Чёртовы Пикси

      В тот момент, когда двери в кабинет Грега распахиваются, он сидит, сгорбившись за своим рабочим столом и закрыв лицо руками.       Дерьмо.       – Перед началом разговора, в связи с наложенными на меня обязанностями, я посчитал нужным проинформировать вас, что вся ранее доступная мне о вас информация была тщательно задокументирована. О её местонахождении, как и о моём, осведомлены уполномоченные люди. В связи с этим, вне зависимости от результатов нашей беседы вы никак не сможете получить к ней доступ или уничтожить её. Также, я настоятельно не рекомендую вам как-либо воздействовать на меня, угрожать или пытаться принудить к чему-либо, поскольку эти варианты также были предусмотрены. При этом могу вам гарантировать, что любая полученная мною информация при соблюдении озвученных ранее требований останется в строжайшей секретности при условии, что она не угрожает национальной безопасности или моей жизни в частности.       Слова старшего Холмса, звучащие как тщательно отрепетированные, как и наверняка всё в его жизни, с трудом доходят до уставшего мозга. Чёртов Ярд. Чёртовы Пикси. Чёртов Холмс.       Грег просто хотел выпить блядского пива. В самом обыкновенном пабе, куда взял привычку заглядывать после особенно сложных дел. Или после любого взаимодействия с Шерлоком. Часто, в общем.       Но кто же мог знать, что чистильщики проглядели поселение Пикси, которое напало на его след именно в этот день. И ладно бы они налетели на него в его квартире или другом безлюдном месте, любой беспорядок убрать куда проще, чем разобраться с магическими существами на глазах у десятка маглов. И Холмса. Особенно Холмса.       Грег подозревал, что Майкрофт специально ради него решил пересилить свою нелюбовь к общественным местам и проследить по своим “волшебным” каналам за ним вплоть до бара. В любой другой день Лестрейд почку бы отдал за то, чтобы посмотреть на нелепый вид разодетого аристократа среди жалких смердов.       Возможно, он слегка и преувеличивал в отношении старшего Холмса. Майкрофт, несмотря на его любовь к помпезности и внешний лоск, не был столь напыщенным индюком, каким пытался казаться, но день инспектора был действительно дерьмовым. И последним в списке его желаний стояло разбирательство насчет всего… Этого. Магического.       Грег точно не знал, насколько много успел увидеть Майкрофт. Сам он был занят тем, что сначала отлавливал синих мелких пакостников, а после аккуратно подчищал память маглам и убирал учиненный разгром. Удаляющегося быстрым шагом Майкрофта он смог заметить только через стекло задней двери. И если разобраться с обычными людьми и Пикси было просто, хоть и утомительно, то, что делать со знающим и подозревающим Холмсом, решить было куда сложнее.       Тяжело вздохнув, Грег окинул взглядом напряжённую фигуру перед собой. Зонт на манеру трости упирался в пол, а руки крепко сжимали изогнутую витую ручку. Плечи расправлены, осанка прямая, взгляд холодный. Желание применить легилименцию было неописуемым. Лестрейду с самого первого дня хотелось взглянуть на разум обоих Холмсов. На этот волшебный, ха, мир, подобных которому он никогда за всю свою жизнь не встречал.       Останавливали его две вещи. Оба Холмса были невероятно умственно одарены. Один и вовсе являлся национальным достоянием. Не обладая сверхзнаниями в легилименции, лезть в мозг, подобный этому, было попросту опасно. И если, если их сверхорганизованный разум не сможет заметить вторжение и дать отпор, то был шанс причинить непоправимый вред как личности человека, так и его умственным способностям. В старых рукописях Блэков встречались книги, в которых описывались маглы-мудрецы, которых маги пытались прочитать легилименцией или наложить обливейт. Как правило, подобное заканчивалось фатально - частичная или полная амнезия, нарушения речевых функций, потеря возможностей к запоминанию новой информации или утрата вегетативных и когнитивных функций. Так один из предков насобирал целую коллекцию гениев, чьи разумы он пытался вскрыть или хотя бы прикоснуться к ним, но получил лишь кучку овощей. Да простит его Мерлин. Блэки были теми ещё сумасшедшими.       Ещё раз тяжело вздохнув, Грег махнул рукой, захлопывая дверь за спиной Холмса. Обычно тот сам настаивал на приватности разговора. Нервозность гостя выдавали лишь побелевшие кончики пальцев, крепко сжимающие зонт.       – Присаживайтесь, мистер Холмс, – махнув рукой на стоящий перед столом стул, Грег встал, – Чай, кофе? Может, желаете что-нибудь покрепче?       – Чая будет достаточно, благодарю, – сдержанно поблагодарил за предложенный напиток Майкрофт и все такой же напряженной статуей замер на стуле. Ни капли не стесняясь гостя, Грег налил в свою любимую кружку огневиски.       – Как мне к вам обращаться? – начал разговор Холмс, не притронувшись к чаю. Эрлгрей, между прочим, который он сам и купил Грегу после очередной бессонной ночи за работой из-за Шерлока.       – Также как и раньше, – маг повел плечом, – Грег, Грегори, инспектор, Лестрейд. Моё имя и должность вам известны, это не изменилось.       – Но вы представились неким Поттером, - серые глаза неотрывно следили за лицом собеседника.       Дедуцирует, гад. Как и всегда. Интересно, что же сейчас ему выдает его гениальный разум, учитывая открывшуюся информацию.       – Насколько много вы видели, мистер Холмс?       – Достаточно, инспектор, – холодно, – В свете чего у меня появилось множество вопросов, на ответах на которые я смею настаивать.       – Настаивать, – просмаковал слово Грег, делая очередной глоток. Вопреки ситуации, впервые за все их знакомство он чувствовал себя совершенно расслабленно и свободно. Иметь преимущество перед таким человеком, как Майкрофт Холмс, было до безумия приятно, – Вы с братом меня многому научили, мистер Холмс. Не против, если я слегка поупражняюсь? В дедукции?        Холодные глаза сузились, а знакомое напряженное лицо как никогда напомнило Грегу рептилию – как называла его миссис Хадсон.       – Для вас это игра, инспектор? Ну что ж, удивите меня.       – Не воспринимайте это как угрозу, Майкрофт, я лишь делаю свою работу, – убрав наполовину пустой стакан в сторону, Грег выпрямился и наклонился вперед, сложив руки, как он делал во время допросов.       Показушничество Холмсов во всей красе.       – Перед приходом сюда вы несомненно подготовились. Скорее всего, задокументировали большую часть известной вам информации и спрятали её либо в своём сейфе, либо на одном из удаленных серверов или вашем компьютере так, чтобы при вашей смерти или пропаже она попала в нужные руки. Вы вряд ли стали разглашать что-либо другим лицам, максимум вашей помощнице, Антее или как там её. Уверен, что на случай вашей смерти уже давно существует множество протоколов, так что писать завещание вам нужды нет. Возможно, у вас есть преемник. Или, учитывая ваши особенности, множество людей, которые примут на себя ваши обязанности, но вы точно не доверите всю известную вам информацию в одни руки. Так что, если с вами что-то произойдет, – Грег склонил голову набок, – Для избежания утечки мне будет достаточно позаботиться о двух людях. Трёх максимум. Возможно, вы рассчитываете, что я сотру вам память, как тем людям, и, когда вы вернётесь в комфортную вам среду, получите доступ к подготовленным вами файлам. Либо же, при несоблюдении какого-то из ритуалов, например кодовой смс или звонка, документы отправятся на заготовленный адрес, вероятнее всего, Шерлоку. Он ведь любит загадки, не так ли, мистер Холмс? Кто же ещё, как не ваш брат, сможет справиться с неординарной ситуацией, объяснения которой вы не смогли найти. Ну как, я смог впечатлить вас?       Грег чувствовал, как по его лицу расплывается мальчишеская улыбка. Ощущения были схожи с эйфорией от Феликс Фелициус. Прочитать одного из умнейших людей на планете было действительно приятно. Всё удовольствие портило застывшее и побледневшее лицо Холмса.       – Расслабьтесь, мистер Холмс. С вами нет никакого удовольствия от игры, - Грег вскочил с места, чтобы пройтись и сбросить напряжение, скопившееся в кабинете.       – Так вы работаете на Мориарти?       – Что? – пораженно выдохнул Лестрейд, обернувшись к Холмсу, – Боже, нет! Конечно нет! Я никак не связан с этим сумасшедшим. Или любым другим чокнутым преступником, если быть точным. Предупреждая ваши вопросы, я работаю только на благо и в интересах Великобритании и Короны. Просто мои обязанности насколько ммм… Специфичны, а подразделение крайне секретно.       – Не несите чушь, мистер Лестрейд, – воскликнул вскочивший Холмс, – В этой стране нет ни одного подразделение или структуры, о которых я бы не знал. И тем более ни одной разработанной технологии, о которой бы я не был проинформирован.       – Вы и не могли быть проинформированы, мистер Холмс, – повысил голос Грег, – Нет никакой технологии, ответ настолько же банален, насколько и сюрреалистичен для вас. Поверьте, не вы первый, не вы последний будете до последнего отрицать и называть меня лжецом, потом начнёте либо заваливать вопросами, либо бояться. Если бы не ваше положение и не ваш ум, этого разговора никогда бы не состоялось, как и прописывают наши законы. Ваше счастье, что рассказываю вам об этом я.       – О чём, чёрт возьми…       – Магия, Холмс, – Грег достал спрятанную ранее палочку и взмахнул, выпуская стаю бабочек, – Это обыкновенная магия, и она существует.       ***       Майкрофт с пустым лицом рассматривал порхающих по комнате светящихся бабочек.       Грег и сам помнил, как его поразила магия в первый раз. Разница была лишь в том, что одиннадцатилетке принять существование невозможного куда проще, чем прожженному политику, умудренному опытом прожитых лет.       – Выпейте, Холмс, – Грег сунул политику в руку наполненный стакан, – Не бойтесь, не отравлено. Это алкоголь - огневиски. Могу поспорить, такого вы ещё не пробовали, – ухмыльнулся Грег, садясь в кресло и пригубливая из отставленной кружки.       – Да, – заторможено пробормотал мужчина и сел, рассматривая свой напиток, – Я заметил, что ранее вы доставали незнакомую бутылку. Он тоже… – Майкрофт на мгновение запнулся и сглотнул, – Волшебный?       – Оно. Огневиски. О дааа. Лучшее из моих погребов. Есть несколько производителей, но этот, – пригубив, Грег наслаждался разливающимся по горлу жаром, – Лично делал мой старый друг. Ему уже лет тридцать. Нечасто я им угощаю, вам повезло.       – Что ж, – с сомнением рассматривая Лестрейда, Майкрофт сделал маленький глоток на пробу. Замерев на пару секунд, отпил ещё раз. А потом ещё и ещё.       – Эй, эй! Помедленнее, – притормозил его Грег, – Может по вкусу и не скажешь, но напиток и гиппогрифа может с ног свалить.       – Гиппо... Кого? – переспросил мужчина, но стакан отставил.       – Гиппогрифа. Один из видов магических животных. Полуконь-полугрифон, имеет черты льва и орла. Потрясающее животное. Величественное, гордое. Когда я учился в школе, мне даже удалось полетать на одном.       – Школа? Вы учились в школе?       – Ну конечно, мистер Холмс, – рассмеялся Грег, – Если вы думаете, что я один-единственный волшебник на свете, вы жестоко ошибаетесь. Конечно, количество магов существенно уступает людям, но обучение проходят все, – Лестрейд показательно покрутил палочку в руке. – Без обучения должному контролю необученные волшебники как бомбы замедленного действия. Откуда, вы думаете, пошли все эти россказни про ведьм из средневековий? Одно необдуманное в гневе брошенное слово и деревня людей просто пуф… И нету. А самое страшное, когда волшебник даже не понимает, что именно он погубил людей. Поэтому, да. В одиннадцать лет к каждому маленькому волшебнику прилетает сова с письмом о его зачислении в школу магии и волшебства. Ну, по крайне мере, мне такое пришло. В других странах, насколько я знаю, порядки слегка другие. К кому вороны прилетают, кому змеи приползают.       – Совы, вороны, змеи, волшебные школы, летающие кони… Господи, – Холмс схватился за голову, – Простите, мистер Лестрейд, но принять мне это очень сложно. Я всё ещё пытаюсь понять, реальность ли меня окружает или это очередное нападение с применением галлюциногенов и я брежу наяву. Я обладаю техниками, отличающими сны от реальности, и поскольку чтение…       Поняв, что Холмс всё еще находится в состоянии лёгкого шока и отрицания, Грег полез во внутренний карман пальто, где в расширенном кармане у него находился запас зелий. Жизнь среди маглов научила его всегда носить с собой самое необходимое, а специфика работы приучила никогда не бросать вещи вне зоны досягаемости.       – Выпейте, мистер Холмс, – не получив никакой реакции на свои слова, Грег насильно всунул флакон в руку и включил свой приказной тон, – Пейте, Майкрофт.       На удивление, не сомневаясь ни секунды, мужчина залпом выпил мутное варево, после чего сначала вскочил, а позже снова упал в кресло.       – Что… – прохрипел, – Что это было?       – Зелье, – Грег забрал флакон из ослабевшей руки, – Сам их принимаю, когда надо освежить и прочистить голову. Да, вкус так себе, но работает на ура. Не советую ложиться спать ближайшие пару часов, в его составе есть травы, действующие наподобие ваших энергетиков. Впустую потратите время.       – Неплохо, – пробормотал Майкрофт, прослеживая, как инспектор прячет пустой флакон в карман пальто, – Побочные эффекты? Противопоказания? Состав?       – Если вам что-нибудь может сказать настойка мандрагоры и корень лопусфилея, я могу предоставить вам книгу по зельеварению. Там же описаны все побочные эффекты и дозировки. Правда, мне кажется, что входящие в состав некоторых зелий глаза жаб и фекалии драконов могут вас ввести в некоторое заблуждение, – Грег напустил на себя непосредственный вид. Будто бы не имеет никакого значения, что он сейчас рассуждает о волшебстве в присутствии магла. Что ещё хуже, в присутствии Холмса. Майкрофта. Каждый день таким занимаюсь, да…       – Крайне заинтересован и буду крайне благодарен за подобную книгу, инспектор, - кивнул пришедший в себя Холмс, – Я могу задавать вопросы, мистер Лестрейд?       – Можете, мистер Холмс. И, если вы не против, называйте меня Грегом. Мне кажется, все эти, – неопределенно покрутил рукой, - реверансы сейчас не к месту.       – Тогда и вы зовите меня Майкрофтом, Грегори, – кивнул мужчина и, резко выдохнув, спросил, – На кого вы работаете?       – Как я и говорил ранее, на Великобританию и Её Величество. Пометка лишь в том, что среди обычных людей, по крайне мере до недавнего времени, жили волшебники. Ничем, кроме как наличием волшебных сил, от людей, или по-другому маглов, мы не отличаемся, но, во избежание повторения гонений пятнадцатого века, маги приняли решение о статуте секретности. Иными словами, ввели закон о неразглашении не волшебникам о существовании магии. Времена Салема сильно ударили по магам в свое время и многому научили. Если бы о нашем существовании стало известно общественности и обычным людям, слишком велика была бы вероятность возникновения нового витка войн и разногласий. Поэтому было принято решение о разделении мира магии от мира маглов. У нас всё так же существуют законы, практически идентичные с привычными вам, но имеется большое количество дополнений, связанных с магией. Что-то вроде о незаконных зельях, темных чарах, подчиняющих и убивающих заклятьях. Ещё где-то в пятнадцатом веке большая часть аристократии являлась волшебниками, но за многие годы произошло полное разделение. И известные вам сейчас лорды и пэры - это потомки бывших волшебников, либо полностью потерявших магию из-за частого кровосмешения, либо сквибы, как королевская семья, – видя непонимающе выгнутую бровь, Грег пояснил, – Сквибы - это люди, как правило, родственники волшебников, способные видеть волшебство и волшебных существ, которых обычные люди видеть не могут. Некоторые сквибы, рожденные в волшебных семьях, остаются жить в волшебном мире, другие же, куда чаще, уходят… Уходили в человеческий и жили как обычные люди. Сейчас в высшей аристократии есть единичные осведомленные о нашем существовании люди, и Её Величество - одна из них. Если честно, когда мы только познакомились, я был уверен, что вы, Майкрофт, входите в этот список, но по-видимому…       – Меня не посвятили, – задумчиво продолжил Холмс, – Вы хотите сказать, Грегори, что если я сейчас позвоню Её Величеству, то она подтвердит всё вами сказанное?       – Да, - просто ответил Грег, – Но я бы посоветовал вам подождать до утра. Ночью, - взглянул на часы, – мне думается, она всё же спит.       Майкрофт скривил губы в подобии улыбки.       – Боюсь, вы плохо её знаете.       – О, я с вами согласен. Мы виделись всего лишь пару раз. Но она показалась мне крайне приятным человеком.       – Вы знакомы с Её Величеством? – поразился Майкрофт.       – Приходилось, – Грег неловко поерзал на кресле, – В нашем обществе произошло несколько… Событий, о которых стало известно короне, и она настояла на личной встрече.       – Неожиданно, Грегори, – Майкрофт задумчиво провел кончиками пальцев по губам, не отрывая взгляда от Грега, – Думаю, наша с Королевой беседа будет весьма… Занимательной.       – О да, – Грег по старой привычке начал стучать палочкой по бедру, – Только, боюсь, Её Величество не признает меня как Грегори Лестрейда, хотя её и информировали о моей новой должности. Не знаю почему, но она терпеть не может мое новое имя и упорно называет старым, – скривился инспектор.       – Старым? – впился в него взглядом Холмс, – Вы же сказали, что вас зовут Грегори Лестрейд.       – Именно так. У меня и моей семьи довольно длинное генеалогическое древо, а у предков странная привычка называть детей длинными многословными именами. Как правило, на публику, по новым обычаям из-за ассимиляции с маглами, выносится лишь имя и фамилия родителей, в крайнем случае - второе имя, отца или матери. Когда я перебрался в магловский Лондон, решил взять слегка видоизмененную фамилию родственников со стороны отца, из Лестрейнджа в Лестрейда, и имя деда Грегори, поскольку оно близко по звучанию с моим первым.       – И как же вас звали ранее?       Грегори скосил взгляд на всё еще лежащую в руке бузинную палочку.       – Другие люди знают меня под именем Гарри Джеймс Поттер, или, – тяжелый вздох, – да к черту, всё равно узнаете. Мальчик, который выжил.       ***       – Мальчик, который выжил?       – Это крайне долгая и старая история, и у меня нет никакого желания говорить об этом сейчас. Может, в другой раз, – Грег взглянул на часы, – Если честно, я бы с удовольствием сейчас отправился в кровать. День был длинным, а вам итак есть, о чем поразмыслить на досуге.       – О да. Прошу простить за такой поздний визит, Грегори, но, я думаю, вы понимаете, что ситуация не требовала отлагательств…       – Всё в порядке, Майкрофт, я понимаю.       – Позвольте только напоследок задать ещё пару вопросов, – получив согласный кивок, Холмс продолжил, – Вы несколько раз упоминали про магов и сквибов в прошедшем времени – могли, делали. Что вы имели ввиду? И что значит сказанное вами “Ваше счастье, что рассказываю вам об этом я”? Исходя из ваших слов, в… Магическом мире что-то произошло, из-за чего вы нарушили статут секретности и рассказали мне правду, не… Как вы выразились, стирая мне память? Кстати, почему? Не сомневайтесь, я вам крайне благодарен, но будь я на вашем месте…       – Слава Богу, вы не на моём месте, Холмс, – отбрил Грег, – То, свидетелем чего вы были в баре - единоразовая акция. В нашем мире законы весьма суровы: применение магии к не магам без разрешения - верный способ попасть за решётку. Но, поскольку я являюсь представителем закона, и нет, не человеческого, а магического, у нас их называют авроры, у меня есть некоторые инструкции, – Лестрейд устало провел ругой по ёжику посеребренных сединой волос, – С вами всё сложнее из-за вашего… Интеллекта.       – Интеллекта?       – У любой магии есть ограничения, при желании я вам позже смогу рассказать более подробно. Важно то, что, используй я на вас заклинание забвения, неизвестно, какую реакцию мог бы получить. С равной вероятностью вы могли бы вспомнить всё стертое позже или же… Забыть абсолютно всё. Я просто не хотел рисковать возможными последствиями. Нет у меня, знаете ли, желания буквально убивать человека, лишая его личности, за то, что он стал нежеланным свидетелем, – увидев ошарашенный взгляд, Грег вспылил, – Именно поэтому я и говорю, хорошо, что вы не на моём месте. С вашими методами я знаком прекрасно. И хорошо, что в баре был именно я, а не рядовой сотрудник аврората, который кинул бы заклинание, даже не разбираясь.       – Я… Искренне благодарен и обязан вам, Грегори, – Майкрофт вежливо кивнул, но даже под этой маской аристократа Лестрейд видел, какое облегчение испытывает политик.       – Я принимаю вашу благодарность, – выверенная формула, вбиваемая годами в высшем обществе, сама слетела с языка. И он проигнорировал бы эту фразу, если бы не сверкнувший браслет долга, охвативший запястье Холмса.       – Что… – начал было мужчина.       – О чёрт, – Грег вскочил, перегнувшись через стол, – Мерлин меня раздери! Вы не магл, Майкрофт!       – Я не совсем понимаю…       – Вы сквиб, Холмс! Или волшебник! Нет, вы не можете быть волшебником, я бы почувствовал, да и сова из Хогвартса… Майкрофт, что вы видели в баре? Ну, когда я боролся с Пикси?       – Пикси? Это те… Синие маленькие человечки, в которых вы… Стреляли из сучка?       – Палочки, Холмс! Волшебной палочки! Да! Что ещё вы видели? – Лестрейд судорожно перебирал мысли. Пикси могли видеть как сквибы, так и маглы, если территория заранее не была закрыта антимагловским барьером, которому неоткуда было взяться в центре Лондона. Именно поэтому Грегу пришлось подтирать память местным выпивохам. Но перед тем как покинуть бар и заметить Холмса, волшебник абсолютно точно…       – Олень, – выдал задумавшийся Холмс, – Я видел светящегося оленя. Вы с ним о чем-то разговаривали, за стеклом было плохо видно, но я разобрал по губам, как вы говорили “Стер память” и “Поттер”. Я предположил, что это чья-то фамилия, в базе нашлось сто сорок четыре человека с фамилией Поттер, остальные слова разобрать не получилось, поскольку вы стояли ко мне полубоком, но фраза стереть память натолкнула меня на мысль, что вы можете воздействовать на…       – Да, да, вы подумали о новых технологиях, полностью отрицая идею существования магии… Кстати, а что вы тогда подумали? – оторвавшись на мгновение от своих дум, спросил Грег. Кому бы не были интересны мысли Холмса при первом столкновении с магией?       – Пятьдесят процентов на отравление галлюциногенами, тридцать на то, что вы шпион из другой страны, изобретшей неизвестные технологии, пятнадцать на раннюю шизофрению и пять на неучтенные-неизвестные факторы, вроде существования магии, – отрапортовал Холмс.       – Пять процентов, – присвистнул Лестрейд, – А вы молодец… Стоп! Иностранный агент? А, вы же про Мориарти спрашивали…       – Инспектор, – влез в его поток мыслей Майкрофт, – Вы сказали что я не человек… То есть не магл. Исходя из вашей речи, вы предполагаете, что я сквиб?       – Это самый вероятный вариант, – закивал Грег, – Я могу чувствовать магическое ядро волшебников, да и крайне маловероятно, что за многие годы вы бы сами не стали причиной магических выплесков и к вам не наведались бы авроры. При этом на вашей руке появился браслет долга, который является прямым указанием на ваше магическое происхождение, плюс вы видели мой патронус, тот, что в виде оленя, который не могут видеть маглы. Получается, что ваши предки или родственники однозначно были волшебниками.       – Возникает закономерный вопрос, – лицо мужчины скривилось в подобие улыбки, – Вы сами сказали, что сквибы, как правило, информированы о существовании другого мира, и, предположим, если бы я был маглом, статут бы на меня распространялся, но поскольку я, как вы уверяете, сквиб, почему…       – Вам не сообщили? – перебил полицейский, – Боюсь, что тут всего два варианта Майкрофт. Скажите, с как давно вы отслеживаете древо Холмсов? Или других ваших предков? Вы же аристократы?       Майкрофт неопределенно повел плечом:       – Что-то вроде. Баронеты, но позже звание учредили и мы стали представителями пэрлов. Насколько мне известно, самые старые упоминания нашей семьи идут с шестнадцатого века.       – О Майкрофт, – неверяще покачал головой Грег, – Вы могли не знать либо при какой-то чудовищно нелепой ошибке, вроде утери информации о предках и ранней смерти родителей, либо…       – Прошу вас, давайте без этих нелепых театральных трагических пауз инспектор, – возмутился Холмс.       – Либо, – не обращая внимания на чужое возмущение продолжил Грег, – Ваши предки были представителями инквизиции. Причем с магической её стороны.       – В составе святой инквизиции были маги?       – Ну естественно они были. Кто бы ещё мог рассказать о всех секретах волшебного мира или помочь победить маглам одаренных. Только другие волшебники, пошедшие против своих, – Лестрейд перебирал в голове всю известную ему информацию с уроков истории Хогвартса, – После уничтожения инквизицией самых крупных поселений, маги решили уйти в подполье, после чего был принят статут. Конечно, еще многие годы костры продолжали гореть и не всегда жертвами были волшебники или сквибы. Зачастую люди сжигали себе подобных по самым разным причинам. Новое же магическое правительство издало указ об изгнании предателей, – Грег нервно облизнул губы, – Их фамилии были стерты из магической истории, а на сами семьи наложено Вето. Их и их потомков лишили магии и изгнали из магического сообщество в магловский мир без каких-либо воспоминаний. Насколько я знаю, оставшиеся среди маглов аристократы дали непреложный обет о неразглашении потомкам этих семей. И, если предположить, что из нашей истории их просто стёрли…       – То у королевской семьи информация осталась, – закончил Майкрофт, – Но как все эти годы… Века мы могли оставаться в стороне? Неужели ваши заклятья вечны?       – Как правило, нет, но в то время инквизиция причинила много вреда. Накладываемые запреты были одобрены огромным количеством выживших и усилены пролитой невинной кровью. Удивительно то, что королевская семья до сих пор чтит древние законы, а в вашей семье продолжают рождаться сквибы…       – Грегори, – инспектор обратил внимание на болезненный и затравленный вид старшего Холмса, – Вы сказали, что потомков инквизиторов лишили магии. Но мог ли этот запрет как-то… Ослабнуть и родиться волшебник? И если он родится, могла ли к нему не прилететь эта ваша… Сова с письмом.       – Вполне вероятно, – Грег кивнул с беспокойством наблюдая за бледным лицом собеседника, – Вы предполагаете, что у кого-то из ваших родственников могли быть магические способности?       – У нашей семьи крайне разнообразная родословная со множеством специфических отклонений, – на лице мужчины снова появилась вымученная искусственная улыбка, – Взять хотя бы нас с Шерлоком. Экстраординарные умственные способности и прочее. Или наш дядя Руди. Человек, крайне оторванный от общества. Я знаю как минимум пятерых родственников с подозрением на шизофрению или другие психологические отклонения, а так же… – Холмс резко замолчал.       – Майкрофт?       – Я… Да это в общем-то неважно. У меня есть подозрения, что запрет спал много лет назад, но при этом наша семья продолжается расплачиваться за грехи предков… Но разве то, что вы мне рассказали, не запрещено?       – Непреложный запрет давали продолжающие жить в магловском мире маги. Те же, чьи семьи пострадали или помогали в борьбе, подобных обещаний не давали. И даже если так, я считаю крайне несправедливым, что вы продолжаете подвергаться столь древним ограничениям. Сроки давности прошли века назад. Мир и всё, что мы знаем, поменялись настолько… Наши предки в могилах вертятся. Вы спрашивали у меня, что произошло с магами? Они ушли, Холмс. Я говорю они, потому что сам решил остаться по эту сторону завесы по своим причинам. Плюс миру необходимо прикрытие от неведомых магических кризисов, с которыми люди не смогут справиться своими силами. Несколько десятилетий назад у нас была война победителями, из которой вышли так называемые силы света, – Грег чувствовал, как его губы разъезжаются в саркастичной улыбке, – Те пропагандировали принятие всего магловского и объединение с людьми. Но в нашем мире существуют такие люди, как пророки, – продолжал говорит волшебник, неосознанно перебирая неровности бузиной палочки, – Предсказания в нашем мире, как правило, не пустой звук. Была предсказана война. Великая и необратимая. Представляете себе, чем бы сейчас могла заниматься инквизиция?       Повисло секундное молчание.       – Вы про оружие?       – Не просто оружие, Холмс. Огнестрельное, биологическое, химическое… Ядерное.       – Господи… – поражённый выдох.       – Землю ждала катастрофа. И не важно, какое бы решение приняли маги. Выйти в мир открыто или продолжать скрываться. Современные технологии развивались и продолжают развиваться гигантскими шагами. Даже я, проживший среди людей десятки лет, продолжаю удивляться, как далеко вы зашли, – Грег бросил короткий взгляд на Холмса, – Телефоны с портативными камерами, магнитофонами и выходом в глобальную сеть, из которой невозможно что-либо удалить. Камеры наблюдения на каждой улице города. Летающие вокруг земли спутники и множество других вещей, в которых я до сих пор пытаюсь разобраться, просто не оставляли нам возможности продолжать скрываться среди обычных людей. Магия очень плохо дружит с техникой, и было бы крайне подозрительно продолжать ею пользоваться, уничтожая одни и те же камеры наблюдения, взрывая телевизоры и многое другое. Нас бы всё равно нашли. Одним из колоколов, после которого маги решили навсегда отделиться от маглов, стали подпольные лаборатории в Африке и Китае. Новая инквизиция, несмотря на строгое блюдение статута, уже зрела у нас под носом, а никто и не знал.       – И что вы сделали?       – Огромный пространственный карман с зеркальным отражением мира, – как что-то совершенно незначительное сказал Грег, пожимая плечами, – Моя подруга, с которой я учился в школе, –гений… Не совсем такой, как вы и ваш брат, но её познания в магии необъятны и поражают любое воображение. Когда поднялся вопрос о необходимости полного отделения и сведения всех теоретически возможных контактов к минимуму, она начала разработку заклинаний. За основу были взяты уже известные и давно забытые старые заклинания пространственной магии, позже подключились еще несколько гениальных умов, и спустя несколько лет они создали необходимый ритуал. Вариантов перебрали множество, тот, что предложила Гермиона , – маг улыбнулся при мысли о любимой подруге, – был самым безумным и жизнеспособным. Спустя пять лет подготовки, множество общемагических конференций и глобальное, действительно Глобальное голосование с абсолютным убеждением, иногда принудительным, всего населения о необходимости переселения, они создали что-то вроде… Альтернативной реальности. Та же земля, с теми же климатическими условиями, животными, насекомыми и примерно теми же континентами, но с абсолютно отсутствующей разумной жизнью.       – Это просто…– Грег смотрел на открывающего и закрывающего, как рыбка, рот Холмса.       – Потрясающе, скажите? – самодовольная и гордая улыбка вылезала на лицо Лестрейда всякий раз, когда он задумывался о проделанной ими работе. Переселение волшебных существ и растений, уничтожение всех следов существования магии и чистка потенциально опасных зон заняла почти двадцать лет их жизни. И если победа над каким-то сумасшедшим темным магом принесла лишь боль и сожаления, то Магическая Земля, как её называли маги, вызывала чувство трепета. Они смогли спасти мир от неминуемой гибели, не пролив и капли крови. Вдобавок ко всему, создать идеальные условия для потомков, которые никогда не будут подвергаться гонениям, храня секрет в мире, где магия не является секретом. Конечно, было крайне самонадеянно думать, что проблем на новой земле никогда не будет… Подонки и сумасшедшие были, есть и будут всегда, однако пока... Хотя бы ненадолго Грегори дал себе возможность чувствовать счастье от проделанной работы. Магия. Великая и необъятная. Она позволила своим детям выжить и попробовать начать всё сначала.       Именно поэтому Грег тоже решил начать сначала. Позволил Гарри Джеймсу Поттеру, Мальчику, который умер и воскрес, победителю Темного Лорда Воландеморта - умереть.       И обычному Грегори Лестрейду появиться.       ***       – Что ты… Стоп! Подожди! Господи, остановись хоть на секунду, – Майкрофт неверяще смотрел на сидящего перед ним мужчину, который, помимо того, что утверждал, что является волшебником, рассказывал ему о существовании альтернативных реальностей, наличие которых сложно принять на фундаментальном уровне. Если магия и предположительное прошлое его предков ещё укладывалось, с большим скрипом, нужно отметить, в мировоззрение признающего только факты Холмса… По крайне мере, большую часть информации у него будет возможность проверить позже, а в крайнем случае направить по адресу инспектора Лестрейда санитаров и самому занять соседнюю палату какого-нибудь учреждения...       Да, соседнюю, однозначно. Желательно с общим балконом. Или односторонне-прозрачной стеной… Нет. Позже.       Магия. Холмс не верит в магию. В отличии от Шерлока, он никогда не отрицал наличие необъяснимого – НЛО, Атлантида, Зона-51, смерть Кеннеди – классические человеческие примеры необъяснимого, которые они с братом читают на духу. Но иногда происходили вещи, объяснить которые было куда сложнее. Только после долгих бессонных ночей Майкрофт позволял себе остановиться на том или ином варианте своих умозаключений, даже если возможности как-либо подтвердить их не было. Пропажа команды целого незатонувшего судна? Нападение пиратов. Странные потери памяти, ложные воспоминания, отклонения поведения? Психотропные вещества, кодировка сознания, психиатрия. Открытие у себя познаний к неизученным языкам или освоение нового музыкального инструмента за час? Либо шарлатаны, решившие поразить мир, либо люди с измененным сознанием от ЧМТ травмы. Майкрофт и сам, в жизни не брав в руки скрипку, мог загнать Шерлока в глубокую депрессию, а новый язык способен выучить, посмотрев фильм с интуитивно ясным сюжетом.       Всё легко. Скучно. Объяснимо. Ло-ги-чно.       