Мой ангел смерти

      Ветер трепал деревья, пока двое мужчин продолжали конвоировать полосатого кота со связанными за спиной лапами. С него сняли шляпу, плащ и пояс, и он был вынужден бороться с пронизывающим ознобом при каждом шаге, пока похитители время от времени пинали его вперёд. Они были достаточно любезны, чтобы оставить ему сапоги, но только потому, что им было приятнее видеть, как он идёт и спотыкается, чем нести его.       Кот упал на одно колено, когда не большой бугор снега зацепил его сапог, он с тихим стоном выдохнул, и его дыхание рассеялось в морозной атмосфере.       — Поднимайся! — Потребовал один из мужчин, подхватив его за шиворот и бросив немного вперёд.       Его лицо быстро приземлилось на мягкий снег и лениво приподнялось с лёгким фырканьем. Он может пробыть на улице не так уж долго, прежде чем заболеет, но ему нужно было продержаться ещё немного, чтобы выманить своего спасителя. Вопросы в голове продолжат мучить его, если он не получит ответа, и он молился, чтобы это не убило его в конце концов.       — Давай шагай! — Крикнул другой грубоватый мужчина, подталкивая маленькое млекопитающее ногой.       Всё это путешествие с момента, когда он попал в засаду, и до сих пор сводилось к ходьбе - простой задаче, которая становилась тем сложнее, чем дольше он оставался без тепла. По правде говоря, он мог бы легко сбежать вместе с Кисой и Перрито, если бы захотел, но намеренно предпочёл остаться и сражаться. Это был глупый выбор, и обычно Смерть появлялся прежде, чем он успевал выкрикнуть его имя.       Однако в этот раз этого не произошло, и он испугался, что, возможно, он сглупил, когда пытался выманить его специально.       Он шёл всё медленнее, так как спазмы в животе постепенно усиливались, и он прикусил губу, чтобы подавить рвущийся из горла стон. Он не знал, сколько ещё сможет продержаться на дороге в этом сосновом лесу, куда бы он ни посмотрел, везде была лишь темнота. Солнце уже садилось, с каждой секундой понижая температуру всё сильнее, а его лёгкие продолжали вдыхать порывы ветра, мягко опрокидывающие его на землю.       — Я сказал, шагай! — Человек справа от него повторил пинок, чтобы заставить двигаться, но лишь опрокинул его обратно на землю.       Усталое пыхтение было единственным ответом, который мог дать Кот, свернувшись калачиком, когда он наконец отреагировал на жгучие ощущения, терзающие его мышцы и кости. Он хотел спать, отдыхать, ещё раз взглянуть на своего спасителя, испустив резкий вздох боли, когда его тело оказалось прижатым ногой к твёрдой поверхности под пушистым снегом.       — Тебе повезло, что босс хочет убить тебя своими руками. — Хмыкнул ему его похититель слева, прежде чем его напарник дёргает ему ногу, ухмыляясь беспомощности кота.       — Иначе тебя бы повесили на ближайшем дереве в качестве украшения. — Добавил он со смехом, поднимая его и подталкивая вперёд рукой в перчатке.       Сквозь туман кружащихся снежинок кот смог разглядеть впереди домик, лишённый света и тепла. Он догадывался, что люди, с которыми он пересёкся, были далеко не обычными мошенниками, а психопатами, которые наслаждались самыми холодными уголками жизни.       Нити страха стали подниматься по его лапам, а сердце учащённо забилось, когда путы отчаяния крепко обхватили каждый бьющийся орган, стараясь изо всех сил сохранить ему жизнь. Эти холодные нити цеплялись за него и тянули к земле всё сильнее с каждым шагом, и он задыхался, когда один из мужчин быстро свистнул, чтобы подать сигнал другому человеку, находящемуся в хижине. Ему не нравилось отсутствие надежды, которое он ощущал, глотая колючий воздух.       Подождите… Подумал он, когда дверь открылась, понимая, что может умереть, если волк не придёт в ближайшее время.       Если бы он остановился сейчас, его бы бросили вперёд против его воли. Если бы он решил замедлить шаг, то получил бы ещё один пинок в спину. Если бы он даже попытался бежать, то знал, что к моменту встречи с их хозяином его ноги будут бесполезны.       