Цель: остаться в живых

Friendtape постепенно развивался. За несколько лет его существования слова об удобном сайте, где можно рассказать о себе всему миру, разлетелись по планете. Постепенно люди создавали аккаунты и искали друзей в социальной сети. Я тоже создала страничку. Как и в прошлой жизни, из меня выходил плохой блогер: посты появлялись редко и нерегулярно, а качеству фотографий оставалось желать лучшего. Но в основном я заходила на сайт не чтобы зарабатывать новых друзей, становиться популярной и тому подобное. Главной моей целью было искать интересных людей и смотреть их посты. К тому же, было приятно иногда заходить на сайт, начальная разработка которого принадлежит тебе. И ничего, что идею я стырила из прошлой жизни. Однажды, когда Ровена оставила меня одну, убежав на очередное свидание с богатым стариком, а настроения на тренировку приёмов самообороны или заклинаний попросту не было, я зашла в Friendtape. Без особого интереса я листала ленту, только иногда задерживаясь на каких-то постах. Рекомендации сайт всё ещё выбирал плохо, так что я пообещала себе написать об этом Теодору, как будет возможность. Вероятно, я могла бы даже подсказать, как сформировать эту самую систему рекомендаций. Идеи у меня уже были. К тому же, нужно как-то отрабатывать те деньги, которые Теодор присылает мне каждый месяц. Но тут в моей ленте появилась фотография, от которой я долго не могла оторвать глаз. Молодой парень, которому не было ещё тридцати, с короткой стрижкой, редкими и едва видными веснушками и зелёными глазами, похожими по цвету на листья деревьев за его спиной, дерзковато и чутка шутливо улыбался камере. На нём была светлая серая футболка и тёмно-синие джинсы, а на шее висел необычный кулон с лицом странного рогатого существа. Одна нога в кроссовке стояла на синем холодильнике, в котором, я точно знала, скрывался запас пива. Что же кроме чертовски знакомого лица привлекло меня в фотографии, так это чёрная машина, на которую опирался молодой человек. Шевроле Импала 67-го года, ярко блестящая на летнем солнце. Это был Дин. Вместе с его Деткой. Я долго размышляла, что делать: нажать на аккаунт «Лучший мужчина 006» или прокрутить колёсико вниз, следуя по ленте дальше. С одной стороны, навряд ли из аккаунта я смогла бы выведать полезную информацию о Дине с Сэмом. Даже по никнейму становилось понятно, что старший Винчестер пользуется аккаунтом, чтобы завлекать дам, а не зарабатывать популярность. Однако, как фанат «Сверхъестественного», искренняя любовь к сериалу которого не прошла даже спустя целую жизнь (Я заново появилась на свет уже 23 года назад… Вау…), я не могла пропустить этот аккаунт и просто пойти дальше. Фанатская любовь и почитание победили. С искрами детского интереса и восхищения в глазах я нажала на слова «Лучший мужчина 006». Я была права, в основном аккаунт создавался для того, чтобы завлечь одиноких дам. На всех фотографиях Дин специально выбирал такие позы, чтобы показать все прелести своего накаченного тела. И на каждой фотографии его преследовала эта дерзко-шутливая ухмылка. Как одинокая девушка, за эту жизнь ни разу не вступавшая в отношения, я могла только мысленно похлопать. Дин умел правильно показать себя, и это факт. Правда, максимально дурацкие надписи в стиле «на столе лежит ложка, а должна лежать ты» портили всю картину. Возможно, каким-то девушкам такие резкие и глуповатые подкаты нравились, но у меня они вызывали приступ истерического смеха. Остановившись на последней фотографии, которая, по совместительству, и являлась аватаркой на этом аккаунте, я долго смотрела на лицо Дина. По сравнению с тем, что я видела сейчас, в последних сезонах сериала его глаза затухли и приобрели нотки меланхолии и даже печали. Да и, в