Двойное Счастье

— Вау, Тео! — Улыбалась Лиана, — Это безумно мило! — Это было совместное решение, между прочим, — быстро вставил он, — не только мое. — Угу, — кивнула Изабелла. — Но идея с журналом — твоя. И реализация, тоже полностью твоя. — Лошадь и всадник: с 1952 года — коллекционный выпуск, между прочим, — Лиана быстро прогуглила, — Да это винтаж! — Я его из Англии заказывал, знали б вы, сколько там проблем было.. Лиана мягко ему улыбнулась, — А я распечатала его старые фото на соревнованиях и оформила в альбом, — девушка протянула тонкий сверток, перевязанный лентой. —Чтобы видел, как вырос. И сколько всего впереди. — Как трогательно, — Протянула Иза. — Подарки же. Надо, чтоб с душой. — Она оглянулась на ворота. — Кстати, а он знает, что мы с подарками? Или думал, что мы просто на тренировку? — Думаю, он надеется, что все забыли. — Зейн усмехнулся. — Но будет очень рад. Именно в этот момент створка ворот со скрипом приоткрылась, и показался сам Дилан — в форме, в перчатках, со спутанными от ветра волосами и растянувшейся от уха до уха улыбкой. — Ребята! Он шагнул вперед, и тут же оказался в центре всеобщего внимания — Зейн хлопнул его по плечу, Изабелла обняла, а Лиана с улыбкой вручила свой альбом. — С днем рождения, Дилан, — сказала она. — Надеюсь, что тебе понравится. Он взял сверток и прижал к груди, на мгновение став совсем не тем парнем с идеальной осанкой и сухим юмором. — Вы с ума сошли, — пробормотал он. — Это.. блин, это реально круто. И журнал.. Тео, ты псих, — он повернулся к нему. — Спасибо, вы лучшие. — И это еще не все, — вставил Зейн и сунул ему в руку маленькую коробочку. — От всей команды. — Надеюсь, это не еще одна лошадиная подкова с выгравированной мотивацией, — фыркнул Дилан, скривив рот в полуулыбке, но аккуратно развязал ленту, словно боясь повредить содержимое. — Это фигурка тебя на жеребце, напечатанная на 3D-принтере, — вставила Иза. — Но в стиле фэнтези, все как ты любишь. У тебя там магический меч и броня. Дилан замер на мгновение, разглядывая небольшую фигурку. Его глаза расширились, и на лице появилась искренняя улыбка, которую нередко можно было увидеть у него в обычной жизни. Он наклонил голову чуть ближе, словно пытаясь рассмотреть каждую деталь, а затем осторожно взял ее в руки, ощущая легкий холод пластика и удивительную аккуратность работы. — Вау..  — выдохнул он, почти шепотом, — это.. это реально круто. Дилан поднял взгляд на друзей, и в его улыбке проскакивала настоящая радость. Парень сунул подарки в сумку, но не мог скрыть легкого восторга: плечи расправились, спина стала прямой, а взгляд блестел. — Пойдемте, я вас проведу до трибун, — сказал он. Его жест был мягким, но уверенным, приглашая друзей идти рядом. Они двинулись по бетонной дорожке вдоль изгороди, перешагивая редкие следы подков и обрывки сена. Проходя мимо стойл, Дилан кивал лошадям, будто проверяя, все ли на месте. — Тебе точно нельзя еще пять минут быть с нами? — спросила Лиана. Он усмехнулся и качнул головой. — Если я не выйду на поле вовремя, мой тренер лично подбросит меня в седло, а потом заставит делать круги до следующего вторника. Он остановился у деревянной лестницы, ведущей на смотровую площадку, и махнул рукой, — Располагайтесь, все лучшее — как говорится, в первом ряду. А потом добавил чуть тише, с тем же легким смущением, как и раньше. — И спасибо вам. Правда. Он подмигнул, развернулся и, не оглядываясь, зашагал в сторону манежа, где уже ждала его тренер, хмурая и вооруженная секундомером. Из конюшни вывели Жемчужину — массивную, почти устрашающе величественную кобылу, угольно-черную от