Miracle

      Яркий свет прожекторов, оркестровая музыка, бурные овации публики. Все это стало таким привычным за долгие годы работы на сцене. Освещение уже не слепит глаза, громкие аплодисменты не оглушают, а лишь вызывают гордость.       Молодой человек в самом центре сцены стоит в кругу света и лучезарно улыбается, показывая зрителям белоснежные зубы. На него с трибун летят цветы, но он и не смотрит на них, кланяясь. Все же артист ловит одну розу и зажимает в зубах, заставляя девушек в зрительном зале визжать и краснеть.       Что такого сделал молодой человек, чтобы заслужить столь бурную реакцию публики? Ким Хонджун - известный фокусник, что быстро обрёл популярность благодаря своей безупречной внешности и удивительной ловкости рук. Он привлекал внимание не только детей, но и взрослых, не только молодых девушек, но и парней, многие из которых мечтали получить автограф артиста.       Его коронным номером был простейший и старый как мир трюк - кролик из шляпы. Вряд ли это смогло бы так прославить его, но фокус в исполнении молодого красавца заиграл другими красками. Восхищение публики вызывал не столько сам факт появления зверька в руках парня, но то, как это было. Точнее, отношение артиста к зайке. Он не доставал его из черной шляпы за уши или за холку. Нет, он бережно вытаскивал его за туловище, страхуя второй рукой, затем сажал пушистика на ладонь и гладил, обязательно благодарил за работу и угощал вкусностями. После этого он проносил малыша вокруг сцены, позволяя зрителям с первых рядов погладить его.       И вот он вновь проделывает этот фокус. Отточенным движением руки он взмахивает волшебной палочкой над черной шляпой. Под стук барабанов и заинтересованный шепот публики он запускает обе руки в цилиндр и вытаскивает маленький рыжий комочек. Артист поднимает кролика над головой, показывая зрителям, затем прижимает малыша к груди. В другой руке волшебным образом появляется кружочек моркови. Зверек забавно шевелит ушками, пока жует лакомство, чем вызывает вздох умиления с трибун. Фокусник гладит малыша по спинке и делает свой знаменитый «круг почета», внимательно следя при этом, чтобы никто из зрителей не навредил кролику. Вернувшись в центр сцены, Хонджун вновь кланяется и уходит за кулисы под бурные аплодисменты. Публика постепенно начинает расходиться, у выхода образуется толпа. Вскоре арена пустеет. Персонал проходит по рядам, собирая мусор и забытые вещи. Свет гаснет, и сцена погружается во тьму.       Хонджун с зайкой на руках заваливается в гримерку. Небольшая комнатка завалена всевозможной бутафорией и инвентарем для выступлений. На стульях и столах развешаны яркие костюмы, будто вешалок для них не существует. Любимые шляпы артиста стоят на полках, хотя некоторые можно найти под столом или каким-нибудь бархатным плащом. Стол с большим зеркалом завален косметикой, гримом и кистями. Лишь один угол в комнате рассеянного фокусника выглядит более-менее опрятно – просторная золотая клетка на небольшом возвышении. Джун регулярно чистил ее, менял воду и еду для любимца, хотя сам частенько пропускал приемы пищи и явно не следил за порядком в собственной гримерке. Парень очень любил животных и никому не позволял плохого к ним отношения. Он чуть голову не оторвал помощнику, на которого оставил кролика всего на пару дней, пока уезжал навестить родителей, узнав, что тот забыл покормить его зверька. Разумеется, как только артист вернулся, работник был уволен. С тех пор Джун никого близко не подпускал к клетке.       Хонджун скинул со стула очередной костюм и сел, посадив кролика перед собой.       - Ну что, малыш? Голодный? Сейчас найдем тебе что-нибудь вкусненькое. – Джун погладил его между ушей. – Спасибо за работу, Хани. Вот, держи. Привычка разговаривать с пушистиком появилась у парня давно. Наверное, от мучительного одиночества. Он был вдали от семьи, почти без друзей, постоянно занятой и уставший. А еще он считал Хани полноценным партнером, а не «инвентарем для выступлений». Так что зверек стал для него внимательным слушателем и просто другом на долгое время.       - Ты устал сегодня. Иди в домик, вот так, отдыхай. – Хонджун грустно вздохнул и тихо добавил: - Пора искать тебе замену, друг, тяжело выступать в таком возрасте. Ты достаточно прослужил мне, Хани. Пора дать тебе заслуженный отдых. Наверное, нам скоро придется расстаться, хочу, чтобы ты был счастлив.       Парень приглушил свет в комнате, чтобы кролик мог спокойно уснуть, и залез в ноутбук. Ему предстояло перерыть множество сайтов и объявлений, чтобы найти приют для животных или что-то вроде того и подобрать достойную замену для Хани. Полчаса поисков не увенчались успехом. Пересмотрев, кажется, миллион предложений, Джун так и не нашел подходящей организации. Парень протер глаза руками, размазав забытый на лице грим. Вздохнув, уже который раз за этот вечер, он возобновил поиски, и наконец наткнулся на что-то стоящее. Осталось только связаться с ними и выяснить необходимую информацию. Спустя пару гудков, ему ответил грубоватый голос. Хонджун вежливо поздоровался и объяснил, что ему нужен взрослый кролик, желательно рыжего цвета, а также уточнил, где и когда можно посмотреть зверька. По ту сторону телефона ему ответили, что готовы принять клиентов в любое время, и назвали место нахождения питомника. Хонджуна немного смутило то, что они расположились так далеко за пределами города. Владелец тоже не вызывал доверия: говорил как-то поспешно, будто что-то скрывал или недоговаривал. Все же мужчины назначили встречу на следующий день в десять часов утра.       