" second meeting "

Джисон вышел из офиса, и как только дверь закрылась за ним, мир вокруг словно изменился. Ночной дождь усилился, каждая капля, падающая на мокрый тротуар, звучала как тихий, почти неразборчивый такт его уставшей души. Он медленно пошёл по коридору здания, где холодный свет фонарей и неоновые огни витрин отражались на блестящих плитках. Его шаги были неторопливы, словно он пытался задержать время, впитать в себя всю атмосферу этой прохладной ночи. В воздухе витал легкий аромат мокрой земли и свежести, который, казалось, контрастировал с внутренним напряжением, разрывавшим его изнутри. Каждая капля дождя на его лице пробуждала воспоминания, смешиваясь с мыслями о встрече с Ли Минхо. Его слова, холодные и безэмоциональные, раздавались эхом в голове, заставляя сердце сжиматься от боли и усталости. Джисон чувствовал, как этот вечер становится поворотным моментом, как будто всё его прошлое и настоящее сливались в одно, не давая ему покоя. Он подошёл к остановке, где слабо мерцали огни фонарей, отражавшиеся в лужах на асфальте. Автобус, пробиваясь сквозь дождь, уже подъезжал, и он, не теряя ни минуты, сел в его салон. Внутри было тепло, но шум мотора и мерцание огней за окном лишь усиливали его чувство одиночества. Сидя у окна, он наблюдал, как город мчится мимо, каждое здание и каждая улица казались ему чужими и далекими, будто он сам оказался где-то между прошлым и настоящим. Джисон пытался собраться с мыслями. Он вспоминал каждое слово Минхо, каждую холодную ноту в его голосе, и это заставляло его вновь испытывать боль. Но, с другой стороны, в этих воспоминаниях скрывалась и надежда, хотя и хрупкая, как тонкая пленка, готовая порваться от малейшего касания. Он понимал, что не может убежать от этого чувства — оно было частью его, как и его прежняя жизнь, наполненная светлыми моментами и тихими утрами. Автобус, остановившись недалеко от его дома, отвёл Джисона в тишину ночи. Он вышел, и дождь всё ещё не унимался, как будто природа разделяла его внутреннее состояние. Его шаги эхом разносились по пустынной улице, где редкие прохожие спешили укрыться от дождя. Каждая капля, попадающая на его мокрые волосы, казалась символом перемен, которые он так неохотно принимал. Добравшись до своей квартиры, Джисон тихо открыл дверь и зашёл внутрь. Его маленькое жилище встречало его уютом, контрастируя с холодом внешнего мира. Он повесил мокрую куртку на вешалку, снял обувь и направился на кухню, где приглушённый свет лампы создавал ощущение тихой безопасности. В углу, на столе, стояла кружка, которую он выбрал для вечернего чая — сегодня ей предстояло стать утешением. Джисон поставил чайник на плиту, наблюдая, как вода медленно закипает. В это время его мысли возвращались к офису, к Минхо и к тем непроизнесённым словам, которые так и не нашли своего выхода. Он чувствовал, как усталость накрывает его, и одновременно внутри разгорается желание разобраться в своих чувствах. Каждая секунда казалась важной, а каждый звук — отдалённым эхом того, что он оставил позади. Когда чайник закипел, Джисон налил себе чашку горячего напитка и подошёл к окну. Он смотрел на ночной город, где огни зданий, отражавшиеся в лужах, казались мерцающими звёздами, дарующими немного надежды. Дождь стал слабее, но оставлял после себя влажный след на стеклах. В этот момент он осознал, что вечер — время для размышлений, время, когда можно собрать все разбросанные мысли и попытаться понять, что же дальше. Сидя у окна, Джисон долго наблюдал за уличной жизнью, пытаясь найти утешение в ритме ночи. Он думал о том, как трудно оставить прошлое позади, но и о том, что, возможно, этот новый этап, начавшийся сегодня, откроет для него неожиданные возможности. В тишине его маленькой квартиры, где только чайник и тихий шорох дождя за окном напоминали о мире, Джисон позволил себе на мгновение забыть о тревогах и просто почувствовать, что вечер, несмотря на все невзгоды, приносит с собой надежду на лучшее завтра. Его глаза потихоньку закрылись от усталости, а разум, наконец, начал отпускать тяжесть дня. Он знал, что впереди его ждут новые испытания, новые встречи, и, возможно, даже ответы на те вопросы, которые тревожили его сердце. Но сейчас, в этом уединённом моменте, он позволил себе просто быть — быть с собой, с воспоминаниями и с тихой верой в то, что время лечит и дает силы идти дальше.