целом, ближе к концу сериала, как я считала, всё было построено на том, чтобы вызвать у смотрящего как можно больше эмоций. И в основном Сэма и Дина было жалко. Они прошли так много всего, несколько раз спасали мир, но всё равно не смогли стать по-настоящему счастливыми и осуществить все свои цели и мечты. Нет, конечно, в каком-то смысле финал был таким, каким бы его хотели Сэм и Дин. Но… Я никогда не была согласна с таким концом. Да, я принимала его, как и мнение большинства о том, что смерть Каса и Дина была правильной. Да и то, что Джек стал новым Богом, было логично. И всё же я не хотела такого. В моих идеальных сценариях эти четверо должны были под конец счастливо сидеть где-то вместе, наблюдая за солнечными летними деньками и попивая пиво. Было бы круто воплотить ещё и дестиэль… Но это уже мечты на уровне розового единорога. Вместе с тем, что я понимаю и принимаю позицию многих о правильности того финала, который был в итоге, я принимаю и то, что многие моменты в сериале фанаты возвели в абсолют, не смотря на ситуацию под широким углом. Да, химия между Дином и Касом точно была, это очевидно всем. Но насколько это было связано с любовью, а не просто крепкой дружбой… Уже сложный вопрос для длительных размышлений. И тут я вздрогнула, поднимая взгляд от экрана в компьютерном клубе. Мои глаза смотрели на стену, где уже отваливалась краска, полными ужаса глазами. Со стороны, вероятно, могло показаться, что меня пугал факт давнего ремонта здания. На самом же деле суть была в другом. А именно во внезапном осознании, пришедшем ко мне только что. Я живу в мире «Сверхъестественного». В «Сверхъестественном» был Армагеддон. А значит в мире, где я живу, будет Армагеддон. И если я не хочу, чтобы огромное количество людей умирало из-за того ужаса, который нафантазировал Чак, нужно было что-то делать. Ну а если быть совсем откровенной и отбросить неуместную в данном случае доброту, я испугалась не из-за возможных смертей большинства. До ужаса пугало то, что опасности могла подвергнуться и я. А умирать так я не хочу. Ведь перед смертью точно пожалею о том, что не подняла пятую точку со стула и не пыталась остановить Армагеддон. И тогда обещание, данное самой себе, нарушится. Переборов страх и ужас от пришедшего осознания, я начала разрабатывать план действий. Изначально было довольно тяжело, ведь часто мои мысли уходили в русло беспомощности: «Я такая жалкая! Как вообще кто-то вроде меня сможет поменять планы настоящего Бога?», «Я ничего не смогу. Ни-че-го… Зачем тогда вообще что-то планировать?», «Нет, это не пойдёт. Мне же просто-напросто сил не хватит такое потянуть!». Эти мысли угнетали всё больше. Тогда я решила зайти в размышлениях с другого угла: «Из чего состоит Армагеддон в этом мире? Михаил и Люцифер должны заполучить сосуды Дина и Сэма. А потом два брата подерутся друг с другом. И что тогда для этого нужно? Ну, первое, получить согласие Дина и Сэма… Нет», – я нахмурилась, еле заметно махнув головой, – «Всё начинается не с этого, а с высвобождения Люцифера из клетки. Он же сейчас в Аду, точно!», – ещё чуть-чуть, и я бы ударила себя ладонью по голове прямо на глазах у нескольких незнакомцев, – «Как же печально, что весь сюжет «Сверхъестетственного» не сохранился в моей голове», – я вздохнула, откидываясь на спинку стула. Впервые с момента попадания в сериал мне понадобились все имеющиеся знания сюжета. Тогда мне вспомнилась та самая голубая тетрадь, что хранилась под подушкой. Записи всех вспомнившихся мне моментов могли сильно помочь в предотвращении Армагеддона. Главное: правильно воспользоваться знаниями. «Решено», – подумала я, вставая со стула, – «Пора возвращаться в отель». Я вышла из компьютерного клуба, кивнув на прощание местному владельцу.

