Trying to Hold Onto You

Сегодня день рождения Тайлера. Джош не совсем уверен, как к этому подступиться. Он знает, что не стоит просить помощи у Марка, ведь он не хочет постоянно напоминать ему о том, что тот видел, как Тайлера пытали. Но проблема в том, что Марк — единственный, кроме самого Тайлера, кто знает, что происходило на последних шести днях рождения Тайлера. Он единственный, кто может помочь Джошу разобраться, как провести этот день. И если Джош сделает что-то, что спровоцирует Тайлера сегодня, тот может снова разбить зеркало из-за ненависти к себе. Джош пытался спросить Тайлера, что бы тому хотелось на день рождения, но каждый раз Тайлер отмахивался, говоря что-то вроде: «Неважно» или «Мне всё равно». Это не особо помогает, потому что, похоже, Тайлер совсем не ждал этого дня. Его лицо бледнело каждый раз, когда Джош заговаривал об этом. Хотя Тайлер ещё спит, Джош не хочет рисковать, что тот услышит его разговор с Марком. Поэтому он надевает пальто, сапоги и шапку Тайлера, выходит на заднее крыльцо. С неба падают хлопья снега, густые, липкие, быстро покрывающие землю. Может, позже Джош разожжёт камин. Сделает всё уютным для Тайлера. Джош находит контакт Марка и нажимает кнопку вызова, жалея, что не надел перчатки, чтобы пальцы не замерзали. У Марка сегодня выходной, и Джош надеется, что тот всё ещё рано встаёт. Он уже собирается сдаться, когда телефон продолжает звонить без ответа, но наконец раздаётся сонный голос Марка. — Джош? Почему ты не спишь? — Семь утра. Мы всегда вставали на рассвете в Тренче. — Именно, — ворчит Марк. — Наслаждайся тем, что теперь это не обязательно. Прежде чем Джош успевает ответить, Марк бормочет: — О чёрт. У Тайлера же день рождения. Джош рассеянно ловит снежинки, которые тают у него на ладони. — Ты помнишь? Ты никогда не помнишь, что у кого-то дни рождения. Марк вздыхает. — Да, чувак. Плёнки. Я видел его последние шесть дней рождения. Первое декабря. — Нико снимал каждый из них…? — Да, — голос Марка звучит ещё более уставшим — но это другая усталость. — Снимал. — Мне нужен совет, — говорит Джош, звуча более отчаянно, чем планировал. — Тайлер не говорит, чего хочет сегодня. Я очень, очень хочу отметить, но не хочу спровоцировать его, если это… чувствительный день. Джош слышит, как на фоне у Марка работает кофеварка. — Эм, да. Так вот, день рождения был единственным днём, когда Нико говорил Тайлеру дату, год, всё такое. Это было своего рода напоминанием, как долго он там пробыл. Так что, может, не стоит упоминай его возраст или год. Джош сглатывает. — Хорошо, это полезно знать. Что ещё стоит избегать? — Нико любил устраивать сенсорную перегрузку в день рождения Тайлера… Он считал это забавным. Не буду вдаваться в подробности, но точно никакой музыки. Ничего громкого или перегружающего. Просто держи всё тихим и простым. Дай ему простые вещи, на которых можно сосредоточиться. Думаю, сегодня будет тяжёлый день по многим причинам, так что вот мой лучший совет. Холодный ветер ударяет Джошу в лицо, вызывая дрожь по спине. — Спасибо, Марк. Ценю это. — Конечно, чувак. И слушай, просто дай Тайлеру сегодня взять инициативу. Я не могу предсказать, чего он захочет, могу только строить догадки. Просто слушай, что ему нужно. Он скажет, даже если не произнесёт это вслух, понимаешь? Думаю, он будет просто счастлив, что ты рядом по-настоящему. Он часто тебя видел в галлюцинациях. Джош качает головой. Ему приходится заставлять себя игнорировать последние два предложения, чтобы не начать паниковать. — Это действительно отличный совет. Хм. Может, мне стоило обратиться к тебе раньше, — шутит он, натягивая шапку — ну, Тайлера — пониже на уши, чтобы они не мёрзли. Марк усмехается. — Не, мне всё ещё