Долгоденствие в грехах

***

Повествование ведётся со стороны.

Утро после похищения Марины, Агентство, кабинет Фреда и Ворна.

– …Хм… Да, это довольно жирная оплошность… – вздыхал Ворн после детального пересказа Иврэна о его ситуации в охранной будке, откинувшись на спинку дивана. – Чуть что… и хана была бы всем нам… Без потерь тебя не победить... если и победить… Говоришь, ведьма читает нас? – Гадает, может, не знаю… Но они всё идеально просчитали, опираясь на наши слабости и характеры. Поэтому и решил в тот момент поступить так, как никогда привычно себе не поступил бы. Об этой фишке ещё и не всем известно, мне или рисковать… Я не мог позволить им подчинить себя. – М-м... это ты, конечно, ловко выкрутился… Молодец. Потом по следам добрался до места, где они удерживали ведьму... а почему они её не убили? – Они боялись её. В мыслях держа факт, что, причинив ведьме вред, обречешь себя на проклятые муки. Агитировала ли их «повелительница» правдой или же пыталась таким образом обезопасить себя от нежелательных нападок своих же последователей – неизвестно. В пунктах замысла приписано доставить Марину на место, где ей займется уже непосредственно сама верхушка группировки, а про меня речи и не было. – пояснял Иврэн коллеге, сев на диван рядом. – Ха-х... без разницы правда это или же уловка, главное, что сыграло нам на руку, и ведьма не пострадала. – вздохнул Ворн, опуская голову в пол. – А-а-а, пиздец, а что с нашим холлом произошло за эту ночь? – распахнув дверь кабинета, искренне недоумевал возвратившийся после внезапной пропажи с поста старший сотрудник. – Ты где шлялся, полудурок?! – подорвался с места разгневанный коллега. – А-а-а? Да-а-а... так вышло-о... – мялся Фред, неловко посмеиваясь. – Смешно тебе? Ты хоть представляешь, что тут произошло из-за твоей халатности и пренебрежения обязанностями, недоумок?! – разозлившись от накипевших за всё время провинностей напарника-бездаря, Ворн впечатал того, схватив за рубашку, в стену. – Ч-что-что? Ты чего так взбешён? И почему из-за меня-то? – озадаченный резко вспыхнувшим конфликтом Фред пытался разобраться в ситуации, хлопая глазками. – Вот скажи, с какого хера тебе вообще прильнула мысль о своевольной возможности покинуть пост, никого не известив, когда в агентстве находится наша беззащитная ведьма? Почему не отвечал на звонки? – А-а... признаю, сглупил чуток, но я же не думал, что у вас такой дурдом произойдет, все же в кабинетах сидели, и Иврэн, как помню, должен был в скором времени подойти, отпусти меня, ну… – оправдывался провинившийся, зажмурив глаза. – Ключевое: «не думал» – всё о тебе говорит, кретин. Давай, удиви меня, ты не отвечаешь на звонки только в двух случаях: когда в стельку пьяный или с кем-то кувыркаешься, на посту ты вряд ли бухнуть вздумал. – подуспокоившийся напарник отпустил допрашиваемого, в недовольстве после скрестив руки на груди. – А-а-а... понимаешь... сотруднице было так плохо после покушения… – нехотя принялся тот, виновато переведя глаза в сторону, пересказывать произошедшее. – Фред, ты прикалываешься?! Ты реально всю ночь развлекался с какой-то бабой, пока у нас, мать твою, полнейший, блять, треш в агентстве творился?! – ругался пуще разозлившийся от тупости напарника Ворн. – О-ох, Фред, мог бы и перетерпеть, ну... Сейчас не такое время, чтобы вести себя безответственно. – бессильно вздыхал Иврэн, привыкнув к подобным выходкам старого друга. – Иврэн, ты серьёзно?! Это всё что ты скажешь этому озабоченному дятлу? – недоумевал Ворн, повернувшись к коллеге. – Тебя бы припиздить пару раз, может, так голова включится. Или что-то отбить, чтобы не начинало думать больше скудного мозга. – обратился он к напарнику вновь.               