«Далёкое прошлое»

Таурил не из тех, кто верит в чудо. Он знал, чем закончится эта битва, знал, что никакого подкрепления они не дождутся, и всё равно продолжал стоять до последнего, даже когда свежая рана от вражеской стрелы начала причинять ему совсем уж невыносимую боль. – Не спать, мерзавцы! – прикрикнул он на поникших от усталости и отчаяния эльфов. – Бой ещё не окончен! Он должен был поддержать хоть какой-то боевой дух товарищей, а потому вёл себя ровно так же, как и в любой другой схватке, не изменяя ни своей грубоватой манере поведения, ни горделивой осанке. Даже если это их конец, он встретит его с поднятой головой, а не опущенной! Древний артефакт — наручи плотно обхватывали его запястья вплоть до середины предплечья, их холодная тяжесть не давала Таурилу потерять связь с реальностью даже тогда, когда зрение начало затуманиваться от боли. – Крысиные отродья, – сквозь зубы прошипел эльф, понимая, насколько плохи их дела. Ему даже не нужно было смотреть вниз через стену, чтобы понять, что вражеская армия вот-вот пробьётся в город, а щит их колдуна слабеет с каждой каплей. – Командующий! Таурил! – вдруг услышал он знакомый голос и дёргано обернулся. – Бубен! Ну и какого лешего ты забыл здесь?! Я тебе что сказал, — принести ребятам сухие луки или болтаться, как медвежье дерьмо в проруби?! Штабс-капитан на мгновение застыл, но быстро взял себя в руки и встряхнулся, сбрасывая оцепенение. – Командующий, там внизу незнакомый эльф, он очень настойчиво просит поговорить с вами! – Что? – вытаращился на него Таурил. Ну не может же такого быть, что... а вдруг правда? – Неужто прибыло подкрепление?.. Хрупкая, как первый пшеничный росток, надежда закралась в его сердце, однако Бубен с сожалением качнул головой. – Нет, увы... он всего один, но он очень просит именно вас! – Тьху ты! – с искренней досадой сплюнул себе под ноги Таурил. – Сейчас вот вообще не время для визитов! У нас каждый эльф на счету, откуда бы здесь взяться незнакомцу?! Гражданский, который не ушёл со всеми?! – Я... я не знаю... Командующий махнул рукой. – Ай, неважно. В любом случае, это уже не имеет значения. Подчинённый взглянул на него с испугом. – Таурил... что вы имеете в виду?.. Тот тяжело вздохнул, почти готовый признаться в их бедственном положении, когда щит, сияющий тусклым голубым светом, наконец, погас. Его магия иссякла, либо же, колдун, как и многие другие, только что испустил дух. Шум дождя разом стал оглушителен, как и часто бьющееся сердце Таурила. Эльф медленно обернулся и тут же увидел, как в небо поднимаются не сотни, тысячи вражеских стрел, отчего и без того тёмное небо стало совершенно чёрным. Весь мир замедлился, а капли, по ощущениям, превратились в киафы. Стоящие на стене солдаты, как заворожённые, опустили сырые луки, неотрывно глядя на их приближающуюся смерть. Вот и всё, – подумал Таурил, не надеясь на чудо. Но чудо само пришло к ним. Новый магический щит мгновенно вспыхнул золотом, в последний момент отделяя эльфов от мучительной гибели. Стрелы бессильно отскакивали от его гладкой поверхности, что сияла как самый чистый скинт. Этот щит не мигал переменчивой силой, грозясь в любой момент погаснуть, как и его предшественник, нет, он горел и пульсировал в такт биению сердца своего создателя. – Прошу прощения, я не дождался вашего ответа. Командующий обернулся, мимолётно подумав, что не удивится, даже если за его спиной будет стоять какой-нибудь Бог во плоти. Однако на него смотрел такой же эльф, как и он сам. Промокший до нитки под этим непрекращающимся ливнем, высокий и стройный, но с выражением невероятной решимости, написанной на лице. Светлые волосы потемнели от влаги и тяжело струились по плечам, а дорогая, хоть и не вычурная одежда облепляла его гибкую фигуру. Зелёные глаза безошибочно остановились на нём, вычленяя командира из толпы ошарашенных эльфов. – Это твой щит? – пришёл в себя Таурил. Незнакомец кивнул. – Мой. Я подумал, что он может понадобиться. – Ты маг? Где ты был