in other words / другими словами

Он очень похож на тебя. Соник едва слышит весёлые комментарии Тейлза на фоне собственных мыслей. Дым заполняет воздух, и его зелёные глаза устремлены на чёрно-красную фигуру наверху. Никогда в жизни Соник не видел другого ежа, похожего на него. Есть странное чувство облегчения от осознания, что он не один, что где-то есть ещё одно существо, похожее на него. Он задаётся вопросом, почему и как именно они никогда не встречались до сих пор, учитывая, как легко он познакомился с Наклзом и Тейлзом, но большая часть его мыслей сведена к благоговейному ужасу перед представшим перед ним зрелищем. В дыму и пламени полосатый ёж стоит, сверкая вызывающим огнём в своих расплавленно-красных глазах. В груди Соника возникает боль, которую он никогда раньше не испытывал. Это похоже на удар в живот, но без физических повреждений, которые за этим следуют. Он не знает, что делать с этими чувствами, и отбрасывает их в сторону. Сейчас не время, когда это таинственное существо сеет хаос в Токио. Он очень похож на тебя. Коммандер Уолтерс рассказывает историю проекта «Тень». Чёрная комета, упавшая с неба, породила Совершенную Форму Жизни. Экспериментальный источник энергии, который должен был изменить человечество, но вскоре был признан слишком опасным для продолжения исследований. Это трагическая история, но Сонику кажется, что в ней всё не так. Поместить Шэдоу в стазис, по-видимому, до конца времён просто за то, что он существует… Ожидаемо от GUN, учитывая, как они обращались с Тейлзом и им самим. Это тоже кажется неправильным — то, что Коммандер Уолтерс знал о существовании таких существ, как Соник, ещё до того, как Соник сам прибыл на Землю, то, что он скрывал от него существование Шэдоу. Синий ёж чувствует себя оскорблённым; может быть, он не заслуживает знать секреты существа, контролирующего энергию хаоса, настолько опасного, что его пришлось поместить в искусственную стазисную камеру, но он, по крайней мере, хотел бы знать, что он не один. Шэдоу не сильно помогает ему своим насилием, которое он устраивает после побега с Тюремного острова, но Сонику нужны ответы. Больше того, что готов рассказать Коммандер. Он очень похож на тебя. Соник, Тейлз, Наклз и их неохотные напарники Роботник и Стоун выслеживают того, кто использует технологии Роботника, и обнаруживают, что это старый полуразрушенный и заброшенный бункер GUN. Соник вместе с Роботником ищет подсказки, его фонарик прорезает путь сквозь мрачные воспоминания, окутывающие комнаты, которые они проходят. Это было нечто большее, чем военная база или лаборатория. Внутри есть шалаш из одеял с гитарой и телевизором. У ног Соника лежит треснувшая фотография Шэдоу с девушкой со светлыми волосами. Шэдоу улыбается. Он выглядит счастливым. Соник сопоставляет это с необузданным гневом и злобой, которые он видел на лице Шэдоу, когда они сражались в Токио. Здесь произошло что-то очень плохое. Что-то большее, чем опустошённая тоска, которая сочится из каждой поры этого заброшенного здания. Шэдоу жил здесь, он вырос здесь. И Соник на мгновение грустит при мысли об одиночестве. Он понимает, каково это — быть одному, и он понимает, каково это — быть пришельцем на Земле. Он хотел бы поделиться с Шэдоу радостями, которые нашёл здесь, — комиксами и креслами-мешками. Даже когда он был один, у него была свобода за пределами пещеры; именно так Том и нашёл его. Шэдоу был заперт здесь и скрыт от внешнего мира, он был скорее оружием, чем живым существом, которое заслуживало любви и заботы. У Соника болит в груди, когда он прижимает лапу к сломанной защитной трубке перед собой. Он жалеет, что его там не было, чтобы хотя бы подарить Шэдоу ещё одного друга. Хотя он очень доволен и счастлив, что нашёл семью, которая у него теперь есть, он надеется, что Шэдоу сможет обрести такое же прекрасное счастье на Земле. Может быть, даже сейчас, если он сможет найти Шэдоу и поговорить с ним, он сможет помочь другому стать тем улыбающимся ежиком с фотографии, а не позволять своей боли управлять им. Ответ Шэдоу на предложение Соника — это чёрная дыра, созданная из его собственной энергии хаоса. Чёрная дыра его эмоций и ярости, поглощающая всё вокруг. Отражение того, кем, по его