ушей до копыт. Она казалась выточенной из мрамора — настолько четко на ее теле читались мощные мышцы, плотно укутанные блестящей шерстью. При свете ламп ее круп отливал стальным, а глаза вспыхивали темным янтарем. Жемчужина не терпела лишних движений вокруг, и даже конюх держал повод с почтением, чуть в стороне, будто признавая за ней абсолютное право на первое и последнее слово. Дилан подошел к ней уверенно, легко касаясь рукой к ее шеи — короткий, спокойный жест. — Работаем, девочка. Ты готова? — донеслось отдаленно. Жемчужина мотнула головой, прянула на месте — будто в знак согласия. Дилан легко вскочил в седло и начал разминку: шаг по большому кругу. Кобыла двигалась тенью — точной, послушной, но в каждом шаге чувствовалась сдержанная мощь. Затем — рабочая рысь. Дилан мягко задавал направление, проверяя отклик, регулировал темп почти незаметными движениями. Казалось, он вовсе не шевелится в седле — вся работа проходила через бедра, икры и малейшие повороты корпуса. В галопе Жемчужина пошла с задней ноги, точно по учебнику: мощный вынос, полный контроль на поворотах. Всадник и лошадь будто слились в одно целое. — Маршрут, — жестко бросил тренер. — Принято. Перед первой кавалетти Дилан собрал кобылу. Жемчужина словно прочитала его намерение: сама сбавила темп, подобралась. Прыжок — четкий, по дуге, в правильном ритме. Следом двойник, оксер… Ни одного сбоя, ни единой задетой жерди. Углы — безупречные, подходы — выверенные. В последней связке она почти летела: уши прижаты, шея вытянута, взгляд цепкий, хищный. Тео наблюдал за этим с ленцой человека, которому чужие увлечения неинтересны ни для понимания, ни для обсуждения. — Вау.. — протянула Лиана. — У него идеальное чувство дистанции. И эта Жемчужинка.. ну просто демон! — Угу, — пробормотал Тео, не отрывая глаз от экрана. Видео с разбором блогера в Snippet шло своим чередом, а он чуть ближе придвинулся к Зейну, уткнувшись подбородком в мягкую ткань худи и устроившись на его плече. — Он этим с десяти лет занимается, — упомянула Иза. — И все еще называет это спортом. — Так это и есть спорт, — возразила Лиана, но без нажима. — По-моему, если за тебя прыгает лошадь, это уже не спорт.  — Ты чего.. Ты хоть ему этого не говорила? — Конечно да. Давно еще. Он потом два дня со мной не разговаривал. С противоположной трибуны один из тренеров крикнул что-то Дилану — похвалу или замечание, Тео не разобрал. Жемчужина резко замедлилась, переходя в шаг, словно точно знала, что круг завершен. — Просто мне кажется, — добавил Тео, прижимаясь щекой к плечу Зейна, — что нормальные люди в свободное время пьют кофе, а не скачут на черном коне, как предвестники апокалипсиса. Зейн хмыкнул. Тео уже собирался окончательно вернуться в ленту, когда Дилан подошел к ним: слегка запыхавшийся, с шлемом в руке, волосы растрепаны, лицо влажное от пота, щеки пылают, но глаза светятся довольством. Он выглядел так, будто только что провел тренировку века. — Ну что, понравилось шоу? — Он подмигнул, подходя к их ряду. — Я в восторге! — подскочила Лиана. Дилан кивнул в сторону конюшен, отводя с лица прядь потемневших от пота волос, — Пойдем, расседлаю Жемчужину. Если хотите — познакомлю вас с ней поближе. Все поднялись, лениво потягиваясь, и направились за ним. Зейн встал последним, а Лиана быстро взяла Дилана под руку, звонко рассуждая, — Такой шанс — не каждый день. Имя у нее как у украшения из витрины. — Поверь, стоит она тоже как коллекционное украшение, — фыркнул Дилан. — Но если уж хочешь прикоснуться к легенде — только под присмотром. Жемчужинка не прощает фамильярности. — В этом они с Тео точно сойдутся, — Улыбнулся Зейн. Тео прищурился и молча толкнул его локтем в бок — не сильно, просто чтобы дать понять: он все слышал. А потом, почти не глядя, нашел его ладонь и переплел их пальцы — легко, как будто это было чем-то давно знакомым и естественным. Зейн обернулся к нему с едва заметной улыбкой, чуть склонил голову, но не сказал ни слова. Тео сжал его пальцы чуть крепче. Конюшни встретили их теплым, терпковатым запахом сена, кожи, лошадиного пота и старого дерева.  