Выбор перед ним был далек от того, чего он хотел, он лихорадочно оглядывался по сторонам, когда дыхание участилось. Его взгляд искал и искал светящиеся глаза, которые когда-то заставляли его чувствовать себя так же, как сейчас. Он хотел ощутить чувство узнавания, чтобы облегчить ледяную яму ужаса, поглощающую его целиком.       За спиной послышалось отвратительное хихиканье от радости, которую они получили, слушая, как он паникует, когда дверь перед ними скрипит.       — Подождите! — Он вскрикнул, но тут же остановился, и сильный порыв ветра повалил его на бок.       Немного тепла, которое давало солнце, исчезло на глазах, когда он посмотрел за деревья, тяжело вдыхая и выдыхая, пока его тело снова подхватывали. От испуга с каждым вдохом горло становилось всё холоднее, и он закашлялся, почувствовав во рту лёд.       Он начал сожалеть, боясь, что наступит момент, когда он окончательно оставит своих друзей, не попрощавшись с ними. Он даже представить себе не мог, как они будут переживать и горевать, зная, что могли сказать что-нибудь, чтобы убедить его бежать с ними.       — Он у нас! — Крикнул тот, кто его подхватил, заставив кота поднять глаза на выходящую крупную фигуру.       И, как по волшебству, ветер медленно затих, позволяя замерзшим парам легко опадать, давая рыжему с ужасом рассмотреть идущего впереди человека. Однако он быстро заметил испуганное выражение его лица, прежде чем двое позади него забеспокоились и выхватили свои кинжалы, когда их босс мёртвой куклой упал вперёд, обнажив белую лапу, отпустившую одежду мужчины.       — Эй ты! Покажись! — Крикнул тот, что стоял слева от него, направив оружие вперёд.       Глаза Кота расширились, когда он увидел, как в дверном проёме появилась тёмная фигура и, сверкнув красным взглядом, перешагнула через уже умершего человека с серпами наперевес. Край кошачьего рта скривился в облегчённой улыбке, прежде чем его отбросило в сторону от удара ногой, и он покатился по снегу, дрожа. Он хотел пошевелиться, но его тело отказывалось что-либо делать.       Хуже всего было то, что за последние двадцать четыре часа он так и не поел, виня себя за то, что не прислушался к потребностям своего тела раньше. Он должен был знать, что путешествие по новым территориям обернётся подобным образом, ему следовало быть более подготовленным.       Смерть почувствовал, как в обеих его лапах закипает ярость, когда увидел, как двое мужчин обращаются с котом, обнажив клыки в жутком оскале, и вращал серпы высекая искры, чтобы запугать их. Его нос уловил смесь страха и облегчения слева от него, но морда сморщилась от мерзкого запаха грехов, когда он посмотрел на своих противников. От них исходило отвратительное зловоние, которое становилось только гуще, когда он подходил ближе. Кровь всех, кого они пытали и убивали, покрывала их руки до плеч, вызывая лёгкую тошноту.       Выражение его лица стало кислым, он испытывал отвращение уже только от их присутствия.       — Обычно я даю всем, кто с ним связывается, шанс убежать… — Мрачно проговорил он, снова вращая в лапах оружие, когда спускался по небольшой лестнице у крыльца, и на мгновение гладкая сталь осветила его лицо.       Преступники крепче сжали руки, принимая боевые стойки.       — …возможность спасти свою шкуру… — Он сделал ещё один шаг вперёд, сталкивая острый металл друг с другом.       Пыхтя и кашляя от сильных судорог озноба, вибрировавших в мышцах, Кот чувствовал, как ему становится всё холоднее, пока он продолжал слушать божество.       — …но вы двое… у вас нет такого права. — Волк в последний раз прокрутил серпами, остановившись на первой ступеньке, позволив воцариться тишине.       Оба человеческих мужчины от злости стиснули челюсти и сделали шаг вперёд, прежде чем покрытый серебристой шерстью зверь, ни секунды не колеблясь, бросился на них.       Крики боли и агонии наполнили лес, когда кот захрипел и пытался перевести дыхание, лениво поглаживая лапами свои путы, а его уши закрутились от звуков трескающихся костей и хлюпающих по земле кишок. Ужасающие крики вселяли в него надежду, пока он не увидел перед собой струйку ярко-красной жидкости и тело, брошенное к дереву рядом с ним, тихие стоны мужчины привлекли его внимание.       