Игрушка

Губы Мэл были очень мягкими, горячими и манящими. Целовать их было одно удовольствие, но в этот раз что-то… Было не так. - Элора, ты же понимаешь, - коснулась ее щеки Мэл, осторожно гладя по скуле, - что Джейс Талис – это просто игрушка. Элора понимала, что Джейс Талис – это чертовски красивая, обаятельная и гениальная в некотором плане игрушка, пусть и глупая, не замечающая откровенных манипуляций. «Он нужен для укрепления нашего влияния в Совете». «Он нужен для улучшения нашего финансового благосостояния». «Он нужен для развития Пилтовера». «Он нужен для реализации наших амбиций». Все это Элора слышала, когда Джейс Талис, взъерошенный и крайне довольный, покидал спальню Мэл. Польза от него всегда умещалась в банальное «Он нужен». И, если поначалу Элора была спокойна, ведь Мэл не рядом с Джейсом отзывалась о нем, скорее, холодно, то постепенно это начало меняться. Объятия Мэл были уже не такими жаркими – для Элоры. Поцелуи Мэл были уже не такими страстными – для Элоры. Голос Мэл был уже не таким сладким и медовым – для Элоры. Все, чем она дорожила, все, что Элора выстраивала, проводя годы и годы за плечом Мэл, рушилось. И все это получал Джейс Талис, пока Элора могла лишь ощущать, как с каждой ночью, каждым взглядом, каждым бокалом ноксианского вина Мэл отдалялась от нее все сильнее. Теперь Мэл начала улыбаться Джейсу Талису, а не Элоре. Теперь Мэл начала звать к себе на ночь Джейса, а не Элору. Теперь Мэл начала смеяться над шутками Джейса, а не Элоры. Теперь Мэл начала строить совместные планы с Джейсом. А не с Элорой. «Всего лишь игрушка» по имени Джейс Талис оказалась гвоздем, который медленно, но уверенно вбивался в сердце Элоры, будто желая убить болью, тоской и отчаянием. А сейчас Элора понимала, что вот этот поцелуй – совершенно обыденный и не чувственный, жестокий и подобный будто брошенной собаке кости, - был, скорее всего, последним. Элора была не готова отпустить Мэл, но ее уже никто не спрашивал.