Отдохни в моих объятиях..

Хлопов возвращался домой после вечерней тренировки. На улице стоял декабрь; с неба срывался снег. И без того на улицах сугробы с рост ребëнка лет так десяти, а тут ещё наволить собирается.. Впрочем, Лëва и не против. Выглядит это по волшебному красиво. Поднимешь голову—увидишь великолепную картину: тëмно-синее небо, сверху вниз порошат хлопья снега, а по середине всего этого, сверкает холодным светом луна.. А если поглядеть по сторонам, то наткнëшься на окна квартир, где за шторами сверкают гирлянды на пышных ëлках.. Как-никак двадцатые числа, дома напряженны у всех! И витрины магазинов, и подъезды, даже окна общественного транспорта были с рисунками разных зимних героев. На одном снеговики, на втором олени с кривыми рогами, а третьем так вообще советские мультяшки в лицах чебурашки и крокодила Гены! Увидев их, Лëвка рассмеялся, уж очень забавными были эти персонажи! Если так посмотреть, то окон пять на всю многоэтажку точно будет изрисованны. Может получится уговорить Лагунова что-нибудь нарисовать и на своих?.. Он рисует очень здорово! Вот только попозже, как время будет свободное.. И всë таки зима Хлопову очень нравилась. Пусть и холодно, зато как красиво! Будто в сказку попал! Снег, сугробы такие, что провалиться можно, счастливые дети и взрослые, запах мандаринов и предвкушение Нового года. Вот прийти бы сейчас домой, и утонуть в собственных эмоциях от наступающего празника! К сессии парень готов, не зря же его Валерка подготавливал весь предыдущий месяц и даже кусочек нынешнего. Можно будет расслабиться и не беспокоиться ни о чëм! Вот сероглазый забежал в подъезд, сразу мчась вверх по ступеням, вот проскальзывает лестничный пролëт и за минуту другую оказывается напротив двери в собственную квартиру. Отряхивает ноги от снега, и заскакивает вовнутрь. —Валерка, я дома! — воскликнул футболист, снимая обувь и скидывая с плеч куртку Вот только ответа не последовало.. Лагунов точно должен был быть дома.. По некой традиции он всегда возвращался раньше Хлопова, даже если пары заканчивались в одно время. Учились они в разных институтах, потому за день могли пересечься всего дважды: утром и вечером.. Да только Лëва постоянно задерживался, то в спортзале учебного заведения, то где-нибудь на улице падая в сугробы с товарищами. Валера же сразу домой, не любил он этот мороз, всегда замерзал, даже будучи в перчатках, куртке, шапке и прочем зимнем одевании.. Потому, домой и спешил, чтобы снова не отморозить конечности. И всë же, голубоглазый сейчас определëнно дома быть должны. У Хлопова после пар тренировка была двухчасовая, потому, было поздно, пол девятого где-то, возлюбленный в это время уже дома его ждëт.. Но тишина.. Комсомолец не встречает, и признать было это странно. Лëва снял верхнюю одежду, на полочку поставил обувь, спортивную сумку оставил где-то в коридоре, а сам поплëлся комнаты проверять. Везде пусто, даже свет не горел, только вот из общей спальни, из-под щели закрытой двери, тускло светила лампа.. Парень заглянул в комнату, источником света действительно была настольная лампа. Войдя в комнату глазам предстала такая картина: Лагунов буквально уснул за письменным столом, положив руки на столешницу, а на них же склонив голову.. Очки сползли на кончик носа, а в пальцах была зажата ручка, что вот-вот и наровилась выпасть и скатиться на пол. Вокруг учебники, толстые тетради, книги и справочники. Подойдя поближе, юноша увидел записи. Окуратно вытащил тетрадь и начал листать странички. Вся бумага была исписанна от корки до корки. Количество листов переваривало за штук сорок восемь.. Паста свежая, даже в местах чутка смазанна, что свидетельствовало о недавнем написании работы.. Осмотрев стол, взгляд наткнулся на ещё пару таких же тетрадей, что тоже были исписанны до последней клетки.. Ясно стало, голубоглазый уснул пока писал конспекты для сдачи.. Устал совсем, вот и вырубился. Он же последнюю неделю почти не спал, так, пару часов, а после уходил на пары.. По вечерам и в любое свободное от занятий время готовился к сессии и экзаменам.. Неудивительно, что теперь засыпает где попало —Валерка.. — позвал его футболист, опускаясь на одно колено перед брюнетом — просыпайся давай.. —..ты уже вернулся? Извини, совсем замотался.. Как день прошёл? — потирая глаза, поинтересовался пробудившийся —Вернулся.. Валер, ты когда спал нормально последний раз? — отвечая вопросом на вопрос, произнëс Хлопов Лагунов похлопал сонными глазами. Осмотрев его повнимательнее, Лëва заметил синяки под нижними веками, движения тормозящие, как и мысли. С минуту отрабатывает информацию, и только потом отвечает, да тихо так.. —Смотря, что в твоëм понимании нормально.. Спал утром, с четырëх до пол девятого —Это ненормально. Ты всю неделю ложишься чëрт знает когда, и просыпаешься соответствующе. Иногда кажется, что ты не ложишься вовсе, ибо я засыпаю—ты учишься, я просыпаюсь—ты уже в институт уходишь.. Валерка, ну так же неправильно.. Ты отдыхать вообще собираешься? —Да некогда мне, Лëвка, некогда.. Слишком много требуют, а от старосты вдвойне больше.. И как знаешь, я этим старостой и являюсь.. Футболист вздохнул.. Слишком уж измонат был парнишка голубоглазый. Настолько сильно, что глаза снова закрываются, намеревая утопить юношу в мире сновидений.. Хлопов поднялся, да взяв возлюбленного под руку увëл к кровати. После усадил на неë и сам сел рядом —Лëв, нельзя.. Нельзя спать.. Мне ещё конспект дописывать нужно — зевая возмутился брюнет Лев же всë это игнорирует.. Снимает очки с парня, кладëт рядом на тумбу, да лëгким движением руки сваливает на бок, заставляя лечь. Так же сам рядом ложится, обнимая своë горе.. На шестнадцатилетнего Валерку свалилось действительно слишком много всего.. Учëба, экзамены, сессии.. Времени не остаëтся даже на элементарный сон! Совсем уже не в какие ворота не лезет этот кошмар. Комсомолец фырчит, что-то под нос бормочет, но быстро успокаивается, как только его заключают в крепкие, тëплые объятия. Сероглазый запустил ладонь одной руки в угольные волосы, перебирая прядки, а второй принялся гладить по спине —Не убежит твой конспект, Валер, не убежит. А вот психическое состояние ещё как, в союзе со здоровьем. Спи давай, и чтобы больше я подобного не видел. Нельзя так себя загружать, ты же не робот, Валерка.. —Извини.. — это было последним, что сказал Лагунов, а после провалился в дрëму, которая переросла в крепкий, глубокий сон Хлопов так и остался лежать в обнимку со своим измученным беднягой. Так же гладил по спине и волосами, в перерывах целовал в лоб и щëки, да к самому носу плед натягивал. Сам Валерка в свою очередь мирно спал, уткнувшись в плечо возлюбленного и обхватив руками его спину.. Обоим требуется отдых. Иногда полезно отбросить всë на потом, забыться в объятиях любимого человека и позволить себе пару часов сна, где не нужно исписывать тетради, или до упаду гонять мяч по полю..