мнению, он может быть. Я совсем не такой, как ты. Соник кричит на Шэдоу, и ярость и боль подпитывают золотое пламя его суперформы. Шэдоу не победит, Шэдоу не может победить; он не уничтожит семью Соника. Они падают на Землю, тела разбросаны среди обломков. Соник быстро встаёт, в ярости ищет ежа в надежде, что трус не сбежал с помощью телепортации. Соник хочет сражаться; ему нужно почувствовать, как Шэдоу падает под его лапами. Он замечает его на долю секунды, прежде чем сила изумрудов вырывается из его тела с такой мощью, какой он никогда раньше не чувствовал. Соник тут же бросается обратно к изумрудам, вскрикивая, когда знакомый прилив силы снова поглощает его, а на месте его ярко-синего меха появляется золотое сияние. Объединившись с силой, подпитываемой его необузданными эмоциями, мысли о мести оживают в хаосе, и Соник с жаждой сражается с Шэдоу. От увиденного у него перехватывает дыхание. Платиновый цвет пропитывает черный мех Шэдоу мистической силой. Персиково-розовая и белая энергия струится по недавно окрашенной шерсти, освещая его с яркостью, подобающей звезде. Шэдоу эфирен. Соник чувствует ту же боль в груди, что и при их первой встрече, странное притяжение единения, благоговения и желания. Это смешивается с адреналином и гневом, пока Соник почти не ослеп от собственных эмоций. Хаос внутри него закипает. Он немедленно бросается на Шэдоу, но его останавливает единственная ладонь, блокирующая его удар. Ярко-красные глаза сужаются, когда он рычит на Соника, сопротивляющегося его твердой стойке. Когда звезды над ними рассказывают историю их танца, Шэдоу делает первый ход несколькими сильными ударами, прежде чем схватить Соника за ноги и швырнуть его обратно на землю. Золотой ёж не может собраться с силами, но как только ему удается заблокировать один из входящих ударов Шэдоу, его ярость снова овладевает им, и он бросает ежа в море и гоняет его по планете с одной лишь яростью. Я совсем не такой, как ты. Шэдоу сбивает Соника с ног и снова насмехается над ним, провоцируя его, когда замечает, что тот приближается к нему в одиночку, а не со своими друзьями и семьёй. Голова Соника пульсирует от силы, поглощающей его тело, а в груди закипают боль и гнев. Шэдоу мерцает над ним, провоцируя его на месть, и он поддаётся этому предложению. Он не может себя контролировать, когда нападает на Шэдоу, и тот с болью улетает с поверхности планеты. Соник следует за ним в золотой вспышке. Они приземляются на тёмную сторону Луны, где Соник хватает Шэдоу за мех на груди, мягкий, но грязный после их схватки, и готовится нанести удар. Он стискивает зубы, когда тот насмехается над ним, призывая сделать это, прикончить его, отомстить. — Я прямо здесь! — Шэдоу указывает на его сердце — его хрупкое, кровоточащее, разбитое сердце — и Соник замирает. Я прямо здесь! Шэдоу прямо здесь, он просит о насилии в обмен на насилие. Чтобы забрать его жизнь в обмен на то, что он сделал. Возмездие. Я совсем не такой, как ты. Я не такой. Возмездие на вкус как пепел. — Что ты делаешь? Ты победил. Отомсти! — требует Шэдоу, наблюдая, как Соник отходит от него. Золото сочится из шерсти Соника, пока он снова не становится синим. Вместе с ним уходит вся ярость, пока в его конечностях не остаётся ничего, кроме печали и усталости. Всё болит. У него подкашиваются ноги. — В мести нет победителей. Тишина приходит на смену напрасной ярости. Звёзды продолжают танцевать над ними, сверкая на фоне самого космоса. Шэдоу переводит дыхание. — В последний раз, когда я сидел под такими звёздами… Я был с ней. — Соник переводит задумчивый взгляд на своего спутника. Он удивлён внезапным комментарием, но его успокаивает доверие, которое он проявил. — Я так долго чувствовал эту боль, — голос Шэдоу срывается, и сердце Соника сжимается от мучительной боли в каждом слове, — это всё, что я знаю. Воспоминания путаются в голове Соника. Он понимает больше, чем когда-либо мог понять Шэдоу. Мысленно он возвращается в бункер, видит остатки чужой жизни до ужасного несчастного случая, который убил его самого дорогого друга. Слова слетают с его губ прежде, чем он успевает подумать, и он жаждет уязвимости, которую Шэдоу демонстрирует в этот момент. — Когда я потерял Длинного Когтя, я