"Young-il?"
16 февраля 2025 г., 13:41
Чжун Хо всегда гордился тем, что стал хорошим детективом.
Была причина, по которой его бывший начальник так старался вернуть Чжун Хо на прежнюю должность. Чжун Хо умел замечать необычное и знал, как решать сложные ситуации.
Став старше, он пошёл по стопам своего брата и стал полицейским. Мать им гордилась, а он обеспечил себе хороший уровень жизни. Ему всегда говорили, что он создан для этой профессии и что он прирождённый полицейский.
На работе ему постоянно приходилось заниматься чем-то новым, а в личной жизни он не чувствовал потребности в переменах. Семья рядом, стабильная работа, и у него было всё, чего он хотел.
А потом его брат исчез.
Чжун Хо впал в отчаяние, когда это случилось. Он знал, что Ин Хо было тяжело пережить смерть жены и ребёнка, и Чжун Хо изо всех сил старался поддерживать его.
Однако Ин Хо замкнулся в себе, и вскоре пропал.
Чжун Хо нашёл карточку, которую оставил Ин Хо, и это привело его к Сон Ки Хуну. Мужчина прогнал Чжун Хо, сказав, что ничем не может помочь ему в поисках брата. Однако Чжун Хо выслушал историю, которую тот рассказал в полицейском участке, и забеспокоился, что Ин Хо оказался в той же ситуации, что и Ки Хун.
Чжун Хо не прислушался к словам Ки Хуна. В итоге он попал на тот же остров, и выяснил, что именно случилось с братом.
Он даже смог выбраться живым, несмотря на то, что на него напали несколько вооружённых людей, и, кроме того, он узнал информацию, которую изначально искал. Другие бы сочли миссию успешной.
Однако Чжун Хо узнал всё только потому, что брат выстрелил в него и чуть не убил.
Так что да, Чжун Хо стал хорошим детективом, и это едва не стоило ему жизни.
И он просто не знал, когда остановиться, потому что вот он здесь, на обратном пути к месту, которое едва не стало его вечным пристанищем.
Прошло совсем немного времени с тех пор, как капитан Пак покинул каюту, а Чжун Хо всё ещё сидел рядом со спящим У Соком. Однако тот начал глубоко дышать, а через минуту приподнял голову с пола, не открывая глаз.
— Эй, — пробормотал он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Здесь странно пахнет или мне кажется?
Чжун Хо раздражённо посмотрел на него. Он уже привык к этому запаху.
— То есть, если тебя пнуть и позвать по имени, ты не проснёшься, а если почувствуешь запах, то как миленький?
У Сок приоткрыл один глаз, пытаясь понять, кто с ним говорит, пока наконец не встретился взглядом с Чжун Хо.
— Обычно я просыпаюсь к ужину после дневного сна. Не осуждай меня.
Чжун Хо повернул голову и посмотрел на дверь каюты, борясь с желанием снова его ударить. У Сок ещё не знал, что произошло, а Чжун Хо нужна его помощь.
Проснувшись, мужчина застонал и попытался пошевелить конечностями, но остановился, осознав, что части его тела связаны.
Он поднял голову и оглянулся через плечо, пытаясь разглядеть связанные руки, но ничего не вышло. Затем он повернул голову и растерянно посмотрел на Чжун Хо.
— Итак, — неловко сказал он. — Почему я связан?
Чжун Хо указал на свои запястья, которые были связаны за спиной.
— Мы оба. Капитан работает на людей, которые руководят играми, и он сделал это, пока мы спали.
У Сок нахмурился.
— Нет, это бессмысленно. Зачем капитану Паку помогать нам искать это место, если он один из них?
— Он специально направлял нас на острова, которые находятся далеко от того, который мы ищем. Он выполнял их приказы, и я предполагаю, что они не хотели вмешательства, поэтому он направлял нас в противоположном направлении. Таким образом, игры продолжались, а за нами следили.
У Сок сначала не ответил, переваривая информацию. Затем спросил:
— Значит, капитан Пак — один из них? Поэтому они узнали о маячке мистера Сона?
Чжун Хо задумался.
— Это значит, что он всё это время был предателем.
— Ах, — поморщился У Сок. — Я рассказывал ему о нашей миссии перед отбытием. Он использовал мои слова против нас.
Чжун Хо выдохнул. Он знал, что это не вина У Сока.