раньше?! – разозлился мужчина. – Наш единственный колдун отдавал последние силы, почему ты не помог ему?! Эльф нахмурился, его глаза расчётливо пробежались по всем, а потом он подошёл к краю стены, оставив нападки главнокомандующего без ответа. Определив что-то для себя, незнакомец вновь повернулся к чуть живому от ран и стресса Таурилу. – Откройте мне ворота. – Чт-... Ты, видно, совсем крышей поплыл?! Если откроем, их армия тут же бросит все силы, чтобы прорваться в город! Мы не сможем их сдержать! – Тогда сбросьте мне верёвочную лестницу. – Нахрена?! – Я хочу поговорить с их командиром. Теперь уже не только Таурил, но и все остальные смотрели на него так, словно он тронулся умом. – Да чёрта с два я это сделаю! – взорвался тот. – Если так наплевать на свою жизнь, то лучше посвяти её тому, чтобы помочь нам в битве или исцелить раненных!.. Но тут незнакомец подошёл почти вплотную, выражение его лица стало пугающим. – Скиньте. Мне. Лестницу. Они оказались примерно одного роста, но Таурил был крепче и сильнее, он полжизни провёл на полях сражений. Однако именно сейчас командующий впервые понял, что не может ослушаться приказа какого-то хрена с телосложением учёного! Сцепив зубы, он прикрикнул: – Бубен! – А?.. Т-то есть, да, командир! – Дай этому мерзавцу верёвку! – на вопросительно поднятую бровь, он насмешливо вскинул свою. – Лестниц у нас нет, кому-то придётся обойтись малым! Эльф не раздумывал долго. Кивнув, он схватил протянутый ему моток толстой льняной верёвки, накинул её конец на один из каменных выступов стены, обмотал второй вокруг талии, как страховку, ловким движением сорвал с пояса Бубена кинжал и сиганул вниз так бесстрашно, словно умел летать! Таурил, как и все остальные, подбежал к краю, чуть не перевалившись через него. Незнакомец прекрасно смог приземлиться, одним движением обрезал верёвку, не тратя время на развязывание узлов, и бросился навстречу верной гибели. – Современные колдуны пугают меня, – тихо признался кто-то. – Что, чёрт побери, он намерен делать? – пробормотал ещё чей-то голос. Таурил мало что понимал, но чувство, что у них снова появилась надежда на выживание, пусть и в лице этого странного суицидника, неожиданно предало ему сил. По крайней мере, новый щит поможет эльфам продержаться ещё какое-то время. – Не расслабляться! – гаркнул он, заставив товарищей вздрогнуть. – Обеспечить прикрытие этому... магу! А про себя мужчина решил что, если всё это действительно просто такой извращённый способ покончить с собой, то он даже из глубин ада достанет этого проходимца и убьёт повторно за то, что зря обнадёжил его ребят!

***

Эграссель не так давно покинул печать, вдребезги разбив свою вынужденную тюрьму. Ему пришлось срочно спасаться бегством, пока Отец не успел прийти в себя и бежать вместе с ним, но у него это получилось. Тадмавриэль всё ещё заперт и будет заперт до того момента, пока кто-нибудь снаружи не соберёт все разбросанные по Архею артефакты, чтобы снять древнее заклинание. Да, оставлять для себя лазейку было рискованно, но сейчас Первый радовался, что создал пути отступления, пусть на то, чтобы воспользоваться ими, он и потратил около половины своего магического резерва. Марибор изменился до неузнаваемости, а Белегост, к которому он больше тринадцати суток шёл пешим ходом, почти не прерываясь на еду в виде лесных ягод и сон, оказался в бедственном положении. Эграссель не раз пытался связаться со своими братьями-междумирцами, но завеса не пропускала его голос. Первые не слышали своего лидера, а значит, в этот раз эльфу придётся справляется со всем в одиночку. Он знал, кто в данный момент отравляет их родной мир, и знал, что должен сделать. Несколько крупных заражённых животных, что шли авангардом, бросились на него в лобовую атаку. Медведи, волки и даже лешие, все они подчинялись единому приказу, но не обладали собственным разумом, а потому слова «уничтожить всех эльфов» не могли подвергаться сомнению. Собрав магию Искры в правую руку, Эграссель одним