустился, его внешний вид так и излучал невинность. Ребенок нервно сел на краешек дивана напротив полиции. - Здравствуй, - сказал один из полицейских с дружелюбной улыбкой, но холодными глазами. Он анализировал худенькое тело малыша. Тот был одет явно в чужие вещи, не по размеру. Скорее всего, семья относилась к нему не очень, однако, это не их профиль. Если бы были жалобы от соседей, с этой семьей уже бы разобрались. Тем временем худые пальчики мальчика мяли край футболки. Зеленые глаза лучились беспокойством. Черные кудряшки прикрывали шрам над правым глазом. Ребенок сдержано кивнул, несмотря на выраженное беспокойство. - Тебя зовут Гарри. Не так ли? - последовал еще один кивок. - Это правда, что ты не можешь говорить? - Кивок. - Этот паршивец врет вам! Ты знаешь, что за вранье полиции можно сесть в тюрьму? - гневно прошипела Петунья, присутствующая на допросе. Мальчик округлил глаза и закивал. - Тихо, миссис Дурсль, мы сами можем разобраться. Итак, ты действительно не можешь говорить или ты врешь нам? - Малыш посмотрел то на одного мужчину, то на другого, и вздохнул. Полицейские подумали, что сейчас ребенок заговорит, но их взгляду продемонстрировали странный язык. Он был тоньше и длиннее обычного, а также раздваивался на конце. Их лица скривились от неприятного зрелища. - Хорошо, мы поняли, - произнес один из полицейских, переглянувшись с напарником. Он фыркнул. - Грег, я не вижу в этом смысла. Простите, миссис Дурсль, но это бред. Вы правда хотите, чтобы мы поверили, что ваш шестилетний племянник, тонкий как веточка, сломал пальцы вашему сыну, а его друзьям травмировал так, что только один из них осмелился что-то рассказать? Грег строго посмотрел на своего напарника, а затем, еще раз тяжело вздохнув, встал. - Мой коллега прав. Этот бедный ребенок вряд ли бы даже смог сдвинуть вашего сына с места, не то что сломать ему пальцы. Я не знаю, о чем думали вы и тот ребенок, что свалил вину на этого малыша, но мы не будем заводить никакого дела на него. Мы продолжим разбирательства, но ничего не обещаем. Петунья была в шоке. Она начала на них кричать, но они просто проигнорировали это и ушли. Женщина посмотрела на племянника. Глаза мальчика сузились, а улыбка растянулась на губах. Она была настолько жуткой, что тетю передернуло. Полиция больше не приходила в этот дом. После ситуации с полицией никто не замечал в мальчике ничего странного. Да, он по-прежнему не мог говорить, но соседям он стал казаться сущим ангелом. Дурсли не трогали его, и когда он выходил гулять, то иногда кому-нибудь помогал. Всем казалось, что это милейшее создание, которому просто не повезло при рождении, а родственники неправильно поняли его и потому считали бандитом. Однако ни один из соседей не знал, что за закрытыми дверями человеческая оболочка тает в глазах Дурслей. Мальчик стал чаще поедать при них еду, и это пугало. Рот так неестественно открывался, обнажая клыки и странную структуру челюсти. Постоянно слышалось змеиное шипение. Белая змея всюду следовала за ребенком. Иногда они замечали, как мальчик изгибает свое тело — это была чудовищная гибкость. Узкие зрачки со временем скрылись за круглыми очками. Единственное, что помогало пережить эти годы в таком соседстве, это осознание, что с одиннадцати лет ребенок будет покидать их, и они снова станут нормальной семьей. Еще немного подождать, и все будет хорошо — уже этой осенью этот урод покинет их. Благодаря Петунье об этом знали все, кроме самого ребенка. … Осталось всего полмесяца, и Гарри исполнится одиннадцать. За четыре года многое поменялось. После того как Вернон дал клятву, семья Дурслей почти его не трогала. Единственный инцидент был с полицией, но после все было тихо. Они его избегали, особенно Дадли. Маленькое проклятье, которое он наслал на своего кузена, работало прекрасно. Каждый день с толстяком что-то происходило — от мелких неудач до серьезных проблем, из-за чего тому приходилось жить так тихо, как только он мог. Сам Гарри тоже немного изменился. Его молочные зубы заменили