чувствовал то же самое. — Твоя боль в конце концов прошла? Отчаяние в глубоком голосе Шэдоу заставляет Соника вздохнуть с грустной, но искренней улыбкой. — Нет. Но со временем я понял, что есть кое-что ещё более сильное, чем боль. — Шэдоу, кажется, удивлён этим фактом, тем, что что-то может быть сильнее боли утраты. Соник хочет поделиться этим с ним, хочет, чтобы Шэдоу знал, что в жизни есть нечто большее. В его груди снова зарождается это жгучее желание близости и чего-то большего. Просто ещё больше с этим загадочным, сломленным ежиком перед ним. Может быть, на этот раз Соник знает, что это за боль. — Любовь, которую мы испытывали друг к другу. — Боль в сердце. Он улыбается и видит, как глаза Шэдоу расширяются от лёгкого удивления. Он выглядит таким милым; честным, тёплым и прекрасным. Возможно, это отблеск того Шэдоу, которого когда-то знала Мария. — Это то, за что тебе нужно держаться, Шэдоу. Мария может ушла, но твоя любовь всегда останется. Соник видит, как эти яркие красные глаза дрожат от волнения, прежде чем он поворачивается обратно к Земле, и на них начинает падать свет. Соник следует за его взглядом и чувствует, как у него перехватывает дыхание от открывшегося ему зрелища. Золотые солнечные лучи поднимаются над Землёй, отбрасывая яркий свет на тёмную Луну, на которой они остановились. Соник видит планету с пепельно-серого спутника, который вращается вокруг неё, и то, насколько она яркая, синяя, зелёная и полная жизни, даёт ему надежду. Это напоминает ему, почему он сражается, почему он такой, какой есть, потому что эта планета — его дом. Он сделает всё, чтобы защитить её. — Свет сияет, несмотря на то, что звезда погасла. Соник поворачивается лицом к Шэдоу, и у него перехватывает дыхание. Звёзды никогда не казались такими красивыми, как сейчас, когда они отражаются в широко раскрытых глазах Шэдоу. Он видит, как на губах, которые он видел только хмурыми и оскаленными, появляется лёгкая улыбка, и на мгновение задумывается о том, каково было бы почувствовать солнечный свет этой улыбки на своих губах. Его сердце начинает быстро биться, когда он замечает, что его собственный взгляд смягчается при виде этой красоты. Шэдоу выглядит живым и великолепным в свете надежды, струящемся по его шерсти и иглам. Шэдоу эфемерен даже в этом мире, где только пространство приветствует его, как давно потерянного друга. — Во всём этом беспорядке виноват я. — Шэдоу со вздохом опускает голову. Соник хочет обнять его, но встает, улыбаясь про себя, и наблюдает, как Шэдоу признаёт свои ошибки. — Я был так ослеплён яростью, что думал, будто у меня нет выбора. Одна лапа в перчатке протягивается к Шэдоу. Предложение мира, прощение, понимание — всё это заключено в одном жесте. Шэдоу смотрит на чужую лапу с лёгким удивлением, и у Соника снова сжимается сердце. Такой потерянный, такой омрачённый собственной болью и страданиями. Но звёзды в его глазах по-прежнему сияют. Соник не может сдержать искреннюю нежность в своём голосе, когда отвечает: — У тебя всегда есть выбор. И когда Шэдоу берёт его за лапу, их ладони в перчатках плотно прижимаются друг к другу, и между ними разливается тепло, Соник чувствует себя живым, как никогда прежде. Он думает, что, возможно, немного влюблён в то, как Шэдоу доверяет ему, в то, как Шэдоу смотрит на него, напоминая ему о том хорошем, что можно найти в каждом, если захотеть это принять. И в этом еже есть хорошее, он знает, и он хочет, чтобы это хорошее никогда не исчезло, если он сможет помочь. Соник подходит ближе, приоткрыв рот, но его взгляд по-прежнему прикован к изгибу губ Шэдоу. Его сердце начинает биться чаще, когда чёрный ёж стоит в задумчивом молчании, позволяя Сонику подойти ближе, потому что он так сильно верит в слова и действия Соника, что не может представить, что в его поступках может быть какой-то подвох. Это доверие воодушевляет. Оно подпитывает Соника сильнее, чем когда-либо могла бы подпитывать ярость. Его сжатая в кулак лапа покалывает от осознания того, что Шэдоу держит её, и Соник подносит свободную лапу к его лицу. Яркие рубиновые глаза расширяются, прежде чем Соник сокращает расстояние между их губами. Сначала это лёгкое прикосновение губ, прежде чем Соник высвобождает