движением развоплотил сразу несколько рядов заражённых существ. Пусть он и был ослаблен, но в масштабе нынешних реалий его резерва оказалось более чем достаточно, чтобы уничтожить всю эту армию. Однако, Первый пока не спешил этого делать, ему нужно было сохранить солидный запас магических сил на главного противника, если что-то в его плане «А» пойдёт не так. Животные тут же остановились. Кристаллы фиолетового скинта начали отваливаться с их тел, и пугливые по своей природе лешие первыми вышли из строя, стремясь вернуться в родную чащу. За ними последовали и прыткие волки, когда осознали себя в странной гуще скопления своих собратьев, медведей, людей и даже нескольких воронов. Последними исчезли медведи, и атака тут же приостановилась. Град стрел пролетел над его головой, это эльфы Белегоста, наконец, заполучившие сухие луки, решили поддержать его с воздуха. Атака выкосила следующие несколько рядов воинов, прежде чем те успели прикрыться щитами. Эграсселю было больно видеть смерти этих людей, но ему было также больно и видеть тела собственных сородичей, коих он в изобилии насмотрелся за стенами города. Сцепив зубы, он ждал, внешне ничтожный перед многотысячной армией, но тем не менее стойко отделяющий одних от других. – Довольно! Следующий поток стрел был сбит лиловым щитом, выставленным кем-то из глубин вражеского войска. Таки вышел, – мрачно подумал Междумирец, наблюдая, как к нему неспешно приближается фигура в белой рясе. Люди и вороны расступались, открывая ему путь и опуская головы то ли из уважения то ли из страха. – Эграссель? – с немалой долей удивления произнёс тот, расширившимися глазами посмотрев на эльфа, которого не видел уже около миллиона лет. – Лукий, – ответил тот без малейшего тепла в голосе. Крупные капли дождя уже давно промочили его одежду и волосы насквозь, отчего вид прежде доброго и терпеливого парня отдавал чем-то озлобленным. – Раньше ты звал меня «дядя Лукий», – с непонятной эмоцией заметил тот. – Это было до того, как ты принял решение истребить весь мой народ в угоду жестоким стремлениям отца, «дядя». Человек не то чтобы замешкался, но всё же надолго замолчал, пытаясь сопоставить образ этого уверенного в себе взрослого эльфа с маленьким мальчиком, который робко хватался за его руку, когда он приходил в гости. Получалось с трудом. – Твой отец... – Свихнулся, – перебил его Эграссель. – Как и ты. Я знаю, что заражение когда-то давно исказило твои мысли, но ты уже давно действуешь по собственной воле, слепо исполняя любое, даже самое безумное желание Тадмавриэля. Я не смогу простить тебе все эти отнятые жизни невинных эльфов, и никакие старые связи не заставят меня посмотреть на тебя иначе, чем на врага и убийцу. Лукий покачал головой. Пусть он и был готов сделать что угодно ради старого друга, которым восхищался и которому был искренне предан, но... Последнее, чего ожидал мужчина, отправляя армию на захват Белегоста, так это встречу с Эграсселем. Пусть они и не виделись уже очень давно, он не чувствовал в себе ни малейшего желания вредить сыну Тадмавриэля. Однако, их интересы слишком сильно противоречили друг другу, чтобы просто так согласиться с мальчиком и отступить. Он даже не знал, а существуют ли во всей Вселенной такие слова, которые заставили бы Первого отказаться от своих убеждений? Был ли хоть какой-то толк в этих переговорах? – Город уже почти пал, – в конце концов монотонно выдавил Лукий. – Нет смысла лечить мёртвую лошадь, мальчик мой. Просто отойди в сторону, никто тебя за это не осудит. Решительный взгляд зелёных глаз дал понять, что это была провальная попытка. – Я не дам тебе обратить Архей в руины. И если для этого мне придется убить тебя... что ж. Я готов, «дядя». Лукий нахмурился. Это было неприятно слышать. Почему... как так вышло, в какой момент его жизнь свернула не туда, что этот светлый ребёнок с доброй улыбкой начал его ненавидеть? Мужчина ощутил тянущую боль в сердце. Он вдруг понял, что искренне сожалеет о том, что стал врагом