Я — Шимура Данзо!

Глава 340.

«Бум!» — прогремел оглушительный удар. Обмотанный бинтами Акацучи был беспощадно сброшен Широ на землю, абсолютно лишённый возможности дать отпор. От силы удара образовался глубокий кратер. Алые струйки крови просачивались сквозь бинты, окрашивая кругом землю в багровый цвет. «Эй, это точно экзамен на чунина?» «Невероятно, даже не каждый джонин обладает такой разрушительной силой». «Широ из Скрытого Песка — говорят, он какой-то мутант, неспособный использовать ниндзюцу. Действительно достоин быть учеником Дая». На трибунах, после того как зрители увидели это противостояние копья и щита, многие наконец выдохнули и начали оживлённо обсуждать бой. «Ты в порядке, Акацучи?» Куроцучи беспокоилась за этого добродушного увальня из своей деревни. В её детстве только Дейдара и Акацучи, её старшие товарищи, играли с ней. И хотя второй не был таким красивым, как первый, он был исключительно хорошим человеком. «Такую серию атак тайдзюцу даже мы с нашей техникой Затвердевания вряд ли бы выдержали». Джонин из Скрытого Камня, отвечавший за безопасность Куроцучи, не скрывал обеспокоенности. Когда ранее Дейдара расправился со своим противником, словно играючи сметая осенние листья, у них сложилось ложное впечатление. Они думали, что уровень этого экзамена на чунина будет примерно таким. Но теперь, после сокрушительного поражения Акацучи, они осознали жестокую реальность этих испытаний. «Победитель — Широ». Шисуи, осмотрев тяжело раненного и потерявшего сознание Акацучи, убедился, что тот лишился способности продолжать бой. Подняв руку и подав сигнал медицинским ниндзя выйти на арену, он объявил результат поединка. «Техника Вдохов Семи Небес действительно очень похожа на Восемь Врат» — на трибуне Какаши, наблюдая единственным оставшимся глазом, как кожа Широ возвращается к нормальному состоянию, а сам он словно уменьшается в размерах, пробормотал себе под нос. Когда-то, ещё имея Шаринган, он скопировал технику Восьми Врат у Гая и, благодаря своей подготовке и крепкому телосложению, сумел открыть Первые Врата. После того как «Учиха Мадара» вырвал у него наследие Обито, Какаши изменился. Он отбросил прежнюю апатию и лень, словно вновь оказавшись посреди великой войны шиноби, и каждый момент стремился стать сильнее. После изнурительных, почти мазохистских тренировок тайдзюцу с Майто Гаем он наконец смог открыть Вторые Врата. Но, похоже, это был его предел. Пятый Хокаге говорил, что для освоения этой запретной техники нужен особый талант. Очевидно, в этом аспекте Какаши уступал Майто Гаю. Глава Десяти Божественных Столпов с титулом «Киноэ», член Анбу Какаши, известный в мире шиноби как «Ниндзя Одного Удара», был признан сильнейшим среди тех, кто не достиг уровня Каге. Но чтобы отомстить «Учихе Мадаре», ему нужно было стать в десять раз сильнее. Ежедневные изнурительные тренировки позволяли ощутить прогресс, но Какаши всё равно испытывал тревогу. Мощь двойного Камуи он испытал на себе. Сейчас он был слишком слаб. «Ты можешь организовать мне встречу с твоим младшим учеником?» Услышав просьбу своего лучшего друга, Майто Гай поднял большой палец вверх, сверкнув белоснежной улыбкой. «Положись на меня!» В этот момент наконец наступил черёд последнего поединка в сегодняшних боях шестнадцати лучших. Якуши Кабуто из Конохи против Кизару из Скрытого Тумана. «Так этот юноша — тот самый гений, которого ты планируешь принять в Анбу?» — спросил Данзо, наклонившись к сидящей рядом Теруми Мэй. Атмосфера между ними заставила остальных присутствующих недовольно поморщиться. «Да, помимо исключительного владения мечом, у него есть талант к слежке и маскировке. Я собираюсь отправить его на поиски Утакаты». «Джинчурики Шестихвостого? Ты нашла его след?» Когда разговор зашел об этом, супруги