Гнев друга накалился до тревожных пределов, заставив Иврэна вмешаться. Поднявшись с дивана, он мягко коснулся плеча разошедшегося в крике Ворна, перекрывая нахлынувший на того поток отрицательной энергии. – Ворн... природа берёт верх… Не позволяй себе терять рассудок. – А-а-ах... да... прости… Не хотел тебя впрягать… – извинялся Ворн перед коллегой, приведя мысли в порядок. – А-ах... я не хотел никого подводить... вы же знаете... я честно старался избежать этого дурного соблазна... простите. – признавал дурачок свою оплошность, чистосердечно раскаиваясь перед друзьями. – Он не виноват, что его слабостью воспользовались. Ни к чему зря нагнетать обстановку и сотрясать воздух, это лишь ухудшит моральное расположение духа. – выгораживал Иврэн товарища, пытаясь опустить ситуацию. – Да уж... тут не одна слабость: идиотизм, мнительность, податливость и озабоченность… Всё это синонимы тебя, Фред… М-м-м, мало нам недалёких обалдуев в рядах отдела, так ещё и старшие вот такие безмозглые. – не унималось кипящее в груди Ворна возмущение. – Ну-ну, прекращай. Снова даёшь отклик прошлому. Тише. – успокаивал Иврэн близкого короткими похлопываниями по спине. – Тц, я пытаюсь не заводиться, но как это можно простить, сколько раз он нас подводил с подобными заскоками?! Иврэн, это просто несправедливо, ты перенёс боль от разрывания тела, снова поглотил кучу дерьма, а он даже не понесёт за эту халатность никакого наказания! Да как тут не срываться?! – Что?! Так этот погром Иврэна рук дело? – передернулся Фред от ужаса, с сожалением сведя брови и переведя испуганный взгляд на лучшего друга. – Это меня должно злить, не перенимай негатив на себя, Ворн. Ведьма может манипулировать нашими ранами, не позволяй ей дотронуться до глубин твоей боли. Я прекрасно понимаю твои чувства и то, отчего ты так взбешен, но, ведясь тем же триггером, твоя предсказуемость не отличится от Фреда. – встав ровно между двумя напарниками, Иврэн тихим размеренным успокаивающим тоном унимал весь разбушевавшийся негатив. – Вы что разорались? На весь коридор, аж до холла вашу перепалку слышно. – заглянула к парням в кабинет недоумевающая Оза. – Не твоего ума дело. Женщины приносят одни только проблемы, тц… – с досадой ворчал измученный всеми заботами Ворн, отходя назад. – Чего?! – синхронно возмутились все находящиеся в помещении коллеги, не разделяя озвученного мнения. – Погоди, а женщины-то здесь причем, если это Фред не может удержать своё пристрастие в руках и за штанами? – размышлял Ив, приподняв в недоумении бровь. – Аналогично могу и то же самое про мужчин выдвинуть. Чаще всего это женщины становятся жертвами ваших неудержимых желаний. – нахмурилась Оза, уперев руку на талию. – Не было бы женщин – не было бы проблем. Вы сами создаёте почву, провоцируя мужчин. – Ой-ой, Ворн. – прищурился Фред, предрекая необратимую ссору. – Понял хоть, что сам сказал? Ты же сам сейчас ваш пол принизил, обобщив, что мужланы не имеют мозгов, чтобы здраво рассуждать и принимать решения согласно здравому смыслу, ведясь какими-то спорными переменными и оправдывая свою недальновидность за горящими штанами или кулаками. – сердилась Оза, выслушивая недоброжелательный тон коллеги. – Всё вы изворачиваете себе на пользу, игнорируя главный тезис. Бабы приносят проблемы, это факт, вся ваша общая значимость заключается только в продолжении рода, вы более ни на что не годитесь, бесполезный род общества. – от неконтролируемо накатившего шквала негатива тот не осознавал, что выдвигает, с озлобленной агрессией пяля на девушку перед собой.               Оза, не позволяя кому-либо выражаться в свой адрес подобными высказываниями, просто с размаху вдарила Ворну по лицу. – Ребята-а-а-а... а-а, успокойтесь, что за разборки из пустого места? Это же я виноват, вы-то чего взъелись бодаться между собой? – оторопел Фредерик, растерянно махая руками. – Ворн! – прикрикнул Иврэн, отодвигая Озу осторожным касанием по плечу назад, сам выступив вперёд. – Кха, нападать на того, кто раза в три сильнее тебя... так самонадеянно... так по-женски… – усмехнулся Ворн, отталкиваясь от стола, на который он оперся рукой. – Ой-ой, разнойся ещё, что тебя девушка спровоцировала, сильный полезный пол ты наш. – Прекратите собачиться. Ворн, если не успокоишься, мне придётся тебя вырубить. Твоя энергетика сейчас запредельна