надо на терапию, помнишь? Джош смеётся, они шутят ещё пару минут, прежде чем звонок заканчивается. Когда он заходит внутрь, то слышит, как Тайлер шумит наверху. Звучит это нервно, поэтому он поднимается, чтобы проверить, что происходит. Выражение лица Тайлера беспокойное, он лежит на животе, заглядывая под кровать. — Что ищешь? Могу помочь? — Наушники, — бормочет Тайлер. — Нужны те, что заглушают звук. Хочу такие, которые ни к чему не подключаются, просто глушат всё. Мне нужно слышать тебя, но не хочу слышать, — он делает дрожащее движение руками, — всё остальное. Джош морщится от недоумения. — Сейчас довольно тихо, Тай. — Нет. Птицы слишком громкие. И ветер. И теперь, когда я встал, пол скрипит, и… — Что тебя разбудило сегодня? — спрашивает Джош с беспокойством. Марк не шутил насчёт сенсорной перегрузки. Тайлер только что проснулся, а уже пытается сделать тихое утро ещё тише. Тайлер наконец достаёт наушники из-под кровати. Видимо, они упали туда прошлой ночью. — Кто-то проезжал мимо с громкой музыкой, а у меня уже и так был громкий кошмар. Потом я проснулся от этой музыки, и теперь мне нужно, чтобы было тихо, — говорит он, и в голосе прокрадывается раздражение, пока он дрожащими руками надевает наушники. Он закрывает глаза на минуту и просто дышит, сидя на полу. Джош опускается рядом. Он не прикасается к нему и не говорит — просто сидит и слушает неровное дыхание Тайлера, наблюдая, как румянец на его щеках постепенно спадает, а мышцы начинают расслабляться. — Можешь закрыть шторы и выключить свет, пожалуйста? Джош хочет пошутить про то, что Тайлер похож на вампира, чтобы поднять ему настроение, но решает, что сейчас не лучшее время. Вместо этого он делает, как просят, закрывая дверь в коридор для верности. — Прости, — шепчет Тайлер, вставая с руками прижатыми к голове. — Прости. Прости. Джош встаёт следом, собираясь спросить, за что Тайлер извиняется, но очевидно, что большая часть происходящего сейчас — в его голове. Он пытается закрыть уши, хотя на нём уже наушники. Слова Марка эхом звучат в голове Джоша: Дай ему что-то, на чём можно сосредоточиться. Джошу нужно вытащить Тайлера из его головы и вернуть в реальность, не допуская сенсорной перегрузки. Он не уверен, что сможет это сделать. — Джош, — Тайлер внезапно поднимает взгляд, дыша неровно, с мольбой в глазах. — Можешь… можешь взять на себя ответственность за меня? Подождите. Джош может это сделать. Он очень хорош в этом. К тому же, на днях они с Тайлером составили подробный список команд, поз и даже похвал, которые Джош может использовать, когда Тайлер просит об этом. Всё разделено на красный, жёлтый и зелёный, в зависимости от триггеров или желаний Тайлера. Некоторые пункты из «зелёного списка» удивляют, учитывая прошлое Тайлера, но Джош доверяет ему знать свои пределы. Он должен доверять Тайлеру. Джош глубоко вдыхает. — Ты уверен? Хочешь попробовать несексуальный сабспейс, как мы обсуждали? Прямо сейчас? Тайлер отчаянно кивает, глаза широко раскрыты. — Хорошо. Красный, если захочешь, чтобы я остановился, или два пальца вверх — тоже сработает. Тайлер снова кивает, ещё более настойчиво. Ему нужно, чтобы Джош поторопился и сказал, что делать. Ладно, ладно. Джош собирается с мыслями. Нельзя говорить Тайлеру лечь на кровать — это в «красной» категории. Тайлер должен сделать это сам. Но команда встать на колени — в зелёной. Тайлер считает, что это не напугает его, даже если Нико использовал это, потому что на этот раз его руки не будут связаны. Он думает, что это будет исцеляющим. Джош молча делает глубокий вдох. Доверься Тайлеру знать, что ему нужно. — Встань на колени, Тай. Тайлер сразу опускается на колени, не отрывая взгляда от Джоша. Он всё ещё выглядит