Медведица

      Утро субботы не задалось с самого начала. Вероятно, настроение было испорчено заранее, ведь Вадим из "командировки" так и не вернулся, а на сообщения, больше походящие на открытые признания в любви, отвечал односложно. Масла в разгорающийся костёр злости и раздражения подлил Жилин, бессовестно разбудивший девушку в семь утра. Прямиком в Ледовый дворец направлялась проверка в сопровождении самого господина Казанцева, однако даже это не смогло убедить Катю смягчить свой тон. С начальником она разговаривала, словно с дворовым псом, и вызвано это было вовсе не их не самыми приятными взаимоотношениями, а четырьмя жалкими часами беспокойного сна. Нервы были на пределе, вот только подводить ни руководство, ни двух мужчин, ставших друг другу близкими родственниками, не хотелось, а потому, собравшись с мыслями, Медведева начала активно собираться. На место работы ей нужно было прибыть всего через час.        Деловой тёмно-бордовый костюм с юбкой чуть выше колена и едва заметно завитые локоны смотрелись вполне гармонично, однако девушке каждый раз, стоило ей взглянуть в зеркало, казалось, что образу не хватает деталей. Задумчиво прищурившись, она начала приставлять к ушам разные серёжки, словно собиралась на долгожданное свидание, а не на работу. Впрочем, именно так Катя и воспринимала сегодняшний день. Сегодня из другого города возвращается её Вадим, а это значит, что, несмотря на проверку, возлюбленных ждут нескончаемые поцелуи и ласки в закрытом на замок кабинете, под шум чужих голосов и настойчивых стуков в дверь. Улыбнувшись компрометирующим мыслям, Медведева остановила свой выбор на объёмных серьгах-кольцах и слегка подвела контур и без того накрашенных губ красным карандашом. Теперь образ был собран полностью.       Опаздывать девушка крайне не любила, однако неожиданный вызов Жилина, подкрепляемый вседозволенностью на занятой с недавних пор должности, позволили Кати задержаться ровно на десять минут. Вбежав в здание, она, не обращая внимания на гуляющих по холлу спортсменов, немедленно направилась на второй этаж, где располагался просторный, внушающий уверенное спокойствие кабинет. По пути Медведева, благо, не встретила ни директора, ни обещанной проверки, однако радоваться собственному, казалось бы, удачному положению было рано: не успела девушка сесть за рабочий стол, как в дверь настойчиво постучали. Сердце на секунду сжалось. Бросив лаконичное "Войдите", Медведева постаралась сделать расслабленный вид. По прежнему выдавать её внутреннее напряжение продолжало лишь тяжёлое, немного учащённое дыхание.        Высокая дверь кабинета открылась и внутрь, благо, зашёл не серьёзный и грубый высокопоставленный чиновник, приехавший во дворец с проверкой, а всего лишь Вадим. Хотя, "всего лишь" Катя в данной ситуации употреблять не имела права. Казанцев являлся единственным человеком, которого она была счастлива видеть в любое время суток.         — Вадим!- радостно воскликнула девушка, едва не подпрыгнув на месте, однако улыбка с её лица исчезла также быстро, как появилась, ведь за спиной мужчины стояла высокая темноволосая женщина, явно не намеревающаяся обзаводиться дружескими отношениями в стенах дворца, — …Юрьевич,- неловко добавила Катя, с трудом вернув взгляд на возлюбленного, — Рада Вас видеть. Как прошла командировка?       Неловкость на лице Медведевой читалась отчётливо, однако гостье на неё, кажется, было, мягко говоря, плевать. Глаза незнакомки скользили по кабинету, словно стараясь запомнить каждую его деталь. Кате же отчего-то стало от этого неприятно. Поёжившись, она всё же встала с кожаного кресла, вероятно, попросту желая оказаться чуть ближе к своему Вадиму.        — Здравствуйте, Екатерина Евгеньевна!- натянуто улыбнулся Казанцев, — Командировка прошла замечательно, правда устал, как конь,- вяло усмехнулся мужчина прежде, чем перевёл взгляд на спутницу, — Но я, как Вы уже могли заметить, не один. Познакомьтесь, Орлова Надежда Ивановна, заместитель Главы Федерации хоккея России.        Женщина учтиво кивнула, пройдя вглубь просторного кабинета, однако взгляд её продолжал излучать лишь холод и неподдельное любопытство.       — Надежда Ивановна,- обратился к чиновнице Вадим, — Это наша незаменимая сотрудница, Медведева Екатерина Евгеньевна, правая рука Анатолия Леонидовича и по совместительству моя хорошая знакомая…       Определение больно ударило девушку между лопаток, пронзая грудь и, кажется, задевая по касательной само сердце. Она была уверена, что уточнение это было необязательно, однако Казанцев посчитал нужным добавить его, и это пугало Катю сильнее всего. Неловко отведя взгляд, она слабо улыбнулась паре чиновников, кажется, более не желая видеть ни одного из них.        — А у Вас здесь миленько,- слащаво протянула Орлова, — Но я здесь не за этим. Анатолий Леонидович сказал, что нужные мне бумаги находятся в Вашем кабинете. Могу я взглянуть на счита за последние два месяца?       — Да, конечно, одну минуту…- задумчиво нахмурилась девушка, судорожно пытаясь вспомнить место, куда убрала злосчастные бумажки пару дней назад.        Благо, память Катю никогда не подводила, и именно поэтому уже в следующее мгновение в руках Надежды оказались несколько скрепленных степлером пачек документов. Сейф, из которого девушка достала эти самые бумаги, она предварительно заперла. Оставлять прочие ценные вещи в доступе незнакомки хотелось меньше всего.        Чиновница же, отодвинув один из стульев с громким скрипом, села за лаковый стол, словно кабинет принадлежал ей, а Вадим с Катей являлись её мелкими, вечно мешающимися под ногами помощниками. Медведева ещё долго боролась с желанием выйти в коридор, любыми способами избавиться от компании высокомерной женщины, однако рисковать девушка не могла. Жилин несколько раз предупреждал её о том, что оставлять посторонних людей с важными документами наедине попросту опасно. Благо, с волнением Кате помогал справиться Казанцев. Стоя возле девушки, он то и дело невзначай касался её костяшек, иногда задерживая пальцы на тыльной стороне хрупкой ладошки чуть дольше дозволенного, позволяя почувствовать жар и трепет собственного тела. Медведева же, несмотря на затащившуюся в груди обиду, с радостью принимала жесты, беспомощно цеплялась за руку возлюбленного, в попытке удержать её, продлить желанное прикосновение.         Пока влюблённые старались сосредоточиться друг на друге, Орлова со скрипом зубов перебирала счита, стараясь найти любые, даже самые незначительные неточности, лишь бы у Медведевой на пару с Жилиным возросло число проблем. На самом деле, Надя попросту ревновала Казанцева. Их недолгий роман, забыть который было не в силах женщины, оставил на её сердце неизгладимый след. Конечно, уходить от мужа чиновница не собиралась ни при каких обстоятельствах, и, вероятно, именно это послужило их расставанию. Хотя, если говорить начистоту, то, кроме короткой интрижки, между коллегами ничего и не было. Быть не могло. И Орлова это прекрасно понимала, вот только видеть, как небезразличный ей мужчина строит счастье с очередной пигалицей, коей женщина успела прозвать Катю, было крайне неприятно и отчасти даже больно.        Остановив взгляд на ровной подписи Жилина внизу листа, Надежда небрежно откинула пачку ценных бумаг в сторону, словно на их месте видела лишь комок грязных салфеток. Медведева от подобного жеста "гостьи" невольно вздрогнула.        — Что ж, действительно,- старательно скрывая своё недовольство, начала шатенка, — Придраться здесь и вправду не к чему…       — Стараемся, Надежда Ивановна!- воскликнул Вадим, делая навстречу собеседнице несколько суетливых шагов.        Было хорошо заметно, как Казанцев старается держать себя в руках, искренне боясь ударить лицом в грязь перед бывшей любовницей. Кончено, Катя об их прошлой связи даже не догадывалась, однако из-за знаков внимания Орловой в настоящем сильно напрягалась. Женщина то и дело искала причины дотронуться до Вадима, будь то случайно найденный на его плече волосок или дружеское похлопывание по спине. Улыбка её была настолько фальшивой, что Медведева неосознанно продолжала морщить нос, а острыми коготками время от времени начинала царапать оставшуюся позади крышку стола. Бедное дерево тихонько скрипело под пальцами хозяйки, не в силах что-либо изменить.        Сам же Казанцев испытывал не меньшую неловкость. Он прекрасно видел, какой дискомфорт Кате приносит присутствие Орловой, и всячески пытался избавиться от её компании, однако намерения женщины были настолько стойкие, что убедить её вернутся восвояси было практически невозможно. Именно по этой причине Надежду паре любовников пришлось терпеть на протяжении тридцати минут, пока та, не спеша справляясь с любезно заваренным чаем, рассказывала о последних новостях Федерации. Наверное, Медведева с удовольствием послушала бы от этой женщины ещё множество сплетен, если бы взгляд её хитрых глаз хоть на минуту оторвался от профиля Вадима, который, в свою очередь, на протяжении всего получаса буравил своими синими океанами собственную бесценную музу.        Каждую черту лица Медведевой он мог зарисовать в блокноте по памяти, а её родной запах найти среди тысячи самых сильных ароматов. Орлова никогда не была глупой женщиной, а потому с лёгкостью разглядела искру между коллегами, потушить которую, наверняка, пытались многие, но сможет лишь она. Чиновница упрямо решила, что не позволит Вадиму променять её на молодую, неопытную девушку, которая, казалось бы, попросту не смеет становиться её конкуренткой.        Пообещав вернуться на следующий день за новой партией документов, которые Анатолий Леонидович должен был подготовить для неё лично, Надя в сопровождении самого господина Казанцева покинула стены Ледового дворца, и как бы женщина не уговаривала его проводить её вплоть до двери гостиничного номера, в тонированную машину она села в гордом одиночестве.        У Кати же отчего-то сложилось стойкое ощущение, что вскоре от растущего между ними напряжения во дворце начнёт таять лёд.