очаровательные клыки. Конечно, так произошло не со всеми зубами, поскольку он все еще имел человеческое тело, однако он так гордился своими клыками, что ухаживал за ними с особой тщательностью. Рассматривая себя в зеркале, он также замечал, что от уголков губ идут маленькие еле заметные линии. Их нельзя ощутить, если не провести по коже еле касаясь кончиками пальцев. В других случаях никто не догадается, что что-то не так. Ну, возможно, об этом можно догадаться, если он захочет съесть что-то большое. Тогда эти линии немного расходятся, позволяя поглощать пищу за раз. Однако мальчик делал это крайне редко и в основном, чтобы пугать родственников. Они всегда смешно себя вели, когда видели это. Было еще кое-что. Думая об этом, у Гарри наворачивались слезы радости. По его коже ползла черная татуировка. Длинная черная змея проползла по шее, заворачивая за ухо и выползая на щеку. Мальчик погладил свою кожу в месте, где была голова змеи. По телу разливалось довольное тепло. Ребенок счастливо засмеялся. Это был Тифон. Тогда, в ванне несколько лет назад, он увидел на своем солнечном сплетении черное пятно, напоминающее змею, и помчался показывать его Вега. Они пытались придумать, что с этим делать, но ничего не приходило на ум. Тогда Гарри решил экспериментировать со своей силой, пытаясь убрать черноту с тела или подпитывать её. Однако ничего не происходило. Они были расстроены. С годами силуэт рос, а затем начал двигаться по телу и реагировать на прикосновения. Тогда Вега предложил попробовать нащупать невидимую силу внутри и посмотреть, что там происходит. Ни Гарри, ни белая змея не имели понятия, как это всё работает, поэтому ребенок поискал в местной библиотеке книжки, рассказывающие о погружении в себя, и нашел информацию про медитацию. Они решили попробовать. Спустя месяц мальчик смог погрузиться в себя. Он почувствовал источник своей невидимой силы и что-то рядом с ним. Это что-то было привязано к нему, и когда Гарри попытался тронуть этот комочек, он почувствовал импульс, будто только что погладил черную чешую. Открыв заслезившиеся глаза, он посмотрел на белую змею и сказал: - Кажется, я понял, что тогда произошло. Вега был очень удивлён предположением змееныша. Тот считал, что в момент, когда Тиф умирал и он использовал свои силы, они, возможно, не могли вылечить черную змею, а искреннее сильное желание спасти и продлить жизнь рептилии заставило невидимые способности поступить иначе. Они поглотили существо, привязывая к источнику силы, поэтому Гарри тогда было так больно. Однако почему Тифон не говорил и не отделился после, они так и не поняли. Было сложно считать черную татуировку всё тем же змеем, но сама мысль, что тот не мертв и всё ещё рядом с ними, успокаивала ребенка. Со временем рептилия чаще стала ползать по его телу, меняя положение — это было забавно, но он всё еще был ребенком, и такие передвижения не остались бы незаметными, как в целом наличие узора на теле. Хотя, насколько они с Вега поняли, Тиф осознавал, где он находился, и если вокруг никого не было, он выползал на открытые участки, и всё же своё любимое место за ухом посещал даже при людях. Гарри повезло, что у него были достаточно пушистые волосы, чтобы скрывать черноту узора. Если никто намеренно не присматривался, то не заметил бы ничего. В целом проблемы не было. Никто пока не узнал об этом, даже Дурсли. Что ж, даже если бы они узнали, то ничего не смогли бы сделать. Так что Гарри не беспокоился о мнении родственников, лежа в саду и греясь на солнышке. Сегодня он решил надеть шорты вместо обычных джинсов, чтобы лучи касались большего объёма кожи. По левой ноге, обвивая открытую голень, шёл узор хвоста, а мордашка змеи лежала на открытом из-за задранной футболки животе. Гарри ощущал блаженство всем телом, в целом как и Вега, раскинувшийся рядом в цветах. Из дома доносились громкие звуки. Сегодня был день рождения Дадли, но мальчику было плевать. Кажется, они собирались в зоопарк. Шум стал громче, а потом пропал с хлопком двери и звуком мотора. Чарующая