отрицательна, я не позволю навредить кому-либо, пока ты в таком остервенелом припадке. – Иврэн протянул другу руку, предоставляя шанс опомниться. – А-ах… – Ворн устало помотал головой, затем в смирении подошел и взял товарища за протянутую ладонь. – Как себя чувствуешь? – интересовался Ив, отпуская дружескую хватку. – М-м... что это было? Меня это действительно так задело? – недоумевал тот, прикоснувшись ко лбу и опершись на стоящий позади стол Фредерика. – Оза, Ворн на самом деле так не считает, пойми его и прости, пожалуйста. Это всё моя вина. Из-за того, что я недавно поглотил его светлую энергию себе на воссоздание тела, у него сейчас будут эмоциональные срывы, вызываемые за счёт ворошения ран какими-либо раздражителями. – извинялся Иврэн вместо своего потерявшего на миг рассудок товарища, опустив голову в пол. – Иврэн, брось, мне неловко от твоих извинений, я в порядке. – улыбнулась Оза, приободряющее потерев приятеля по плечу. – В любом случае я не хочу, чтобы вы ссорились. У Ворна не восстановилась защитная оболочка души, чтобы обеспечить его привычной стойкостью и терпимостью. Пожалуйста, побудьте снисходительнее. – Перестань, Ив. – попросил Ворн того успокоиться, положив руку на другое плечо. – Я не маленький, чтобы ты за меня так заступался, и могу отвечать за свои поступки сам. – Тогда извинись. Твои последние слова прозвучали неприятненько. – требовала Оза, выставив как леди руку для поцелуя. – Или женщины тебе настолько противны, что не сможешь снизойти до такого, чтобы пойти на уступки и прикоснуться к женской руке? – Оза, не провоцируй его. – беспокоился Ив, что те снова поцапаются. – А-а-а, Ив, я в норме, не скотина, могу логически мыслить. – со вздохом отодвинул Ворн товарища в сторону, встав напротив девушки-сотрудницы. – Извини, я не хотел задеть твои чувства. – наклонившись, тот безо всяких пререканий поцеловал тыльную сторону протянутой ладони в знак примирения. – Я-я... Простите меня... – жалобно извинялся Фредерик перед друзьями, обнимая Иврэна со спины. – Я всё никак не могу научиться отказывать... – А-ах, Фред, совсем на ошибках не учишься, столько проблем у тебя из-за этого. – со вздохом щёлкнул Иврэн по лбу своего непутевого соратника.               После пересказа Фреда все молча вздохнули, несколько минут не разрушая повисшей тишины. – Пиздец... – Фред... ну тебя развели. Развели как ребёнка конфеткой. Тебе точно шестьсот? – усмехнулась Оза, закидывая ногу на ногу. – Ты даже не счёл это всё подозрительным? – уточнял Иврэн у друга, всё ещё надеясь на сохранность рассудительности в его голове. – А-а-а-а-а, да хватит издеваться... Да, я слаб перед женским обаянием, что мне ещё подела-а-ать с собой...? – наигранно плакался инкуб, закрывшись за ладонями. – Тебя так легко снять, проститутка. – посмеивался Ворн, сидя на углу дивана возле Иврэна. – Как так-то, ну Фре-е-е-ед... постарайся хотя бы сейчас попридержаться от нежелательных сближений помимо своих суккубш. – озвучила Оза один из вариантов решения проблемы. – Да это бессмысленно мусолить. Пустоголовому сколько не объясняй – всё равно под все юбки подлезет. – фыркал Ворн, закатывая глаза. – Может, ему девушкой попробовать обзавестись? Вдруг какие принципы заиграют, м? – вкинула Оза второе решение проблемы. – Мне её уже жалко… – отнекивался Ворн, скрестив руки. – Э-э-э-э, вы что из меня попущенного чмошника делаете? – жалобно стонал инкуб, приподняв голову. – В агентстве небезопасно, пока среди нас роются грызуны. На Марину могут снова организовать покушение, дело времени. – сменил Ворн тему обсуждения. – Я вообще не представляю возможным избавиться ото всех этих недоразвитых. – А-а-а, кхм... я, конечно, понимаю, ты подружка Фреда и всё в этом духе, но что сотрудник из низшей ступени забыл на нашем этаже и вмешивается в расследование вышестоящих руководителей? – только сейчас Ворн придал вниманию смысл нахождения девушки в рабочем кругу, нахмурившись. – А-ах? Подруга, это первое, не подружка, мы с Фредом не спим. Второе, вот так ты