Я — Шимура Данзо!

Глава 449.

Как я могу не уважить тебя!? Ооноки, уже было воспарив в воздух, снова опустился на своё место, с улыбкой приветствуя двух почтенных ветеранов мира шиноби — Хашираму и Тобираму Сенджу. Первый из них, Бог Шиноби, способный одолеть самого Учиху Мадару, а ведь Мадара был тем страшным противником, который одной рукой мог размазать его и Второго Цучикаге. Согласно математической формуле, Хаширама Сенджу способен победить как минимум пятерых таких, как он. Поэтому, учитывая разницу в силе, нельзя было не проявить уважения. «Уважаемые Хокаге, приношу глубочайшие извинения за нарушение вашего покоя в Чистом Мире, но не могли бы вы рассказать, что случилось с остальными Каге наших деревень?» — с тревогой в голосе спросила Карура. Третий и Четвёртый Казекаге из её деревни Скрытого Песка были призваны: один был её учителем, другой — мужем. Оба были ей дороги. Хотя за эти годы она привыкла быть одна, но если бы дети могли вновь увидеть своего отца после стольких лет, возможно, это помогло бы излечить Гааре его замкнутость. «Ситуация довольно неприятная. Хоть мы и обладаем бессмертными телами и бесконечной чакрой, но противник невероятно силён. Он пригвоздил чёрными стержнями всех Каге, кроме нас, к земле в деревне Скрытого Дождя, и они не могут пошевелиться», — ответил один из братьев. Обито, вложив средства, сразу приобрёл непобедимое тело Рикудо. Он в одиночку разорвал Третьего Райкаге, пронзил чёрными стержнями двух Казекаге, самонадеянно полагавшихся на свою «абсолютную защиту», и даже продемонстрировал Мокутон перед Хаширамой Сенджу, высосав силы из Хозуки Мангецу своей техникой Цветущего Древа... К счастью, Хаширама Сенджу был исключительно силён, а Тобирама обладал невероятным боевым интеллектом. Братья, сражаясь вместе, воспользовались жертвами предыдущих Каге, чтобы изучить большинство способностей Обито, и сумели пережить самые яростные атаки противника уровня Рикудо. Обито, в отличие от Учихи Мадары, не мог полностью контролировать Десятихвостого. К тому же, Гедо Мазо не успел поглотить чакру Хачиби и Кьюби, так что Обито мог лишь наблюдать, как Тобирама Сенджу демонстрировал своё мастерство Хирайшина прямо перед ним. В режиме джинчурики он не мог использовать Камуи. А с Камуи он не мог нанести непоправимый ущерб бессмертным телам Эдо Тенсей. В разгар битвы Обито нахмурился. После предупреждения Чёрного Зецу, он заподозрил неладное в смерти Орочимару, опасаясь, что тот в отчаянии может призвать Учиху Мадару и Пятого Хокаге. Чтобы избежать наихудшего сценария, Обито решил действовать быстро. Его последняя атака разрушила «Истинные Тысячи Рук» Хаширамы, а её остаточная сила уничтожила деревню Скрытого Дождя. После этого он схватил бессознательного Киллера Би и отступил. «Значит, теперь Обито стал джинчуурики Десятихвостого!?» — воскликнул Ооноки с болью в голосе. То, что всегда считалось легендой, оказалось реальностью. «Верно, но без поглощения чакры Хачиби и Кьюби, Гедо Мазо обладает лишь половиной силы. У нас ещё есть шанс остановить его», — ответил один из Сенджу. После прямого столкновения с Обито, Хаширама Сенджу почувствовал, что бой ещё не проигран. Если бы у него был ещё один союзник того же уровня, возможно, они смогли бы одолеть Обито. Эта мысль возникла не из-за недооценки силы его брата Тобирамы, а из желания, чтобы рядом с ним сражался Мадара. Вдвоём они были бы непобедимы. «Тогда ключевым моментом является обнаружение местонахождения Обито и его уничтожение до того, как он превратится в полноценного Рикудо», — Ооноки уловил суть