Я — Шимура Данзо!

Глава 364.

«Итак, всё решено». В башне Хокаге высшее руководство Конохи пришло к единому мнению. Вернее сказать, они слушали то, что говорил Данзо, а остальные просто кивали в знак согласия. Для Джирайи, впервые участвующего в совещании такого высокого уровня, всё происходящее казалось необычным. В его представлении, как Митокадо Хомура, так и Утатане Кохару всегда были довольно упрямыми людьми. Когда его учитель был у власти, между четырьмя высшими членами совета, включая нынешнего Пятого Хокаге, часто возникали разногласия, приводившие к бурным спорам. В итоге уступал всегда Сарутоби Хирузен. Удивительно, как всего за несколько лет отсутствия эти уважаемые старейшины стали такими покладистыми. «Я планирую в ближайшее время отправиться в Страну Дождя во главе специального отряда. Джирайя, тебе это интересно?» — спросил Данзо. «Пожалуй, я воздержусь. В последние годы я был так увлечён сбором материала для моих книг, что мои навыки серьёзно ухудшились. Я уже не поспеваю за темпом сражений в мире шиноби. Чтобы не снижать шансы на успех этой миссии, лучше не буду тормозить всех своим присутствием». Видя, как Джирайя по привычке отшучивается и пытается увильнуть, желая ускользнуть от обязанностей, Данзо как бы между прочим взял свиток с информацией об официальных членах Акацуки, составленный Орочимару. «Говорят, лидер организации Акацуки обладает Ринненганом, а среди участников есть прекрасная женщина с длинными сиреневыми волосами, использующая технику танца бумажных листов...» «Я иду! Обязательно сообщите мне, когда будет операция!» — не дав Данзо закончить, торжественно провозгласил Джирайя, полностью забыв о своих предыдущих словах. Мастерство такой резкой переобувки он явно унаследовал от Сарутоби Хирузена. «Хорошо, в своё время я попрошу Орочимару известить тебя». Услышав эти слова, учитель и ученик напротив помрачнели. Когда-то Орочимару был действительно изгнан из деревни под давлением Сарутоби Хирузена. Наивный Джирайя, не зная подробностей, даже пытался спасти своего сбившегося с пути товарища, но вскоре узнал истинные причины через свои каналы. Из-за этого инцидента он тоже отдалился от Сарутоби Хирузена, отправился странствовать по миру, снял налобный протектор Конохи и путешествовал по миру шиноби как отшельник с Горы Мьёбоку. «А что насчёт Наруто? Действительно ли его отправят в Рьючидо?» — спросил Джирайя. «А что такое? Ты всё ещё хочешь привести его на Гору Мьёбоку? Хотя Минато и был учеником Отшельника Жаб, сейчас он мёртв, а я, представитель Рьючидо в мире шиноби, всё ещё жив». По логике судьбы, отец Наруто был отшельником с Горы Мьёбоку, учитель тоже был отшельником с Горы Мьёбоку, поэтому и сам Наруто должен был стать человеком Горы Мьёбоку. Но сейчас всё иначе. Его мать стала отшельницей Рьючидо, а дед и вовсе представитель Рьючидо. С точки зрения отношений, связь с Рьючидо гораздо теснее, и если Гора Мьёбоку попытается вмешаться через Джирайю, это будет неоправданно и неразумно. «Я понимаю. Но если малышу Наруто не подойдут техники отшельников Рьючидо, я могу отвести его на Гору Мьёбоку». Перерождение Ашуры, врождённое тело отшельника, да ещё и джинчурики Девятихвостого — для Горы Мьёбоку это всё равно что божественное дитя, спустившееся с небес, предопределённое стать дитем судьбы, который достигнет вершины в этом мире. Заручившись поддержкой такого человека, в следующую эпоху положение Горы Мьёбоку будет незыблемым, и даже если клан Ооцуцуки снова придёт из космоса, это дитя судьбы встанет на их пути. Однако, к сожалению, Белый Змей Отшельник терпеливо служил няней для Узумаки Кушины, помогая ей достичь почти божественного уровня режима отшельника, и всё ради того, чтобы обеспечить право на обучение дитя судьбы! Хоть