У человека не может отрасти рука...

- Последнее время ты выглядишь неважно. Ты заболел? - доля заботы послышалась от доктора Кроули. Дадли был слишком погружен в свои мысли, чтобы даже обращать свое внимание на своего возлюбленного, но пару щелчков пальцев перед его носом заставили его вернуться в реальность. - Нет, со мной всё хорошо. Я не болен... - промямлил себе под нос помощник врача. Повторять прошлые ошибки не хотелось, поэтому рассказать доктору Кроули об этой проблеме в очередной раз было глупой идеей. - Ты стал менее продуктивным, чем обычно. Ты прослушиваешь мои просьбы меж ушей, долго выполняешь самые обычные задания. Если такое продолжится, то я подумаю по поводу Того, чтобы уволить тебя. Если через четыре дня ты не исправишься, мне придется предпринять меры. - Грубый, такой родной голос говорил такие ужасные вещи... Что ж... Через четыре дня должна будет приехать особая ученая делегация издалека, которая проведёт свои исследования и подтвердит или опровергнет, действительно ли произошло это все или это большая ложь. Если это окажется ложью, то никому из них не поздоровиться. Но, несмотря на тот факт, что это действительно произошло, доктор Кроули должен блистать в тот день. Его образ не должен портить помощник, который топчется на одном месте и выполняет исключительно функцию декора, к тому же не очень красивого декора... Стресс накапливался как снежный ком. Вариант с оружием не был таким плохим, но он стоил как 2 почки Дадли вместе с сердцем. Но если он не может купить оружие и обезопасить себя, нужно пойти на риск. В любом случае он потеряет все... *** - Меня преследуют! - Весьма голословное заявление, без каких-либо доказательств. Сейчас полиции явно не до преследования за каким-то там мужчиной. В их районе самая большая смертность от нового кровопийцы, которые сотряс всю Англию. Они пытаются найти этот культ, ведь буквально вчера нашли вновь несколько мертвых тел и полностью ограбленную карету. Мужчина был неточен в своих показаниях. В некоторые моменты тот запинался и менял свои показания на ходу. Кажется, он что-то скрывал. А может быть, просто хочет привлечь к себе внимание? Какие-то странные записки, кто-то вламывается к нему в дом и, упаси Господь, кажется, пытается домогаться. По описанию похоже на преследователя гомосексуала, который может подняться на 2 этаж без лестницы и быстро скрыться без посторонних глаз. Но жертва отметила, что это все делает некий “Барон Комаров”. Несмотря на совершенно нулевое послужной список Барона, им все равно придётся допросить его и проверить свидетелей. В любом случае преступление преступлением, а если действительно вскроется, что это был обман, за такое хулиганство ему влепят штраф. Но дело появилось, и, как ему сказали в участке, “будут делать все возможное.” *** Прошло несколько дней. Дадли продолжает получать записки и подарки от “очевидного” незнакомца. С каждым разом записки становились все хуже и хуже, но вместо Того, чтобы их выкинуть, он их собирал, в будущем, желая отнести их как улику. Письма становились, содержанием всё хуже и хуже. Некоторые письма на данный момент уже представляли из себя бурные грязные фантазии больного на голову монстра. Он писал в своих письмах о его “родине”, где он хотел бы устроить им медовый месяц. *** Он задерживается на работе и пытается потакать каждому действию доктора Кроули ежеминутно. Нагрузки стало больше, и это действительно помогает ему отвлечься. С каждым разом в его кабинете становится все больше и больше студентов, которые с восторгом наблюдают за препарированием трупов. От такого доктор Кроули совсем затерялся в лучах славы. Дадли, спрашивал доктора о бароне. Но с Того званого ужина они больше не виделись. Но он должен обязательно прийти, когда должна будет приехать делегация. Но дни лживо казались обыкновенными. Студенты, препарирования, операции... Время летело слишком быстро. Университет казался безопасной зоной, где он мог “расслабиться” и не быть на стрёме. Но голова всё ровно ходит ходуном. Он тревожно перебирает пальцы на руках, с ужасом отсчитывая минуты, когда доктор попросит в весьма грубой форуме удалиться Дадли с университета. Сердце колотилось, но уходить надо. По дороге тот решил зайти в участок. Он оглядывался и глазами искал толпу, в которую он мог присоединиться, чтобы не оставаться один на один с темнотой и ужасом. Толпа нашлась, и возле участка тот отсоединился от таких же напуганных людишек, но, конечно, им