отчаянно нуждающимся в спокойствии. — Сядь на пятки. Не говори, пока я не попрошу, или если почувствуешь, что нужно. Тайлер медленно кивает, выполняя команду без тени сомнения. — Положи ладони вверх на бёдра. Не двигайся, пока я не скажу, или если станет некомфортно. Тайлер дрожаще выдыхает и выполняет команду. Его дыхание всё ещё неровное, но он уже кажется спокойнее, мягкие карие глаза смотрят на Джоша, жаждая одобрения. — Ты так хорошо справляешься, Тай, — хвалит Джош, опускаясь на колени напротив. Он повторяет позу Тайлера, но держит осанку уверенно, чтобы казаться «главным». — Я коснусь твоих ладоней и запястий. Кивни, если это нормально. Тайлер сохраняет заворожённое выражение и кивает. — Хорошо, — говорит Джош, теперь более уверенно. Он импровизирует, но следующую часть он уже обдумывал. Ему пришла идея объединить несколько терапевтических техник так, чтобы это успокаивало Тайлера. — Я проведу линию пальцем — от кончика среднего пальца вниз по ладони до точки акупунктуры на запястье. Это займёт четыре секунды, и я буду считать вслух. Ты со мной? Кивни или покачай головой. Тайлер кивает, подтверждая, что следит за словами, его взгляд прикован к Джошу. — Хорошо, — продолжает Джош. — Затем я надавлю на эту точку на запястье на семь секунд и проведу линию обратно медленнее, за восемь секунд. Глаза Тайлера не отрываются от Джоша, его взгляд напряжённый, будто он ловит каждое слово. Но дыхание остаётся неровным. По крайней мере, теперь он сосредоточен, его мысли больше не крутятся по спирали. — Пока я это делаю, ты будешь вдыхать на четыре секунды, задерживать дыхание на семь и выдыхать на восемь. Тайлер снова кивает. — Хорошо. Готов? Раз… Джош начинает мягко вести линию от кончика среднего пальца Тайлера к запястью. Тайлер инстинктивно вздрагивает от прикосновения, но они оба игнорируют это, и Тайлер вдыхает, как было сказано. Джош считает до четырёх, затем надавливает на точку акупунктуры на запястье Тайлера. Большой белый шрам от старого пореза отмечает это место. Джош надеется, что это не уменьшит успокаивающий эффект. — Раз, два, три… Тайлер продолжает дышать, как было сказано, с уязвимым, широко раскрытым взглядом. Напоминает Джошу оленёнка. — Четыре, пять, шесть, семь… Джош медленно считает эти семь секунд, зная, как Тайлеру нравится, когда его заставляют задерживать дыхание. Обычно это в сексуальном контексте, но сейчас это сработает так же хорошо. — Раз, два, три, четыре… Он начинает вести линию обратно вниз по запястью Тайлера к кончикам пальцев. Выражение лица Тайлера становится всё более затуманенным, длинные тёмные ресницы выделяются на фоне бледной кожи, когда он медленно моргает. Он такой красивый. Джош хочет сказать ему это, но решает подождать, пока они завершат десять циклов дыхательного упражнения. Где-то в глубине души Джош гордится собой за эту идею. Это чувство… действительно приятное. Он давно не чувствовал себя гордым — только разочарованным, хотя Тайлер постоянно говорит, какой он замечательный. Он начинает плакать от этого нового чувства, когда они заканчивают последний цикл, и Тайлер вдруг выглядит обеспокоенным. Кажется, он хочет пошевелить руками, заговорить, утешить Джоша — но не может заставить себя выйти из подчинённого состояния. Джош быстро напоминает себе, что это не настоящий транс. Тайлер не зомбирован, не манипулируем, не принуждаем. Он хочет этого. Он любит Джоша, и Джош любит его так же сильно. Джош касается щеки Тайлера в ответ на его беспокойство. — Это слёзы счастья, Тай. Я в порядке. Ты в порядке? Всё ещё зелёный? Тайлер застенчиво улыбается и кивает. Джош снимает наушники Тайлера, так как, похоже, тот может сосредоточиться на словах Джоша или задачах, которые ему дают. Он