***

Ли Минхо стоял у окна своего офиса, глядя, как капли дождя стекают по стеклу, оставляя тонкие прозрачные следы. Внизу, за стеклянными стенами высотного здания, город жил своей жизнью — машины спешили по мокрым улицам, редкие прохожие прятались под зонтами, а неоновые огни отражались в лужах, создавая иллюзию другого, параллельного мира. Но Минхо не замечал этой суеты. В его голове звучали слова, которые только что произнёс Хан Джисон. "Знаете, я думал, что за три года вы научитесь быть более честным с собой. Видимо, ошибся." Минхо стиснул зубы. Он хотел рассмеяться — грубо, саркастично, будто всё происходящее было нелепой шуткой. Но вместо этого он чувствовал, как внутри него что-то дрожит, трескается, словно старая рама под напором ветра. Джисон говорил спокойно, но Минхо видел, как тот сжал пальцы, как в его взгляде мелькнула горечь. Это было не просто профессиональное собеседование. Это было столкновение двух прошлых, которые оба пытались стереть, но не смогли. Минхо провёл рукой по лицу и отвернулся от окна. В воздухе кабинета всё ещё витал слабый аромат дождя, который Джисон принёс с собой. Он сел за стол, скрестив пальцы и уставившись на бумаги перед собой. Работа. Вот что должно было быть важным. Но чернила на документах сливались перед глазами, а цифры казались бессмысленным набором символов. Три года. Три года он не видел Джисона. Три года он пытался убедить себя, что давно забыл его голос, его взгляд, его манеру нервно кусать губу, когда тот сосредоточен. Но вот он снова здесь. И Минхо чувствовал, как в груди поднимается шторм. Он не должен был проявлять слабость. Когда он увидел имя Хан Джисона среди кандидатов, первое, что он сделал — закрыл ноутбук и провёл рукой по волосам, пытаясь убедить себя, что это просто совпадение. Он мог бы отменить собеседование, мог бы поручить его кому-то другому. Но он не стал. Почему? Минхо знал ответ, но не хотел признавать его. Он думал, что Джисон изменился, что их встреча будет простой формальностью. Он думал, что сможет быть холодным, сдержанным, что сможет разговаривать с ним, как с любым другим сотрудником. Но когда он увидел его, когда Джисон вошёл в кабинет и посмотрел на него — неуверенно, но с вызовом — внутри Минхо всё сжалось. Его сердце предательски дрогнуло. И тогда он решил быть жёстким. Отстранённым. Потому что если не держать дистанцию, если позволить себе хоть немного тепла, всё может выйти из-под контроля. "Никаких личных чувств в этой компании." Эти слова он произнёс не для Джисона. А для себя самого. Но теперь, когда он сидел в своём кабинете, слушая, как дождь барабанит по окнам, он чувствовал, как стены, которые он так тщательно выстроил, дают трещину. Джисон всё ещё знал, куда бить. Минхо поднялся, прошёлся по комнате и резко остановился у окна. Внизу он заметил знакомую фигуру. Джисон стоял на автобусной остановке, опустив голову, пока дождь стекал по его волосам. Минхо сжал кулаки. Он мог бы сейчас спуститься вниз. Мог бы сказать что-то другое. Но вместо этого он остался на месте, наблюдая, как автобус подъехал, и как Джисон исчез за его дверьми. Минхо провёл языком по губам, ощущая странную сухость во рту. Он сделал всё правильно. Так почему в груди такое чувство, будто он только что потерял что-то важное?