не понять Дадли, его страх более грозный. Зайдя в участок, тот вручил письма и вновь объяснил, что это прислал тот самый псих. Но на удивление, Стражи порядка лишь отмахнулись. Не мог почтенный и все уважаемый барон таким заниматься в свободное время. Да и соседи Дадли видели, конечно, подозрительных личностей, которые шарились вокруг его дома, но склонны к тому, что это были всего лишь воры, которая выискивали большой клёв. А что насчёт писем? “Письма — это не показатель.” Мало ли, сам Дадли решил их написать ради потехи. Они, конечно, ведут “расследование”, но последняя встреча с бароном их сотрудниками доказало, что он ни в чём не виноват и виноватым быть не может. У него было серьезное алиби на каждый случай. Он вообще то в это время был в другом городе, все назначенные дни, а потом принимал толпы гостей в его дворец. Жертву попросили покинуть участок и больше не мешать их работе, ведь есть и другие, более важные проблемы, чем какое-то там “надуманное” преследование. И раз он так переживает за собственное благополучие, то пусть купит тяжелые замки на двери, и будет хорошо проверять чердак и просить своих горничных никому не открывать... *** На улице было прохладно, свет почти не горел, да и поздний вечер уже был во всей красе. Улицы были абсолютно пустые. Может он действительно болен, может это просто галлюцинация или на фоне большого стресса, связанные с чем-либо у него развилось какое-то психическое заболевание или что-то в этом роде. Может он просто себе надумывает...Или очень впечатлительный. Тот медленно, не спеша, как будто приманка для воров и других преступников, не особо спешил в родной дом. Патрульные подгоняли его и кричали, что сейчас комендантские часы, и ему нужно быть дома. Но тот их не слышал, лишь продолжая медленно идти. В ушах был лишь свист или гул. - Решил обратиться в полицию? - Голос, будто ложка дегтя, заставил его сморщиться и сильно напрячься. “Это всего лишь галлюцинация” кричал сам про себя мозг Дадли, который пытался убедить сам себя, что он в безопасности. Тот не обратил внимания, лишь сжал кулаки, продолжая идти, не замечая навязчивого мужчину в закоулке... - Дорогой Дадли, я был наблюдательным и заметил, что мои письма и мои подарки вам не особо нравятся. Я постоянно вижу, что вы их выкидываете. Я хочу знать честно, почему вы так поступаете? - Он был в параде: дорогой костюм, бриллиантовые заклёпки и его маска, которая добавляла ему образ чудака. Они шли ногу в ногу. Дадли видел его ботинки, ведь голову поднять не осмеливался. Тот глушил его голос собственными мыслями, не пытаясь хоть как-то предпринять попытку сбежать. - Я уже полностью осознал, что наши чувства с вами не взаимны. Но я просто хочу знать, если у меня хоть какой-то шанс, что наши с вами отношения станут серьезными, хоть когда-нибудь, я готов продолжать свои действия, чтобы вы хоть когда-нибудь мне ответили. - Его голос казался глухим, но чересчур умиротворённым. Молчание было нагнетающим, и кажется, это нагнетание можно было соскребать с воздуха и намазывать на бутерброд вместо масла. - Да, я навязчив. Я могу быть жутким, но вам стоит лишь просто сказать мне, и я могу поменять свое поведение. только ради вас. - Он наклонился на уровень головы Томпкинса. Запах железа из его рта вызывали рвотные позывы. Он хотел его ударить. Он хотел ударить его со всей силы и направить всю человеческую силу прямо в лицо этого ублюдка. Но драться с воздухом было глупой затеей. Он ускорил шаг, почти переходя на бег, чтобы как можно дальше отстраниться от этого монстра. Полиция сказала, что его не могло быть в городе или он был занят на пиршествах. Это заставляло его вновь вытирать слезы отчаяния с его щек. Он потерян и полностью затруднён в осознании реальности. Он был погружен в собственные мысли и не заметил, как подошел к своему дому. Он огляделся. Пустота. Темные улицы, никакого освещения. Лишь звуки цоканье копыт патрульных разбавляли эту нагнетающую тишину. Зловещего барона нигде не было. Но не прошло и года пока тот доставал ключи как запах стерильности ударил ему в нос. Этот мерзкий запах хлорки, смешанный с спиртом. Тот залетел домой, как стрекоза, заперев за собой дверь и собрав все силы в кулак за двинул рядом стоящий комод, забаррикадировав дверь. Теперь не только слезы лились из его глаз, но и слышались тихие всхлипы, которые переросли в душевный крик боли. Он устал... он просто устал... Он не может этого больше терпеть. Его