свою лапу из лапы Шэдоу, чтобы нежно обхватить его нагревшуюся морду с другой стороны и крепче прижаться к этому испещрённому звёздами рту. По его спине пробегает горячая волна, сила, рождённая невинностью первой любви, надеждой и единением, и он едва слышит звон изумрудов, окружающих его, сквозь быстрый стук сердца в ушах. Губы Шэдоу шевелятся, прижимаясь к его губам, и Соник вздрагивает от ощущения, что эти лапы в перчатках, которые всего несколько минут назад хотели причинить ему вред, теперь нежно обнимают его за талию. Когда он отстраняется, медленно поднимая веки, чтобы взглянуть на него полуприкрытыми глазами, Шэдоу преображается. Соник хочет целовать его снова, и снова, и снова, пока не перестанет думать ни о чём, кроме звёздного света и вкуса озона, которые есть в Шэдоу. Он сдерживается, поворачиваясь к Затмению, которое угрожает их дому, а затем с нежной улыбкой смотрит на ежа. — Ещё я понял, что если ты по-настоящему облажался, то не сможешь исправить это в одиночку. Шэдоу улыбается, и Соник думает о том, как он наслаждался этой с трудом доставшейся ему улыбкой. Они мгновенно набирают силу и взмывают в небо, кружась вокруг друг друга в розово-золотых полосах, ведомые решимостью, доверием и упорством. Соник никогда не сражался с кем-то в суперформе, и невероятно, что он нашёл того, кто не отстаёт от него ни на шаг. Они связаны этой общей силой, общей мыслью, которую они хотят воплотить в реальность: спасти Землю от уничтожения благодаря своей любви к ней и отчасти друг к другу. Наблюдая за тем, как Шэдоу пробивается сквозь ржавых врагов, которых Роботники послали на их пути, Соник чувствует, как его грудь переполняет гордость. Он не может поверить, что поцеловал Шэдоу и не получил за это в лицо лунную пыль. Это заставляет его улыбнуться ещё шире, когда он бьёт следующего робота, который целится в него. Когда они закончат с этим, Соник надеется, что они смогут поговорить о будущем, потому что он действительно не хочет терять отношения с Шэдоу. Кто бы мог подумать, что влюбиться будет так просто. Затем лазер Пушки Затмения включается. Даже в своей суперформе Сонику больно принимать такую мощную энергию Хаоса. Соник чувствует, что Шэдоу рядом с ним, твёрдый, непоколебимый и неповреждённый в своих действиях и негласных обещаниях. Но даже этого недостаточно. — Не могу-больше-удерживать-это! — кричит Соник, чувствуя, как сила Хаоса медленно покидает его тело. В голове у него мутится, он чувствует себя легче воздуха, и внезапно ничего не остаётся. Слабый голос выкрикивает его имя, и что-то дёргает его за перчатку, но он больше ничего не слышит, падая на землю. Проснуться на кукурузном поле — это, мягко говоря, неожиданно. Каждая мышца в теле Соника горит от боли, но он может думать только о Шэдоу. Он садится и потирает голову, а затем хмурится, заметив, что на его лапе нет перчатки. Тейлз и Наклз смотрят в небо, и Соник следует за их взглядами, чувствуя, как у него сжимается желудок при виде розово-голубой туманности, окрасившей небо. Он понимает, что произошло, ещё до того, как Тейлз успевает заговорить. Он хочет, чтобы лис ничего не говорил, чтобы ему не пришлось верить в то, что он видит перед собой. — Шэдоу и Роботник… — начинает юный лис, и в его голосе слышится глубокая печаль. — Они пожертвовали собой, чтобы спасти всех. Сонику становится не по себе. Он сглатывает и смотрит на свою лапу без перчатки, сгибая пальцы, словно пытаясь вспомнить, каково это — держать лапу Шэдоу в своей. Оказывается, потерять любовь так же легко, как и найти её. Соник снова смотрит в небо и прижимает подушечки лап к губам, прежде чем слегка улыбнуться и послать воздушный поцелуй в сторону взрыва, вызванного силами Шэдоу. Как прекрасно видеть, как его энергия хаоса превращается из чёрной дыры в туманность, доказывая, что его чувства изменились после его жертвы. Как прекрасно, что хотя бы на мгновение Соник смог открыть своё сердце кому-то так же глубоко, как он открыл его Шэдоу. Возможно, это была недолгая любовь, но Соник верит, что она будет сопровождать его долгие годы. Это решение, принятое под влиянием необузданных эмоций, но он рад, что принял его и разделил с ней такую милую близость. У тебя всегда есть выбор.