делает паузу, вопросительно смотрит, спрашивая разрешения. Тайлер снова кивает, застенчивая улыбка всё ещё играет на его губах. Джош снимает наушники и продолжает мягко проводить рукой по щеке Тайлера. — Ты так хорошо справляешься. И выглядишь так красиво для меня, да? Джош вкладывает всю любовь, на которую способен, в эти слова, чтобы Тайлер почувствовал это. Тепло разливается по щекам Тайлера, и его кивок на этот раз робкий, но он есть. — Ты выглядишь так красиво для меня? — снова спрашивает Джош, на этот раз более игриво, с лёгкой улыбкой. Тайлер краснеет ещё больше, и когда он снова кивает, не может смотреть Джошу в глаза. Джош не может сдержать мягкий смешок. Не злой — Тайлер просто невероятно, до боли милый. Джош не может поверить, что они никогда раньше этого не делали. Конечно, они много раз погружались в сабспейс, но всегда в сексуальном контексте. И, возможно, сейчас в этом тоже есть что-то сексуальное, потому что Джош определённо немного возбуждён, и он почти уверен, что Тайлер тоже, но он не хочет заниматься сексом. Он хочет продолжать делать то, что делает — давать Тайлеру команды, помогать ему чувствовать себя спокойно и заставлять его осознавать, как он драгоценен. Джош нарушает иллюзию доминирования своим следующим вопросом, потому что собирается предложить что-то из «жёлтой» зоны для Тайлера, так как это связано с раздеванием. Тайлер много времени провёл в наготе, когда был в плену у Нико. Это то, о чём Джош должен спросить. — Ты не против ванны? Тайлер молча подтверждает, в его глазах появляется радостный блеск при этой идее. Джош взъерошивает его волосы и идёт в ванную, чтобы наполнить её водой. Он предполагает, что Тайлер достаточно глубоко в подчинённом состоянии, чтобы просто сидеть тихо и спокойно, но тихий тревожный звук из спальни напоминает Джошу, что нужно давать чёткие указания. — Прости, малыш, — говорит он с извинением. — Оставайся на месте. Джош быстро понимает, что Тайлеру может стать некомфортно, и последнее, чего он хочет, — это напомнить ему о стрессовых позах. Поэтому он меняет решение. — Вообще-то, я хочу, чтобы ты сел, скрестив ноги, как в детстве, когда мы сидели на полу, — говорит он, предполагая, что Тайлер тоже часто так сидел в школе. — Постарайся держать спину прямо, руки на коленях. Можешь шевелить руками, если нужно, но в остальном оставайся на месте, если только не станет некомфортно. Не разговаривай, но можешь позвать меня, если что-то срочное. Выражение Тайлера такое мягкое и послушное, что Джош готов заплакать, когда тот принимает указанную позу. — Такой хороший мальчик. Я скоро вернусь. Внезапно Джош понимает, что Тайлер ещё ничего не ел и не пил сегодня. И это, возможно, идеальная ситуация, чтобы заставить Тайлера поесть без проблем. Потому что впервые он хочет, чтобы ему сказали, что делать, вне сексуального контекста. Джош быстро спускается вниз, чтобы приготовить Тайлеру что-нибудь поесть — что-то простое, что тот обычно ест без проблем. Он также наливает стакан воды, почти до краёв, и аккуратно добавляет пакетик лимонного электролитного порошка. Он следит, чтобы Тайлер выпивал хотя бы один такой стакан в день, и тому это нравится из-за вкуса. Джош приносит еду и напиток наверх. Тайлер, должно быть, довольно голоден, потому что он выглядит благодарным за еду. Обычно его мозг кричит, что нужно экономить, что он станет причиной, по которой еда закончится, и Джош будет голодать. Или он думает, что еда сделает его больным, потому что еда от Нико часто вызывала это. Джош не уверен, было ли это из-за того, что его тело привыкло не есть, или потому что Нико давал ему испорченное. Всё, что он знает, — это то, что Тайлер однажды сказал, что часами плакал от голода в