Эграсселя. На самом деле, он бы хотел стать союзником. Но, как бы то ни было, желания его старинного друга имеют первостепенную важность. – Я чувствую, как много ты уже потратил, Эграссель. Ты устал и слаб, тебе будет тяжело остановить меня, – вздохнул Епископ. – Не раздавай себя понапрасну, мальчик. – Пусть так, но ты знаешь, что мне всё равно достанет сил, чтобы развоплотить каждого заражённого в твоей армии, – эльф испытующе наклонил голову. – Как думаешь, сколько из них, познав ваше так называемое «очищение», продолжат следовать за тобой, а сколько обратятся против? Мужчина нахмурил тёмные брови. – Ты бы не стал говорить так, если бы просто хотел сразиться. Что у тебя на уме? – Рад, что мы понимаем друг друга. Сейчас мы оба в невыгодном положении и оба не собираемся сдаваться. Поэтому, я предлагаю тебе развернуться и уйти туда, откуда пришёл. Я не стану пока что трогать твоих заражённых, а ты отложишь планы на Белегост. Мы неизбежно встретимся позже, и уже тогда исход будет предрешён. – Если я отступлю сейчас, в город явится подкрепление, – не согласился Лукий. – Не вижу причин соглашаться на твоё предложение. – Если ты попытаешься закончить дело сейчас, то проиграешь, мы оба это понимаем. Но и я тоже понесу потери, а возможно даже и серьёзно пострадаю. У тебя будет шанс, если ты соберёшь силы, как и у меня. Однако... если ты хочешь сразиться и покончить со всем сегодня, то не стану отказывать. Я готов положить свою жизнь прямо здесь без сожалений. А ты? Мужчина задумался. Он должен был отказать... Тадмавриэль хотел бы, чтобы он продолжал атаку... Но перспектива ранить или уж тем более убить этого ребёнка... Лукий не хотел стать тем, кто прольёт его кровь. Неужели же нет никакого иного способа решить проблему? Как было бы проще, если бы Эграссель до сих пор оставался со своим отцом за печатью и не рвался на тот свет! – Я принимаю твоё предложение, – тихо ответил человек, чувствуя направленные ему в спину удивлённые и в какой-то степени даже счастливые взгляды солдат. Никто из тех, кто не был подвергнут «очищению», на самом деле не желал этой битвы. – Но мы на этом не закончим. Тебе лучше быть готовым к нашей следующей встрече, мальчик мой. – Не сомневайся. Буду.

***

Таурил не мог поверить своим глазам. Вражеская армия... отступала? Тьма самых разношёрстных войск, которым, казалось бы, ничего не стоило раздавить одного эльфа, медленно разворачивалась и уходила прочь. Вопреки всему... Белегост выстоял? – Победа... – неверяще прошептал Бубен. – П-победа! Штабс-капитан подбежал к противоположному краю стены и во всё горло крикнул застывшим в ожидании эльфам, что прислушивались к каждому шороху: – РЕБЯТА! МЫ ПОБЕДИЛИ! ОНИ УХОДЯТ! Крики восторга, плач и слёзы счастья наводнили воздух как раз тогда, когда ливень незаметно перешёл в редкий дождик, а потом и вовсе иссяк. Тучи над городом начали рассеиваться. – Что он им сказал?.. – потрясённо прошептал Таурил, не отрывая взгляда от хрупкой фигуры, что продолжала стоять посреди поля и смотреть, как людские крысы отступают. – Что вообще возможно сказать целой армии, чтобы заставить их развернуться и уйти?.. – Командующий! – набросился на него со спины поплывший от счастья эльф. – Мы живы! И мы победили! Таурил поморщился от боли в боку и скинул с себя Бубена. В его глазах на мгновение потемнело, а голова снова закружилась. – Тц! Не расслабляться, мерзавцы! Рано ещё отдыхать! Для начала нужно помочь всем, кто ещё жив, и провести учёт погибших! До прибытия подкрепления мы всё ещё сами по себе! – Да, Главнокомандующий! – не в силах сдержать улыбки в голосе, хором ответили ему лучники. Когда все разбежались, эльф и сам не смог сдержать робкую улыбку. Прислонившись к стене, он вновь посмотрел на этого странного незнакомца, и ему показалось, что, несмотря на приличное расстояние, их взгляды пересеклись. Это было последнее, что запомнил Таурил, прежде чем потерять сознание от облегчения, боли и физического истощения. Теперь было можно.

