Одиночество

Одиночество сильное чувство. Оно больно впивается зубами в самые кости, не отпускает, царапает, гложет и рычит как злая собака. И ты сам рычишь уподобляясь ей. Кричишь всему миру «Посмотри на меня! Я здесь!» а он в ответ закрывает глаза и отворачивается упорно игнорируя твое присутствие. Именно так ощущал себя Айво окружённый деталями нового механизма. Он слаженно собирал его, винтик за винтиком, прототип, по подобию которого на заводах страны изобретут ещё. Но первый, как родной сын, всегда будет незаменим для Роботника. Он помнит каждый серийный номер, что дал своим созданиям. Каждую цифру и точку с пробелами. Он помнит, потому что больше никому не нужно это помнить. Больше никто не интересуется какой номер под белой пластиной металла. Какой компьютерный код зашифрован в маленьком летающем создании, любовно написанный его хозяином. Какой позывной имеет этот круглый, похожее на яйцо механизм. Они все его дети, его ответ обществу, его показатель того, что он есть. С каждым новым «малышом» он пополняет свою коллекцию, порой даже целуя в «лоб» того или иного дрона. Его малыши, его наследие, что будет жить лишь пока их создатель существует. После его смерти они будут обречены гнить на помойках или чего хуже оказаться разобранными глупыми людьми. Однако Роботника это не волнует. Он нужен им. Нужен железякам которые без него не выживут. Нужен им, чтобы с трепетом смазывать чудной механизм. Они похожи. Его скорлупа так же прочна как их корпус. Его равнодушие сравни равнодушию робота. Всегда, но не сейчас. Он грызет ручку, та с треском ломается и он отбрасывает ее прочь. Рассчет неверный, ничего не выходит и с каждым новым творением он боится не выдать тот результат, что от него ждут. Нет. Чего именно он ждёт от себя. Лишь самому себе он может признаться в слабости и страхах, что грызут как та противная собака зовущаяся одиночеством. Он снова дрожит от холода, пытается сдержаться но содрогается от ощущений пронизывающих до самых костей. С холодом приходит страх. Кому он нужен? Почему он здесь? Почему все сложилось так и никак иначе? За что судьба так поступила с бедным ребенком или это мир так поступил? Посчитал его слишком умным, слишком упёртым, всего с лишком и теперь напоминает о том, что его человеческая оболочка слаба. Рано или поздно его кожа истончится, покроется старческими пятнами, волосы выпадут и он сам отправится на помойку под названием кладбище. Но было кое-что, что скрашивало его серые будни. То, что он одновременно жаждал и боялся создать. То, чему придется жить после его смерти, а как научить жить что-то неживое? Корпус из железа и пластика, искусственная кожа, искусственное сердце, что будет биться на манер настоящего. Оно уже бьётся в его руках, готовое качать искусственную кровь. Он не спит ночами, тратит многомиллионные бюджеты на то, что будет принадлежать лишь ему одному до скончания времён. На то, что полюбит его, ведь таковой будет его программа. Его сын, его дитя заведенное не совсем нормальным образом. С сообразительный Т техничный О образованный У уникальный Н навечно Навечно преданный лишь ему. Маленький островок надежды теплиться внутри и доктор продолжает работу над своим произведением искусства. Над тем, что поможет оставить после себя хоть что-то. Что-нибудь возможно хорошее, не все же создавать одних лишь дронов, нужно смотреть выше. Искусственный интеллект — то, что ещё не создали люди. Не совсем в том понимании, что привыкли считать. Он будет обучаться, будет жить. Жить эту жизнь так, как не смог доктор. —Доброе утро, док! Я принес ваш любимый латте с молоком австрийской козы! Доктор отвлекается от чтения и берет стаканчик в руки, как всегда великолепно пахнет и на вкус приятно. Он поднимает взгляд и не может сдержать улыбки. Его создание великолепно, невинно как новорожденный ребенок, да и по разуму пока недалеко отошёл. Он самообучаем, однако имеет доступ лишь к тому что разрешает доктор. Айво пока не готов знакомить его с миром. Он не знает о зле, знаком лишь с добром, лишь к нему доктор относится с трепетом и уважением. Он то, над чем доктор месяцами трудился, его прекрасное создание. Искренне добрый и мечтательный. Единственный кому нужен доктор. —Спасибо дорогой, можешь идти. —Я могу сделать что-то ещё? — встаёт за спину, кладя руки на плечи доктора, мечтательно улыбается. —Иди наверх, я скоро подойду. Стоун кивает, опускается, осторожно целуя в макушку, а затем обращается с зависшему в воздухе дрону, улыбается и ему. —Пригляди за ним, Генри! Доктор, не задерживайтесь пожалуйста, скоро начнется моя любимая программа! Доктор смеётся обещая прийти как раз к началу.