плену. И это разбило сердце Джоша на тысячу кусочков. Особенно потому, что теперь у Тайлера есть вся еда, которую он только может пожелать, но ему трудно заставить себя её есть. Сейчас, однако, Тайлер смотрит на еду, как будто надеется, что она для него. От этого Джош снова готов заплакать, но сдерживает слёзы. Думает, что иногда это нормально. — Съешь это и выпей это. Сколько сможешь. Когда закончишь, вернись в позу, которую я просил сохранить. Можешь встать, чтобы сходить в гостевой туалет в коридоре, или если станет некомфортно, но только это, хорошо? Тайлер кивает, большие карие глаза следят за каждым движением Джоша. Тот ставит тарелку перед Тайлером, и тот выглядит так, будто хочет подождать, пока Джош уйдёт, чтобы начать есть. Джош набирает горячую ванну и перебирает кучу разных средств для ванн, которые он купил, когда нужно было найти что-то с положительными сенсорными ощущениями, чтобы вытащить Тайлера из шока — после того, как его душили и он убил Нико за одну ночь. Он даже вздрагивает от возбуждения, когда находит что-то под названием «бомбочка для ванны в виде праздничного торта», в форме маленького кекса. Это глупо, безвкусно, и кажется идеальным способом отметить день рождения Тайлера, не вызывая неприятных чувств или воспоминаний. На упаковке также сказано, что внутри «кекса» есть сюрприз, и Джош внезапно испытывает детское любопытство узнать, что это. Он думает, стоит ли подождать, пока Тайлер будет в ванне, чтобы тот мог наблюдать, как бомбочка растворяется в воде. Но решает, что это больше понравится Тайлеру в «детском» состоянии, чем в подчинённом. Поэтому он бросает её в воду и наблюдает, как она растворяется, не спеша вернуться в спальню за Тайлером. Он думает о Тайлере, сидящем в комнате на полу, таком послушном, даже когда Джоша нет рядом, просто чтобы глубже погрузиться в это состояние, и ему хочется оставить его там ещё на час. Но в итоге он оставляет Тайлера всего на двадцать минут. Когда он возвращается, Тайлер поднимает взгляд от своих рук на коленях, всё ещё полностью погружённый в подчинённое состояние. Он выглядит так, будто сделает всё, что Джош попросит — даже слизал бы пол, если бы это заслужило похвалу. К счастью, у Джоша нет таких планов. Он, однако, попросил его поесть, и Тайлер действительно это сделал. Пустая тарелка и почти пустой стакан аккуратно отставлены в сторону. Джош гордится. — Встань, — говорит он твёрдо, но с ноткой тепла, чтобы напомнить Тайлеру, что это всё ещё безопасное пространство. — Твой цвет зелёный или красный? Подними правую руку для красного, левую для зелёного. Тайлер мягко поднимает левую руку, с татуировками на запястье и горизонтальными шрамами на предплечье. — Хорошо, молодец, Тай. Пошли, — он жестом зовёт Тайлера в ванную. Джош следует за ним и собирается закрыть дверь, но Тайлер издаёт тихий тревожный звук, как раньше. — Хочешь, чтобы она была открыта? Тайлер кивает, выглядит тревожно за то, что попросил что-то у Джоша, когда должен подчиняться. Джош сразу останавливает этот ход мыслей и «незаметно» хвалит его. — Красавчик Тай так хорошо говорит, что ему нужно, — говорит Джош себе, улыбаясь, когда видит, как лицо Тайлера краснеет краем глаза, пока тот берёт полотенце. Он кладёт его на раковину и, в глубине души, радуется, что они так быстро смогли установить новое зеркало. Снова Джош нарушает иллюзию полного контроля, чтобы понять, с чем Тайлеру комфортно. — Рубашка на тебе или снимаем? Один палец — оставить, два — снять. Как обычно, на Тайлере одна из уже больших рубашек Джоша, так что она огромна на нём. Но они оба знают, что Джош не против, если она намокнет в ванне. Тайлер поднимает один палец, и часть напряжения в его плечах уходит. — Хорошо, малыш. Можем