***

Пришёл в себя он с гудяшей головой и ноющим телом. Особенно сильно напоминал о себе левый бок, туго перетянутый чистыми бинтами. Таурил не хотел шевелиться, тем более, светлая комната, в которой он очнулся, была чистой, сухой, а главное тёплой. От холода больше не немели конечности и не синели губы, эльф почти был готов поддаться соблазну и вновь закрыть глаза. Однако, собравшись, он пересилил постыдное желание проигнорировать сохранность своих ребят, и медленно, с кряхтением сел на кровати. Он всё ещё был в Белегосте? Судя по виду из окна, эльф спал не больше половины караса, свет звёзд стал чуть ярче. Обречённую на провал попытку встать прервала молодая эльфийка, кажется он видел её среди тех, кто остался добровольцем, чтобы помочь раненым. Широко улыбнувшись, она, словно на крыльях, подлетела к нему. – Вы уже очнулись! Как вы себя чувствуете, Таурил? Главнокомандующий сдержанно кивнул. – Хорошо, вашими стараниями. Спасибо, что подлатали. – Спасибо нужно говорить не нам, а Эграсселю! – тепло начала щебетать та, разрезая бинты на его животе тупоконечными ножницами, чтобы оценить, как идёт процесс заживления. – Эграсселю? – нахмурился мужчина, пытаясь припомнить кого-нибудь с таким именем. – Кто это? – Неужто вы не знаете, как зовут нашего спасителя! – почти с испугом посмотрела на него эльфийка. А потом её глаза наполнились искренним обожанием. – Он такой сильный! И добрый! И учтивый! Никогда не встречала такого умелого мага, который в плюс ко всему не чурался бы и самой грязной работы! Знаете, сколько раненых он вытащил из лап смерти за последний... Карас? Ах, я потеряла счёт времени! Таурил весь напрягся, как натянутая струна. В голове тут же всплыл образ эльфа, что каким-то совершенно невозможным образом... излечил... заражённых животных? Что? – И где он сейчас? – задал вопрос командующий, опуская голову, чтобы взглянуть на стягивающиеся края раны. – Хм-м-м, исцеление идёт полным ходом... что? А! Сейчас он помогает последним раненым, тем, чьи травмы хоть и незначительны, но всё же требуют внимания! Бедняжка, он совсем не отдыхал с того самого момента, как проклятущие люди отступили! Мы уж просили его сделать перерыв, но он ни в какую! – девушка на мгновение прервалась и добавила совсем уж другим тоном. – Знаете... мне даже показалось, что он намеренно работает на пределе своих возможностей, будто пытается таким образом извиниться за что-то... Таурил нахмурился, не собираясь игнорировать чужое мнение, когда дело касается неизвестной переменной. – Позови его ко мне, где бы он ни был. С лёгкими ранами не обязательна помощь мага, справятся как-нибудь и сами. Эльфийка с некой долей удивления посмотрела на мужчину, но послушно кивнула и ушла, однако не раньше, чем наложила новый слой бинтов. Сидеть без рубашки было как-то некомфортно, его полуоткрытую грудь обдувал лёгкий сквозняк, отправляя колючие мурашки по плечам и позвоночнику. Однако, этот холодок не шёл ни в какое сравнение с тем, как он много скифосов провёл под ливнем ночью, так что Таурил отмахнулся от него, как от чего-то несущественного. Он не знал, сколько прошло времени, может киаф, может меньше, когда дверь в его комнатушку вновь приоткрылась. Взгляд эльфа быстро обратился на вошедшего. Это однозначно был он. Те же светлые волосы, на этот раз стянутые в небрежный хвост, простая одежда взамен его промокших тряпок и уставший, но доброжелательный внешний вид. Лёгкая улыбка озарила мягкие черты лица, делая парня совершенно непохожим на самого себя из прошлого, когда он осмеливался отдавать приказы вышестоящему! – Отрадно видеть, что вам стало лучше, – произнёс маг, присаживаясь на единственный стул и складывая руки на коленях. – Вы довольно сильно напугали всех своих солдат, они очень полагаются на вас. – Такова доля воина, – хмыкнул тот, оценивающе пробежавшись взглядом по этому хрупкому существу. Ну серьёзно! Эльф мог обхватить его запястье одной рукой, и ещё останется свободное пространство! – Значит, ты Эграссель? – Всё верно, – вновь улыбнулся тот. – А вы Таурил? – Где-то я раньше слышал это имя, – проигнорировал его мужчина, пристально следя за реакцией. Ни одна мышца на лице Эграсселя не дрогнула, он просто пожал плечами. – Полагаю, вы позвали меня для серьёзного разговора? В таком