заговорил с той, кто тебя бессознательного обхаживала, бедному покушать принесла, когда ты без задних ног на завалах валялся? – поправляла та замечание, припомнив коллеге недавнюю поддержку. – А-а, кхм-кхм, постойте... – ехидно заулыбался Фредерик, заинтригованный неожиданно всплывшими занимательными известиями. – Ты тему-то не меняй, и это звучит слишком резко. Я не заставлял тебя оказывать мне содействие, то была лишь твоя собственная инициатива, за которую я не обязан расплачиваться и становиться тебе дружком. Мы всего лишь коллеги, не более. – снова взъелся тот от недовольства. – Ха, а чисто человеческая благодарность уже исчезла из понимания? Обвиняешь женщин во всех своих бедах, а сам в одиночку ни с чем бы не справился. – язвила Оза недоброжелателю, приподняв в усмешке бровь. – Ребята… – тихо встрял Иврэн в разгорающуюся перепалку. – С какого перепугу ты взяла такое предъявление? Я всегда работал в одиночку, женщины лишь помеха в определённом ряде заданий. Вы объективно слабый и хрупкий пол, с которым нам вечно приходится возиться. – вспылил Ворн, срываясь от лживого, с его точки зрения, упрёка. – Слаб и хрупок не наш пол, а ваш мизерный самоконтроль на ряду с непомерным эгоцентризмом и развязностью. Женщины, когда им что-то не нравится, не берутся за нож, чтобы зарезать своего супруга, не подвергают износу противоположный пол при малейшей возможности. – противопоставляла Оза в отместку, продвигая конфликт. – Ч… – только захотел Ворн возразить, как Иврэн пресек того, приложив руку на плечо. – Ворн, если попытаешься это оспорить, разозлюсь уже я. Хватит. Никто больше меня не осведомлен в том, насколько тяжело живётся женщинам, мне больно это слушать...               Коллеги притихли, считаясь с просьбой уважаемого палача. – Кхм... прости. И ты тоже. – извинился Ворн сначала перед другом, а потом и перед Озой. – Забей, но эти высказывания, пожалуйста, старайся не озвучивать. Не люблю слушать подобный бред, хоть он и не совсем принадлежит твоим истинным мыслям. – со вздохом откинулся Иврэн на спинку дивана, закрывая глаза. – Правда? А мне вот небезосновательно показалось, что он подлинный сексист, дискриминатор и мизогинист. – Отчасти, наверно, я соглашусь. – тихо поддержал мнение подруги инкуб. – Это неправда. Вы неправильно интерпретировали мои слова. Да, отмазываться не буду, наговорил поначалу сгоряча несуразностей, но мизогинией я не страдаю. – А что ж, если не страдаешь, не поблагодарил меня соответственно, начав выеживаться, будто не желая оставаться должным женщине? – Не было тогда на это времени, я при исполнении, а ты сейчас попусту предвзято обвиняешь меня ни за что. Если хочешь, я уведомлю в знак благодарности начальство прибавить тебе выручку к зарплате. – Пф, больно нужны мне твои жалкие подачки, я лишь рассуждаю, насколько ты чёрствый и замкнутый, раз меня даже за приятеля не держишь. – С… С какой милости, позволь поинтересоваться, обязан? Ты не более чем сотрудница низшей ступени, исполняющая должностные обязанности своей работы. – Тебя так задевает эта тема иерархии? По какой причине я не имею права присутствовать в обсуждении насущных проблем, что затрагивают аспекты всей работы агентства? Это что, столь секретно? – Может и да, не пристало мелким дворнягам путаться у старших под ногами. – рассердился Ворн, не скрывая эмоций на лице. – Ворн, угомонись, ты чего так взъелся из-за простого присутствия девушки среди нас? – подливал Фредерик масла в огонь перепалки. – Его принципы и слова сейчас острее обычного из-за превышающей отрицательной энергетики в организме. Он всегда следовал уставу и правилам, не терпя панибратства, причем здесь девушка, ты хочешь его просто так подраконить? – встрял Иврэн в их прении. – Неа-неа, И-и-и-ив, ты не замечаешь некую нить взаимосвязи всех нюансов. Дело не в том, что он сейчас такой грубый и вспыльчивый, а в самом факте, что с ним болтает Оза. Понимаешь, обычно, как бы он не перегружался, его ничего не ущемляет, а тут так запросто позволяет ей играться со