снять штаны? Тебе комфортно? Тайлер издаёт тихое «угу». — Ладно, сними их. Тайлер выполняет, начинает снимать и трусы, но Джош останавливает его. — Тебе не нужно их снимать, если не хочешь. Ты действительно хочешь их снять? Уверен, рубашка всё скроет, ведь она на тебе как платье, но мне нужно убедиться. Тайлер кивает с очень уверенным выражением. На секунду Джош удивляется, почему тот перестал двигаться, затем понимает, что ждёт разрешения. — А, точно, ладно, сними трусы. Джош смущается от того, как… не доминантно это прозвучало, но, кажется, это немного разряжает обстановку. По крайней мере, для Джоша, когда он видит, как невероятно красив и мил Тайлер сейчас. Стоит там, мягкий, бледный и уязвимый, в одной из тёмных футболок Джоша. Чёрные ногти слегка облупились, а розовые губы покусанные до красноты. И всё же он выглядит ангельски. — Ты так прекрасен, Тай. Я хочу, чтобы ты залез в ванну сейчас, хорошо? — мягко инструктирует Джош. Тайлер выполняет, садится, подтянув колени к груди, погружаясь в пенящуюся воду с чем-то похожим на радужные посыпки на поверхности. Пахнет очень приятно, как ванильный бисквит, особенно когда пузырьки начинают появляться на поверхности от движений Тайлера. Тот смотрит на посыпки и вдыхает аромат, вопросительно глядя на Джоша, как будто не уверен, связано ли это с его днём рождения. Джош рискует. — Я… не был уверен, хотел ли ты, чтобы я упоминал, что это твой день рождения. Но я должен. Я очень хотел сказать это хотя бы раз. С днём рождения, Тай. Я очень рад, что ты родился. Не могу представить, что мог бы любить кого-то так, как люблю тебя. Глаза Тайлера наполняются слезами, но он не выглядит грустным — просто тронутым. Джош протягивает руку, чтобы взять его за ладонь, и Тайлер с благодарностью принимает её. Джош тихо смеётся. — Знаешь, все говорили, что мы перерастём фазу медового месяца. Что мы просто влюблённые семнадцатилетние, и мы это переживём. Но я никогда не терял ни капли любви к тебе. Думаю, никогда и не потеряю. Знаю, что это сентиментально, и, наверное, не очень доминантно, но мне всё равно. Мне просто нужно было, чтобы ты знал это сегодня — хотя бы раз. Хорошо? Тайлер кивает и шмыгает носом, сжимая руку Джоша. Он смотрит на него так, будто его слова — единственное, что существует в его сознании. — Красавчик, — говорит Джош, наклоняясь, чтобы сцеловать слезу с щеки Тайлера. — Хочешь продолжить с сабспейсом или чувствуешь, что хочешь закончить? Сожми мою руку один раз, чтобы продолжить, два — чтобы остановиться. Тайлер сжимает один раз. Честно, Джош думает, что Тайлер мог бы делать это весь день. И он сам тоже, но в какой-то момент ему нужно будет заставить Тайлера заговорить, потому что он скучает по его голосу, хотя знает, что молчание доставляет Тайлеру комфорт. — Я сейчас помою тебе волосы. Хочешь, чтобы я разрешил тебе снова говорить? Тайлер качает головой. Естественно, Джош ожидает продолжения тишины. Но когда он наклоняется за шампунем, слышит тихий голос Тайлера. — …зайдешь? — Ты хочешь этого? Тайлер робко кивает. Джош снимает рубашку и штаны, но оставляет трусы, так как будет сидеть за Тайлером, чтобы помыть ему волосы. Это определённо одна из тех ванн, где цель — сенсорные ощущения, а не чистота — то есть, потом придётся принимать душ. Но, как они с Тайлером договорились, они не против тратить кучу воды и тепла, потому что прошли через столько ада, что решили баловать себя, как хотят. Вот почему Джош покупает любую еду, которую хочет, даже если они её не съедят. Покупает всё, что они с Тайлером могут захотеть из случайных каталогов. Принимает больше ванн и душей, чем нужно. Когда твоего парня берут в плен и шесть лет подряд жестоко пытают, ты имеешь право