Связаны

Дима лежал на кровати, такой умиротворенный и сонный. — Поспи, — тихо произнес Федя, обращаясь к нему. В ответ он услышал лишь тишину. Федя осторожно приблизился и улыбнулся. Дима спал как младенец, и Феде на мгновение показалось, что он хочет поцеловать его, но он сдержался. Федя аккуратно сел на кровать, поставил чай на тумбочку и сделал глоток. Он не мог оторвать взгляд от Димы, спящего так сладко. Это было самое прекрасное зрелище в мире, и он мог бы любоваться им целую неделю. Каждая черточка, каждая родинка, каждый волосок — всё казалось таким милым и родным. Дима уснул удивительно быстро, впервые за долгое время. Федя встал и подошел к окну. С высоты 28 этажа открывался захватывающий вид. Ему казалось, что они уже взрослые, живут вместе вдали от родителей, как мечтали. Только он и Дима. Дима играл бы ему на гитаре, а Федя слушал бы его бесконечно. Они бы шутили и смеялись, сколько пожелают. Дима всегда хотел завести ёжика, но его мать не разрешала. Феде хотелось спросить о том, что случилось с его отцом, но он боялся поднимать эту тему. Вдруг это окажется слишком болезненным для Димы. Федя успел сделать много дел, пока Дима спал, пока их покой не нарушил громкий стук в дверь. Кто же там? Конечно же, Катя. Честно говоря, Федю она уже порядком раздражала. — Федя, Дима, идём на обед! — воскликнула она так громко, что разбудила беспокойный сон Димы. Послышались его движения и вздохи. Сонный голос окончательно добил Федю. — Да, сейчас, Катя, — ответил он, и ему стало до конца жаль Диму. — Хорошо, Димочка, мы ждём вас внизу, — произнесла Катя с раздражающей ноткой в голосе. Куда ни пойдешь, Димочка, Димочка, Димочка... Федя любил называть так Диму, но словно ставил Катю в соперницы в этом. Через несколько минут Дима привел себя в порядок и вышел из комнаты, где его ждал Федя. — Тебя сильно разбудили? — спросил Федя. — Угу. Вставать вообще не хотелось, только лег нормально. После обеда Катя и Алена потащили их гулять. Ревность снова закралась в душу Феди, когда Катя взяла Диму за руку вместо него. "Да о чем я вообще думаю? Будто он мне нравится. Это ужасно, Кудрявцев", — подумал он. Алена шла рядом, что-то рассказывая Феде, пока он витал в своих мыслях. — Ты меня вообще слушаешь? — спросила она. — А! М? Да, да, конечно. — Ну и вот она потом забеременела от него. — Да, хах, классно. — Федя, но это же враг дорамы, он буквально насильно ее заставил. — Ой, я, видимо, не расслышал. Алена покосилась на Федю, но продолжала рассказывать. Она дико любила сериалы и могла говорить о них часами. Федя посмотрел на Диму. Дима был сонный и безразличный с Катей. Ему снова казалось, что его тянет больше к Диме, чем к Алёне или кому-то ещё. — Ребят, простите, мне нехорошо, я, наверное, в отель, — сказал Федя. Не хотелось, конечно, оставлять Диму, но ему нужно было побыть одному. Когда он пришел в комнату, то лег на кровать, рядом лежала футболка Димы. Федя не заметил, как взял ее в руки, прижимая к себе и закрывая глаза. "Даже если так, то он, наверное, против. Это же очевидно. А вдруг мы перестанем общаться? Будет считать меня дураком. В хуже. Всё как в детстве." В детстве Федю булили в школе и саду за его стеснительность и за статус тихони. Он быстро, словно не своей рукой, взял телефон и набрал Диме. — Как ты относишься к ЛГБТ? — спросил он, а затем откинул телефон, сжимая футболку Димы так сильно, словно собрался порвать её, а ноги задрожали.