***

Вскоре мне стало понятно, что справиться одной со всеми печатями не выйдет, даже если я прямо сейчас начну повреждать их так, чтобы никто не смог высвободить Люцифера. Например, некоторые печати были связаны с Адом. Конечно, это не удивительно, ведь клетка Люцифера тоже в Аду. И всё же, это вызывало сложности, ведь попасть туда я не могла. «Не убивать же себя ради спасения мира, в самом деле…» Эта мысль заставила меня усмехнуться. Большинство попаданцев не дорожат своей жизнью, постоянно жертвуя собой. Это был случай, когда я гордилась, что стала эгоисткой. «Ладно, сосредоточься», – я покрутила головой, пытаясь выкинуть ненужные размышления из головы. Последующий диалог обещал быть необычным, так что нужно оставаться на чеку. Проверив содержимое контейнера, лежащего в руках, – моя фотография, земля с кладбища и кость чёрной кошки – я откопала небольшую ямку. Мне очень повезло, что в пределах Нью-Йорка нашёлся такой перекрёсток, где растёт тысячелистник... Да и в целом, что Ровена научила меня этому заклинанию призыва, ведь сама я давным-давно забыла, какие ингредиенты использовались в сериале. Правда, обучая этому, Ровена сказала что-то вроде: «этим пользуются только слабаки»… – Прости, Ровена, но в этой ситуации я буду слабачкой, – я вздохнула, закапывая контейнер, – Всё лучше, чем умереть от Армагеддона. Окончательно закопав предметы, я встала, глубоко вдохнула и выдохнула, желая самой себе удачи. Конечно, у меня были планы отступления даже на случай, если демоны нападут на меня вдесятером. Но это придавало уверенности только отчасти. Заклинание должно было сработать. Но близ меня была лишь тишина. Я осмотрелась по сторонам. Направо, налево, назад, прямо… Перед моим лицом вдруг возникла черноволосая девушка. Она с дерзкой улыбкой осмотрела меня: – Жаждешь силы, ведьма? Я завела руки за спину, начав потирать левую ладонь большим пальцем правой. Конечно же, я волновалась. Но как обычно кроме этого привычного действия (которое я всегда прятала за спину или под стол) ничто не могло указать на мои эмоции. Так что демоница видела наигранную уверенность, излучающуюся через небольшую улыбку. – Мне нужна сделка, – честно ответила я, – Но не с тобой. Позови сюда Кроули. Она нахмурилась, а в тёмных глазах вспыхнуло возмущение. Вместе с тем по моей спине прошлись мурашки. «Она может убить меня, разозлившись», – пронеслась тревожная мысль в голове. Но сделать шаг назад я уже не могла, ведь демон перекрёстка вызван. – Зачем тебе этот немощный слабак? – ядовито выплюнула она, будто произнесённое мной имя было таким же противным, как общественный туалет на большом концерте. – Я сказала, что буду общаться только с Кроули, – повторила я, выделяя каждое слово. Сработало. Фыркнув и отвернувшись, девушка выплюнула что-то типа «это было ошибкой, ведьма» и исчезла. Это была небольшая победа. Из моей груди вырвался тяжёлый вздох. Вместе с воздухом, вышедшим из лёгких, каждый палец будто бы передёрнулся, а плечи чуть расслабились. Пока всё шло хорошо, это не могло не радовать. – Знаешь, необычно слышать о своей популярности среди ведьм. Я вздрогнула, услышав знакомый голос за спиной. Мои ноги повернули туловище так, как обычно делают это военные: на одних пятках, подставляя левую ногу. Верхняя часть тела при этом даже не пошевелилась. Мои голубые глаза осмотрели мужчину, появившегося за спиной, сверху вниз. Чёрный костюм и рубашка, короткая стрижка, серо-зелёные глаза, навивающие воспоминания об одной знакомой ведьме. Он был чуть более худым, чем в последних сезонах. Замечу, кстати, что очень необычно видеть Кроули таким, да ещё и без небольшой щетины, придающей ему мужественности. Сейчас демон выглядел молодым, ещё не добившимся всех высот. Будто ребёнок, только ищущий своё место в жизни. И это было очень мило. На мгновение я позволила себе улыбнуться, но тут же вернула лицу серьёзность. «Он сейчас такой же, как и Ровена. То есть злой. И я для него – лёгкая добыча», – вспомнилось мне. – Но ты сделала правильный выбор, ведьма. О Господи, показалась его фирменная улыбка. Чуть хитроватая, чуть дерзкая и демоническая, но так полюбившаяся фанатам. В том числе мне, конечно. Кроули был на втором месте в