В тени прохода уже ждала Жемчужина — рослая, черная, будто вылепленная из лакированного обсидиана, с настороженно приподнятыми ушами. Она не топталась на месте и не мотала головой, стояла почти неподвижно, следя за ними цепким, проницательным взглядом. — Привыкай к публике, красавица, — вполголоса сказал Дилан, подойдя к ней сбоку. — У тебя гости. Он не торопясь принялся снимать с нее амуницию: ослабил подпругу, снял потник, потом седло, передал сбрую Тео, а поводья — Зейну. — Подержишь ее немного? Она спокойная, но не любит, когда крутятся сзади. — Конечно, — кивнул Зейн, замирая возле морды кобылы. Та фыркнула, дернула ухом, но осталась на месте. Снятые вещи аккуратно повесили на крючья у стены. После тренировки Жемчужинку нужно было привести в порядок — обтереть вспотевшие участки влажной губкой.  Мытье Дилан доверил Лиане. Пока девушка намыливала ей шею и плечи, Зейн подносил ведро с водой и держал мягкую щетку. — Смотри, не попади ей в уши — терпеть не может, — мягко предупредил Дилан. — И не спешите. Это как вечерний душ для нее. Лиана рассмеялась. Кобыла стояла расслабленно, только изредка перебирая ногами. Когда закончили, Дилан достал из ящика мешочек с кормом — смесь овса, гранул и сушеных яблок. — Частным лошадям дают больше, чем прокатным, — пояснил он. — И в рационе часто есть добавки. Все, как у спортсменов. Он высыпал корм в подвесное ведро, и Жемчужина тут же ткнулась в него мордой, зашевелила губами. — А потом? — спросила Лиана, вытирая руки полотенцем. — Потом — отдыхать. Сегодня она отработала. Они еще немного постояли рядом, наблюдая, как кобыла жует, тяжело дышит, моргает длинными ресницами. — Она правда красивая, — тихо сказал Зейн. — И знает об этом, — отозвался Дилан. Он усмехнулся и, словно подтверждая свои слова, достал из кармана несколько кусков сахара. — Держи, — он протянул один Тео. — Только ладонь держи ровно, а пальцы спрячь. — Эм.. может, ты Зейну дашь? — Тео нахмурился и сделал шаг назад. — Ну мало ли, вдруг она решит, что мои пальцы вкуснее сахара. — Не решит, — заверил Дилан. — Она воспитанная дама. Зейн ухмыльнулся.  — Давай, Тео, просто попробуй. Парень закатил глаза, но все-таки взял кусок. Ладонь вытянул, пальцы спрятал, как сказали. Жемчужина подняла голову, потянулась, обнюхала руку.. и вдруг громко фыркнула Тео прямо в лицо, брызнув теплым воздухом и мелкими капельками. — Ух ты ж!.. — Тео резко отпрянул, чуть не выронив сахар. Зейн тихо прыснул в кулак, а Дилан с невозмутимым видом наклонился, чтобы подобрать упавший кусочек. Кобыла же, как ни в чем не бывало, аккуратно забрала сахар и снова уткнулась в ведро с кормом. — Неплохо для первого раза, — улыбнулся Дилан. Он проверил, что ведро закреплено, и, похлопав Жемчужину по шее, закрыл за ней створку денника. — Ну что, — парень обернулся к остальным, — хотите посмотреть, где живут остальные? Раз уж вы тут, устрою вам мини-экскурсию. Конюшня оказалась длиннее, чем казалось снаружи. Они шли по широкому проходу, освещенному мягким светом ламп под деревянными балками. По обе стороны тянулись денники: в одних лошади жевали сено, в других дремали, опустив