Я — Шимура Данзо!

Глава 468.

«Что происходит между Обито и Учихой Мадарой?» Пакура закрыла портал, ведущий в лавовое пространство, и когда пламенный жар рассеялся, она подошла к Зецу и задала вопрос, заставивший его замешкаться. Бам! Оранжево-красный огненный шар вспыхнул вновь, и Черный Зецу немедленно, как горох из стручка, выложил всю правду о том, как Мадара спланировал всё на мосту Каннаби, и как он приказал Скрытому Туману запечатать Трехвостого Исобу в теле Рин Нохары, поместив в область её сердца такую же проклятую печать, как у Обито, чтобы Какаши собственными руками убил её. «Ты... Мадара...» На другой стороне, Обито, который пребывал в полном отчаянии и был готов окончить свою жалкую жизнь, размышляя, не использовать ли технику Воскрешения Небесной Жизни, чтобы вернуть всех погибших в этой великой войне шиноби, услышав это, неведомо откуда черпая силы, вскочил и схватил Зецу за горло. Его глаза, налитые кровью, расширились, а лицо исказилось в жуткой гримасе. «Кхе-кхе-кхе... прости меня... Обито... всё это Мадара заставил меня сделать... его целью было направить тебя... на путь к Бесконечному Цукуёми». Решивший присоединиться Черный Зецу больше не колебался и свалил всю вину на Мадару, находившегося снаружи. «И ещё, Ринненган Нагато был имплантирован Мадарой, когда тот был ещё маленьким. Только его тело Отшельника из клана Узумаки могло выдержать эти высшие глаза. Когда Мадара обладал этими глазами, он уже был стар и немощен. Поэтому ему нужен был другой исполнитель, чтобы направлять Нагато для его воскрешения, и он выбрал тебя». Обито хотел тут же прикончить Зецу, но Ханахи удержала его, выпустив чакру Стихии Льда, заморозив его в ледяном блоке. «Значит, источник всего — Учиха Мадара?!» На другой стороне, Конан, которая думала, что, убив Обито, сможет отомстить, теперь поняла, что судьба Акацуки была предрешена ещё в те далёкие времена, когда она, будучи маленькой девочкой, встретила Нагато. «Можно и так сказать, но тех прежних членов Акацуки убил именно Обито, не Мадара». Зецу говорил о самых ранних членах организации, тех, кто следовал добрым и мирным идеалам Яхико. Чтобы Нагато окончательно отчаялся, после смерти Учихи Мадары они убили остальных членов и подставили Ханзо и Корень. Но в словах Зецу, сам он был лишь наблюдателем с краю — всё делал Обито, а он, простой сборщик информации, не имел к этому никакого отношения. «Почему... выбрали меня...» В этот момент Обито с силой вырвался из ледяного плена и, пронзая Зецу кровоточащим взглядом, спросил с глубокой тоской в голосе и отчаянием на лице. «Потому что ты обладал "любовью", более богатой, чем у обычных Учих. Когда эта любовь исчезает, превращаясь в отчаяние, она даёт силу, превосходящую всех остальных». Иными словами, у него был потенциал пробудить Мангекё Шаринган. Реальность не разочаровала ни Мадару, ни Зецу. Обито справился отлично, даже лучше, чем они ожидали. Только в последний момент он решил сам осуществить план Цукуёми, а не воскрешать Мадару, чтобы тот довёл дело до конца. «Проклятье!» ... На руинах деревни скрытой Звезды. Учиха Мадара был непобедим, своими силами разгромив десятки тысяч союзных ниндзя. Он стоял в хрустальной вершине полного Сусаноо, подняв изогнутый тёмно-фиолетовый клинок длиной в сотню метров, готовясь обрушить его на полностью разбитых Пятерых Каге. Но вспыхнул изумрудный свет, и Данзо, вошедший в режим чакры Тенсейгана, мгновенно переместился перед клинком Сусаноо, взмахнув рукой. Вокруг него появились чёрные Сферы Истины, словно жидкость сливаясь в единую тёмную сферу. Огромный клинок, способный рассекать горы и моря, обрушился на чёрную Сферу Истины, вызвав колоссальный взрыв, разлетевшийся во все стороны. Гаара встал перед своей матерью, активировав магнетизм и создав стену из песка, защитив потерявших боеспособность Каге от вторичных повреждений. «Как устрашающе, это и есть нынешний первый гений Конохи?» — пробормотал Ооноки, поднимаясь с земли. Его заколка для волос исчезла, кровь покрывала половину лица, а тёмно-красные с белым волосы растрепались, делая его крошечную фигуру особенно беззащитной, но он по-прежнему оправдывал звание Каге. «Разве ты не слышал, что сказал Пятый Хокаге перед уходом? Это его ученик, истинный наследник Риннегана», — произнёс Райкаге, глядя на Теруми Мэй. Она ведь вошла в семью Шимура с и должна была знать об этом внезапно появившемся наследнике клана Хьюга. «Он потомок клана Ооцуцуки Хамуры с Луны», — Теруми Мэй не упускала случая возвеличить мужа. Благодаря беспрецедентному обмену информацией между странами и тому, что все пережили катастрофу падения Луны, все знали о происхождении клана Ооцуцуки и теперь с пониманием посмотрели на мальчика. Неудивительно, что в таком юном возрасте он обладал такой мощью. Оказывается, он принадлежал к тому же клану, что и Рикудо Сеннин. «Цунаде-химе, у тебя осталась чакра, чтобы вылечить нас?» — спросила Карура, видя, как её сын, обливаясь потом, едва держится на ногах от усталости. Ей хотелось, чтобы Цунаде вылечила рану на её животе. «Простите, но я тоже на пределе», — с горькой улыбкой ответила Цунаде. Чакра, накопленная печатью Инь за десятки лет, была полностью истрачена. В другом месте Намикадзе Минато, израненный и пригвождённый к земле десятками чёрных стержней, был в не лучшем положении. Он только что, благодаря небольшому восстановлению чакры Девятихвостого, вошёл в золотой режим и провёл великолепную скоростную дуэль с Учихой Мадарой. Результат, конечно, был плачевным. Теперь он мог лишь беспомощно наблюдать, как двенадцатилетний ребёнок становится последней надеждой мира шиноби. «Для твоего возраста, ни я, ни Хаширама не были равны тебе...» Мадара сложил печати, активировав додзюцу Риннегана. Земля начала дрожать, камни, валуны и целые горные хребты притягивались к чёрной энергетической сфере, собираясь вокруг Данзо, постоянно расширяясь. Это была техника Чибаку Тенсей! Вспыхнул ослепительный золотой луч, аккуратно рассекая все собранные камни, обнажая находящегося в центре мальчика, окутанного изумрудным сиянием. Но в мгновение ока его лицо изменилось, и он вышел из режима чакры Тенсейгана. «У меня бесконечная чакра и бессмертное тело. Эта битва неизбежно закончится моей победой», — увидев это, Мадара улыбнулся и активировал технику