топе моих любимых персонажей. Эдиты с ним я сохраняла с особым трепетом. – Алекс, – автоматически поправила его я, – Зови меня Алекс, а не «ведьма». Кроули улыбнулся, шутливо сделав горизонтальное движение руками от центра к бокам и чуть поклонившись: – Всё, что пожелает клиент. Если бы не маячащая на перефирии мысль, что грядёт конец света, а этот демон может меня убить, я бы сейчас пищала. Пришлось прикусить губу и отвести взгляд, чтобы не издавать лишних звуков. Кроули нахмурился, но, к счастью, лишних вопросов задавать не стал, приступив к делу: – Итак, о чём будет контракт, Алекс? – Ты, наверное, подумал, что я, как и другие ведьмы, захочу продать душу взамен силы, – начала я издалека, сразу показывая вектор развития нашего разговора. Его брови поднялись вверх, образуя складки на лбу: – Хоть я таким обычно не занимаюсь, не желая лишний раз пересекаться с ведьмами, – я поймала этот момент в его словах, почувствовав смысловую связь с Ровеной, – Но даже до меня дошло мнение, что обычно ведьмы просят именно этого. Я пожала плечами: – Что ж, я не совсем обычная ведьма. – Как минимум потому, что ты до сих пор белая, – заметил он, внимательно глядя мне в глаза. Было очень интересно, как демоны узнали, что я ведьма, да ещё и белая. Но навряд ли Кроули согласился бы ответить на такой вопрос. – Ты прав. Надеюсь, ты не считаешь это решение слабостью? – я прищурилась, внимательно наблюдая за его мимикой. Но по движениям Кроули стало понятно, что ему абсолютно всё равно, убивала я людей или нет. Это было важно не только потому, что мнение этого персонажа имело для меня значение. Дело было и в вероятности, что Кроули может убить меня, посчитав слабой. Хоть такое действие было бы глупым, ведь тогда он точно не получит мою душу. – Мне нет дела, кем является мой клиент. – Но при этом ты избегаешь ведьм. Я коварно ухмыльнулась, секунду наслаждаясь тем, как Кроули прячет взгляд в пол. На эти слова ему нечего сказать. Хотя, конечно, такой изворотливый тип, как Кроули, скорее всего, нашёл бы ответ через время. Именно поэтому секунду на размышления я ему не дала, переводя тему: – Так вот, я не буду продавать душу ради силы, ведь это, как по мне, очень глупо. Я вообще не собиралась продавать душу. Правда, пока для Кроули я держала интригу. Хоть я и не согласна с Ровеной в том, что просить помощи у демонов – проявление слабости, по моему мнению, продажа души автоматически ставит крест на самодостоинстве человека. Однако, вероятнее всего, Ровена не считала бы призыв демона слабостью, если бы знала, что с некоторыми представителями Ада можно совершить взаимовыгодную сделку без продажи души. Особенно хорошо это работало с её сыном. Поэтому я сделала всё, чтобы поговорить именно с Кроули. Он часто упоминал в начале сериала, что всегда следует условиям договора. «Правда, так же часто он обманывал, переходя от одной сильной команде к другой в попытках выжить», – пронеслась противно правдивая мысль в моей голове. – Тогда что тебя интересует? – прервал мои размышления Кроули. – Я хочу остановить Армагеддон. И ты должен помочь мне в этом, Кроули. Кажется, он удивился, что я сказала слово «должен». Более того, фраза звучала так, будто он являлся моей последней надеждой. А так как пока только начало сериала, этот демон из себя ничего не представляет, а значит и не ожидает, что от него будет что-то зависеть. Но меня специфика сказанной фразы не останавливала, и я продолжила: – По предсказанию с Небес должен спуститься Михаил, а из Ада выйти Люцифер. Братья столкнуться мечами на земле, отчего многие люди погибнут. Так начнётся конец света. Кроули подозрительно медленно кивнул. По взгляду его серо-зелёных глаз я всё поняла: – Ты считаешь меня сумасшедшей? Зря, – я со вздохом покачала головой, продолжая, – Чтобы исполнилось предсказание, нужно выпустить Люцифера из клетки. Для этого демоны обязаны открыть печати. Их около пятисот или типа того, – я покачала правой ладонью, показывая неуверенность, – И одна я не смогу сделать так, чтобы печати не открылись. – И ты считаешь, что я помогу тебе в этом? – он поднял брови в удивлении, ткнув большим пальцем в грудь. Благодаря панике перед призывом, я продумала множество