Снег громко хрустнул, когда ещё дышащий мужчина испустил слабый вопль, прося прощения, пока кот наблюдал, как его спаситель приближается к жертве.       И, не говоря ни слова, Смерть вонзил свой серп в грудь мужчины, с силой вырвав его с небольшим треском, пролив на землю ещё больше крови.       Мир снова погрузился в тишину, лишь слабый вздох вырывался из дрожащего кота, и божество посмотрело на него, так как луна светила достаточно ярко за облаками, чтобы сделать кота ещё более выделяющимся, чем он уже был. Его ярко-рыжий мех почти излучал свой собственный свет, и, уронив оба серпа на землю, волк быстро подбежал к нему, чтобы поднять.       Всё в кошачьем теле вызывало неприятные ощущения: нехватка тепла и постоянная дрожь на волчьих лапах. Времени на то, чтобы полюбоваться им, как обычно после спасения не было, он превратил веревки, обвязывавшие запястья кота, в ярко-розовый пепел и быстро занёс его в хижину.       Его внимание привлекло громкое сопение, за которым последовало чихание. Он посмотрел на кота, находящегося под его защитой, и встретился с изумрудным взглядом, в котором читалось любопытство. Они были до крайности измотаны, но вполне довольны, поскольку ему больше не нужно было ходить.       Волк коснулся ногой неподвижного трупа, чтобы тут же кремировать его, изгнав ещё одну душу в ад, ведь ему не нужно было держать их за руку, чтобы довести до этого места. Захлопнув дверь, он щёлкнул пальцами в сторону пустого камина и там зажглось пламя, осветив комнату розовым светом.       Кот сразу же почувствовал, как тепло наполняет комнату, и вздохнул, прежде чем его усадили на мягкое кресло рядом с пылающим огнём. Он поднял глаза на более крупного зверя, чтобы что-то сказать, но тут из него вырвался ещё один чих, и он снова захрипел, когда толстое одеяло накрыло его тело.       Лапы его на мгновение дрогнули, прежде чем он стянул с себя мягкую ткань и, вскочив с кресла, потянулся к выходящему жнецу.       — Подожди, Muerte! — Крикнул он, протягивая лапу, но встретил нечитаемое выражение лица и тишину.       Смерть не хотел задерживаться ни на секунду по многим причинам, которые он предпочёл не озвучивать, поджав губы и оставив кота в тёплом помещении одного. Он полагал, что тепла внутри будет достаточно, чтобы побудить его задержаться там подольше. Он полагал, что, возможно, единственный смертный, находящийся под его личной защитой, не станет глупить и снова подвергать своё тело риску. Однако что-то подсказывало ему, что полосатый кот не был одарён интуицией, так как был очень страстным, слишком страстным для собственной безопасности.       Он тихо спустился по ступеням, пока звуки сминаемого снега не восполнили недостаток шума, и спокойно направился к своим самым священным вещам.       Его внимание было приковано к алой жидкости, запятнавшей блестящий металл. Он медленно поднял серп и осторожно слизнул кровь, чтобы насладиться сладким, металлическим вкусом заслуженного правосудия. Её оказалось больше, чем он ожидал, она капала с краев на его пальцы ног.       Его уши дёрнулись под капюшоном, когда он услышал позади себя отчаянные шаги. Оглянувшись, он увидел, что рыжий бежит к нему изо всех сил. Он сглотнул кровь и повернулся к нему, наблюдая за приближающимся котом.       — Не двигайся! — Устало крикнул Кот, остановившись в нескольких футах от волка и сгорбившись, положив лапы на колени, чтобы унять боль в лёгких.       Волк наконец послушался и замер на месте, глядя, как густой снег мягко ложится между ними, а кошачье дыхание с трудом вырывается наружу после очередной нагрузки на мышцы.       — Объяснись. — Потребовал он, пытаясь перевести дыхание, жар, исходящий из его рта, был очевиден, поскольку туман мгновенно испарялся после каждого выдоха.       — Попадать в неприятности в зимнее время очень рискованно для…       — Я говорю не об этом! — Кот быстро заставил его замолчать, топнув ногой, и вперил горящий взгляд в ярко-красные радужки глаз.       