Но то, что ему сейчас рассказывал Грегори… Гарри… Нет, Грегори подходит ему гораздо больше. Не просто ломало все известные шаблоны. Оно хоронило всю известную ему жизнь!       Метод дедукции, разработанный им в детстве для Шерлока, основывался на достраивании неизвестных фактов для построения ясной и четкой картины с наличием допустимых отклонений переменных. Видя результат и обладая знаниями, решить или узнать истину элементарно.       Но.       Если допустить, хотя бы теоретически, что магия и всё сказанное Лестрейдом правда… Каждое умозаключение, сделанное Майкрофтом за всю его жизнь – ложь. КАЖДОЕ. Всё, что он знает, обязано пройти переоценку и перерасчёт.       Информация. Также ему потребуется вся возможно доступная информация, до которой он сможет дотянуться. Лестрейд говорил о школе волшебства – Хогвартс. Учебная программа - раз. История, наверняка их книги задокументировали крайне много необходимого – два. Вероятно, найдутся сохраненные летописи, манускрипты, дневники или автобиографии – три. Грегори упоминал другие магические школы, континенты и страны, сторонние источники по необходимости – четыре. Её Величество и другие информированные люди, сквибы из его, его, окружения – пять.       И это только за первые тридцать секунд допускания, что магия есть.       Если же думать дальше…       Альтернативные вселенные. Не нужно иметь интеллекта Холмсов, чтобы понять, к чему идет будущее земли. Возможно, не сегодня и не через сто лет, но человечеству придется задуматься о переселении. Перенаселение, озоновые дыры, таяние ледников, мутагенные штаммы, истощение ресурсов – необратимый экологический коллапс.       Шерлок с Майкрофтом всегда избегали темы космоса и вселенной, поскольку, если дать мыслям хотя бы возможность… Головная боль будет обеспечена на многие месяцы и годы. Слишком большое количество неизвестных переменных, лишающих разум покоя, выводят из себя.       А тут – магия.       Во всём этом было одно единственное хорошее но. Первоисточник – Грегори. Пусть Майкрофта до конца не покинули мысли о государственном шпионаже, галлюцинациях и шизофрении, его отправной точкой был Грегори Лестрейд. Инспектор полиции Скотланд Ярда.       Совершенно обычный, как он думал еще двенадцать часов назад, но невероятно привлекательный, в чем уверен до сих пор, мужчина средних лет. Умственные способности чуть выше среднего – необходима переоценка. Сорок два года, разведен, живёт один – переоценка, переоценка, переоценка. Закончил полицейскую академию – аврорскую? Представитель магического закона, требуется уточнение. Предположительно бисексуален, предпочитает женский пол, последняя сексуальная связь четыре года назад с бывшей женой – абсолютно несущественно. Переоценка. Честный, ответственный, храбрый, склонный к авантюрам, временами наивно-непосредственный, верный – подтверждено с вероятностью девяносто девять процентов.       Ах да.       Цель скрытой безответной любви некого Майкрофта Холмса – подтверждено с вероятностью сто процентов. Переоценка не требуется последние восемь лет.       ***       – Грегори, я прошу прощения, но настаиваю на продолжении этого разговора чуть позже. Вы предоставили мне большое количество информации, требующей тщательных размышлений, но даже такому, как я, требуется некоторая дозированность, – Майкрофт старался говорить медленно, четко произнося каждое слово. Видимо, то зелье, которым напоил его инспектор, теряло свой эффект.       Интересно, а получится попросить его о поставке волшебной во всех смыслах жидкости? Хоть и кратковременно, но эффект был в несколько раз лучше, чем у препаратов, используемых в МИ6.       – Вас так альтернативные реальности подкосили? – шоколадные глаза инспектора неотрывно следили за Майкрофтом, вглядываясь, казалось в самую душу. Ему всегда казалось, что тот обладает сверхъестественной привлекательностью, но теперь…       – Я понимаю, что для вас эти вещи обыденность, с которой вы имеете дело вот уже… С одиннадцати лет, если не ошибаюсь? Но прошу принять во внимание, что для меня всё, ранее вами сказанное, является крайне неожиданным и потрясающим все моё мировоззрение. Плюс, вне зависимости от моего на то желания, у меня имеются некоторые обязанности, не требующие отлагательств. До конца времени, отведенного на наш разговор, остается, – взгляд на часы, – пять минут. И если за это время я не покину здание, то нас обоих ждет множество крайне неприятных событий.       – Ах да, протоколы, – искренняя улыбка, появившаяся на лице инспектора, сделала его ещё моложе и… Очаровательнее, – Прошу, утолите мое любопытство. Это будет СМС или какая кодовая фраза?       Майкрофт тяжело вдохнул. Его всё еще злило, и восхищало, как легко смог прочитать его Грегори. Не во всём идеально, временами натянуто или лишь близко к истине, но недопустимо легко.       Восхитительный мужчина.        – Стук, Грегори. Самый обыкновенный стук. Спокойной ночи, инспектор.       ***