Джирайя и был простодушен, он понимал людские отношения. С дедом вроде Данзо можно не беспокоиться о будущем маленького Наруто, поэтому он не стал настаивать на этом вопросе. Наоборот, услышав, что Орочимару сейчас в деревне, он быстро попрощался с Данзо и остальными и ушёл. Он давно не пререкался и не дрался с этой гадюкой, и как-то заскучал по этому ощущению. ... Страна Дождя. Сквозь моросящий дождь на высокой башне по-прежнему находились трое: Обито, Пейн и Конан. В тусклом свете Конан сначала сложила большую карту из отдельных листов белой бумаги, затем капля за каплей добавила чернила, наглядно представив разведывательные данные в графической форме. «Восьмихвостый находится в ущелье Грозовых Облаков. Райкаге, Цучикаге и Мизукаге выехали из Конохи и направляются обратно в Скрытое Облако. Похоже, они собираются тщательно подготовиться к предстоящей битве за защиту джинчурики». Обито почувствовал свою всё ещё немного неестественную руку Белого Зецу и, видя, что в списке нет Хокаге, с облегчением вздохнул, затем заговорил с уверенностью и манерами Мадары: «Скрытый Песок уже наполовину разрушен, а Казекаге бесполезен. Остальные хоть и выглядят немного лучше, но всё равно лишь глиняные куры и фарфоровые собаки. Независимо от того, выступит ли Пейн или я лично, мы получим Восьмихвостого без труда». Услышав эти слова, Конан кивнула. Хотя ей и не нравился этот старик, который после омоложения стал довольно привлекательным, нельзя отрицать, что он представлял половину боевой мощи мира шиноби. Другая половина принадлежала их организации Акацуки. «Мы уже подошли к решающему моменту. Хотя вокруг Восьмихвостого собрались Каге со всего мира шиноби, пришло время показать им силу бога», — произнёс Путь Дэвы Пейна с лёгким холодом в голосе. С тех пор как Гедо Мазо поглотил силу с Однохвостого по Семихвостого, сила Нагато росла день ото дня благодаря чакре, которую статуя передавала ему. И это притом, что Обито, опасаясь потери контроля, не передал ему метод поглощения жизненной силы Гедо Мазо — иначе Нагато мог бы мгновенно восстановить своё прежнее состояние через способности Пути Голодного Призрака и исцелить свои ноги. «Чтобы исключить вероятность того, что Скрытое Облако просто приманка, пока вы будете атаковать ущелье, я ещё раз наведаюсь в Коноху и проверю, есть ли возможность захватить Девятихвостого». На самом деле Обито просто бросал слова на ветер. Его главной целью было отправиться в Страну Огня, чтобы получить чакру Девятихвостого. Это было необходимо на случай, если ситуация изменится, и они не смогут полностью возродить Гедо Мазо. Что же касается Конохи — пока там находится этот старик, он туда ни ногой. Посмотрим, кто кого переживёт. Несколько дней назад Зецу сказал, что обнаружил следы Меча Тоцука, оставленного Рикудо Сеннином, среди клана Учиха. Хмф, я осторожный человек, не пойду. Нужно выжидать и развиваться, не рисковать понапрасну. В конце концов, как только Гедо Мазо возродится, он поглотит Десятихвостого и станет джинчурики, превратившись во второго Рикудо Сеннина. Тогда он сможет наконец убить этого старика и смыть прошлый позор. Пока Обито строил свои планы, Чёрный Зецу испереживался до полусмерти. Содержание каменной таблички уже обновлялось несколько раз, он даже добавил туда, основываясь на характере и поведении Пятого Хокаге, такую фразу: «Рикудо Сеннин запечатал спустившуюся с небес на землю прекраснейшую из богинь, Кагую-химе, чья невероятная красота стала причиной войн между несколькими человеческими государствами...» Но главная проблема заключалась в том, что он всё ещё не придумал стратегию, как заманить Данзо. Некогда послушный Обито после двух жестоких поражений теперь боялся Конохи как огня, словно там обитал какой-то пожирающий людей демон.