— Не от тебя он получил большую часть информации. Я рассказывал ему об этих играх с тех пор, как мы познакомились. Он получал крупицы информации от всех нас, и поэтому всегда был на шаг впереди, — заключил Чжун Хо.
У Сок сглотнул.
— Ладно. Почему здесь так тихо? Остальные спят?
Чжун Хо молчал, пытаясь понять, как объяснить всё У Соку.
— Ну? Где все?
Чжун Хо повернулся к нему.
— Капитан Пак убил всех, пока мы спали.
Голова У Сока с глухим стуком ударилась о пол, и он перевернулся на локтях, прислонившись спиной к стене, как и Чжун Хо. Он оглядел каюту, прищурившись, и, несомненно, заметил одно из тел рядом.
— Чёрт.
— Да, — согласился Чжун Хо. — Капитан Пак сказал, что остальные не нужны, поэтому он их убил. Ему велели доставить нас на остров, и именно туда мы направляемся.
У Сок задышал чаще.
— О боже. Я не могу, — прохрипел он. — Не могу.
— Я знаю, что у тебя шок. Мне тоже было тяжело, когда он признался. Но нам нужно…
У Сок качал головой.
— Я не могу.
— У Сок, а как ты думал, что произойдёт, когда мы найдём остров? Мы всё равно пытались добраться туда, неужели ты думал, что все охранники сдадутся, как только мы прибудем на место? Что никто не погибнет? — Разочарованно спросил его Чжун Хо.
— Я не думал, что мы будем в заложниках на корабле, окружённые телами, — руки У Сока дрожали. — Мистер Ким умер так же. Он спас меня, и я подумал, что если помогу с этой миссией, то никому больше не придётся умирать.
— Как? Начав играть? — Недоверчиво спросил его Чжун Хо.
— Пожертвовать собой.
Чжун Хо замолчал, затем отвернулся. Он позволил У Соку немного поплакать.
Прошло несколько минут, и затем Чжун Хо снова повернулся к нему.
— У Сок, — обратился к нему Чжун Хо.
Тот некоторое время не поднимал глаз, но затем наконец встретился взглядом с Чжун Хо.
— У нас будет время оплакать их, когда мы выберемся отсюда. Но сейчас нам нужно убедиться, что они погибли не напрасно.
У Сок поджал губы и сосредоточился на Чжун Хо.
— Если мы ничего не сделаем, то тоже умрём, — сказал Чжун Хо.
У Сок зажмурился, затем кивнул.
— Что нам делать? — Прошептал он.
Чжун Хо задумался.
— Нам нужно придумать, как освободиться, а затем связаться с людьми, которые могут нам помочь.
У Сок задумался, сдерживая слёзы в попытке контролировать свои эмоции.
— Это значит, что нужно отправить сообщение второй группе, верно? — Спросил он Чжун Хо.
Чжун Хо приподнял бровь.
— Второй группе?
— Да, второй группе, — ответил У Сок. — Корабль с другими парнями? Если капитан Пак работает на плохих парней, то и другой капитан тоже. Мы должны их предупредить.
Глаза Чжун Хо расширились. У Сок прав. У них ещё есть другой корабль, полный припасов, и если бы они вдвоём успели вовремя предупредить остальных, то смогли бы продолжить выполнение миссии.
— У Сок, пожалуйста, продолжай так рассуждать всё время, — сказал Чжун Хо. — Я посмотрю, есть ли у кого-нибудь из них рация, по которой мы могли бы связаться.
Он подполз к одному из тел, прежде чем У Сок успел ответить.
Кровь на теле начала подсыхать, и Чжун Хо осмотрел его, чтобы понять, есть ли у него какие-нибудь вещи. На нём была только одежда. Чжун Хо нахмурился и осмотрел ещё несколько тел.
Закончив, он вернулся на своё прежнее место рядом с У Соком.
— Должно быть, капитан забрал рации, — предположил он. — Скорее всего, они рядом с местом, где он стоит за штурвалом.
У Сок уставился на него:
— Так что, ты хочешь пойти туда и выкрасть одну?
— Мы вернём её до того, как капитан заметит пропажу, — подтвердил Чжун Хо. — Он только что заходил, так что, скорее всего, скоро вернётся в свою каюту, если уже не вернулся. Тогда у нас будет не так много времени, прежде чем он снова к нам зайдёт. Нам нужно поторопиться.
— Верно, ага, — нервно ответил У Сок. — Как ты это сделаешь?
