Уже слишком поздно

В старшей школе не было человека круче, чем Су Бон. Высокий, спортивный, всегда уверенный в себе, он притягивал к себе взгляды как магнит. Девушки вздыхали, когда он проходил мимо, а парни либо хотели быть на него похожими, либо, чего греха таить, тоже были влюблены. Он умел быть дружелюбным и беспечным, но всегда держал свою репутацию на высоте. — Yo, what’s up, bro? — бросал он приятелям, хлопая их по плечу. — Let’s go, let’s go! — кричал, забивая мяч в кольцо во время баскетбольного матча. Но однажды его внимание привлекла Нам Гю. Она не была похожа на обычных девушек, которые кружились вокруг него. Тихая, немного отстранённая, она редко попадала в центр внимания. Училась хорошо, но не блистала, не участвовала в шумных мероприятиях, предпочитая уголок библиотеки оживлённым разговорам в кафетерии. Первый раз Су Бон заговорил с ней случайно. — Hey, Нам Гю, do you speak English? — спросил он, просто чтобы проверить, заговорит ли она. Она посмотрела на него внимательно, чуть прищурив глаза. — Немного, — коротко ответила она. Эта сдержанность заинтриговала его. Он привык к людям, которые сразу же начинали льстить или пытались впечатлить его, но Нам Гю оставалась спокойной. И чем больше он обращал на неё внимание, тем сильнее она его цепляла. Су Бон начал находить повод, чтобы быть рядом. То подсядет к ней в библиотеке, то окажется рядом на перемене. — Как думаешь, я могу стать актёром? — однажды спросил он, улыбаясь. — Наверное, — пожала плечами она. — Ну и что это за ответ? — рассмеялся он. Она посмотрела на него долгим взглядом. — Ты привык к тому, что люди сразу говорят тебе то, что ты хочешь услышать? Су Бон застыл. Он не ожидал такого вопроса. — Возможно, — наконец, ответил он. После этого он понял: она особенная. Но однажды по школе поползли слухи. «Ты слышал? Нам Гю — не девушка». «Что? Не может быть!» «Нет, правда! Кто-то сказал, что это парень». Су Бон лишь хмурился, услышав такие разговоры. — Чушь какая-то, — пробормотал он. Но слухи не утихали. Танос заявил, что проверит это сам. Школа уже почти опустела, в коридорах остались лишь редкие голоса, а лампы в туалете тускло мерцали. Нам Гю стоял у раковины, спокойно вымывая руки, когда дверь с лёгким скрипом открылась. Войдя внутрь, Су Бон не колебался ни секунды. Он шагнул ближе, его тёмные глаза блестели от уверенности и, возможно, чего-то ещё. — Эй, так ты парень? — его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась скрытая настойчивость. Нам Гю замер. В его голове пронеслось тысяча мыслей, но ни одной подходящей фразы, чтобы ответить. — Что, ответить нечего? — Су Бон сделал ещё один шаг, и теперь расстояние между ними сократилось до минимума. Грудь Нам Гю почти касалась груди старшего, а стена за спиной уже не оставляла пути к отступлению. Его дыхание сбилось, но он не двигался, не пытался убежать. Су Бон посмотрел прямо ему в глаза, затем чуть ниже — на губы. — Если ты собираешься молчать, то я сейчас сам это проверю, — его голос опустился до хриплого шёпота, прежде чем он наклонился вперёд. И поцеловал его. Это было неожиданно мягко, но в то же время требовательно. Нам Гю вздрогнул, сердце бешено застучало в груди, пальцы рефлекторно сжались в кулак. Он не понимал, что ему делать — толкнуть или… или поддаться? Нам Гю дрогнул, но не оттолкнул его. Су Бон почувствовал, как младший осторожно отвечает на поцелуй, сначала нерешительно, а затем смелее. Улыбнувшись сквозь поцелуй, Су Бон провёл руками под школьной рубашкой Нам Гю, пальцы ощутили горячую кожу, скользнув рукой чуть выше Су Бон почувствовал уже твердые соски младшего, взяв один между пальцев он легко надавил на него, в ответ получив желаемый стон. — Oh my boy... — выдохнул Су Бон, наклоняясь к уху младшего, его голос был низким, почти мурлыкающим. Нам Гю вздрогнул, жар прикосновения обжигал кожу. Сердце бешено колотилось, но он не шевелился, не отстранялся. Су Бон провёл рукой по его талии, скользнул выше, ощущая, как дыхание Нам Гю стало неровным. Он понял — останавливаться уже поздно. Су Бон опускается вниз, и стягивает штаны Нам Гю вместе с трусами, перед перед ним уже был возбуждённый член Нам Гю, который он взял себе в руку и медленно начал водить вверх и вниз, дело вошёл язык Таноса, который легонько коснулся головки, после чего последовал тихий стон. Сначала Танос посасывал медленно, что Нам Гю точно не нравилось, но тот не посмел мешать ему. Старший к тому времени уже ускорил темп, все также водя руками вверх и вниз, что заставило Нам Гю кончить Су Бону прямо в рот, после чего его щеки покрылись румянцем. –fuck Nam Gyu, – сказал Танос уже встав с колен,– ты черт побери слишком.... Су Бон не успел договорить, как теплые, настойчивые губы Нам Гю накрыли его рот, прерывая дыхание и мысли. Поцелуй был резким, требовательным, с оттенком