головы, в третьих стояли настороженно, наблюдая за ними. Дилан останавливался у каждого, называя имена и добавляя короткие истории: про гнедого мерина, который боится пластиковых пакетов; про серую кобылу, выигравшую в прошлом году региональные соревнования; про жеребца, который открывает защелку денника, если его не запирать на карабин. Лиана все время улыбалась, осторожно протягивая ладонь к мягким мордам, а Зейн задавал вопросы о снаряжении, висящем на крюках у стены. Тео, уже пришедший в себя после «атаки» Жемчужины, периодически косился на Зейна и едва заметно ухмылялся. В конце ряда конюшня переходила в просторный амуничник. Тут пахло кожей, металлом и чем-то слегка пряным. Седла висели на специальных стойках, сбруя была аккуратно разложена по номерам, а у стены стояли пластиковые контейнеры с кормовыми добавками. — А тут мы и проводим половину жизни, — сказал Дилан, разворачиваясь к ним. — Но сегодня, нас уже ждут, так что как-нибудь в другой раз. Они вышли из прохладной конюшни в февральский вечерний воздух. Кафе стояло в двух минутах ходьбы — невысокое, с деревянной верандой, с которой открывался вид на манеж. На крылечке горели гирлянды, а через открытые окна тянулся аромат свежей выпечки и жареных орехов. Внутри было тихо и уютно: несколько столов, мягкие диванчики, лампы в виде фонарей и фотографии лошадей в рамах на стенах. Хозяйка, улыбчивая женщина в фартуке, сразу узнала Дилана и радостно всплеснула руками, — Вот он, наш именинник! Они уселись за стол у окна. Лиана заказала большой чайник с мятой, Иза взяла сок, а Зейн — американо для себя и мокачино для Тео. Минуты не прошло, как к ним подошла официантка с серебряным подносом: в центре красовался небольшой торт с кремовыми завитками и надписью на белой глазури. Рядом — несколько тарелок с теплыми мини-кишами, хрустящими гренками и сырной тарелкой. — Отпразднуйте как следует, — подмигнула она, ставя все на стол. Дилан чуть смутился, но все равно улыбнулся и поблагодарил. — Вот он, звезда сегодняшнего вечера, — сказала Лиана, отодвигая к нему нож для торта. — Я надеялся, что вы забудете, — фыркнул он, но все же аккуратно надрезал первый кусок и положил его на тарелку Тео. — Ладно, почетный гость, с тебя первый тост. Тео приподнял брови.  — Почетный? С каких это пор? — С тех, как ты решился покормить Жемчужинку— ухмыльнулся Зейн, подталкивая к нему мокачино. Все рассмеялись, и даже Дилан, который обычно не любил шумных поздравлений, расслабился. Они ели торт, делились мини-кишами и тянулись за гренками, перебивая друг друга в разговорах. Иза рассказывала смешной случай с парой в библиотеке, Лиана делилась слухами о новой выставке в центре, Зейн вставлял едкие комментарии, а Дилан с удовольствием подзадоривал всех. В какой-то момент разговор сам собой свернул на учебу. — Я тут посчитала, — сказала Иза, глядя в чашку, — у нас вместе меньше пяти месяцев осталось. За столом мгновенно стало тише. За окнами лишь лениво прохаживалась лошадь, цепляя копытом снег,  — Даже меньше, — поправил Дилан. — Потом экзамены, защита, и все.. — Он развел руками. — Конец. — Бросьте, — Лиана махнула рукой, но в голосе тоже мелькнула грусть. — Мы же все равно будем видеться. Билеты не такие дорогие. — Конечно, — отозвался Зейн, но звучало это как «наверное». Тео поймал себя на том, что мысленно уже прокручивает пустой кампус без них. Без кафетерия, без глупых споров, без того, как Дилан всегда первым доедает все закуски. — Знаете что, — Дилан внезапно откинулся на спинку кресла. — А давайте съездим куда-то? — Куда? — спросила Иза. — И когда. У нас защита на носу.. — Ближе к концу семестра, когда потеплеет, давайте выберемся за город. Ненадолго — на день, а может, и на пару. С шашлыками точно, а если повезет, то и с ночевкой. — С музыкой, — добавила Лиана. — И пледами. — И маршмелоу, — вставил Зейн, поднимая взгляд на Тео. Тео улыбнулся, ощущая, как от этих слов теплеет.  — Договорились, — подтвердил он. Они чокнулись кружками, и воздух в зале, казалось, стал мягче. Смех вернулся, кто-то снова вспомнил шутку про библиотеку, Зейн подколол Лиану за ее странную любовь к мяте, а Иза попыталась объяснить, что маршмелоу лучше есть с печеньем, чем просто так. За окнами все так же тянулся запах свежей выпечки и жареных орехов, а в этот вечер, казалось, никто не спешил уходить. В какой-то момент Лиана, Иза и Зейн вдруг почти одновременно поднялись из-за стола — Лиана вспомнила, что хотела сфотографироваться на крыльце, пока не стемнело, Иза решила помочь ей, а Зейн вышел ответить на звонок отца.  — Вы там только торт не доешьте без нас, — бросила Лиана через плечо, уже застегивая куртку. Дверь мягко закрылась, и за столом остались только Тео и Дилан. Несколько секунд они молчали, смотрели на кружки с остывающим кофе, — Так что… шашлыки, да? — первым нарушил тишину Тео, чуть усмехнувшись. — Ага, — кивнул Дилан, откинувшись на спинку. Они оба замолчали. За окнами тихо сыпал снег, а в зале слышался лишь тихий гул голоса хозяйки, что-то объяснявшей новому посетителю. Тео машинально провел пальцем край кружки, не зная, что сказать, и заметил, как Дилан тоже уставился куда-то в сторону, будто выбирая слова. Вдруг он поднял взгляд, чуть наклонился вперед. — Тео. — Да? — Я хотел попросить помощи. Тео вопросительно приподнял бровь. — Я хочу, — Дилан понизил голос, — 14 февраля пригласить Лиану. Не просто так, а, — он замялся, улыбнувшись чуть виновато, — предложить ей встречаться. Тео моргнул, пытаясь понять, не ослышался ли. — Подожди. А я думал, вы уже.. — Нет, — перебил его Дилан, — и я хочу, чтобы это было.. Ну, особенным. Он сделал глоток кофе, будто собираясь с мыслями. — Помнишь, как ты делал недавно съемку для Оливии? Когда все выглядело так, будто фотограф просто случайно следит за парой — и все такое живое. — Помню, — кивнул Тео. — Хочу, чтобы ты сделал такое же для нас. Но чтобы Лиана не знала. Я хочу, чтобы это выглядело естественно. Так, будто кто-то поймал наш день. И сделать сюрприз для нее. — И где все это будет? — спросил Тео. — В парке аттракционов. Карусели, сладкая вата.. Тео тихо присвистнул. — Ты, значит, замахнулся по-крупному. — Ну..  — Дилан улыбнулся краем губ. — Если уж делать, то делать красиво. Я надеюсь, ты не весь день будешь с Зейном, и сможешь выделить нам буквально час вечером? — С Зейном? — Тео чуть нахмурился. — Мы вообще не планировали видеться четырнадцатого..  Он произнес это, а внутри уже начал ворочаться тихий, неприятный осадок. С одной стороны, помочь другу — вроде бы естественно. Тем более, речь шла о дне, который для кого-то может стать особенным. С другой — а Зейн? Разве Тео не должен провести этот вечер с ним, хотя бы из уважения к их отношениям? Мысль о том, что он будет бегать по парку с камерой ради чужого признания, вместо того чтобы быть рядом со своим парнем, царапала изнутри. — Ну, значит, тем более, — сказал Дилан, словно не заметив паузы. — У тебя будет время, и Лиана ничего не заподозрит. Тео выдохнул и натянуто усмехнулся. — Понятно. Значит, я буду вашим тайным папарацци. — Только самым незаметным, — уточнил Дилан.  Тео кивнул, хотя в глубине все еще зудела мысль: может, отказаться? Но слова уже прозвучали, и теперь отступать было как-то неловко.