Прошло несколько секунд, пока они смотрели друг на друга, лишь звуки лёгкого ветерка сопровождали их вместе с постепенным выравнивающимся дыханием. Прошло совсем немного времени, прежде чем божество подняло левую лапу и поймало на ладонь несколько крупных снежинок, мимоходом отметив для себя важную деталь: снежинки не желали таять на его мехе. Быть холодным млекопитающим было непросто, но жаждать тепла, которого не мог дать никто, кроме маленького кота перед ним, было ещё сложнее.       — Хорошо, полагаю, я должен тебе кое-что объяснить. — Он медленно опустил лапу, стряхивая с неё снег.       Он медленно вдыхал воздух, слегка приподнимая грудь, пока не перестал, и выпустил его весь сразу, но пар не выходил. Его дыхание было холодным, что говорило о том, что он не смертный.       Молчание между ними не могло длиться так долго, как он надеялся: какая-то его часть всегда знала, что герой в какой-то момент предпримет что-то решительное, чтобы выведать у него ответы. Он почти боялся этого момента и сделал ещё один глубокий вдох, чтобы успокоить бурлящие в нём эмоции.       — Ты всегда привлекал моё внимание, что бы ты ни делал. — Он начал медленно, с мягкой усмешкой, глядя на крючковатую сталь в своей правой лапе.       — Мне трудно осознать этот факт, не говоря уже о том, чтобы думать о нём, не испытывая тошноты… — Продолжил он, прежде чем отбросить мягкое выражение лица.       Последние слова смутили Кота, и он задумался, что тот имел в виду под словом «тошнота», ведь никто не станет продолжать спасать человека, если его тошнит от этого. Такая математика не сошлась бы в его голове, даже если бы он был в ней силён. Так что же получается?       — Что ты имеешь в виду? — Спросил он с любопытством в голосе и фыркнул, тут же подавив внезапный чих, чтобы дать своему спасителю возможность говорить.       Даже сам Смерть не знал этого, он лишь знал, что от любой мысли или идеи, связанной с котом, у него болел живот. Словно вирусная инфекция пронеслась по всему телу, нездоровый прилив тревоги и возбуждения, который бурлил, как стая птиц, испуганная грохотом выстрела. Его грудь всегда становилась неестественно горячей, как зажжённая спичка, которая никак не гаснет, а стержень горит так же ярко, как и при первом зажигании.       — Я не знаю. — Он лишь приложил лапу к груди, ощутив ледяное прикосновение под пончо.       Кот был озадачен его ответом, полагая, что существо жуткой концепции должно знать о себе хотя бы пару вещей, чтобы снять вопросы. Однако в ответ он получил ещё больше вопросов, и его сердце заколотилось от желания хоть как-то их прояснить.       — Что значит, ты не знаешь? — Почти крикнул он, подойдя ближе и вдыхая через нос, чтобы не захлебнуться.       — Я не знаю! — Волк закричал в ответ, когда поток эмоций быстро хлынул, и сильнее стиснул рукоять серпа, глядя на кота сверху вниз. — Я не понимаю, что всё это значит, но знаю, что не могу оставаться в стороне от тебя. — Признался он.       Кот на мгновение остолбенел, моргая, чтобы осознать сказанное.       — Ты не можешь держаться от меня подальше? — Спросил он, когда волк слегка отвёл взгляд, испытывая странное чувство, когда он снова повторил эти слова в своей голове.       — Да…       Страх, который жнец испытывал по отношению к кошачьему, стал слабым, а гнев - таким, что ему сразу же захотелось уйти.       — Так вот почему ты решил защищать меня? Чтобы проводить со мной как можно больше времени. — Задумался Кот, делая ещё один шаг вперёд и пытаясь понять, что чувствует божество.       — Да…       — Но почему ты ничего не говоришь после этого?       Этот вопрос, казалось, эхом гулял в голове волка, и он сжал челюсти, чтобы подавить разочарование, которое испытывал по отношению к самому себе.       — Потому что… я боюсь потерять тебя. — Вполголоса ответил он, крепко сжимая серп.       Сердце рыжего словно пронзила стрела: ему было больно от мысли, что бессмертный боится потерять связь с ним.       — Почему ты думаешь, что потеряешь меня? — Тихо спросил он, протягивая лапу, когда подошёл ближе.       Жнец зарычал на него, увидев протянутую к нему лапу кремового цвета, и в страхе отшатнулся назад.       — Разве это не очевидно?! — Сказал он ему с болезненной усмешкой, удивляясь, что коту не ясно нечто столь пагубное.       — Неужели ты не понимаешь, что этими серпами я нанёс тебе явные и глубокие раны?! — Воскликнул он, демонстрируя свой священный предмет.       — Эти когти?! Эти клыки?! Этот голос?! — Он продолжал демонстрировать всё своё оружие, которое использовал для пыток героя, стоящего перед ним, и после каждого крика взмахивал клинком, пока не всадил его в дерево, к которому прислонился безжизненный труп.       — Не зря я не задерживаюсь после твоего спасения, потому что… как жнец может полюбить смертного, на которого раньше охотился?! — Он резко замолчал, осознав, какие ужасные эмоции испытывает, запретная банка с червями открылась, как только он произнёс это слово.       Давящая тишина была единственным, что сопровождало их, когда кот на мгновение застыл с открытым ртом, а затем с щелчком закрыл его, прежде чем шагнуть ближе.       — Я бо-хпф…!       Он чихнул, пытаясь заговорить, и, фыркнув, вытер нос тыльной стороной ладони.       — Я больше не боюсь тебя! Неужели ты думаешь, что я нарочно ввязался бы в эту историю, если бы боялся?! — Выкрикнул он, после чего разразился приступом кашля.       — Я сделал всё это, чтобы лучше понять тебя, понять, почему из всех существ ты выбрал для защиты меня, хотя я никогда не просил тебя об этом. — Он подошёл ещё на шаг ближе, задев пончо божества, когда снова встретился с ним взглядом.       — Пожалуйста, Muerte, позволь мне помочь тебе. — Он умоляюще потянул за ткань обеими лапами и задрожал, когда его пальцы укусил ледяной холод от прикосновения.       Снег не переставал падать, и крупный самец смотрел на кота, пока снежинки медленно отказывались таять на его шерсти. Он и не подозревал, насколько голым выглядит кот без шляпы, плаща и пояса, и поднял взгляд ещё выше. Его глаза были такими же яркими, как и раньше.       — Хорошо. — Он ответил с неохотой, понимая, что его внутреннее беспокойство начинает сказываться на том, кого он хотел защитить.       Он прошёл мимо него, пока его пончо снова не натянули, и снова повернул голову к коту.       — Понесёшь меня? — Попросил Кот, со слегка согнутыми коленями и дрожа от усталости и температуры.       Не сказав больше ни слова, его желание было исполнено, и волк подхватил его на лапы, тихо вздохнув расслабляясь, хотя волчьи прикосновения были не лучше ледяного воздуха. Он почувствовал, как его тело раскачивается с каждым шагом по направлению к хижине, забыв, что совсем недавно она принадлежала опасным преступникам. Розовый огонёк внутри всё ещё ярко горел, и он с единственной мыслью посмотрел на лапу, лежащую у его лица.       Muerte…       Он снова чихнул, прежде чем вдохнуть, чтобы остановить насморк, чувствуя, как они ускоряют шаг, поднимаясь по лестнице в тёплое пространство.       Смерть нёс рыжего до тех пор, пока не добрался до стула, на котором оставил его ранее, присел и осторожно усадил его, прежде чем дрожь, наконец, прекратилась.       Он колебался, удерживая его ещё мгновение, и, наконец, отпустил его, прежде чем кот быстро схватил его за обе лапы и притянул их обратно. Взгляд волка мгновенно переместился на него, словно спрашивая разрешения.       — Всё в порядке. — Успокоил его Кот, снова прижав большие лапы к своему телу, когда заметил, каким спокойным выглядел волк, прикасаясь к нему.       Изначально это не входило в его планы, он пришёл сюда в поисках ответов. Но вместо этого он получил божество, которое боролось с самим собой, делая всё возможное, чтобы помочь ему, после того, как за эти несколько месяцев они поняли друг друга без слов. В этот момент он не хотел ничего другого, кроме него, смирившись с тем, что Смерть влюблён в него, и он выразил эту любовь, защитив его в любой момент.       