нетерпения, как будто тот боялся, что Су Бон сбежит, если он даст ему хотя бы секунду на раздумья. Спина ударилась о холодную стену, когда Нам Гю, не отрываясь, осторожно, но настойчиво заталкивал его в тесное пространство кабинки. Дверь скрипнула, захлопываясь за их спинами, отрезая их от остального мира. Су Бон ощутил, как его рука скользнула по чужой талии, сжимая чуть крепче, чем следовало, будто подтверждая, что это реально, что он здесь, что этот момент принадлежит только им двоим. Воздух между ними был тяжелым, напряженным, наполненным эмоциями, которые ни один из них не решался назвать вслух. Су Бон чувствовал, как сердце колотится в груди, в унисон с бешеным ритмом чужого дыхания. Он хотел что-то сказать — возразить, оттолкнуть, спросить, зачем… но вместо слов лишь тихий вздох сорвался с его губ, когда Нам Гю сел ему на пах. Сам Нам Гю уже сам был в шоке от своих действий, но останавливаться было поздно. Младший стянул с Су Бона джинсы, а затем и трусы. Не став церемониться Су Бон взял Нам Гю за мягкие ягодицы, и начинает раздвигать его попу, вставив туда сразу два пальца. Нам Гю от неожиданности согнулся в спине и простонал так громко, что, если бы школа не была пустой, наверняка кто-то уже бы вбежал в туалет, чтобы узнать, что происходит. Но сейчас здание было тихим, лишь глухой шум дождя за окнами напоминал о внешнем мире. — Тише… — выдохнул Су Бон, но голос прозвучал слишком хрипло, слишком предательски дрожаще. Нам Гю прижался еще крепче, его дыхание горячей волной пробежалось по чувствительной коже шеи Су Бона. В этом мгновении не было ничего, кроме них двоих — запертых в тесной кабинке, связанных желанием, страхом и чем-то большим, что они еще не осмеливались назвать. Су Бон начинает медленно двигать пальцами внутри, что заставляет Нам Гю стонать ещё больше и громче, во все горло. Достав пальцы, Су Бон вставил туда уже свой член, который из за возбуждения стал в два раза больше. Нам Гю уже не выдерживает и кончает на грудь старшего, Танос же держит младшего за ягодицы и двигает вверх и вниз, иногда своим английским акцентом выговаривал какие то словечки <<Fuck/shit>>. Танос то ускоряет, то замедляет толчки мучая Нам Гю, тот не был намерен терпеть это поэтому обеими руками схватил старшего за грудь, пальцы невольно сжались, и Нам Гю уже сам начал двигаться в темпе за Таносом. Су Бон откинул голову назад с репликой <<Нам Гю ты fuckin хорош>>, Нам Гю не обратил на это внимание а лишь ускорил темп, по всему школьному туалету были слышны пошлые шлепки их тел. Уже на пике Танос со стоном кончает прямо в Нам Гю. Нам Гю тяжело выдохнул, словно выпустив весь накопленный жар вместе с воздухом, и без сил опустился на грудь старшего. Су Бон поднял руку и начал медленно, успокаивающе гладить его по голове. Пальцы зарылись в мягкие, слегка взъерошенные волосы, проводя по ним с нежностью, о которой сам Су Бон даже не задумывался. Нам Гю был горячим, его дыхание все еще сбивалось, а пальцы слабо сжимали грудь Су Бона, будто он пытался удержаться за этот момент. — Hey, — тихо пробормотал старший, не останавливая своих движений, — ты чего... — Дай секунду, — выдохнул Нам Гю, не поднимая головы. Тишина снова окутала их, но теперь она была другой — не напряженной, а наполненной чем-то тихим, неуловимо теплом. Су Бон продолжал водить рукой по его волосам, пока дыхание Нам Гю постепенно не выровнялось. С того момента многое изменилось, хотя и не сразу. Это было не резкое, не бурное, но неизбежное движение, словно два человека вдруг нашли друг в друге то, что искали, даже если сами не осознавали этого. Су Бон, признавшийся первым, начал открываться, а Нам Гю стал более расслабленным, позволяя себе быть рядом, доверяя. Они начали встречаться. Никаких громких признаний, никаких грандиозных жестов — просто Нам Гю все так же приходил утром к Су Бону с кофе, ворча, что тот снова не выспался. Просто Су Бон, прежде чем уйти домой, всегда дожидался Нам Гю у выхода из школы. Просто их взгляды стали чуть дольше задерживаться друг на друге, а касания — естественными, как будто так и должно было быть всегда. Нам Гю продолжал наносить тонкие слои макияжа, подводя глаза легкими, почти незаметными линиями, ухаживая за кожей с привычной аккуратностью. Это по-прежнему вызывало у некоторых вопросы, и в школе до сих пор ходили слухи — кто-то шептался, кто-то перешептывался громче, но никому из них двоих не было до этого дела. Танос любил его таким, какой он есть. Любил, когда Нам Гю рассеянно подкрашивал губы, глядя в экран телефона. Любил, когда тот прятал лицо в его плече, смущенно отворачиваясь после неожиданного комплимента. Любил, когда Нам Гю устраивал на его коленях косметику, собираясь привести в порядок его собственные брови, ворча, что «так дальше жить нельзя». Любил так, как, казалось, не любил никого и никогда.