— Я пойду туда и возьму одну из раций, а ты останешься у двери каюты и подашь мне знак, если он пойдёт в мою сторону.
— Хорошо, я могу это сделать. Какой знак мне подать?
Чжун Хо вздохнул, жалея, что не может всплеснуть руками.
— Придумай что-нибудь, У Сок. Это не должно занять много времени. Я туда и обратно, хорошо? — Он начал двигаться.
— Подожди, — У Сок попытался снять один ботинок, сидя на полу. — С тех пор, как нас с мистером Кимом похитили, я храню запасной нож в ботинке. Я могу использовать его, чтобы освободить тебя.
Чжун Хо приподнял бровь. Он не ожидал, что этот человек может быть полезен, хотя Чжун Хо знал, что может сделать с человеком психологическая травма. Он наблюдал, как У Сок переместил своё тело так, чтобы ботинок оказался позади него, рядом с руками. Он схватил нож и жестом подозвал Чжун Хо ближе.
Чжун Хо переместился так, чтобы их руки оказались близко друг к другу, чтобы У Сок мог освободить его, но затем передумал.
— Просто перережь верёвку у меня на лодыжках, — велел Чжун Хо. — Так, если капитан заметит пропажу, он не так быстро нас поймает.
— Да, в этом есть смысл, — сказал У Сок, и они переместились так, чтобы нож оказался у верёвки, обвязанной вокруг лодыжек Чжун Хо. У Сок начал ритмично двигать руками вперёд-назад, чтобы перерезать верёвку.
Вскоре Чжун Хо смог встать.
Они с У Соком добрались до двери каюты, и Чжун Хо сжал кулак одной рукой, которая всё ещё была связана за спиной. Чжун Хо повернулся и слегка приоткрыл дверь, затем просунул ногу между дверью, чтобы она открылась шире, и высунул голову наружу.
Капитан выходил из каюты. Чжун Хо развернулся к У Соку.
— Помни о плане, — сказал ему Чжун Хо и вышел.
На воздухе было холодно, и он съёжился, чтобы сохранить тепло и быть менее заметным на случай, если капитан решит вернуться.
Он осторожно ступал по полу, каждые несколько секунд останавливаясь, чтобы прислушаться, не слышно ли чьих-нибудь шагов. Но ничего не слышал и продолжал идти.
Он добрался до двери каюты, развернулся так, чтобы одной рукой попытаться открыть закрытую дверь. Она открылась с первого оборота, он развернулся и вошёл внутрь.
Похоже, капитан Пак слишком расслабился, недооценивая Чжун Хо.
Он оглядел каюту, в которой находились штурвал, несколько навигационных систем и стол с разбросанными на нём предметами. Он осмотрел стол.
Там, в самом углу, лежали рации.
Чжун Хо насчитал в общей сложности четыре штуки. Он схватил одну и двинулся обратно.
Он использовал те же движения, что и раньше, пригибаясь под окнами и быстро передвигаясь. Прошло всего несколько минут, и у него с У Соком должно было остаться достаточно времени, чтобы связаться с другой группой.
— Есть одна, — сказал он У Соку, вернувшись в каюту и ногой вернув дверь в прежнее положение. — Держи её и, когда я скажу, нажми на кнопку, чтобы я мог с ними связаться.
У Сок кивнул.
— Сейчас, — приказал Чжун Хо, и У Сок нажал на кнопку.
Щёлк.
— Это Хван Чжун Хо из первой группы. Кто-нибудь меня слышит?
На мгновение воцарилась тишина. У Чжун Хо внутри всё сжалось от волнения, когда он подумал, что никто не ответит, но вдруг раздались помехи.
— Вторая группа, детектив Хван. Есть проблемы?
Оба мужчины вздохнули с облегчением.
— Команда один оказалась под угрозой. Капитан Пак работает на игры, и мы предполагаем, что капитан вашего корабля тоже. Капитан Пак убил большинство наших людей, и у нас есть основания полагать, что из-за того, что произошло на нашем корабле, ваш капитан попытается убить и вас.
На этот раз тишина была короче.
— Все остальные мертвы?
Щёлк.
— Да. Капитану Паку приказано доставить нас на остров, и именно туда сейчас направляется наш корабль. Как только мы прибудем на место, нам понадобится поддержка. У вас есть координаты нашего местоположения?
Щёлк.
