Я — Шимура Данзо!

Глава 394.

Неизвестно, когда именно это началось, но по Конохе поползли странные слухи. Поговаривали, что один из представителей главной ветви клана Хьюга был в раннем детстве отдан в Корень и стал тайным учеником Пятого Хокаге. В отличие от Шисуи, которого готовили стать Хокаге, этот ребёнок якобы был последним учеником, предназначенным унаследовать титул Тьмы Шиноби. Большинство жителей Конохи воспринимали эти россказни со скептицизмом. Однако по какой-то причине ни высшее руководство, ни главы крупных кланов никогда публично не опровергали эти слухи. Напротив, они хранили молчание, словно эта тема была под негласным запретом. «Мама, у меня правда есть старший брат?» — спросила Хината, присаживаясь рядом с матерью в роскошном саду поместья Хьюга после тренировки. Вся в поту, она выглядела уставшей, но любопытство пересиливало усталость. Неджи, выступавший её спарринг-партнёром, стоял неподалёку, словно верный страж, и, услышав вопрос, навострил уши, разделяя любопытство кузины. «Наверное, есть!» — с нежной улыбкой ответила госпожа Хьюга, проводя рукой по волосам дочери, таким же сине-чёрным, как у неё самой. Её ответ лишь усилил недоумение на лицах молодых людей. «Насколько я помню, я родила только тебя и... Ханаби. Если существует третий обладатель Бьякугана из главной ветви, то это определённо вина твоего отца». Услышав такое, Хината залилась румянцем, не зная, что сказать. «Кстати, Неджи, ты ведь выпускаешься в этом году. Твой командир уже определён?» — сменила тему госпожа Хьюга. Стоявший поодаль юноша, изящный и сдержанный, вежливо кивнул, и его лицо озарилось выражением глубокого уважения: «Да, это джонин Майто Гай». «О, надо же! Неожиданно, что тебя назначили к этому человеку. Он ведь один из Десяти Небесных Столпов Корня и величайший мастер тайдзюцу в мире шиноби, унаследовавший титул Лазурного Зверя от Дая». Четыре года назад, во время Великой войны шиноби против организации Акацки, появилось множество героев, чьи подвиги воспевают по сей день. Вторым после обожествлённого Пятого Хокаге, чьё имя прославилось по всем Пяти Великим Странам и стало практически легендой, был Майто Дай, открывший Восемь Врат. Если его схватка с Джинчурики Восьмихвостого на экзамене на чунина в Скрытом Облаке принесла ему всеобщую известность, то его славный подвиг — убийство Пейна двумя ударами — позволил ему заслужить титул Императора. А его сын Гай, как говорили, обладал даже большим талантом в тайдзюцу, чем отец. Хотя неизвестно, мог ли он открыть Восемь Врат, но во время миссий он демонстрировал Седьмые Врата и технику «Полуденный Тигр», заслуженно возглавляя список самых опасных шиноби современности. Любой противник уровня каге знал, что схватка с ним — это гарантированный размен один на один. Именно его присутствие удерживало другие деревни от нападения на Коноху в период слабости после смерти Пятого Хокаге. «Я обещаю усердно тренироваться под руководством Гая-сенсея, чтобы в будущем ещё лучше защищать госпожу и юную леди», — торжественно поклялся Неджи, вызвав у хорошо знавшей характер Гая госпожи Хьюга ещё более мягкую улыбку. «Хината...» — вдруг раздался зов с противоположной стороны стены. Неджи нахмурился и, обернувшись, увидел, как и ожидал, того назойливого белобрысого мальчишку, который запрыгнул на стену и, используя защитные очки вместо повязки шиноби, махал юной госпоже. «Наруто-кун...» — выдохнула Хината. Видя, как дочь вскочила с места, мгновенно устремив все свои мысли и взгляд на возлюбленного, госпожа Хьюга вздохнула, прикрыв лицо ладонью, и махнула рукой, показывая, что тренировка окончена, и отпуская девочку. «Неджи, ты тоже иди. Присмотри за ними». «Да, госпожа». Глядя