аргументов и прокрутила разнообразные варианты разговора. И вот, теперь у меня с лёгкостью нашёлся ответ на этот удивлённо-скептичный вопрос: – Конечно, – мой голос звучал так, будто это само собой разумеющееся, – Ведь если Люцифер выйдет из клетки, то демоны станут вроде прислуги. Ваши ряды сократятся, ведь такой, как Люцифер, думает только о себе, – подумав, я хмуро добавила, – Ну, и о том, чтобы отомстить своему папаше. Кроули всё ещё смотрел на меня, как на сумасшедшую. Его можно было понять. И всё же, это напрягало. – А ещё, когда начнётся Армагеддон, то практически все люди умрут. У кого тогда Ад сможет брать души? Но когда я набралась смелости и посмотрела Кроули в глаза, то немного успокоилась. Работа мысли в серо-зелёном взгляде придавала уверенности. Я продолжила чуть быстрее и громче: – И единственной задачей демонов в Армагеддоне станет убийство ангелов. Не думаю, что ты будешь рад такому повороту событий. Кроули опустил взгляд в пол и подпёр рукой подбородок, не издавая ни звука. Я с надеждой смотрела на него, осознавая, что кроме этого персонажа больше никто не сможет помочь мне в Аду. Он был моей последней надеждой. – Ты удивительно добрая ведьма, раз готова продать душу за то, чтобы спасти мир. Я не сразу поняла, что сказал Кроули, ведь уже ожидала от него согласия или отказа. Но когда я поняла, что речь шла об оплате, то расплылась в улыбке и развела руки в стороны. Этот разговор я тоже проигрывала у себя в голове, пока искала подходящий перекрёсток. – А кто сказал, что я собираюсь продавать душу? Я торгую информацией. – Что такого может предложить белая ведьма, стоящее столько же, сколько спасение мира? – сказал он с издёвкой. «Вот же… Настоящий мастер подбирать слова и выстраивать их так, чтобы всё звучало в его пользу», – я облизала губы, воинственно ухмыльнувшись, – «Как же повезло, что в прошлой жизни рекламщик и журналист был практически одним и тем же. Торговаться я тоже научилась». – Я продаю тебе чувство защищённости, – я показала пять пальцев левой руки, с уверенностью смотря на Кроули, скрестившего руки на груди, – Во-первых, ты будешь уверен, что Люцифер не убьёт тебя в порыве злости, – я загнула один палец, – Во-вторых, ты будешь проинформирован, а значит, сможешь увидеть многие тревожные звоночки начала Армагеддона до того, как всё пойдёт крахом и никто не сможет держать контроль даже над своей жизнью, – я загнула второй палец, – В-третьих… – тут я остановилась, акцентируя внимание и медленно загибая третий палец. В глазах Кроули появился интерес, – Я расскажу тебе, как защититься от демонов. Он нахмурился, распрямив руки по швам и сделав шаг вперёд: – В смысле? – Я дам наводку на то, что способно убить демонов. Кроули шагнул дважды назад, ухмыльнувшись и покачав головой, будто не мог мне поверить: – Такого предмета не существует. – Ты ошибаешься, – «как и все, живущие здесь существа» – дополнила я в голове, – В этом мире существует практически всё. Даже нож, убивающий демонов. – Это звучит, как выдумка на уровне слов о существовании Люцифера и скором Армагеддоне. «А, точно, в Аду Люцифер кто-то типа Бога на земле. Его все почитают, и мало кто знает точно о его существовании», – вспомнилось мне, когда я анализировала слова Кроули из-за того, что мне не удалось понять их сразу. Я пожала плечами, улыбнувшись хитро. Спасибо Ровене, научившей обманывать, чтобы получать желаемое. Хоть обычно я этими уроками не пользуюсь, сейчас актёрская игра сильно поможет: – Твоё право не верить. Я лишь рассказываю тебе правду и помогаю защитить себя и весь мир. Если ты не согласишься, я найду другие способы остановить Армагеддон… Он резко прервал меня: – Дай мне время, – мне потребовалось много сил, чтобы скрыть победоносную улыбку, – Хотя бы два дня. И я приду к тебе, если узнаю, что это правда. Я секунду молчала для приличия, делая вид, что раздумываю. Хотя уже давно всё решилось. – Хорошо, даю тебе время. Но, – показав указательный палец, я дополнила, – Если через неделю ты не появишься, то я решу, что ты струсил. Он только ухмыльнулся с видом типа «я и струсить – понятия несовместимые» и исчез. Ну а я, с благоговением смотря на звёздное небо, пошла в сторону отеля.