Волк обнаружил, что дышит так, как дышал бы смертный, хотя это ничего не давало, поскольку его кровь и органы никогда не оживут. Вот почему его прикосновение было таким холодным, отталкивающим любого, кроме героя перед ним, который позволил ему эту роскошь.       Он хотел прижаться головой к тёплой форме жизни, наклоняясь всё ближе и ближе, пока, наконец, не уткнулся лицом в рыжего, который в ответ откинул капюшон. Когда-то холодные лапы начали согревать его лицо, он чувствовал, как маленькие пальчики гладят его мех, и глубоко вздыхал. Ему казалось, что его сердце вот-вот забьётся, но он знал, что этого никогда не случится, сколько бы он ни вдыхал.       Кот испытывал чувство гордости, зная, что ему удалось привести этого некогда разъярённого зверя в мирное состояние, просто предложив осторожно прикоснуться к своему телу. Однако он почувствовал, что у него быстро холодеют ноги, и провёл рукой по морде божества, прежде чем мягко поднять её к себе, чтобы встретиться с ним взглядом.       Конечно, он должен был почувствовать какую-то травму, глядя в ярко-красные глаза, на острые когти, впивающиеся в бока, или на острые белые клыки, выглядывающие из-за невинного выражения лица, но нет, он не чувствовал ничего, кроме желания. Словно невидимая сила притягивала его, как это было со жнецом, приближая, с затаённым дыханием, пока они едва не соприкоснулись.       Прежде чем они успели заключить сделку, полосатый кот внезапно чихнул на волка, заставив кота отшатнуться, в то время как более крупное млекопитающее вытирало слюну с носа.       — Возможно, сейчас не…       Рыжий не захотел больше ждать, притянул его к себе, их губы соприкоснулись, и из носа у него неудержимо потекло. Его это совершенно не волновало, потому что в этом были преимущества поцелуя с бессмертным, кроме него, никто не заболеет.       Чем дольше их губы соприкасались, тем сильнее разгоралось его тело, и кончики шерсти у них вставали дыбом, прежде чем они оторвались друг от друга, чтобы снова посмотреть друг на друга. Кот покраснел и попытался втянуть воздух носом, чтобы убрать сопли, когда волк решил слизнуть их.       — Эй! — Он смущённо вскрикнул, прикрывая нос от такого странного решения.       — Что? Ты всё равно поцеловал меня, хотя и чихнул на меня. — Смерть слабо усмехнулся, взяв кота за подбородок и в последний раз лизнув его в нос.       Он ничего не мог с собой поделать, когда снова посмотрел ему в глаза и снова прижался губами к губам рыжего, чтобы испытать это новое чувство снова. Все тревоги, которые он когда-то испытывал, исчезли, когда ему разрешили прикасаться к нему своими холодными лапами, говорить с ним приглушённым голосом, улыбаться своими страшными клыками.       Кот начал наклоняться вперёд, когда боль в мышцах снова усилилась, и он застонал, прежде чем схватиться за лапу, удерживающую его лицо, чтобы привлечь его внимание.       — Я не думаю, что смогу больше сидеть. — Устало сказал он, зевая и глядя вниз, на камин.       Волку не нужно было повторять дважды, когда он снова взял его на лапы, усадил у потрескивающего костра и лёг, держа кота в лапе. Он проследил за тем, чтобы его товарищ получил всё тепло от огня, и обнял его, когда герою стало достаточно уютно, чтобы прижаться к его груди.       — Так хорошо? — Спросил волк.       — Si… — Тихо ответил полосатый кот со вздохом, глядя на розовую вспышку, тихо потрескивающую перед ним.       Смерть слегка кивнул, прежде чем посмотреть вперёд, и закрыл глаза, когда почувствовал себя достаточно комфортно, чтобы позволить своему телу стать уязвимым. Он почувствовал мягкое дыхание на своих пальцах, его разум успокоился, прежде чем он впервые впал в бессознательное состояние. Сегодня ночью никто не умирал, кот, за защиту которого он боролся, был в безопасности, и, самое главное, он сам был рядом, оберегая его, укрывая перед огнём, который развёл собственными лапами. Требования были выполнены, и проблемы будущего будут переданы его будущей версии.       Они вдвоём мирно спали всю ночь, отрешившись от всего на свете, ведь в их собственном маленьком мире всё было в самый раз.