— Мы немедленно позаботимся о проблеме. У нашего корабля есть данные о вашем местоположении, и мы воспользуемся ими, чтобы найти вас.
Чжун Хо чуть не вскрикнул от облегчения, услышав новость.
— Мы отстаём от вас примерно на пять часов. Вы знаете, когда ваш корабль доберётся до острова?
У Сок снова включил рацию, чтобы Чжун Хо мог вести диалог.
Щёлк.
— Мы не знаем, — ответил Чжун Хо. — Будем надеяться, что мы прибудем туда в течение двух дней.
Потому что, если они доберутся туда через три дня, игры закончатся.
Вип-персоны уже покинут остров, брат уедет, и не будет игроков, которых нужно спасти.
Они прибудут слишком поздно.
— У нас достаточно топлива. Сейчас мы направляемся к вам.
— Понял. Нам нужно вернуть рацию, пока капитан не заметил, но я скоро снова свяжусь с вами. Подождите, пока я не свяжусь с вами первым.
— Понял...
С другого конца рации доносились приглушённые звуки, и мужчины услышали крики на заднем плане.
— Капитан услышал рацию...
— У него есть пистолет, держите...
— В меня выстрелили!
А потом рация замолчала.
Чжун Хо и У Сок переглянулись, испытывая чувство тревоги.
Чжун Хо схватил рацию связанными руками, а затем вышел из каюты, чтобы вернуть её на место.
Рация не издавала много шума, который мог бы насторожить капитана Пака, но Чжун Хо не хотел рисковать. Он вошёл в каюту и положил рацию на то место, где взял изначально.
Затем он ушёл, закрыв за собой дверь. Он вернулся в каюту, и вскоре они с У Соком находились на прежних местах.
— Ты думаешь, они приплывут за нами? — Спросил У Сок.
— Так и будет, — ответил Чжун Хо, хотя и не мог знать этого наверняка.
— Ты не думаешь, что их убили?
— С ними всё будет в порядке. Они должны быть в порядке, иначе мы и вся операция в опасности.
В каюте воцарилась тишина, и на секунду Чжун Хо смог прикрыть глаза и почти поверить, что всё в порядке. Он мог представить, что снова стал простым детективом, выполняющим случайное задание, и что семья всё ещё рядом.
— Что нам теперь делать?
Он выдохнул и открыл глаза.
— Остаётся только ждать.
Чжун Хо и У Сок вместе смотрели в окно, наблюдая за светом вне каюты, пока эта ночь продолжалась.
***
— Я выслеживал тебя три года. Ки Хун пристально посмотрел в камеру над собой, держась поближе к микрофону. — Три года, а ты всё ещё не можешь посмотреть мне в глаза, несмотря на все убийства, которые ты совершил. От технологии не последовало никакого ответа, только тишина. Но Ки Хун был готов продолжать. — Тебя пугает то, что я был так близок к тому, чтобы найти тебя, не выдав своего местонахождения? Что какое-то время ты не контролировал мои действия? На руках Ки Хуна, вцепившегося в стену рядом с микрофоном, вздулись вены. — Ты боишься того, на что я способен, если поймаю тебя? Или того, что я никогда не прекращал поиски? Ки Хун рассмеялся, но в его смехе не было той радости, которая присутствовала раньше. — Ты почувствовал облегчение, когда наконец-то связался со мной после того, как я тебя выследил? Зная, что ты наконец-то можешь наблюдать за моими планами? Ты почувствовал, что снова обрёл власть? Он продолжал говорить, вдруг обнаружив, что как только начал высказывать всё, что хранил в себе всё это время, ему стало трудно фильтровать свои мысли. — Я удивил тебя своим бунтом? Поэтому ты так быстро ушёл, как только вернул себе контроль? Тебя расстроило, что другие игроки тоже пошли против игр? После он намеренно заговорил тише, надеясь, что мужчине придётся наклониться, чтобы услышать его, независимо от того, откуда он слушает. — Тебя утешает тот факт, что моя смерть почти неизбежна из-за твоих игр? Тебе спокойнее, зная, что скоро меня не станет? Он сделал паузу, давая себе время успокоиться. — Я надеюсь, что моя смерть нарушит твои планы даже сильнее, чем если бы я остался жив. Он поёрзал, положив руки на колени и наклонился ближе к микрофону. — Ты должен почувствовать облегчение, — пробормотал он. — Потому что, если я переживу эти игры, я приду за тобой и сделаю всё, что потребуется, чтобы