перестали говорить вслух и продолжили общение через духовную связь печати Небесной Девы. Информация о джинчурики в любой деревне считалась строго засекреченной. «Да, он скрывается в храме Фурайбо на горе Кацураги под защитой клана Цучигумо. Из-за нехватки людей в Скрытом Тумане он нас обнаружил и скоро сменит укрытие». «Клан Цучигумо? Кажется, у Обезьяны было с ними соглашение — наша Коноха должна защищать их потомков». Хоть Данзо и был в возрасте, память у него оставалась превосходной, и он помнил все договоры, подписанные Сарутоби Хирузеном. «Именно потому, что ваша Коноха объявила на весь мир шиноби о покровительстве клану Цучигумо, мы до сих пор не ворвались в Фурайбо с основными силами и не забрали Утакату силой». Теруми Мэй не могла сдержать недовольства. Если бы не ради сохранения лица мужа, она давно бы отдала приказ Анбу, находящимся поблизости. Что поделать, такая уж она заботливая жена. «Не нужна ли тебе помощь старика? Всё-таки противник — джинчурики, к тому же известный преступник, убивший своего учителя и дезертировавший из Скрытого Тумана. Даже не каждый шиноби уровня Каге справится с ним». Данзо проявлял искреннюю заботу о Теруми Мэй — всё-таки младшие жёны всегда пользуются особой любовью мужа. Долгая разлука заставила супругов, встретившихся недавно, вновь ощутить то сладкое чувство первой влюблённости, словно они вернулись в дни своей юности. «Нет, брат Ягура как раз находится неподалёку и уже направляется туда. Учитывая нашу дружбу, думаю, мы сможем убедить его вернуться». Сложив с себя полномочия Мизукаге, Ягура, чувствуя вину за свои многочисленные грехи и кровь на руках, надел соломенный плащ, взял железный посох и отправился странствовать, надеясь найти искупление в бескрайних просторах. В своём раскаянии он особенно заботился о Теруми Мэй, своей подруге детства, которая помогла ему вернуться на путь истины. Обычно любые сложные ситуации разрешал именно Ягура. Он был своего рода идеальным инструментом уровня Каге. «Хорошо. Кабуто всё равно потребуется некоторое время, чтобы добраться. Пусть твой подчинённый выйдет из игры — Анбу не нуждаются в громкой славе». Услышав это, Теруми Мэй недовольно надула свои красные губы, но, уступая просьбе мужа, всё же передала указание Кизару через водяной туман. Тот поднял взгляд в сторону главной башни и едва заметно кивнул. После яркого и замысловатого поединка теневой клон Якуши Кабуто с большим трудом одержал победу. На этом бои шестнадцати сильнейших были завершены. Второй раунд с четырьмя финалистами должен был состояться на следующий день. Данзо с удовлетворением встал для заключительной речи. Сначала он подбодрил проигравших генинов, затем отметил таланты победителей, после чего, взяв за нежную руку свою младшую жену Теруми Мэй, под завистливыми взглядами большинства присутствующих, первым покинул главную башню. Однако, как только они вернулись домой и даже не успели приступить к личным делам, Югао доставила срочное сообщение. Акацуки похитили Однохвостого из Скрытого Песка! Эта информация сначала поступила в Коноху, Карура, Казекаге, ещё не была осведомлена. Данзо не знал, радоваться ли эффективности разведывательного отдела своей деревни или сетовать на то, что развитие Скрытого Песка в последние годы было лишь показным. … На окраине Конохи. На том самом месте, где когда-то Данзо сражался с потомком Хамуры, Хиаши Хьюга, с кровоточащими глазами, упал на колени, закрывая лицо руками. Рядом с ним лежали двое подчинённых из побочной ветви клана Хьюга. Из всех семи отверстий их тел сочилась кровь, их внутренние органы были разрушены Мягким Кулаком, жизнь покинула их. «Твоя жертва принесёт новый мир шиноби, я обещаю». Потомок Хамуры, держа в правой руке Бьякуган главной ветви, извлечённый у Хиаши, прошептал эти слова.