***

Прошло несколько дней. Всё это время я ходила ещё более молчаливая и задумчивая, чем обычно. Чаще всего в компании Ровены я выступала слушателем, однако иногда всё же позволяла себе рассказать ту или иную историю. В последние же дни я не делала даже этого, постоянно продумывая планы по остановке конца света и игнорируя весь окружающий мир. За что не могло не зацепиться внимание Ровены. – Что с тобой происходит, дорогая? Она мягко и заботливо взяла мой подбородок и повернула на себя, чтобы заглянуть в мои глаза. Я дёрнулась в испуге, на подсознательном уровне решив, что настал тот момент, когда Ровена решила убить меня. Но мой взгляд наткнулся на отчего-то взволнованные серо-зелёные глаза. Я помедлила, спрашивая: – Что ты сказала? – Что с тобой происходит? Ты не слушаешь меня. Даже сейчас мне пришлось во второй раз повторять вопрос. Я сделала шаг назад, вырывая подбородок из мягкой, но цепкой хватки Ровены. Нет, я уважаю и люблю её, и как своего учителя, и как отличного персонажа сериала. Однако же, я боюсь. Иногда при взгляде её глаз мне мерещится отчётливое слово «смерть», угрожающее своей таинственностью и внезапностью. Виновно опустив взгляд в пол, я ответила: – Извини… Я исправлюсь. Буду слушать каждое твоё слово. Она вздохнула, возобновляя движение в ресторан на обед: – Ты не понимаешь. Я волнуюсь, что ты рассеяна. Ведьма должна всегда держать ухо востро. – Да, я… – я поджала губы, – Ты права. Если моё волнение на счёт предстоящего Армагеддона, ожидания Кроули и самого важного события, колящего сердце словно нож, оправдано и очевидно, это не значит, что я должна терять внимательность. Ровена всё ещё была для меня опасностью. И не важно, что она занимала такое же заметное место в моём сердце, как родители. К тому же, были и другие факторы, о которых нельзя забывать. Теперь опасностью могли выступить и демоны, ведь своим призывом я, можно сказать, заявила о себе. Ну и, конечно, нельзя забывать про охотников, которые готовы убить любую ведьму, даже не выяснив, белая она или нет. – То-то же. Ровена довольно улыбнулась, чем повеселила меня. Каждый раз смешно от того, насколько этой ведьме нравится слышать о своей правоте, красоте, силе и лидерстве. Очень жаль, что… Сердце пропустило очередной удар, уколовший его прямо в центре. Я поморщилась, на секунду остановившись. Мой взгляд прошёлся по, пусть и неровному, но всё равно сногсшибательному пучку Ровены, по переливающемуся алому платью, привлекающему внимание из-за разреза юбки, открывающего левую ногу. Ровена повернулась, заметив, что я отстала. В её серо-зелёных глазах, за эти три года ставших мне практически родными, читался немой вопрос. «Да, очень жаль», – подумала я, с трудом заставив себя возобновить шаг.