Я — Шимура Данзо!

Глава 452.

На окраине Конохи, в бамбуковой роще Молодой человек с серебристыми волосами хмуро смотрел на двух джонинов Конохи, преградивших ему путь. «Мизуки, вернись с нами, — лениво произнес Асума, держа в руках кастеты и зажав во рту сигарету. — Убийство товарища ради выполнения миссии — это просто неверный выбор. Но побег из тюрьмы строгого режима — уже тяжкое преступление». В конце концов, для двух джонинов, таких как он и Юхи Куренай, справиться с одним чунином было делом одной минуты. Из всех сбежавших с Орочимару заключенных, лишь двое младших приспешников, которых Шестая Хокаге когда-то взяла под своё крыло, могли доставить им настоящие проблемы. «Слишком много болтаете!» — выкрикнул Мизуки, явно не собираясь сдаваться без боя. Раздался громкий грохот, и с неба спустились братья Фуджин и Райджин с кровью на губах. «Брат, я голоден», — пробормотал Фуджин, пуская слюни и обращаясь к Мизуки, одетому в такую же тюремную робу. Тот кивнул и достал из сумки для инструментов заранее приготовленные пампушки, бросив их братьям. «Чёрт, как раз то, чего я боялся!» — Асума выплюнул сигарету и, активировав кастеты, выпустил две полумесяцеобразные воздушные атаки, скрестившиеся в форме креста и направленные на массивных, похожих на горы мяса ниндзя. Хотя братья и выглядели как силачи, их скорость была удивительной — они двигались с невероятной для их телосложения ловкостью. «Подожди, Мизуки...» — в этот момент серебряноволосый юноша развернулся и побежал. Куренай попыталась сложить печати, чтобы остановить его, но неожиданно брошенный кунай помешал ей завершить комбинацию. «Неужели здесь прячутся и другие преступники?» — подумала она с тревогой. Тем временем Асума попытался блокировать удар Фуджина своими лезвиями, оставив на кулаке размером с горшок две кровавые полосы. Но сам он, словно ударившись о каменную глыбу, выплюнул кровь и рухнул на землю, проломив в ней несколько трещин. «Такая сила... и даже одним ударом не сбить», — лицо Куренай стало серьёзным. Когда она собиралась воспользоваться своей скоростью, чтобы маневрировать, раздался тигриный рык. Жёлтая вспышка ударила её, отбросив назад, и с кровью на губах она врезалась в толстый бамбуковый ствол. Пронзительная боль заставила её бессильно осесть на землю. «Ты... Мизуки?!» Жёлтая вспышка приняла свою настоящую форму — это был Мизуки, трансформировавшийся в получеловека-полутигра. Он активировал проклятую печать Тигра, данную Орочимару, и его сила и скорость утроились, что позволило ему даже подавить джонина в прямом столкновении. «Проклятье, никогда не думал, что умру от руки такой мелкой сошки», — Асума потерял свои кастеты, и под совместной атакой Мизуки в форме проклятой печати и братьев Фуджина и Райджина был абсолютно беспомощен. «Умри!» — Мизуки схватил упавшее оружие и, подойдя к уже не способному сопротивляться Асуме, без колебаний обрушил лезвие. «Стой!» — раздался звон металла, когда изящная девушка с косичками парировала атаку Мизуки своим кунаем. «Цубаки?» Увидев свою девушку, Мизуки с тигриным лицом на мгновение заколебался. Но в следующее мгновение несовершенная печать Орочимару поглотила его сознание, погрузив его в глубочайшую жажду убийства. В мелькании крови плечо Цубаки было рассечено, и девушка отлетела от удара ногой. С багровыми глазами Мизуки снова замахнулся, целясь прямо в голову Асумы. В этот момент сбоку блеснула золотая вспышка, и Мизуки почувствовал, как его рука становится легче — её отсекли. «Почувствовал, что ты в опасности, и, поскольку я был неподалёку, решил проверить!» — черноволосый юноша с белыми глазами подхватил