на счастливые улыбки дочери и племянника, покидающих сад, госпожа Хьюга почувствовала, как её собственное многолетнее одиночество немного отступило. «Несколько дней назад госпожа Шимура специально навестила меня для беседы», — произнёс старейшина Хьюга, отец Хиаши, единственный оставшийся мужчина-обладатель Бьякугана из главной ветви, выходя из дома и становясь рядом со своей невесткой. Его лицо было необычайно серьёзным. «Это о тех слухах?» — улыбка исчезла с лица госпожи Хьюга, только что собиравшейся встать и отправиться заварить чай для отдыха. «Именно. Госпожа Шимура предложила нашему клану признать этот факт». После долгого молчания по саду пронёсся лёгкий ветерок, играя с длинными сине-чёрными волосами госпожи Хьюга, достигавшими её талии. Она вздохнула: «Значит, Хиаши действительно завёл любовницу на стороне». Услышав эти слова, старейшина Хьюга слегка поморщился, но не знал, что ответить. Он был уверен в безупречном характере своего сына, который никогда не поступил бы как Пятый Хокаге. Однако внезапное появление носителя Бьякугана из главной ветви Хьюга было неопровержимым доказательством, и он не знал, как защитить репутацию своего покойного сына. «Которая из госпож Шимура приходила?» — спросила она. «Не одна, а все три госпожи Шимура вместе посетили нас». Услышав ответ свёкра, госпожа Хьюга наконец посерьёзнела. Хотя Пятого Хокаге больше не было в живых, его четыре жены и несколько любовниц по-прежнему занимали значимые позиции. Из четырёх официальных жён, госпожа из Скрытого Тумана, бывшая Мизукаге, после войны из-за политических разногласий почти не поддерживала контактов. Владелица Стихии Жара Пакура во время Войны шиноби продемонстрировала силу, сравнимую с сильнейшими каге. Хотя эти две были наиболее известны в мире шиноби, в самой Конохе наибольшим влиянием пользовались местные уроженки — Якуши Ноно и Инузука Кё. Первая, хоть внешне и выглядела простой директрисой приюта и врачом, на деле была заместителем главы медицинского отдела и контролировала список всех информаторов деревни во всех Пяти Великих Странах. А Инузука Кё, выходец из Корня, не только возглавляла эту тайную организацию, созданную самим Пятым Хокаге, но и руководила Академией шиноби. И это лишь потому, что после смерти Данзо они, будучи женщинами, вынужденно отказались от руководства отделом внешних связей, барьерным отрядом, отделом шифрования и образовательным отделом. В противном случае они были бы самыми влиятельными женщинами Конохи. Но даже при этих обстоятельствах визит трёх госпож Шимура в клан Хьюга означал, что Какаши, Майто Гай и прочие высокопоставленные джонины, верные Пятому Хокаге, разделяли их позицию. «Когда этот ребёнок выйдет из Корня, в каком статусе он предстанет перед миром?» — госпожа Хьюга прекрасно понимала, что не только её клан, чья слава уже клонилась к закату, но даже клан Учиха, осмеливавшийся противостоять Цунаде и её фракции, никогда бы не рискнул проявить неуважение к трём госпожам Шимура. Говорили, что половина из Десяти Небесных Столпов, оставленных Пятым Хокаге, были шиноби уровня каге. «Как твой сын. Как старший брат Хинаты», — вздохнул старейшина Хьюга, чувствуя вину за то, что невестка должна нести бремя неверности его сына, родившего ребёнка на стороне. Если бы не то, что с ними говорили люди, которым нельзя перечить, он бы никогда не согласился на такое унижение. «Я поняла», — тихо произнесла она. Глубоко поклонившись ей, старейшина Хьюга исчез в коридоре. Внезапно ветер усилился, откинув чёлку госпожи Хьюга и обнажив её слегка прищуренные глаза. Они были чёрными, без Бьякугана. Совсем как у потомков Хамуры, живущих на Луне, членов клана Ооцуцуки, лишённых Бьякугана.