тишина окутала пространство. Тёплый ветерок проходил по телу, неся с собой всевозможные ароматы и тревожа траву, которая от лёгких порывов шуршала. Спокойствие дня, тепло солнца, приятная компания — всё это навевало сон на ребенка. Высунув язык и пробуя воздух, Гарри внезапно распахивает глаза. Впрочем, белый змей тоже подбирается. В воздухе над ними кружила бурая сова. Казалось, ей не очень нравилась перспектива спускаться, поскольку рядом с ребенком беспокойно ерзала белая рептилия, да и странный ребенок не внушал доверия, поэтому она кружила достаточно высоко. Что ж, она была права: у Вега и Гарри разговор с хищными птицами всегда короткий. Они либо их добыча, либо враг, либо объект, который они игнорируют. На данный момент они определяли, кем будет эта сова. Зелёные глаза прищурились за стеклами очков. Зрение у него упало не так давно и не так сильно. Это особо не мешало, поскольку он не всегда на него полагался, однако школьная медсестра заставила Дурслей сделать ему очки. Теперь же, присмотревшись к сове, ребенок заметил, что к её лапе привязан конверт. В недоумении он склонил голову набок. Взгляд упал на Вега. - Кажется, это не дикая сова. - Почему ты так решил? Взгляд змея скользнул по птице. - У неё конверт на лапе. Давай не есть её. Вега издал шипящий звук, похожий на фырканье, и скрылся на веранде. Однако сова всё равно сомневалась. Гарри протянул руку, подставляя её как жердочку. Он не был уверен, что это сработает. Претвориться веткой. К его удивлению, сова, покружив немного, приземлилась на него. Узор заинтересованно проскользнул по месту соприкосновения с лапами. Гарри осторожно коснулся птицы. Та настороженно следила за его движениями. Мальчик аккуратно отвязал письмо. Как только сова освободилась от своей ноши, она сразу же покинула руку, задевая её владельца своими перьями. Ребёнок проследил взглядом, куда она полетела, затем осмотрел письмо. Гарри Дж. Поттеру, Тисовая улица, дом номер 4, Комната на втором этаже. Мальчик вскрыл письмо, содержание которого гласило: ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС» Директор: Альбус Дамблдор (Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов) Дорогой мистер Поттер! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждем вашу сову не позднее 31 июля. Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора! Хорошо. Мальчик упал обратно на нагретую солнцем траву. Вертя в руках листы, он улыбался. Теперь он знали, что это за сила. Вега подполз обратно с намерением узнать, что это. - Это письмо говорит, что я зачислен в школу чародейства и волшебства. Кажется, я волшебник! В яркой зелени глаз отражались слова письма, а с губ сорвался смех. - О. - Да, кажется, эта сила — это волшебство. Только я не смогу им отправить письмо в ответ… Не думаю, что мы можем поймать любую сову. Ребёнок задумчиво скользнул языком по губе, смотря в небо. Вега попросил прочесть ему письмо, а после с задумчивым звуком заговорил. - Если у них есть такая же сила, возможно, они узнают, что ты не можешь ответить. Поэтому давай просто подождем. - Думаю, это неплохая идея. Мальчик пожал плечами. - Вега, как думаешь… Они похожи на меня? - Что ты имеешь в виду? - Ну… Задумчивый взгляд переместился на белую змею, потом на руку, на которой была черная. Он стал поглаживать узор, успокаивая себя этим. - Я знаю, что не совсем змея. И не возмущайся! Ты не можешь отрицать, что я больше похож на человека. Однако есть ли такие же, как я? Белый змей обернулся вокруг черного узора на руке мальчика. - Ты мой змееныш, а их мы не знаем. Думай об этом как о чужой территории в лесу. Чужие охотничьи угодья. Возможно, в них есть кто-то похожий на тебя. Возможно, они все как ты. Говорят с нами и похожи на змей. Мы должны выждать. Действительно, Гарри не мог делать выводы сейчас. Вега всегда давал хорошие советы, и сегодня не было исключением. Они подождут и понаблюдают, а после сделают так, чтобы то место было для них комфортным. Прижимая листы письма к груди, Гарри закрыл глаза. Он волшебник.