In the fog

Весь день Стив занимался своими и не только делами, помогал жителям, улучшал свое хозяйство, но при этом присутствовала фоновая тревога и ужасное, липкое ощущение наблюдения, но оборачиваясь и осматриваясь, Стив никого и ничего не замечал, действительно странно! Наверное, какой-нибудь придурковатый житель, что удивляться. Но это чувство было другое, тревога была другая. Что-то должно было случиться, неоспоримо. *** Так и прошел весь день, в тревогах и раздумьях. Конечно не без дела, Стив продолжал трудиться, как белка в колесе. Даже жители сегодня особенно странные, избегают друг друга, редко выходят на улицу и подозрительно поглядывают на Стива. "Что не так?" - думалось ему, действительно, что? Давно он так не волновался. К вечеру холодало, сильно, не как обычно. Стал появляться густой, душащий туман, хотя казалось бы, еще даже не ночь, только начался вечер. Жителей и дух простыл, все попрятались в своих халупах как лисы в норы, подозрительно. Ужасно подозрительно. Стив последний раз вышел на улицу, чтобы покормить свою скотину. Закончив дела, он вернулся домой, закрыл дверь на шпингалет. Устало вздохнув, он зашел в свою уборную комнату, где была керамическая ванная, но не была проведена вода. К счастью стив всегда подготавливал бочки с водой, чтобы помыться и умыться! Действительно молодец. *** Обливаясь еле теплой, почти холодной водой, Стив услышал тихие шаги за стеной. Что это может быть, или кто? Стив не был слишком сильно напуган, если это будет житель, то прогонит. Если зомби, то убьет. Не может же это быть..Он? Действительно, раз в год появлялся всеми ненавистный Херобрин, чтобы потешить себя и поиздеваться над кем-нибудь. Стива осенило и он вспомнил, что сегодня тринадцатое августа, число, когда он обычно и возвращается. Каждый, ебанный, год. Выходить теперь совершенно не хотелось, но кто его спрашивал? Если ему будет нужно - он зайдет. Отделяло уборную от других частей дома только дверь, хлипкая и без какого-либо замка. Стива начало потряхивать, деваться было некуда. Глянув на свою ногу и увидев уже старые, зажившие шрамы от истязаний этого черта, он истерично хмыкнул и вылез из ванной. Взяв приятное голубое полотенце из овечьей шерсти, Стив обмотался им, ибо одежда была в спальне. Какой же страх овладевал парнем, сердце билось как бешеное, губной нерв задергался, в глазах потемнело, а живот свело от тревоги. А куда деваться? Пора смириться. Брюнет оперся о стену и сложил руки на груди, думая, что можно сделать с этим. Старая лампа тускло освещала комнату, изредка мигая. Долго думать возможности не выдалось, дверь со скрипом приоткрылась, а лампа окончательно выключилась. Темный силуэт зашел в уборную и медленно, угрожающе направился в сторону Стива. Стив же, попятился назад, но споткнулся о ведерко и упал, пролив на себя ледяную воду. Его трясло как последнюю тварь, он пытался ползти назад, но там уже была стена. Бежать было некуда, прятаться тоже, да и это было бы бессмысленно. Он не старался проявить бесстрашие, он забился в угол и истерически заикаясь шептал: " Это неправда, неправда, неправда.. " Издался издевательский смешок, такой мерзкий и шутливый. Стив почувствовал, как кто-то сел напротив него. Ну почему кто-то? Конечно же это был тот, о ком он думал, Херобрин. Стива грубо взяли за волосы и оттянули к месту, где не было разлитой им воды. Ах, конечно, эта сволочь не хотела себя намочить. Кинув Стива как грязную шавку, Брин нагнулся к нему и надавил ногой на его пах, через почти спадшее полотенце. Стив зажмурился и издал хрип. Белоглазка, наверное, упивался каждым моментом издевательства над до боли похожим на него человеком. Решив быстрее перейти в делу, Херобрин сел перед Стивом и окончательно стащил с него полотенце, коим в ту же минуту связал его ноги. Стив никогда еще не чувствовал себя так мерзко и униженно. Но это было только начало. Его мучитель острым, не пойми откуда взявшимся лезвием, тихонько, медленно и глубоко делал резы на нем. Стив заверещал, но ему мигом засунули в рот ближайшую, грязную и вонючую половую тряпку, в которой уже, кажется, завелась плесень. Продолжая оставлять порезы, уже более длинные и быстрые, Брин все больше загонял несчастную тушку в самый угол комнаты. И вот, когда места в углу почти не было, Херобрин по детски, как наказание, поставил Стива на колени в уголочек. Зажав его собой, Брин со всей нежностью и лаской, обвел руками талию Стива и впился губами в шею. Ко рту пробрался стон, который чуть слышно прошел через тряпку. Это было лишь мучением, оставив засос, Херобрин убрав руки от талии брюнета, заломал ему руки за спину, от того Стив резко ударился о стену прямо носом. всхлипы и попытки высморкать кровь появились очень быстро. Горячие, жгучие слёзы потекли по сухой коже, обжигая и заставляя начать пытаться проговорить что-то сквозь тряпку, даже так заикаясь и задыхаясь, то ли от унижения, то ли от боли. Чужая холодная рука начала размазывать кровь ему по лицу и шее. Грубо и больно, задевая нос, было еще больнее. Он злорадствовал, его возбуждала чужая боль и страдания. Начав тереться пахом о чужую изрезанную кожу, Брин продолжал мазать кровь, не переставающую течь из носа и других ран своей жертвы. Стив трясся как выброшенная на улицу дворняжка, весь мокрый и изляпанный в своей крови. Он понимал, что сейчас к его истязанию добавится анальное унижение. Так и есть. После громкого и сильного удара по ягодице, в него резко вошли. Стив завыл, мучитель высунул тряпку изо рта, наверное, чтобы слышать вой своего мученика. К плачу, всхлипам и шмыганью добавились грязные шлепки и стоны боли. Насилуя морально и физически, Брин насмешливо потрепал Стива по волосам и тихо прохихикал. Неожиданно попав в простату, Стив выгнулся и измученно застонал. Брин понял, куда нужно давить, чтобы услышать тихое, уставшее " А-ах" . Стив продолжал выгибаться и кряхтеть, думая о том, чтобы этот кошмар закончился как можно скорее. Из-за связанных ног, лёжа в странной позе червяка с приподнятым задом, Стив смиренно постанывал, а Херобрин в секунды от насилия, бил его по разным частям тела. Брин довольно и крепко прижавшись к Стиву, почувствовав как поднимается его грудная клетка, вытащил свой пiнес из него, и кончил ему прямо на спину, пока Стив закончил на пол. Прощально поцеловав мокрую макушку Стива, Херобрин также тихо и показательно ретировался с "места преступления" оставив бедного, м окрого Стива в крови и сперме, не только своей, лежать и молить о конце.