проблемы. Но возникал новый вопрос — как его найти? Мир шиноби огромен, а противник обладает Камуи. Если он захочет скрыться, никто не сможет его найти, не говоря уже о том, чтобы догнать. «Во время нашей схватки я поместил на него метку Хирайшина», — произнёс Тобирама Сенджу, вызвав у присутствующих Каге мгновенную радость. Недаром он был учителем тех старых хитрецов из Конохи — его действия всегда были тщательно продуманы, и он уже предвидел такую ситуацию. «Однако, в ходе боя я несколько раз использовал эту метку, чтобы нанести серьёзный урон этому мальчишке Учихе, и после его бегства он смыл метку силой Рикудо». Следующие слова Тобирамы Сенджу заставили Ооноки чуть не выругаться. Неужели он просто играл с ними? «Но во время сражения я случайно обнаружил, что на спине этого Учихи есть ещё одна метка Хирайшина, нанесённая более десяти лет назад, называемая 'Меч Любви Шиноби'». Да неужели нельзя было сразу всё сказать! Ооноки взглянул на братьев Сенджу, оценил их силу и решил, что лучше продолжать улыбаться. «Это, должно быть, метка Четвёртого Хокаге. Жаль, что он ушёл так рано, иначе можно было бы... Подождите...» — начав говорить, присутствующие Каге внезапно одновременно поняли что-то, глядя на тела Эдо Тенсей братьев Сенджу. «Я уже думал об этом, но по какой-то причине потерпел неудачу». Узнав, что «Меч Любви Шиноби» — это метка техники Хирайшина Четвёртого Хокаге из их деревни, Тобирама уже пытался призвать его с помощью Эдо Тенсей, но из-за использования Печати Бога Смерти душа Намикадзе Минато находилась в желудке Шинигами. «Поскольку вы упомянули Четвёртого Хокаге, очевидно, у вас уже есть какой-то план», — сказала Теруми Мэй, полагая, что Тобирама Сенджу, учитель её мужа, наверняка имеет дальновидную стратегию и не стал бы упоминать незначительные детали. «Совершенно верно. Сейчас нам нужно разделиться на две группы. Одна должна собрать элитных сенсоров из пяти великих деревень для масштабного поиска этого Учихи. Другая же займётся взломом техники Шики Фуджин, чтобы освободить душу Минато из желудка Шинигами». «Первая задача выполнима. Теперь, когда мы знаем правду, объединённая армия шиноби, которая уже сражалась с Акацки, может быть воссоздана». Теруми Мэй нахмурилась, говоря об этом, но ключевой проблемой оставалась вторая задача. Во время своего тайного пребывания в Корне она, благодаря особому положению, имела доступ ко многим секретным документам, включая информацию о Шики Фуджин — этой предельной технике запечатывания. Насколько ей было известно, способа обойти её не существовало. «Ключ к решению проблемы — Орочимару. Он не только является важной фигурой в возрождении Десятихвостого, но и в его логове в Стране Дождя я нашёл свиток с теоретическим исследованием о снятии печати Шики Фуджин, с высокими шансами на успех». Говоря это, Тобирама Сенджу достал свиток, с довольным выражением лица. Его потомок, хоть и с радикальными методами, был столь же блестящим, как и он сам. Родись он на несколько десятилетий раньше, Тобирама непременно взял бы его в ученики и хорошенько обучил. «Но Орочимару уже сбежал из тюрьмы». «Не беспокойтесь. В наших мозгах есть контрольные печати, установленные им самим. Применив обратное отслеживание, мы легко определим его местонахождение». Говоря это, Тобирама Сенджу закрыл глаза, а затем с уверенностью открыл их. «Я нашёл его. Если бы не необходимость успокоить вас, нетерпеливых потомков, мы с братом давно бы уже схватили его». Услышав эти слова, Ооноки невольно покраснел, но был вынужден с улыбкой извиниться перед двумя легендарными шиноби.