Мультивселенная подвалов

      Джейс вбежал в лабораторию, обыскал её глазами, выловил Виктора среди столов и, сияя, подскочил к нему.       — Сдал? — улыбнулся Виктор, отвлекаясь от расчётов.       Джейса реабилитировали в академии сразу после демонстрации первой модели Врат, и в кратчайшие сроки ему пришлось навёрстывать упущенное. Виктор не представлял, как этот Талис успевал готовиться к экзаменам, уделять столько внимания их совместным проектам, регулярно питаться, ходить в кузницу и даже спать периодически. Он пытался помочь Джейсу с экзаменами — сам некогда досрочно закрывал программу за несколько лет, — но быстро понял, что его напарник и сам умудряется справляться.        «У тебя дела и поважнее есть, — говорил Джейс уверенно, — а я догоню».       Это не могло Виктора не восхищать. Он помнил, что сам перед экзаменами в академии выглядел похоже на многократно выжатый лимон даже пуще обычного. Этот же человек недавно был с жизнью покончить готов — и так поразительно преобразился за считанные месяцы.       Вот довольный светящийся Джейс плюхнулся на соседний стул и набрал в лёгкие воздуха — приготовился делиться впечатлениями. И Виктор поймал себя на ползущих вверх уголках губ и на мысли, что не пропустит ни слова.      — Сдал! Это только биофизика, но начало положено хорошее. Нет, я, конечно, полагал, что сдам, но не думал, что на отлично! Чем дольше я зачитывался при подготовке, тем больше понимал, что ничего не понимаю, — ну как обычно всё...      У Виктора всплыла в голове недавняя картина «зачитывающегося» Джейса Талиса — лохматого, слегка покусывающего губу, почёсывающего карандашом межтеменную кость и предельно сосредоточенного. Он усмехнулся: читающий и понимающий с каждым словом всё меньше Джейс Талис был великолепен.        Как и любой другой Джейс Талис, впрочем.      — Поздравляю, — ещё мягче улыбнулся Виктор. — А кто у тебя принимал?      — Наш лектор поменялся на какую-то тётю. Я эту тётю первый раз в глаза видел, честно. Не знаю, откуда она взялась, но она мне все возможные подковыристые вопросы по билету задала — без понятия, как я выжил и как она не устала. Этой тёте ведь ещё пол-Пилтовера принимать нужно было. Она потом сказала, что ей «интересно слушать просто стало», вот она и взялась меня так долго мурыжить. Жаль на суде её не было, а то меня б небось и не исключали. Это приятно, конечно, преподаватели редко слушают с таким вниманием... Я ещё когда билет вытянул — всё, думаю, пропал, знаю темы плохо. А потом хоп — и вытащил как-то на высшую оценку... Ты извини, заболтался, — одёрнул себя Джейс и встряхнулся.       — Нет-нет, продолжай, — Виктор неосознанно наклонялся к Джейсу всё ближе и ближе. Слушать Джейса ему нравилось явно не меньше, чем принимающей. И прав на длительное слушанье Джейса он тоже имел явно не меньше.      — Да всё, дальше ничего интересного. Спасибо, что выслушал. И вообще: спасибо тебе. Ты мне здорово помогал.      — Мы с тобой один раз посидели всего.       — Ну... Ещё ты меня от смерти спас, — напомнил Джейс тихо. И добавил погромче: — И регулярно вдохновляешь жить. — Жар резко распространился по телу Виктора. Это было... неожиданно. Нельзя так, Талис, подобные вещи говорить незаконно. — Я как вопросы билета твоим голосом перечитал, так сразу лучше пошло. Воспоминания про тебя на экзамене — шикарная шпора. Надо взять на заметку, а то послезавтра уже на следующую экзекуцию идти. Бедные мои товарищи, у них-то тебя не будет...      — Ну всё, всё, — Виктор отвернулся, чувствуя боль в мимических мышцах, пряча горячие щёки и пытаясь утихомирить расстучавшееся сердце. — Хватит уже. Понимаю, у тебя приступ любви к миру, но не убивай меня раньше времени.      — Вернёмся к вычислениям? Ты далеко продвинулся? — любезно сменил тему Джейс.      Виктора ужасно потянуло расцеловать его за тактичность. Но он удержался: остановка сердца, вероятно, дело неприятное.      — Я немного совсем успел. Быстро нагонишь.       Джейс придвинулся стулом поближе и, обхватив Виктора за плечо, с любопытством склонился над его записями.       Виктору оставалось только усиленно пытаться поровнее дышать.