случае, прошу простить мне моё недавнее поведение! Ситуация была безотлагательной, поэтому мне и пришлось проявить к вам грубость. Могу заверить, обычно я не такой! – Кто ты? – прямо спросил главнокомандующий. – Как ты внезапно появился в городе? – Я пришёл из Марибора. – Один? Пешком? – Да. – С какой целью? – Я должен был увидеть Епископа Лукия — того, кто организовал набег на Белегост. – Откуда у тебя подобная информация? – сдвинул брови Таурил. – Насколько я знаю, имена и статусы наших врагов не являются общедоступными сведениями. – Когда-то давно я считал этого человека другом семьи. Мужчина опешил, абсолютно не зная, как на это реагировать. Другой на его месте мог бы счесть подобное признание изменой родине, но он видел, что сделал Эграссель, чтобы спасти их, а также мог наблюдать его прямо перед собой. Нет, этот эльф точно не был предателем, даже несмотря на свои опасные заявления. – Подробнее. – Епископ дружил с моим отцом, будучи ребёнком я часто мог видеть его в нашем доме. Таурил непонимающе сложил руки на груди. – Ты либо свихнулся, либо плохо учил историю. Скажи-ка мне, парень, ты знаешь, как долго уже идёт война? – Могу предположить, что достаточно долго? – Я ещё даже не появился на свет, когда ситуация с людьми начала обостряться! В Мариборе уже давно нет никого, кроме эльфов, ты не мог видеть этого человека, будучи ребёнком! – Хотите поспорить? – Не хочу! Я хочу услышать правду! – Но это и есть правда. Таурил ущипнул себя за переносицу. – Допустим, что ты старше, чем выглядишь, я знаю, что колдуны могут продлевать свою молодость. Но наш враг — людская крыса, он бы давно сгнил в земле за прошедшее время! Эграссель вздохнул, печально опустив уши, однако на командующего не подействовала его грустная моська. – Лукий — не обычный человек. Вы, вероятно, уже много знаете про заражённых? Мужчина напряжённо кивнул. Это была ещё одна информация, которую они пока предпочли скрывать от публики. – Так вот, Епископ тоже когда-то был заражён, но не так, как вы привыкли думать. Я не знаю точно, как это произошло и почему он не похож на типичного, покрытого фиолетовым скинтом монстра, но это сделало его практически бессмертным в плане долголетия. – Откуда у тебя подобные сведения? Они достоверны? – Могу заверить, что да. Я потратил многие годы, пытаясь найти способ излечить эту болезнь, – он на мгновение отвёл взгляд, а Таурил нахмурился. Что он потратил?.. – Я хотел помочь кое-кому... к сожалению, на него не подействовал мой метод, но на так называемых «вторичных» он работает довольно эффективно, вы могли сами в этом убедиться. – Что ещё за «вторичные»? – Главнокомандующий, вы задаёте слишком много неважных на данный момент вопросов! Таурил хотел огрызнуться, но понял, что он прав. Глубоко вздохнув, эльф мысленно сосчитал до десяти. – Как ты смог заставить вражескую армию отступить? – Я просто пригрозил, что развоплощу каждого заражённого солдата, от дикого животного до человека, и те сами обратятся против своего хозяина. – Ты мог бы это сделать?! Эграссель серьёзно посмотрел на него, а потом извиняюще улыбнулся. – На самом деле нет. Я был не в том состоянии, чтобы совершать подобный подвиг, поэтому и начал блефовать. Я надеялся, что остатки тёплых чувств между нами сыграют в мою пользу. Таурил не смог скрыть небольшого разочарования, но тут же мысленно пнул себя. Не стоит обижаться на парня за то, что тот оказался не способен сотворить грёбаное чудо! Если бы такой могущественный эльф существовал на самом деле, то они бы давно победили! – Не верится, что это сработало... – Я смог лишь выиграть нам немного времени, – покачал головой Эграссель. – Рано или поздно Епископ вернётся с новыми силами, и на этот раз он подготовится лучше. – Мы тоже, – неожиданно решительно заявил командующий. – Совсем скоро к нам должен прибыть отряд из Марибора. Эти крысы ещё не знают, что их ждёт! Он снова глянул в окно, над чем-то раздумывая, прежде чем посмотреть на собеседника. – Как долго ты ещё сможешь поддерживать свой щит? – Полагаю, ещё несколько суток точно смогу. – Несколько чего? – Суток, – повторил маг. – Что это? Какие ещё утки? – ...дней? – попробовал снова Эграссель. – Ты что, издеваешься надо мной?! Хватит придумывать слова! Колдун с искренним недоумением посмотрел на него, пробормотав что-то совсем уж невнятное. Изо всех сил напрягая слух, Таурил смог разобрать нечто вроде: «...