ты больше никогда не смог разрушить жизни других людей. Пока я здесь, я буду полон решимости остановить тебя и положить конец играм. Единственное, что он слышал, — это тишину вокруг, поэтому Ки Хун продолжал говорить. — Я больше не собираюсь играть в твои игры так, как ты хочешь, и это должно тебя пугать. Он оглянулся на спящих товарищей. Дэ Хо, Чжун Хи, Хён Джу и других членов группы, тех, кто доверил ему свои жизни. Он чувствовал себя обязанным защитить их. Он уже бывал здесь раньше и знал, что нужно сделать, чтобы вывести их отсюда. Он должен убедиться, что они пройдут все игры и останутся в живых. — Ты хочешь, чтобы я думал, что остальные здесь — враги, и чтобы я их убил. Ты заставил остальных думать так же, а сам просто наблюдаешь за нами. Всё, что ты делаешь, — это настраиваешь нас друг против друга, и с меня хватит. Он снова повернулся к камере, фокусируясь на красном огоньке. — Я собираюсь вытащить их, и я готов умереть, только ради этого, — произнёс Ки Хун. — Ты сказал, что я играю в героя, и, может быть, именно поэтому ты хочешь, чтобы я потерпел неудачу. Ты не можешь стерпеть, когда твои игры кто-то считает неправильными. И что с тобой что-то не так. — Люди вынуждены играть в твои игры, потому что всё сводится к голосованию. Они — люди, и их нельзя оценивать как товар или животных, и именно этого ты и вип-персоны не видите: людей в этих играх. Он указал на свою группу. — Они все выйдут отсюда живыми и будут свободны. Они не будут играть на потеху вам. Он указал на себя. — И я тоже не буду, больше не буду. Ки Хун предпочёл бы сгнить в аду, чем продолжать играть в эти игры, как от него и ожидали, как в тот первый раз, много лет назад. Ки Хун надеялся, что их лидер знает: что бы с ним ни случилось, он сам навлёк это на себя. Ки Хун предпочёл бы убить человека в маске, прежде чем тот станет причиной смерти других игроков, и скорее умер бы, чем подчинился ему. И Ки Хун знает, что его смерть близка. — Иль Нам рассказал мне о вип-персонах перед смертью, но я уверен, что у тебя был способ подслушать этот разговор, — сказал он. — Вип-персоны наблюдают за этими играми и, без сомнения, надеются, что я буду предпринимать что-то интересное. Скорее всего, они болеют за меня. Они делают ставки на мою победу. Правой рукой он сжал микрофон, острый край которого впился в ладонь. — Скажи им, что я больше не буду участвовать в этом представлении. Они могут сделать ставку на мою смерть. — Я играю в эти игры не для того, чтобы победить. Я умру, но не доставлю им такого удовольствия. И мёртвый или живой, я буду продолжать мучить вас, пока эти игры не закончатся. Ки Хун сильнее сжал руку. — Вам всем должно быть стыдно. Вы смотрите, как нас убивают ради удовольствия, а если вдруг откажетесь смотреть, вас убьют следующими. Если то, что происходит с нами, ничего вам не говорит, то скоро вы займёте место, которое для вас приготовил сам дьявол, и единственное, что люди будут чувствовать по этому поводу, — это радость. Ки Хун посмотрел в камеру, и его приглушённый голос зазвучал громче. — Если бы у тебя было хоть немного самоуважения, ты бы встретился со мной лицом к лицу. Если ты так сильно веришь в свои игры и думаешь, что они полезны для людей, то тебе стоит сыграть с нами. Рискни своей жизнью так же, как ты заставляешь нас рисковать нашими. Ки Хун усмехнулся, гневно продолжив: — Но ты не сделаешь этого, потому что тебе от этого ничего не будет, не так ли? У тебя есть доступ ко всему, чего ты только можешь пожелать, даже к извращённым развлечениям. Твоя жизнь только в твоих руках. И ты используешь это только для того, чтобы причинять боль другим. — Ты прячешься, словно трус, каждый раз, когда я оказываюсь рядом. Ты завязал мне глаза, когда я победил, говорил через колонку, когда я тебя нашёл, и постоянно носишь маску, чтобы скрыть лицо. Ты думаешь, что хорошо спрятался. Он наклонился ближе. — Что ж, я знаю, кто на самом деле стоит за всем этим. Губы Ки Хуна находились так близко