Госпожа Цзян

Сознание возвращалось урывками, сквозь звон в ушах были слышны крики. Я с усилием проморгалась, пытаясь понять, что происходит. Я полусидела на деревянном полу, тогда как передо мной женщина («Мама» шепнул тихий голос в голове) размахивала кнутом, громко ругаясь на юношу, совсем еще мальчишку («А-Сянь!»). Рядом со мной стоял брат («Чен-чен, что же ты?...»), судорожно сжимая кулаки и молча наблюдая за этой экзекуцией. Да, нам пришла информация, что орден Вэнь имеет к нам претензии из-за, как они упирали, поведения Вэй Усяня на переобучении. Тот факт, что отец забирал полумертвого юношу посреди леса, измотанного борьбой с легендарным монстром, как нам рассказали, да еще и без меча, игнорировался обеими сторонами. Меня разрывали два чувства – с одной стороны хотелось расплакаться, с другой… С другой, я вечно плачу, молчу и терплю. А сейчас на моих глазах убивают моего младшего брата! - Хватит! Все замерли от неожиданно громкого голоса всегда тихой Цзян Янли. Та встала, слегка пошатываясь, и подняла взгляд на госпожу Юй: «Я сказала хватит, мама!». - Прекрати себя вести!... – начала та, но была прервана. - Как Наследница Цзян? Или взять пример с вас и уподобиться базарной бабе? – меня просто несло, я встала перед матерью, загораживая собой А-Сяня. – Если вам отказал разум, обратитесь к целителю, но не смейте поднимать руку на моего брата! - Ты смеешь называть сына слуги братом?! – мама наклонилась вперед с шипением, но я со всей силы отвесила ей оплеуху. - Не смей указывать мне кого считать братом, а кого слугой! – Я смотрела в ее распахнутые в удивлении глаза. – У нас на пороге война, а ты продолжаешь лелеять свои обиды! Не нравится – выйди хоть раз за ворота, послушай, что говорят на улицах Юньмена! Ты, только ты, позоришь имя Цзян и роняешь репутацию ордена! Я больше не намерена терпеть подобное! Немедленно активировать щит! – Я обернулась к стоящим у дверей слугам, - послать людей в город, жителям необходимо срочно укрыться в убежище! Младшие ученики... – меня прервали. - Но госпожа, убежищем не пользовались уже… - слуга склонился передо мной. - Не волнует – всем немедленно взять вещи и направиться в укрытие, - я сузила глаза, - мастера по защите сейчас же бегом туда, проверять массивы и исправлять, если что-то пришло в негодность. С собой пусть возьмут младших учеников. И вообще, все ученики, не завершившие обучение, срочно бегут в убежище. Если Пристань не устоит – это наша единственная надежда на восстановление ордена. - Да, госпожа! – за дверьми началась суета. - Янли, что ты творишь?! – мать обескураженно смотрела на меня, ее лицо исказилось в гримасе. - Веду себя как госпожа Пристани, а не истеричка в борделе! С меня хватит! Хватит меня затыкать! Хватит мне указывать кого любить, а кого ненавидеть! Хватит! Меня окончательно сорвало с последних струн терпения. Я сжала кулаки и наступала на женщину, которая звалась моей матерью, но вела себя подчас хуже мачехи. Ее служанки отступали от нас переглядываясь и не зная что делать. Ваньинь позади меня поднимал Усяня, беззвучно открывая рот. - Если ты так гордишься собой – иди в бой и защищай орден, за главу которого ты вышла замуж! Веди себя уже как послушная жена! Не хочешь?! Так не смей требовать такого от меня, раз сама неспособна выполнять! Пошла вон с глаз моих! Я в последний раз посмотрела ей в глаза, уловив там страх («Мама умеет … бояться?»), и повернулась к братьям. - Проследите за эвакуацией наших шиди и шимей в убежище. Ваньин, - я посмотрела диди в глаза, - Усянь ранен, ему нужна твоя сила, помоги ему и не оставляй. - Сестра, а ты? - А я, - я гордо подняла голову, - я проконтролирую слуг. Следующие несколько часов творился полный бедлам - вокруг бегали люди, раздавались приказы. Я видела, как мастера-наставники, неоднократно водящие учеников ордена на ночные охоты, привычно собирают группы, проверяют, все ли все взяли и, выстроившись клином, подхватывают слуг и жителей ближайших зданий в Пристани и на максимальной скорости уносятся вдаль, откуда уже возвращаются мастера, сопровождавшие первые отряды. Из города прибежал юный шиди. - Почему не в Убежище?! – я резко развернулась, поднимая руку. Следующие за мной служанки остановились, ожидая приказа. – Продолжать эвакуацию, - обратилась я к ним, вновь обращая свое внимание на ученика. - Госпожа! На подходах к городу я видел Вэней! – мальчишка запыхался. - Ты был один? – первоочередно было уточнить, не осталось ли вне защиты учеников ордена. - Да, я пошел с луком… - шиди начал оправдываться, но я уже услышала главное. - Ты сейчас же хватаешь вещи и немедленно присоединяешься с следующей группе, - приказала я, поворачиваясь к ближайшему мастеру, - Уважаемый мастер Шиян, прошу ускорить эвакуацию. Захватите с собой младшего шиди, - я подтолкнула