Хонджун первым повесил трубку. Думать больше не хотелось, только спать. Последние силы парень потратил на то, чтобы смыть макияж и добраться до маленькой кровати в углу комнаты. Джун прекрасно понимал, что дома его никто не ждет, к тому же постоянно задерживался до ночи и не видел смысла тащиться в квартиру. Парень перевез сюда одну из кроватей специально для таких случаев, и теперь каждый раз хвалил себя за это решение, когда сил хватало лишь преодолеть пару шагов до желанного отдыха. Вот и сейчас Джун уснул, едва его голова коснулась подушки.       Звук будильника казался еще более раздражающим, чем обычно. Хонджун отключил его и поднялся. Нужно было позавтракать, но вряд ли он найдет здесь что-нибудь съедобное, разве что остатки моркови в миске Хани. Парень не захотел красть у кролика еду, решив заехать в магазин по дороге в питомник.       Сборы заняли больше времени, чем Хонджун ожидал, поэтому завтрак пришлось отложить. Он измотал все нервы, будучи очень пунктуальным, пока ловил красный свет на каждом светофоре. Под конец пути навигатор завел его в подозрительный квартал, полный забытых неухоженных построек. Хонджун было подумал, что сбился с маршрута, но женский голос объявил: «Вы прибыли к месту назначения». Парень вышел из машины.       - Да, ну и развалины, - сказал он, осматриваясь. – Неужели тут подходящее место для животных? Даже воздух грязный.       Услышав скрип, Джун обернулся и заметил невысокого мужчину, торопливо шагающего в его сторону.       - Вы господин Ким? – спросил он, подойдя к парню. Он был ниже Джуна на несколько сантиметров, к тому же сильно горбил спину. От него пахло дешевым алкоголем. Мужчина совершенно не был похож на того, кто заботится о животных.       - Да. А вы?       - Вы разговаривали со мной вчера. Пройдемте в здание, посмотрите шерстяного.       Хонджун нахмурил брови, но проследовал за владельцем. По дороге он вступил в лужицу бензина и еще раз усомнился в наличии подобающих условий содержания зверей в этом месте.       Помещение было больше похоже на старый гараж или подвал: сырые стены, измазанный грязью пол, слабое освещение и отвратительный запах. Одна из лампочек слабо моргала, будто в фильме ужасов. На металлических столах располагались многочисленные клетки, такие же грязные и дурно пахнущие, как и все здесь. Бедные животные ютились в уголках, прижав уши к спинкам. Джун ужаснулся, а мужчина тем временем указал на одну из клеток.       - Этот вроде рыжий. Вам же такой нужен?       Он использовал «вроде», потому что из-за слоя грязи на шерсти было сложно понять, какого цвета малыш на самом деле.       - Господи, кто следит за всем этим? Почему животные в таких условиях? – возмутился Джун.       - Да бросьте, какое кому дело. Я приезжаю каждый день, кормлю их, меняю воду…иногда. И вообще, какая от них польза? Только спят, едят и гадят.       Парень решил проигнорировать его слова. Он подошел ближе к клетке, где сидел одинокий испуганный комочек, которого владелец назвал рыжим. Вот только он ошибся.       - Он не рыжий… Он розовый! – Хонджун пришел в ярость. Он решил оставить вежливость и ухватил мужчину за воротник. – Это ты, кретин, его покрасил!? Кто дал тебе право издеваться над животными? Как будто они хуже тебя, скотина.       - Я…Я не красил его! Он такой и был, честно, я бы никогда… - промямлил владелец. Джун отпустил мужчину и вытер руку о штаны.       - Я беру его. Сколько? – выдавил парень. – Засудить бы вашу контору к чертовой матери.       Глаза владельца забегали, он поклонился и выдавил кривую улыбку.       - Забирайте его так, господин, не нужно денег. И клетку берите, только не надо в суд, господин.       - Я подумаю, - бросил Джун. Он снял куртку и разложил на грязном столе, после чего осторожно вытащил кролика из клетки. Малыш сначала сильнее жался к металлическим прутьям, но вскоре понял, что Хонджун не причинит ему зла. Парень завернул кролика в куртку и унес в машину, где для него была подготовлена переноска со свежей водой и едой. Сев за руль, Джун убедился, что пушистик чувствует себя комфортно, после чего выехал с парковки.       - До свидания, господин! – крикнул владелец, вытирая с лица пот. За всю дорогу кролик не издал ни звука. Стоя на красном светофоре, Хонджун заглянул внутрь переноски и улыбнулся, поняв, что малыш спит. Придя в гримерку, Хонджун поставил переноску на стол и открыл дверцу. От тряски кролик проснулся, и теперь смотрел на Джуна блестящими глазками, чуть подергивая носом.       - Привет, маленький. Не боишься меня? Выходи, тут ты в безопасности. Малыш несколькими короткими прыжками выбрался из хонджуновой куртки и очутился на столе. Он рассматривал цветные костюмы и декорации, шевеля носом и изучая новые запахи. Наконец его взгляд снова остановился на Джуне. Тот мягко улыбнулся и погладил зайку между ушей.       - Какой ты славный. Этот урод держал вас в таких ужасных условиях! Теперь все будет хорошо, ты станешь знаменитостью. И моим другом, думаю.       Кролик не отрывал от парня взгляд, внимательно слушая.       - Первым делом надо тебя искупать.       Будто поняв, что тут намечается, пушистик дернулся и мигом вернулся в переноску. Хонджун рассмеялся.       - Не любишь купаться? Надо немного потерпеть, на тебе чистого волоска нет! Посиди здесь, а я принесу воду.       Как не пытался Хонджун отмыть кролика, ему это не удалось. Тот вырывался и бил его лапками, но хватка парня была сильнее. Он следил, чтобы шампунь не попал в глаза и уши малышу, при этом тщательно смывая грязь с худенького тельца. Наконец слой грязи сошел, а вот розовый окрас – нет. Джун в недоумении смотрел на мокрую нежно-розовую шерсть. Смыв шампунь теплой водой, артист завернул кролика в мягкое полотенце и посадил на стол, угостив морковью.       - Ну вот, маленький, так-то лучше. Теперь ты в тепле и чистоте. Почти. – парень мягко поглаживал влажную спинку зверька. Кролик уткнулся носом в теплую ладонь и щекотал ее усами. – Скорее всего, краска слишком стойкая. Ты же наверняка был прелестным белым пушистиком, пока этот кретин не испортил твою шерстку. Когда будет перерыв от выступлений, сострижем ее полностью, чтобы отросла новая.       Кролик укусил Хонджуна за палец.       - Эй, ты чего кусаешься? Так делать нельзя, запомни. – Парень осмотрел пострадавший участок. – Пока я не купил для тебя клетку, поспишь с Хани. Надеюсь, вы подружитесь.       Зверята действительно сразу нашли общий язык. Понюхав друг друга, они разошлись по разным углам клетки. Хани, на удивление, не стал возражать, когда его новый сосед подошел к его миске выпить воды. Хонджун еще немного понаблюдал за кроликами и отправился спать. Сегодня он тоже останется в гримерке, чтобы ночью зверьки вдруг не подрались.       «Я только забрал его, а уже завтра нам предстоит выступать вместе, - думал Хонджун, погружаясь в сон. - Надеюсь, он не будет сильно нервничать. Нужно решить, как объяснить зрителям подмену. Я хотел взять рыжего, чтобы они не заметили, но раз так вышло… Ладно, подумаю над этим завтра, иначе даже макияж не сможет перекрыть мою усталость».       С самого утра Хонджун суетился. Первым делом он проверил кроликов в клетке. Хани уже проснулся и что-то жевал, забавно шевеля носом, тогда как розовый пушистик еще дремал, забившись в угол.       - Тебе придется привыкнуть к новому графику, бедняга.       Парень пробежался глазами по сценарию, жуя бутерброд. Вскоре к нему зашел стилист, чтобы передать новый костюм и референс для макияжа. Артист за долгое время работы научился сам наносить себе грим. Во-первых, ему это занятие приносило истинное удовольствие. Парню нравилось наблюдать, как на его веки ложатся тени, а губы покрывает помада; как преображается его лицо. Во-вторых, Джуну были неприятны прикосновения чужих рук к его коже.       Вот и сейчас он сел перед зеркалом, настраиваясь на работу. На макияж ушло около получаса, хоть он и не вышел в точности как на фотографии. Все же артист остался доволен результатом. Он осмотрел костюм, в котором должен выступить сегодня. Надеть его оказалось не так-то просто, особенно застегнуть молнию на спине. Джун даже пожалел, что не имеет помощника.       Провозившись некоторое время с костюмом, артист взглянул на часы и ужаснулся. Времени до выхода на сцену осталось совсем мало, а он еще не готов. Парень засуетился, пытаясь отыскать необходимый инвентарь. В спешке его взгляд упал на клетку.       - Черт, тебя еще нужно подготовить! – сказал он, обращаясь к новому партнеру. Джун открыл дверцу и выпустил кролика на стол. – Посиди пока здесь.       Хонджун забегал по комнате в поисках специальной расчески, открывая все ящики подряд, добавляя беспорядка.       - Ты ничего не забыл? – раздался глубокий голос сзади.       От неожиданности Хонджун споткнулся о стоящий рядом стул, опрокинул его и схватился за край стола, чтобы не упасть самому, сбросив с него несколько вещей. Он обернулся и уставился на клетку. Рядом с ней стоял высокий, стройный и полностью обнаженный парень, опираясь спиной о стену. Было еще кое-что, чего артист не заметил сразу – парень был ошеломляюще красив. Среди прядей волнистых нежно-розовых волос виднелись длинные уши такого же цвета. Хани тем временем мирно жевал свежий листик салата, будто ничего и не произошло.       Хонджун лишился дара речи. От испуга он сел на пол, продолжая таращиться вперед себя.       - Так ты правда розовый? – только и смог выдавить он.       - Это единственное, что тебя волнует? – удивленно усмехнулся «кролик». – Ты серьезно?       - Ты…, - заикнулся Хонджун, - ты кто такой?       - Сам подумай. Еще не догадываешься?       - Ты… Кролик что ли?       - А ты быстро соображаешь. Да, я действительно был кроликом. Маленьким пушистиком, как ты меня называл. Джуни.       - Откуда ты знаешь мое имя? Так, что вообще происходит!? У меня галлюцинации от переутомления или почему я разговариваю с кроликом? – Хонджун взялся за голову и закрыл глаза, надеясь прогнать видение.       - Я не кролик, я гибрид. Могу быть кроликом и человеком. Но, как видишь, уши остаются. Не бойся, я не причиню тебе вреда. Вставай. – Парень подошел к Джуну и протянул руку, чуть наклонившись. Хонджун опустил глаза.       - Ах, прости, - смутился гость. – Могу я одолжить одну из твоих накидок?       Артист медленно кивнул. «Кролик» накинул на плечи гладкую ткань и затянул пояс, после чего вновь галантно протянул руку сидящему парню, мягко улыбаясь. Хонджун посмотрел на него снизу вверх и все же принял помощь, поднимаясь с холодного пола. Чужая ладонь оказалась приятной на ощупь, более того, абсолютно человеческой.       - Поверить не могу. Как такое возможно?       - Надо же, каждый день работаешь с магией, а в чудеса не веришь. То, что ты видишь перед собой – правда. Я не твоя галлюцинация, твоей фантазии на такое бы не хватило, - самодовольно улыбнулся парень. – Именно так я обычно выгляжу, а кролик – временно. Не пытайся понять, просто прими. Я чудо, Джун! Магия, волшебство, называй как хочешь – но не иллюзия. Ты касался моей ладони, я настоящий, веришь?       - Кажется, – медленно ответил Хонджун.       - Ты привыкнешь.       - Я не хочу ни к чему привыкать! Сейчас же позвоню в ту контору, пусть объяснятся.       - Нет, пожалуйста! – парень ухватил фокусника за руку, но тот одернул ее. – Извини. Позволь мне остаться, прошу. Мне некуда больше идти. – В его голосе прозвучало отчаяние. – Тот человек… У которого ты забрал меня, относился к нам просто ужасно. Мне было очень тяжело в тех условиях. Ты первый, кто проявил ко мне заботу, Хонджун. Накормил, искупал, даже ни разу не ударил и не кричал. Ты замечательный. Позволь мне остаться, и я буду делать все, что скажешь. Я видел, как много ты работаешь, буду помогать. Прошу тебя.       - А он знал…?       - Нет, не знал. Для него я был обычным кроликом. Его, кажется, даже не волновало, что я розовый.       Хонджун задумался, слова парня задели его. Первый, кто проявил заботу? Он вспомнил те страшные условия, в которых парень жил, наверное, не один месяц. Только сейчас он заметил красные следы на шее незнакомца. Хонджун осознал, что все остальное его тело наверняка выглядит не лучше, скрытое сейчас его собственной накидкой. Он даже не обратил на это внимания, увидев впервые.       Странно, наверное, довериться человеку (а человеку ли вообще?), которого видишь впервые в жизни, но Джун почувствовал, что обязан. Увидел в чужих глазах, которые даже сейчас оставались похожими на кроличьи – такие же большие и блестящие, боль и страх. Если от него зависит чья-то судьба, тогда…       - Оставайся.       Парень в накидке облегченно выдохнул. Он хотел было снова коснуться руки Хонджуна, но понял, что еще рано.       - Спасибо тебе, Джун.       - Не благодари. Ты, кажется, этого заслуживаешь. Все заслуживают нормальной жизни. Я рад, что помог. – Взгляд Хонджуна упал на часы. – Черт, выступление! Что же теперь делать? В афише уже напечатали, что будет новый кролик, я не могу снова взять Хани сегодня. А ты можешь, ну… Снова стать кроликом и выступить со мной?       - Разумеется. Теперь это моя основная работа – быть твоим. Кроликом, - быстро добавил парень. Оба смущенно улыбнулись.       - Хочу узнать твое имя, перед тем как выйти на сцену.       - Сонхва. Называй меня Сонхва.       - Сонхва… Очень красивое имя. Тебе подходит. Ты не против, если я придумаю сокращение, чтобы представить кролика, то есть тебя?       - Не против. Теперь отвернись, пожалуйста. Я стану кроликом, а дальше делай, что должен.       Хонджун выполнил просьбу парня. Он услышал, как накидка мягко упала на пол. Подождав еще минуту, Джун обернулся и опустил глаза. Кролик выпутался из шелковой ткани и смотрел прямо на него.       - Я могу прикасаться к тебе? – Артист присел и вытянул вперед руки. Вместо ответа малыш запрыгнул к нему на ладонь. – Это самый необычный день в моей жизни.       По дороге до сцены Хонджун пытался собрать мысли в кучу. Он решил, что выступит как обычно, а обо всем остальном побеспокоится позже. Если бы мягкая шерсть кролика не щекотала его ладони, парень подумал бы, что все это ему снится.       За кулисами их уже ждал специальный ящик с отверстием в крышке. Фокусник осторожно поместил туда кролика. Как только ведущий объявил его выход, Хонджун натянул улыбку и отправился на сцену. В программу выступления входил не только знаменитый трюк с кроликом, поэтому артисту потребовалось максимальное самообладание и собранность. Он выполнил несколько фокусов, в очередной раз впечатляя зрителей ловкостью своих рук. Время шло, а значит совсем скоро он представит своего нового партнера публике.       Наконец этот момент настал – персонал выкатил на сцену черный ящик. Хонджун подошел к нему и поставил шляпу в нужное место. Он проделывал это тысячу раз, так почему сейчас нервничает? Парень провел волшебной палочкой над цилиндром и запустил в него руки. Его пальцы почувствовали мягкую шерсть кролика. Артист вытащил пушистика и поднял, показывая зрителям. Публика разразилась громкими аплодисментами. Хонджун прижал кролика к груди и обратился к людям на трибунах.       - Уважаемые зрители! Позвольте представить моего нового партнера. Его зовут Хва. Прошу вас, не обращайте внимание на его необычный окрас. Я забрал его у очень плохих людей, которые совсем не любят животных и издеваются над ними. Именно они сделали его таким. Уверяю вас, я этого так не оставлю и обязательно разберусь с ними. Теперь его шерсть – маленькая особенность. На то он и волшебный кролик. – Хонджун усмехнулся и продолжил: - Так вот, теперь Хва будет выступать со мной и станет достойным преемником Хани, который долгое время был моим помощником. Пришло время дать ему отдохнуть. Давайте поприветствуем нового артиста!       Публика вновь разразилась овациями. Хонджун поклонился и двинулся к первым рядам, чтобы те погладили кролика. Пройдя половину круга, парень заметил, что Хва прижал уши к спине и как-то весь сжался от чужих прикосновений. Джун сжал зубы, натягивая улыбку и пошел дальше. Завершив круг, он вышел в центр сцены, низко поклонился, поднял с земли розу и зажал в зубах, после чего удалился за кулисы.       Артист зашагал по коридору, его пальцы будто автоматически гладили кролика по спине. Зайдя в гримерку, Хонджун закрыл дверь на ключ и подобрал с пола шелковую накидку. Он посадил кролика на стол и положил одежду рядом с ним, после чего немного отошел и отвернулся. Через мгновение он почувствовал мягкое прикосновение к своему плечу.       - Спасибо тебе, - тихо сказал Сонхва.       - За что? – Хонджун повернулся и осмотрел парня. – С тобой все в порядке? Мне показалось, тебе было неприятно от их прикосновений.       - Все хорошо, я привыкну к этому. Спасибо, что назвал меня волшебным. Не странным, не дефектным, а волшебным. И спасибо, что не выдал меня. Обещаю, я буду стараться усерднее.              - Ты молодец. Из тебя вышел отличный кролик, - улыбнулся Джун. – Когда я впервые выступал с Хани, он меня укусил.       Сонхва рассмеялся, а Хонджуна вдруг поразило его лицо. С искренней улыбкой он выглядел таким неземным, поистине волшебным.       - У тебя нежные руки, - произнес Сонхва, немного смущаясь. Щеки Хонджуна залились румянцем, он быстро отвел взгляд.       - Да, наверное. А ты очень мягкий. В смысле, шерсть мягкая… Все, мне пора спать. Черт, а где ты ляжешь? У меня только одна маленькая кровать здесь.       Сонхва улыбнулся неловкости Джуна.       - Я всегда сплю как кролик, так что лягу с Хани. Не думай об этом, тебе правда нужно отдохнуть.       - Тогда ты тоже ложись. Я вряд ли быстро засну после сегодняшних событий. Хонджун отправился смывать макияж и переодеваться, предварительно попросив Сонхва не смотреть. Тот сидел на стуле и изучал глазами комнату, терпеливо ожидая, пока артист подготовится ко сну.       Хонджун улегся на кровать, погасив свет. Он уже погружался в сон, как вдруг услышал тихий голос совсем рядом с его головой.       - Хонджун… А когда у тебя следующее представление?       - Где-то через два дня, кажется. Что-то не так?       - Можно попросить тебя кое о чем, Джун?       - Конечно, говори.       - Я очень боюсь темноты. Мы сможем провести свет в тот ящик для выступлений?       - Думаю, это возможно. Что-нибудь придумаем, не волнуйся. Подожди, если тебе страшно, давай включим ночник. – Хонджун приподнялся на кровати и хотел встать, но Сонхва положил руку ему на плечо.       - Не нужно. С тобой мне не страшно. Спасибо за все. Извини, если разбудил. Я пойду.       Хонджун проводил взглядом силуэт парня, направляющегося к клетке. Увидев, как тот сбрасывает накидку, он зажмурил глаза. Открыв их, он рассмотрел лишь тени двух кроликов.       «Как он жил в том подвале, если боится темноты? – думал Хонджун. – Сколько же он натерпелся тогда. И эти следы на шее только подтверждают весь кошмар. Пусть останется здесь, ради его же безопасности. К тому же, он неплохо справляется со своей ролью. Это странно, но уши совсем не портят его внешность – он прекрасен, даже отрицать не буду. Только не влюбись, Джун, это будет катастрофа». С этими мыслями парень погрузился в сон.       Последующий месяц все шло довольно стабильно. Хонджун и Сонхва быстро сработались, и артист только сейчас осознал, что значит иметь хорошего помощника. Сонхва был гораздо более ответственный и собранный, чем он сам. Так что парень брал на себя часть организационных моментов, а также постоянно напоминал Джуну поесть и гнал спать вовремя. Тот был очень благодарен за помощь, и часто после представлений дарил ту самую единственную розу. Сонхва души не чаял в Хонджуне, часто посмеиваясь над его рассеянностью, а по ночам размышляя, как ему повезло, что тот нашел его. Забрал его, выбрал именно его.       Выступления проходили гладко, публике быстро полюбился необычный розовый зверек. При поддержке некоторых зрителей, которые сами обратились к Хонджуну, парень подал в суд на организацию, что держала животных в неподобающих условиях. Контору быстро закрыли и оштрафовали владельца на крупную сумму. Всех зверят передали в приют, где добрые люди с удовольствием ухаживали за ними. Некоторых малышей отдали в хорошие руки, о чем также позаботились преданные поклонники артиста. Парни не раз лично навещали приют. Сонхва прятал уши под капюшоном, а Хонджун волновался, что это приносит дискомфорт, но парня это мало волновало. Он нежно гладил зверят, которые теперь были сыты и довольны. Они сами сбегались к его рукам, требуя внимания. Хонджун отдавал привезенный с собой корм волонтерам и присоединялся к нему. Вместе они проводили много времени в компании кроликов, узнавая друг друга с совершенно новых сторон.