к микрофону, что он чувствовал исходящий от него холод. — Трусливый ублюдок, боящийся взглянуть в лицо собственным грехам. Он поднялся на ноги, не заметив кровь на руке. Она капала на пол, оставляя на полу лужу отвратительного цвета. Он заметил только тогда, когда на полу уже скопилась лужа. В зале было слишком темно, поэтому он не мог увидеть своего отражения в ней. Но мог представить. Как его нос сморщился от отвращения к людям, которые с удовольствием наблюдают за играми. В прищуринных глазах отразился красный мигающий огонёк микрофона, который каждые несколько секунд освещал лицо. Его губы скривились, обнажив зубы, и в этот момент он пожалел, что из его рта не идёт кровь, чтобы он мог быть уверен, что кровь на его руках отплачена той же монетой людям, которые превратили его жизнь в сущий ад; месть, в которой он нуждался. Жив он или мёртв, он не оставит всё это без правосудия. Пусть на это потребуется целая вечность, но он не оставит этих людей в покое. Он снова посмотрел на свою руку, из которой продолжала литься кровь. Другой рукой Ки Хун слегка надавил на рану и зашипел. Рана оказалась глубже, чем он ожидал, и тянулась по всей длине ладони. Ки Хун знал, что если он не обработает её в ближайшее время, может начаться заражение. Он в последний раз взглянул в камеру, почувствовав, что за ним больше никто не наблюдает. Разговор был окончен. Ки Хун не знал, когда они снова поговорят, но не сомневался, что этот разговор не был последним; они скоро снова поговорят, он был в этом уверен. Он не спеша спустился по лестнице, стараясь издавать как можно меньше шума. Ки Хун прошёл по залу, обратив внимание на сторону "О". Игрок 124 сидел на кровати и наблюдал за передвижениями Ки Хуна. Ки Хун оглянулся на него, но парень лишь рассмеялся, прищурившись, улыбнулся и помахал Ки Хуну. Ки Хун отвернулся и пошёл вперёд, приближаясь к двери, ведущей в мужской туалет. Он знал, что там дежурит охранник, и надеялся, что тот не откажет ему в просьбе. Он постучал в дверь и стал ждать. Охранник-треугольник открыл окно в двери. Он молчал, ожидая, пока Ки Хун скажет, что ему нужно. Ки Хун видел, как Чжун Хи отказали в посещении туалета, пока Гым Джа не взяла всё в свои руки. Он знал, что велика вероятность того, что ему откажут, и тогда ему придётся ждать до утра, чтобы обработать рану, что может привести к инфекции. — Мне нужно в туалет, — сказал он охраннику. Охранник закрыл окно. Ки Хун вздохнул. Он постучал в дверь во второй раз. Ответа не последовало. Ки Хун выдохнул. Он повернулся, чтобы вернуться на своё место. Но дверь за его спиной открылась. — Идёмте, — сказал охранник-квадрат, и Ки Хун на мгновение застыл, озадаченный тем, что его просьба не вызвала возражений. Охранник подождал, а затем начал закрывать дверь перед лицом Ки Хуна. Ки Хун встряхнулся и сделал шаг вперёд, следуя за охранником, который повёл его в туалет. Охранник встал у двери, а Ки Хун вошёл внутрь. В туалете было тихо, и отсутствие других людей давало временное уединение. Он подошёл к раковине и повернул кран. Он подставил руку под холодную воду и другой рукой начал её промывать. Ки Хун тщательно вымыл руку, пока вода не превратилась из грязно-красной в светло-розовую. Затем воспользовался одним из писуаров, а когда закончил снова вымыл руки, обернув повреждённую туалетной бумагой. На ночь этого должно хватить, потому что больше ему нечем было воспользоваться. Он вернулся к раковине и здоровой рукой умылся, а также намочил волосы. Он прикрыл глаза и глубоко вздохнул, пока вода стекала с его волос на лицо. Он придерживал голову свободной рукой, пока вода продолжала литься в раковину. Затем он ещё раз ополоснул лицо и выключил кран. Он вытер рукавом остатки воды с лица, слегка встряхнул волосами и посмотрел в зеркало. И замер. Должно быть, у него начались галлюцинации, иначе это было невозможно объяснить. Растрёпанные тёмные волосы. Карие глаза, которые смотрели только на Ки Хуна. Голос Ки Хуна дрогнул. — Ён Иль?