мальчика вперед, - и как можно больше старших учеников. - Да, госпожа Цзян, - мужчина склонился в поклоне и, придерживая за плечо подопечного, удалился быстрым шагом. - Госпожа! – ко мне бежала одна из служанок, ответственная за эвакуацию старейшин, - госпожа, они не хотят уходить! Я развернулась к ней: «Всем жителям города передано сообщение?» - Да, - она склонилась, хватая ртом воздух, - в городе никого не осталось, животных вывезли, Убежище для жителей переполнено, но дорога к нему закрыта, старые щиты восстановлены и подняты. - Тогда собирайте остальных и уходите, Пристань должна опустеть! – Я побежала к залу для встреч, наверняка они там. Так и оказалось, вместе с моей матерью они обсуждали сложившуюся ситуацию. В любом другом случае я бы тихо прикрыла дверь и оставила их там, но сейчас, когда каждое мгновение на счету, когда Вэни уже, скорее всего, вошли в город, когда мы на грани войны – я не могла. - Прошу всех немедленно встать на мечи и направиться в убежище, Вэни уже вошли в город. - Девочка, нам незачем бежать, им нужен…, - снисходительно начал говорить Лей Юнсу, уважаемы мастер, который еще моего деда помнил ребенком. - Как в Облачных глубинах, радушный прием? – Я не собиралась позволять им диктовать мне что делать, - если вы хотите умереть – ваше право, но я, как Госпожа клана Цзян, обязана позаботиться о людях клана. Счастливо оставаться, постарайтесь умереть с честью. – Я поклонилась и вышла из залы. За мной, после мгновения тишины, поднялся шум и больше половины советников клана, на бегу выпуская посыльных бабочек, поспешили за мной. Когда я оказалась на площади, перед закрытыми воротами стояли воины в цветах Цзян, готовые защищать наш дом, но я не это хотела увидеть: - На мечи и немедленно в Убежище! Клан требует вас! – Мой голос загремел с неожиданной для меня силой по площади, - Двое самых быстрых – по реке навстречу лидеру клана, он должен изменить маршрут и направиться водным путем в Убежище клана. Если будет сопротивляться… - Я проконтролирую, - из-за моей спины вышел Ю Янь, бывший наставник отца, - не волнуйтесь, Госпожа Цзян, ваш отец, вместе с подчиненными не собьется с пути. Он поклонился мне и, прихватив с собой троих бойцов, почти касаясь воды, улетел навстречу отцу. Ему я могла верить, даже если папа заупрямиться, перечить своему шифу он не сможет и, значит, по крайней за него я могла не волноваться. - Сестра! – А-Чен, поддерживая А-Сяня, подбежал ко мне, - сестра, почему мы уходим? - А-Чен, - я ласково улыбнулась братьям, - орден Цзян не готов к этой битве, а терять из-за глупой гордыни людей я не хочу. Поэтому мы спасаем тех, за кого несем ответственность, ты, как будущих глава ордена, должен это понять: орден – это не место, не гордость, это не деньги, нет, орден – это, прежде всего, люди. Не только заклинатели и старейшины, но и обычные люди, находящиеся под нашей защитой. Мы не можем себе позволить оставить их на потеху сумасшедшим воякам, ослепленным кровью. Поэтому мы уходим. Поэтому я прошу вас, - я нежно положила обоим своим младшим браться руки на плечи, - я прошу вас умерить свою гордыню и вести себя как подобает заклинателям ордена Цзян. Вставайте на мечи и сопровождайте последних оставшихся здесь людей. Мои мальчики! Они оба были на грани слез, но кивнули и поспешили к ожидающим их старейшинам. Внезапно, Вэй Ин взвизгнул и устремил свой взгляд вниз, где между ногами суетящихся людей, поджав хвост, метался маленький скулящий щенок. Я уже была готова подойти к нему, но, к моему удивлению, Вэй Ин замер, зачем-то оглянулся на меня, поджал губы и, набрав воздуха в грудь, наклонился, поднял щенка на вытянутых руках и сунул Цзян Чену. Тот ошарашенно моргнул, но тем не менее нежно прижал малыша к груди и, кивнув, встал на меч. Я гордо улыбнулась, мои братья, какие же они милые! И никто, никто не посмеет их обидеть! Я уже почти приняла руку старшего наставника, когда ко мне подошла моя мать. - Янли, - она серьезно смотрела на меня, подбирая слова и не находя их, - Янли, ты совсем выросла… - Да, мама, - не знаю, что она видела во мне, но я видела перед собой женщину, которую любила, да, но и иногда ненавидела. - Янли, - она протянула мне кольцо. Цзыдянь! Он покорно лежал на ее ладони, сверкая отполированным металлом, - возьми, Госпожа Цзян, - она с болью улыбнулась краешком рта и, дождавшись, когда я надену артефакт на палец, молча развернулась и ушла в дом. Ее верные спутницы поклонились мне и разделились – одна последовала за ней, а вторая пошла к воротам. Взмывая вверх, стоя за спиной мастера, я провожала взглядом оставшихся – всего несколько старейшин, несколько пожилых слуг и супругу главы ордена. Мне хотелось закрыть глаза, но я не могла, не сейчас, когда я, наконец, целиком и полностью – Госпожа Цзян, единственная.