***

      Все это могло продолжаться еще долго, пока в одно утро Хонджун не проснулся от легкого прикосновения к плечу. Только открыв глаза, он рассмотрел перед собой Сонхва.       - Джун, просыпайся, - дрожащим голосом позвал он. – Хани умер…       На Хонджуна будто вылили ведро холодной воды. Он подскочил и подбежал к клетке, отказываясь верить в происходящее. К сожалению, Сонхва не соврал ему. Хонджун не мог смотреть. Он сел на пол и зарыдал, обхватив колени руками. Сонхва не знал, как помочь ему. Он только опустился на колени рядом с парнем и положил руку на плечо. Они просидели так до тех пор, пока Хонджун, кажется, не выплакал все что можно. Парень поднял покрасневшие глаза и посмотрел на Сонхва.       - Пойдем со мной. Я хочу похоронить его.       Сонхва молча поднялся. Тут не нужны были слова. Он осторожно вытащил тельце зверька из клетки и завернул в мягкое полотенце. Хонджун не смог бы.       - Тяжело видеть голую землю, - выдавил он, стоя над свежей могилой. – Я хочу посадить здесь бархатцы.       Оставшуюся часть дня они потратили на украшение крохотного участка земли загородом. Хонджун голыми руками, без перчаток, копался в земле, погружая в нее семена цветов. Время от времени на землю скатывалась его слеза. Сонхва лишь поглядывал на него, а у самого сердце разрывалось от чужого горя. По себе знал, как больно терять близких. Но в такие моменты лучше дать человеку прожить это, не отвлекать пустыми утешениями. Он готов быть рядом, если Хонджун попросит.       - О чем задумался? – Хонджун тихо подошел со спины, заставив парня вздрогнуть.       - Не имеет значения. Ты как?       - Думаю, по мне видно, что не очень.       Правда, Хонджун был полностью испачкан в земле, с опухшими красными глазами и взлохмаченными волосами.       - Я не смогу спать там сегодня. Поедем ко мне домой?       - Если тебе так будет легче, конечно.       Уже стемнело, когда они добрались до квартиры Хонджуна. Парень давно здесь не бывал, поэтому потратил достаточно времени, чтобы найти подходящий ключ. Щелкнув замком, он пригласил Сонхва внутрь. В коридоре он включил свет и показал, где находятся ванная, кухня и спальня. Квартира была небольшой, но Сонхва показалась очень уютной. Хонджун заварил гостю чай, а сам отправился в душ отмываться от земли и печальных событий. Сонхва иногда поглядывал на дверь, переживая за парня. Кто знает, к чему может привести трагедия.       - Можно одолжить у тебя чистую одежду? У меня совсем ничего с собой нет, - попросил Сонхва, когда парень освободил ванную.       - Да, пойдем, выберешь себе. Боюсь, она будет тебе не по размеру, ты выше меня, но если на одну ночь, то не страшно.       Сонхва благодарно принял одежду и тоже отправился в душ. Футболка и шорты все же оказались коротковаты, но было приятно переодеться во что-то теплое и домашнее, без следов грязи. Закончив, Сонхва проследовал на кухню, где его ждал остывший чай. В коридоре он наткнулся на Джуна.       - Прости, не заметил, что ты уже вышел. Слушай, я тут подумал, - Хонджун немного замялся, - что у меня нет второй кровати.       - Я могу и на полу, мне не сложно, - начал Сонхва.       - Что ты, он же холодный. Ляжешь со мной? Она двухспальная, так что…       - Хорошо, это вообще не проблема. Я допью чай и приду, ладно?       - Буду ждать.       На кухне Сонхва осмотрел все шкафчики и холодильник, и понял, что ужина им не видать. Он отметил, что нужно будет проснуться раньше и сходить в магазин, чтобы приготовить хотя бы завтрак. Хонджун сейчас явно не в том состоянии, чтобы беспокоится о еде.       Когда он зашел в спальню, Джун уже лежал в кровати и пустыми глазами смотрел в телефон.       - Я забыл сказать, - он посмотрел на вошедшего, - второго одеяла у меня тоже нет.       - Я уже понял. Нет, значит нет.       Сонхва лег на самый край кровати, стараясь не захватить слишком много одеяла. Хонджун отложил телефон.       - Спокойной ночи, Хва.       - Спокойной ночи.       Джун погасил свет и повернулся спиной к Сонхва. Через пару минут тот услышал тихие всхлипы.       - Хонджун, - позвал парень и положил руку ему на плечо, - ты в порядке?       - Прости, - ответил Джун сквозь слезы, - я просто…       - Я понимаю, все понимаю. Тебе сейчас очень тяжело. Ты можешь плакать, если нужно. Хочешь, я обниму тебя? Может, станет легче.       Хонджун повернулся и тут же спрятался в объятиях Сонхва. Парень осторожно притянул его еще ближе, мягко поглаживая. Он чувствовал, как чужое тело дрожит в его руках, и как футболка на его груди медленно промокает.       - Почему мне так больно, Хва? Почему?       - Он был дорог тебе, это понятно. Чем ближе, тем больнее. Я знаю это. Ты молодец, - Сонхва продолжал гладить парня по волосам.       - Обними меня еще крепче, прошу, - Сонхва тут же выполнил просьбу, - и не отпускай.       - Не отпущу. Буду держать, сколько нужно.       Постепенно успокаиваясь, Хонджун все также крепко прижимался к парню, но напрягать руки становилось сложнее – сил не хватало, после срыва наступила слабость. Организм был готов отключиться в любой момент. Но перед тем, как уснуть, нужно узнать кое-что очень важное.       - Если я тебя отпущу, ты никуда не уйдешь?       - Не уйду. Как бы это не звучало, мне некуда больше идти. Ты стал для меня всем, Джун. Я останусь с тобой.       - Я могу полежать так еще немного?       - Сколько хочешь. Ты же помнишь, это моя основная работа – быть твоим. Убедившись в том, что его не бросят, Хонджун ослабил хватку. Почти сразу он отключился.       Парень проснулся посреди ночи в холодном поту. Почувствовав щекой подушку, он испугался, что Сонхва не сдержал слово. Хонджун часто задышал и приподнялся, пытаясь рассмотреть что-нибудь в темноте. Он хотел вытянуть руку, чтобы убедиться, что на второй половине кровати никого нет, но вдруг ощутил что-то мягкое совсем рядом. Джун приподнял одеяло и разглядел розового кролика, который положил лапку на его ладонь. Одежда Сонхва была аккуратно сложена и лежала на тумбочке возле кровати. Парень выдохнул и медленно вернул голову на подушку.       - Ты здесь. Спасибо.       Кролик подполз ближе, обнюхал его лицо, пощекотав при этом усами, как бы убеждаясь, что Хонджун не плачет снова. Он заполз под руку парня и лег возле его груди. Кролик мог четко расслышать частое сердцебиение. Он немного покрутился на месте, устраиваясь поудобнее. Хонджун ощутил тепло, исходящее от маленького тела. Ему стало гораздо спокойнее – Сонхва даже так не оставил его. Он несколько раз провел пальцами по спине кролика, погружаясь в сон. До самого утра Джун спал очень крепко.       Проснувшись, первым делом он бросил взгляд на тумбочку. Как он и ожидал, одежды Сонхва там не было. Хонджун сел на кровати. По комнате разносился приятный аромат кофе и яичницы. Джун поднялся и тихо направился на кухню. Он застал Сонхва у плиты. На столе уже стояли две чашки кофе. Сонхва обернулся и слегка дернулся, не ожидав увидеть Хонджуна проснувшимся.       - Доброе утро. Присаживайся, все почти готово. Как ты?       Джун сел за стол и разгладил растрепанные волосы. Он притянул к себе чашку, грея ладони.       - Даже не знаю. Сложно понять, такая пустота внутри. Как только я проснулся, все было хорошо, а потом как навалилось! Я вдруг вспомнил все, и то, что было ночью, тоже. Спасибо тебе. Надеюсь, я не доставил неудобств. А тебе как спалось? Сонхва выключил плиту и разложил горячую яичницу по тарелкам, после чего сел напротив Джуна. Парни принялись за еду.       - У тебя мягкая кровать, мне было удобно. Даже не думай извиняться, я все понимаю. Я рад, что был рядом.       - Я тоже рад, что ты был рядом. – Хонджун немного помедлил, но решил говорить прямо. – Я давно ни с кем не спал, как бы это не звучало. Всегда один. Это очень тяжело иногда. А сегодня мне было тепло. Думаю, я еще много раз повторю, как благодарен за то, что ты появился в моей жизни.       Оба жутко засмущались, и остаток завтрака прошел в тишине.       Несмотря на траур и подавленное состояние, выступления необходимо было продолжать. Хонджун натягивал на лицо улыбку, а опухшие глаза скрывал макияжем. Хва уже привык к рукам зрителей, что не всегда бережно гладили его, но теперь это не устраивало Хонджуна. Артист стал чувствовать странные уколы ревности, когда чужие руки прикасались к его кролику. Особенно после той ночи, когда он впервые за долгое время ощутил чужое тепло и поддержку. Он долго думал над этим, и в конце концов решил убрать эту часть из всех последующих представлений. Когда Сонхва удивленно попросил его объяснить, что происходит, парень ушел от ответа.       Естественно, это не понравилось публике. Возможность погладить зверька была особенностью выступлений фокусника, а без нее они потеряли уникальность. Статистика постепенно падала, продажи билетов снизились. На Хонджуна давило начальство, а почту заваливали письма зрителей с требованиями вернуть старую программу. Парень находился в постоянном нервном напряжении, почти перестал есть и спать, днями и ночами разбирал отчеты и другие бумаги, разрабатывал новые идеи для привлечения публики. Сонхва мог лишь с сожалением наблюдать, как Джун увядает на глазах, совершенно не зная, как помочь. Спустя неделю такого режима, он решил уложить Хонджуна спать любым способом.       Сонхва медленно подошел к сидящему за столом парню и положил руки ему на плечи. Джун вздрогнул, кажется, он никогда не привыкнет к присутствию другого человека рядом. Сонхва наклонился над его ухом и прошептал:       - Пора спать, Джуни.       - Нет, Хва, - закапризничал Хонджун, - у меня ещё куча работы. Сонхва был готов к этому. Он начал медленно разминать напряжённые плечи парня, двигаясь ближе к шее.       - Если ты не пойдёшь спать сейчас, я сам тебя уложу.       Изо рта Джуна вырвался тихий скулеж, когда Сонхва надавил на проблемный участок.       - Вот видишь, твоему телу нужен отдых. Давай я тебе помогу, хотя бы массаж сделаю? Может, хоть немного отвлечешься.       - Но работа?       - Подождёт. Ложись на кровать и просто расслабься.       Хонджун недоверчиво глянул на парня, но все же встал и направился к кровати. Желание наконец отдохнуть взяло верх. Он лёг на живот и в ожидании посмотрел на Сонхва. Парень тоже подошёл и сел рядом с ним. Джун едва не задохнулся, когда тот задрал его футболку, оголив всю спину. Тёплые ладони легли на лопатки, мягкими движениями поднимаясь выше. Сонхва не пропустил ни единого участка, разминая каждую мышцу. Джун иногда поскуливал от лёгкой боли, но она быстро проходила, уступая место расслаблению. Еще через пару минут парень почувствовал, что его клонит в сон.       - Хва, если не прекратишь сейчас, я засну.       - А чего я, по-твоему, добиваюсь?       - Мне ещё нужно вернуться к работе.       Хонджун повернулся на спину и приподнялся на локтях.       - Я хоть и живу со тобой, а до сих пор не понимаю, над чем ты работаешь.       - Разрабатываю новые идеи для представлений. Думаю, как привлечь аудиторию.       - Странно, что ты так долго над этим трудишься. - Сонхва немного задумался, а затем произнес: - Думаю, у меня есть решение.       Хонджун резко сел на кровати и уставился на парня.       - Ты серьезно? - Сонхва кивнул и мягко улыбнулся.       - Как насчёт превращения кролика в человека? Только самые талантливые фокусники способны такое провернуть.       Джун чуть не подпрыгнул от радости и бросился обнимать парня.       - Ты можешь... Хва, ты гений! Как же я люблю тебя!       - Любишь?       Хонджун отстранился и посмотрел в глаза Сонхва. В них читались недоверие, сомнение и надежда. Крохотная надежда на любовь, которая жила в нем, несмотря на все тяготы. Хонджун улыбнулся ему, стараясь убедить в искренности своих слов.       - Думаю, да, - ответил он.       - А ты не думай. Действуй.       Хонджун притянул его за талию и впился в губы. Давно он мечтал их попробовать, и теперь не собирался останавливаться. Сонхва утопал в ощущениях, которых никогда раньше не испытывал. Это было намного лучше, чем он представлял, глядя на Джуна. После мягкого, тягучего поцелуя они долго смотрели друг другу в глаза, тяжело дыша и улыбаясь.       - Джун, а мои уши?       - Твоя особенность, зайчонок. Я люблю их тоже. Ты решил мою проблему с выступлением, так что я могу спокойно уснуть. Ты все же добился своего. Не представляешь, как я благодарен. - Хонджун погладил парня по голове, задевая уши. - Ложись со мной сегодня, не хочу тебя отпускать. Никогда.       Весь следующий день они потратили на подготовку нового представления. Нужно было найти необходимый инвентарь и проработать сценарий, а также подобрать костюм для Сонхва так, чтобы он смог быстро надеть его. Работать вместе оказалось приятнее и эффективнее, так что парни не только успели закончить все дела до наступления ночи, но и приятно провели время. Уже завтра их ждало первое совместное представление, так что небольшое волнение долго не давало им уснуть. Но и тут они нашли выход, проболтав до полуночи о всяких мелочах, иногда смеясь и прерывать на мягкие поцелуи. Заснули они также в обнимку, не желая отпускать друг друга даже во сне.

***

      Утро прошло в суете. Волнение только усилилось, особенно у Сонхва, и теперь Хонджуну пришлось уговаривать парня позавтракать. Он убеждал партнёра, что выступление пройдёт гладко и они к нему полностью готовы. Это мало помогло, но Сонхва все же решил не нагнетать обстановку. Он быстро пробежался по сценарию, кажется, в тысячный раз, и отправился примерять костюм. Закончив, он подошел к Хонджуну, наносившему макияж.       - У тебя талант, Джун, - произнес он, рассматривая лицо парня в отражении зеркала.       - Спасибо. Хочешь тоже?       - Думаешь, мне пойдёт?       - Ну конечно! Сядь на мое место и закрой глаза. Розовые тени будут хорошо сочетаться с волосами, а губы только слегка подчеркнём карандашом. Готово, смотри, - довольно произнес Хонджун.       Сонхва медленно открыл глаза и поразился. Его лицо преобразилось, глаза стали ярче, а губы выразительнее.       - Мне кажется, тебе очень идёт.       - Да... - только и смог ответить Хва.       Хонджун усмехнулся и оставил его любоваться своим отражением в зеркале.       Наступило время выхода на сцену. Хонджун объяснил персоналу, в какой момент нужно выкатить ширму и стойку с костюмом для Сонхва, как все это правильно расположить, чтобы скрыть парня от глаз зрителей. Вернувшись в гримерку, он нашёл Хва уже кроликом. Костюм аккуратно висел на вешалке. Джун поднял кролика на руки.       - Ты готов? Все будет в порядке.       С самого начала представления мысли Хонджуна были заняты лишь одним. Все базовые фокусы он делал практически на автомате, в глубине души ожидая самого важного момента. Когда он вытаскивал Хва из шляпы, его руки немного подрагивали. Зрители захлопали, но явно без особого удивления. Некоторые даже собрались уходить, но на полпути передумали. Голос артиста разнесся по всей сцене:       - Дамы и господа, не спешите расходиться - представление еще не окончено.       По сигналу персонал выкатил в центр сцены ширму, со всех сторон закрывающую крохотный участок от посторонних глаз.       - Прямо сейчас на ваших глазах этот кролик, - он поднял Хва повыше, - станет человеком!       Публика заинтересованно зашептала. Джун отодвинул стенку ширмы и осторожно поместил туда кролика.       - Удачи, - прошептал он. - У тебя все получится!       Хонджун плотно закрыл ширму. Вместе с Сонхва они вычислили, что парню требуется тридцать секунд, чтобы надеть костюм. Чтобы потянуть время, Джун несколько раз обошёл вокруг ширмы и попросил публику считать от десяти до одного. Спустя отведённое время зазвучала барабанная дробь. Сердце Хонджуна колотилось ей в такт, когда он распахнул ширму. Под восторженный крик публики оттуда вышел молодой парень с розовыми волосами и низко поклонился. Маленькая девочка на пятом ряду дернула отца за рукав, восторженно шепча ему:       - Смотри, какие у него ушки, папа! Совсем как настоящие. Они даже двигаются, смотри!       На сцену вновь полетели красные розы. Хонджун поднял одну и протянул её Сонхва. Его лицо озаряла улыбка, а глаза сияли. Хва благодарно принял розу и вдохнул нежный аромат. Хонджун притянул его за руку и прошептал на ухо:       - Ты настоящее чудо, Хва. Моё чудо.