жизнь катится пропадом исключительно из-за Того, что он кому-то понравился. Он не хочет с ним говорить, он не хочет иметь с ним ничего общего. Этот урод забрал его жизнь, он забрал его интересы, его досуг. он все у него забрал... Он забрал у него даже то, что вроде нельзя было забрать. Головорезы, гуляющие по городу, казались какими-то жалкими детишками с леденцами вместо ножей, а он казался злом воплоти, который пришел по его душу за его грехопадение. Он не может чувствовать даже дома себя в безопасности. Реален ли вообще силуэт, который приходит к нему? реально ли то, что сейчас с ним происходит или он просто сошел с ума? Он не знает... но если это не изменится, его жизнь превратится в сущий ад. Абсолютная паника может превратить человека лишь в оболочку самого себя. Это всем известный факт, что при сильном стрессе человек может вести себя неадекватно. Этот раз стал не исключением. За Дадли Начали беспокоиться. Эдмунд и в особенности Лоуренс. Лоуренс периодически видел Дадли и мог убедиться, что, по крайней мере, с ним всё нормально. Но с каждым разом, когда тот его видел, он становился бледнее, более худым и внешне более затрёпанным, чем обычно. Эдмунд заметил, что последний Искорка в глазах Дадли потухла, и в нем не осталось ничего от человеческого. Лишь доктор Кроули пропускал мимо ушей попытки Дадли рассказать о своих проблемах. и абсолютно не обращал внимания на физическое и ментальное состояние своего помощника. Семья Дадли даже, кажется, не заинтересована о его существовании. Не особо и интересуясь, что происходит у него в жизни. *** В окна все еще кто-то смотрит. по его дому все еще кто то ходит. его вещи были передвинуты. Он знает, что он находится прямо в его доме. а может и на улице за окном. А может прямо сейчас он просто у него в голове. Его пижама уже спадала с него. До этого он был худым, но в данный момент он больше похож на скелет. Он теперь полностью понимает жену барона, которая была похожа на скелет. От нервов он перестал есть. Он не выходит из дома. сегодня должна приехать проверка, а он всё ещё в кровати и не хочет вставать. Ради чего? Теперь каждый раз, когда он выходит на улицу, барон ждет его там. Он пытается завести беседу. Он пытается его разговорить, но Дадли не хочет говорить. Кто-то стучал к нему в дверь. неважно. либо это барон, либо это Почта, либо всего лишь слуховая галлюцинация... Хотя... Стукни прекращался и голосок маленькой девочки, которая разносит газеты по утрам, мелодично отозвался о утренней корреспонденции. Стимулов нету. Но, может, новости смогут приободрить его. Ему пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы подняться с кровати, от чего у него закружилась голова. Силуэт, который так заботливо протянул ему монеты за газету, был очевидно за игнорирован. Голова все еще кружилась. Девчонка вручила газету и с охотой забрала монету, которой вручил ей владелец дома. и пошла к следующей двери. Читая газету тот ненароком закашлялся. Карета с лучшими врачами нашего времени была найдена полностью разбитой, трупы врачей были изуродованы весьма экстравагантным способом. Это не похоже на след секты, которая до этого промышляла подобным. Общественность шокирована и в паники детективы и армия заинтересована решением этой проблемы. Не выходите из дома без сопровождения и отложите свой переезд. Также консервированные бобы продавались со скидкой! Эта часть новостей уже была неинтересной... По ходу, случай магического выздоровление руки и барона останется загадкой. - Правда ли у тебя отросла рука? - промямлил себе тот поднос. Ответ не заставил себя долго ждать. - Конечно, отросла. Я пришел туда только ради тебя. Я хотел прикоснуться к тебе воочию. Ты так нежно держал мою отрубленную руку, что, кажется, я готов был взлететь на небеса, в тот момент. - пронзительный и так знакомо ненавистный голос шептал ему на ухо. - Я искренне восхищен тем фактом, что ты так ни разу со мной не заговорил. У тебя, должно быть, стальная воля. или тебе нравится, когда я нахожусь рядом с тобой? - Бессмысленный монолог продолжался. Кажется, сам барон уже не ожидал ответа. - Я ненавижу тебя... - будто на последнем издыхании промямлил Дадли перед тем, как свалиться в обморок. Мужчина в белой маске встал на колени, подняв тушу почти полумёртвого помощника доктора, уложив к себе на руки. - Прости, Дадли. Пора действовать. - Крыша дома Томпкинса была разрушена. Звуки рушения здания заставили поднять на уши всю округу.