изменилось... как же много времени прошло...». – Мой вопрос может показаться вам глупым, но как вы называете отрезок времени равный тому, что требуется солнцу, чтобы взойти дважды? – Я не знаю, – начал злиться мужчина. – Может, сперва скажешь, что такое это твоё «солнце»? Глаза собеседника красивого зелёного цвета в ужасе расширились. Бросив быстрый взгляд в окно, он вдруг застыл. – Как я мог раньше этого не заметить... Я ведь прошёл весь путь до Белегоста в сумерках... Я ни разу не видел солнца... О, Первая, как это могло случиться... У Эграсселя появилась одышка, а одна рука начала теребить ворот рубашки в попытке ослабить его. Таурил нахмурился. Он не раз видел, как его ребята впадают в панику от страха за свою жизнь. Но сейчас бояться было абсолютно нечего, так в чём же причина? Решив применить свой излюбленный метод помощи таким вот бедолагам, эльф привстал и грубо схватил мага за одежду на уровне груди, без усилий подталкивая его к кровати. – Ну-ка пришёл в себя! – рявкнул он в лицо Эграсселю. Изначально Таурил собирался ещё и отвесить ему затрещину, но потом решил, что этот хиляк даже от одного его удара может отправиться к праотцам. – Здесь тебя никто жалеть не станет, и если однажды, в разгар боя, снова начнёшь трястись, как мокрый пёс на ветру, то однажды просто сдохнешь! Или ещё хуже, подведёшь своих товарищей! Эграссель с испугом посмотрел на него, уши опустились, а плечи наоборот поднялись. Подождав для верности пару капель, Таурил отпустил его, удовлетворённо хмыкнув. Колдун тут же отступил на два шага, принявшись поправлять рубашку, разглаживая на ней складки. Он больше не паниковал. – Прошу прощения. Я... у меня ещё много работы. Я должен идти. И он исчез слишком быстро, чтобы эльф успел его остановить.

***

В следующий раз главнокомандующему довелось увидеть новичка довольно нескоро. Из Марибора, наконец-то, прибыло подкрепление, и он был слишком занят, помогая вести учёт и докладывая об истинном положении вещей. Эграссель постоянно мелькал где-то на периферии, участвуя то тут, то там, но никогда не подходил достаточно близко, чтобы Таурил смог выцепить его поговорить хотя бы на полкиафа. Единственное, что он заметил, так это то, что мерзавец успел очаровать каждую эльфийку и множество эльфов в городе! Даже его парни отзывались о колдуне с таким восторгом, что казалось, будто те совсем потеряли головы! Таурил знал, как важна честность, если ты на войне, а потому, когда его спросили, как же им удалось с такой численностью победить людей, он рассказал об Эграсселе всё, что знал сам, ничего не утаивая. В тот же миг эльфа взяли в оборот, и, после коротких переговоров, на которые даже его не пригласили, первым же делом увезли прочь из Белегоста в столицу. Даже раненых начали эвакуировать позже, а это о чём-то да говорит! Таурилу никто не стал отчитываться о том, что в дальнейшем они намерены делать с Эграсселем, но начальство определённо разглядело его немалый потенциал. Возможно, дело было в умении исцелять заражённых? Мужчина не знал. Самого эльфа отправили на принудительное лечение и дальнейшую реабилитацию, хотя война ещё не была окончена. До Таурила доходили слухи, что произошла новая битва с этими проклятыми крысами, в которой их народ одержал непростую победу, но этот исход откинул людишек сильно назад, загнав их обратно в свои норы! Война, длящаяся даже дольше, чем он жил, обещала закончиться прежде, чем сменится поколение. В такое счастье было сложно поверить, но Таурил старался. Вынужденный бездельничать за стенами безопасного города карасы напролёт, главнокомандующий сделал то, чего не делал со времён своей почти беззаботной юности. Пошёл в библиотеку, а точнее в её историческую секцию, и начал искать. У него было достаточно времени, чтобы поднять чуть ли не всю историю Архея, прежде чем раны заживут, а лекари сочтут его ментальное здоровье на том уровне, когда уже можно возвращать в строй. Частично подтвердив свои самые безумные догадки, Таурил украдкой выдрал одну страницу и спрятал её за пазуху, прежде чем покинуть храм знаний. Теперь он снова хотел поговорить с Эграсселем, однако добиться встречи с эльфом, которого явно