Куренай, которую отбросил удар братьев. Мягкое прикосновение к её телу дало ему понять, что эта когда-то юная девушка по-настоящему повзрослела. «Ты — самая тяжёлая куноичи из всех, кого я держал на руках», — заметил он. Куренай, которая только что испытывала смущение, услышав эти слова, надула щёки от злости. Неизвестно, откуда у неё взялись силы, но она резко встала из объятий Данзо, только чтобы снова рухнуть из-за сломанных рёбер в крепкие руки юноши. «Как ты можешь так говорить девушке, это так обидно...» — даже несмотря на то, что Данзо был Хокаге и её начальником, при упоминании такой чувствительной темы, как вес, Куренай забыла о его статусе и принялась защищаться. «Я просто в последнее время слишком хорошо питалась, скоро сброшу этот вес», — продолжала она: «Поверь мне...» Устав от бесконечной болтовни женщины в его объятиях, Данзо нетерпеливо обхватил её за талию и поднялся на ноги. Две горы мяса-ниндзя бросились на них, и когда он уже был готов расчленить их, внезапно он почувствовал знакомую чакру. «Вы двое всё такие же глупые, как в детстве», — Цунаде встала перед Данзо и Куренай, и, столкнувшись с двумя массивными братьями, чьи шаги сотрясали землю, она просто подняла один палец и щёлкнула им в воздухе. С двумя последовательными звуками «бум-бум» братья, считавшиеся вершинами силы в мире шиноби, отлетели назад, прочертив на земле две глубокие борозды. «Сестрица!» — поднявшись с земли на руках, Фуджин и Райджин почувствовали знакомую боль и наконец очнулись от своего бешенства, вызванного голодом. Увидев мужественную светловолосую Цунаде, они рефлекторно вздрогнули. «В течение получаса вернитесь в свои камеры и заприте себя, иначе вы знаете, что будет», — Цунаде сжала кулак, и братья, содрогнувшись, несмотря на свои раны, повернулись и побежали к тюрьме, послушно отвечая: «Да, мэм!» Тем временем ранее такой могущественный Мизуки, потеряв руку от удара Данзо, сдулся, как проколотый воздушный шар. Его некогда массивное тигроподобное тело превратилось в иссохшего коротышку. «И ты рискнул использовать такую вещь? Поистине, неведение — это бесстрашие», — заметил Данзо. В глазах Данзо проклятая печать Орочимару была многообещающей техникой уровня Каге, но, к сожалению, она склонялась больше к тёмному пути. Проклятая печать Пакуры была разновидностью печати Небесной Девы Данзо — совершенная передача, такая редкая, что её можно было считать неповторимой удачей. Печать Неба была меткой реинкарнации, которая давалась только самым любимым ученикам, получившим истинные знания Орочимару. Печать Земли могла насильно пробудить потенциал ниндзя, позволяя ребёнку преждевременно обрести максимальную силу, которой он мог бы когда-либо достичь в жизни, — идеальный вариант для выращивания телохранителей-убийц. А печать Тигра была всего лишь расходным материалом, предназначенным для обычных ниндзя без особых талантов, имитирующая силу Восьми Врат и на короткое время выжимающая из человека все его жизненные силы, после чего он умирал от истощения. Четыре уровня, чётко разграниченные, с высшей ступенью, представленной Пакурой, которая обладала малыми мирами и находилась на пике уровня Каге. «Его уже не спасти. Если у тебя есть что сказать, говори сейчас — считай это предсмертным словом», — Цунаде, нахмурив брови, взглянула на иссушенного Мизуки, выписывая свидетельство о смерти для милой девушки с косичками, Цубаки. Затем она повернулась, чтобы спросить Данзо, почему он оказался здесь, но обнаружила, что этот наследник клана Хьюга уже исчез вместе с Куренай. «Куда они отправились? Неужели не хотят, чтобы я, медицинский ниндзя, помогла им с лечением?»