баловать себя и его, как будто у вас бесконечные деньги и мир — неограниченный ресурс. Это правило Джоша. Не говоря уже о том, что они оба возглавляли восстание. — Подвинься вперёд, чтобы я мог сесть сзади, — направляет Джош. Тайлер выполняет, на поверхности воды появляется больше пузырьков от его движений. Тайлер на мгновение отвлекается на них, но возвращает внимание к Джошу, когда тот садится в воду за ним и начинает смачивать его волосы. Прическа Тайлера будет пахнуть праздничным тортом, пока они не примут душ, но это нормально. Джош особенно нежен, не спеша массирует шампунь в волосах Тайлера. Он хочет, чтобы это было приятно. — Закрой глаза, — инструктирует он. Видит отражение лица Тайлера в кране, наблюдая, как тот закрывает глаза, как было сказано. — Всё ещё такой молодец. Я так горжусь тобой за то, что ты сегодня такой хороший, — хвалит Джош, продолжая массировать пену в волосах Тайлера. — Сказал, что тебе нужно. Сделал всё, что я просил. Ты думаешь, что справился хорошо? — Угу, — тихо соглашается Тайлер. Тайлер внезапно откидывается на Джоша, просто чтобы прижаться к его груди. Джош сразу корректирует свою позу, чтобы Тайлер мог удобно лежать между его ног. Это должно быть сексуально, но это не так. Он думает, что со стороны это может выглядеть либо комично, либо очень мило — видеть их обоих полураздетых в пенной ванне. Джош тихо смеётся над тем, как не-подчинённая личность Тайлера снова проявляется, ведь он нарушает команду Джоша сидеть спокойно. — Готов снова взять на себя ответственность? — Твоя грудь такая приятная, — бормочет Тайлер, прижимаясь к Джошу. — Можешь обнять меня? Мне нравятся твои руки. Джош ухмыляется и обнимает Тайлера. — Ты сейчас мной командуешь? — Ага, — бормочет Тайлер. — Моя очередь. — Ты мне мыло в рот засовываешь, — смеётся Джош, отодвигая волосы Тайлера от лица. Тайлер просто ещё сильнее прижимается к коже Джоша. — …Ты правда думаешь, что я справился хорошо? Джош нежно сжимает Тайлера. — Очень хорошо. Тайлер тихо мычит. — Я задерживал дыхание для тебя, и ел, когда ты попросил, и после этого сидел тихо и спокойно, пока ждал тебя. То, как Тайлер перечисляет свои успехи, действительно растапливает сердце Джоша. На самом деле, сам факт, что Тайлер просит похвалы, — это огромный прогресс. Ещё даже не полдень, а это уже один из лучших дней за последнее время. — Ты действительно это сделал. Я был так впечатлён тобой, — с нежностью говорит Джош. — Тебе понравилось делать что-то подобное? Тайлер кивает, его мягкая кожа прижимается к коже Джоша. — Это было потрясающе. Ты был потрясающий. Как ты придумал эти идеи? Джош собирается ответить, когда Тайлер вдруг вскакивает, как будто что-то укусило его под водой. Он наклоняется, ощупывает дно ванны и поднимает что-то маленькое и блестящее. Это брелок с пончиком. Теперь он знает, что было внутри бомбочки для ванны. — Что за хрень? — говорит Тайлер. — Джош, что это, чёрт возьми, делает в нашей ванне? Они просто смотрят друг на друга, каждый ждёт, когда другой засмеётся. Джош фыркает, и они оба разражаются смехом. — Откуда у тебя это? Почему оно здесь?! Джош продолжает смеяться, даже не пытаясь объяснить. Видеть, как Тайлер переходит от подчинённого к нуждающемуся, а затем к резко раскрепощённому, — забавный переход. — Чувак! Почему ты не отвечаешь? Я в замешательстве. Почему в нашей ванне брелок? — он фыркает, держа его перед лицом Джоша. — У тебя даже ключей нет! Объясни! И Джош мог бы объяснить, что это из дурацкой бомбочки для ванны, но смеяться до слёз и наблюдать, как Тайлер сходит с ума от этого, одновременно смеясь до слёз, — гораздо веселее. Ему нравится день рождения Тайлера. Он надеется, что Тайлеру он тоже нравится, хотя бы сегодня.