пытались спрятать, было непростой задачей, даже с его положением. Последнее, что он о нём слышал от своих знакомых, так это то, что после провальной попытки убедить Совет в необходимости заключения союза с другими расами, колдун стал настаивать на поиске каких-то древних артефактов, якобы разбросанных по всему миру. Звучало малоубедительно, но мужчина уже и не знал, стоит ли доверять своим чувствам! В очередной раз возвращаясь в библиотеку, чтобы убить время, он совершенно не ожидал увидеть на своём излюбленном месте другого эльфа. Если бы не знакомые черты лица, Таурил имел бы хороший такой шанс обознаться. Эграссель поднял голову от книги, на которой золотыми буквами были вытиснены слова «История Архея: от зарождения скинта до нашего времени». – А, командующий, – тепло улыбнулся ему эльф. – До меня дошли слухи, что вы хотели бы поговорить. Простая рубашка, в которой он видел парня в последний раз, сменилась дорогой мантией из плотной ткани, а слабо мерцающие золотом кристаллы на плечах демонстрировали силу и статус. Перед Таурилом бесспорно предстал эльф благородного происхождения, что лишь подтвердило его догадки. – Не ожидал, что канцелярские крысы отпустят вас на прогулку, лорд Эграссель, – хмыкнул мужчина. Светлые брови на мгновение удивлённо преподнялись, а потом Эграссель вновь опустил взгляд на пожелтевшие от времени страницы. – Это издание довольно точно передаёт всю суть прошлых лет, хотя, как очевидец, могу сказать, что многое всё же было упущено. – он закрыл книгу. – Мне действительно интересно, как вы догадались. Одного имени ведь недостаточно, чтобы поверить, что мне может быть больше миллиона лет. Таурил молча сунул руку в карман, извлёк аккуратно сложенный листок и положил его на стол перед собеседником. С портрета на эльфа смотрело его же лицо, написанное довольно искусным художником, что смог передать не только общие черты, но и вообще всё, вплоть до сияния глаз и почти незаметных ямочек, которые появлялись, когда Эграссель улыбался. – Так вот кто здесь занимается вандализмом, – насмешливо прокомментировал тот, отмечая, какой цифрой был датирован этот рисунок. – В самом деле, вы очень наблюдательны. – Эльф вашего положения не должен обращаться ко мне так уважительно. – Какие глупости. Я видел, как умело вы отдавали приказы в Белегосте, если бы не вы, город бы пал ещё до моего прибытия. – Если мы сейчас начнём сравнивать наши достижения, то вы обойдёте меня по всем пунктам. – Тогда как насчёт отбросить формальности вовсе? Мужчина наградил его удивлённым взглядом, но всё же кивнул, присаживаясь напротив. Что-то вспомнив, он вдруг тихо усмехнулся. – Забавно... не думал, что когда-нибудь встречу истинного владельца наручей, которыми пользуюсь. – Наручей? – нахмурился Эграссель. – Да. Оружие, что не может навредить никому, кроме владельца. – Ах, эти наручи... – ещё больше помрачнел эльф. – Я-то думал, что эта опасная безделушка уже давно потерялась где-то... – Это древний и могущественный артефакт! Эграссель хлопнул ресницами и вдруг весело рассмеялся, видя, с каким жаром Таурил защищает его же собственное изобретение. Мужчина неожиданно для себя засмотрелся на его улыбку, сочтя её необычайно красивой. – Хочешь, я верну их? – спросил он, когда собеседник перестал веселиться. – Можешь оставить у себя, – улыбаясь, ответил Первый. – Дарю. Командующий кивнул, отнесясь к этому жесту с искренней благодарностью. Даже если для Эграсселя они ничего не значили, Таурил не раз использовал их для сотворения некоторых заклинаний, которые не смог бы применить самостоятельно в виду отсутствия магии. – Я многое хочу спросить. На самом деле, у меня есть целый список вопросов, которые я до сих пор не мог задать, да и не думал, что когда-нибудь получится. – Хорошо. Думаю, у нас есть немного времени, прежде чем меня хватятся. – Так ты сбежал? – Некоторые эльфы Марибора довольно утомительны, – вздохнул Эграссель, покачав головой. – Кое-что не меняется даже спустя тысячелетия. Так что ты хотел узнать? Таурил ещё раз посмотрел в лицо ожившей легенде, память о которой почти стёрлась из эльфийских умов. Это была поистине невероятная возможность, за которую многие отдали бы полжизни, а он получает совершенно бесплатно. Тщательно всё обдумав, он спросил: – Что такое «солнце»?