своим настроением... Ворн, очевидно, влюбился. – лепетал Фредерик какую-то напридуманную чушь, заставив всех коллег от недоумения зависнуть в тишине. – Пф-ф-ф-ф, а-ха-ах-а! – разошлась Оза в неистовом смехе, падая другу на плечо. – Так... ещё один подобный закидон – и я тебя в окно вышвырну. – пригрозил Ворн напарнику, презрительно морщась в осуждении. – А-аха-а-а-а-ха-а-а-а... ну скажи-ка... заинтересовался нашей шоколадкой, да? Просто стесняешься признаться? – не сдержал Фред смешинки, сам сгибаясь от хохота. – О-о-ох... ты накуренный? Что за бред? – с непокрытой неприязнью глядел Ворн на своего юморного напарника. – Вот-вот, х-ха-ах, ну бред сказал, честно... – смахивала раззадоренная Оза слезинки смеха с глаз, – чтобы ему и понравилась ЖЕНЩИНА.               Фред от подхваченного стеба подруги рассмеялся ещё громче, Иврэн тихо улыбнулся, а Ворн, оскорбившись, раскрыл в недоумении глаза. – Блять, вы, извиняюсь, ахуели? Кто ещё мне может понравиться, если не женщина, я не заднеприводный! – возмущался оскорбленный, повысив голос. – А-а-аха-а-ха... ты же сам нам недавно сказал: «не было бы женщин – не было бы проблем». По-моему, это довольно кристальное обозначение твоей ориентации, не находишь логики? – издевалась Оза над глупым, по её мнению, мужчинкой. – Я же сказал, что нёс ахинею, я не контролировал, что вылетает из уст, я не согласен с этим! Я не гомик, я натурал и люблю женщин, блять. Харе ржать! – пытался Ворн оправдаться и очистить запятнанную честь. – Пх-х... ну... я не знаю, чем ты думал, когда это выпалил, но, похоже, тебе явно лучше будет жить в мире без слабых хрупких женщин... они же приносят проблемы, в отличие от мужчин. – продолжала хихикать Оза на пару со своим фруктовым другом. – М-м-м, тебя оправдано попустили, Ворн… Как можно было позволить себе такое ляпнуть…? – еле сдерживал смешок улыбающийся Иврэн, повернув голову в сторону. – А-а-а-а... прошу, забудьте это, пожалуйста… – сдавшись, Ворн виновато опустил голову к коленям, упираясь лбом в скрещенные кисти. – Кхм... ладно, давайте перестанем глумиться над потерпевшим и отложим все наши интимные предпочтения на дальний план, сейчас важнее решить: кто составит Марине охрану на следующую привитизацию. Впереди ещё много непривитых отделов. – призывал Иврэн друзей успокоиться. – Нет, постой, она же до сих пор не пояснила, по каким причинам поднялась на этаж. – не унимался всполошившийся Ворн. – Тебя позлить. Скучно было, услышала, как ты бесишься, вот и думаю: ах, грех не присоединиться. – с улыбкой продолжала та подтрунивать над неприятелем. – Тебе обязательно каждый раз так язвительно отвечать? – с недовольным лицом скрестил тот руки на груди. – А как иначе? Нужно же оправдывать свой статус «проблемности». – Тц, какая же ты дрянная чертовка. – Во-о-орн, ты опять же сейчас наговоришь за зря лишнего, а потом со слезами извиняться будешь приличное время. – Ты там вообще помалкивай в тряпочку, проститутка. – перекинул Ворн озлобленность на напарника. – А-а-ах... я сюда на законных основаниях поднялась, Мзарелю документацию необходимую передавала. – ответила Оза ворчуну серьёзным тоном. – По какому основанию ты поднимаешься сюда лично, для кого секретари существуют? – продолжал тот дотошный расспрос. – Потому что начальник сам меня об этом попросил, потребовав указать место своего нового рабочего пространства. – с уверенной ухмылкой парировала Оза все возникающие у коллеги возражения. – Чего?! – опешили парни, подняв брови в изумлении. – А-ха-аха-ах, о да-а-а, я хотела увидеть эти выражения ваших лиц... да-да, вы не ослышались, я выбирала новый кабинет на ЭТОМ этаже. Я с сегодняшнего дня такой же, как и вы, полноправный член третьей ступени, меня перевели. – Ты серьёзно? – переспросил ошеломленный такой внезапной новостью Ворн. – На. Можешь сам убедиться. – скинула та, в подтверждение сказанных слов, своё новое удостоверение на стол. – Озачка-а-а, это же так здорово! И в каком крыле решила обосноваться? Рядом с нами? – с искрящимися глазами интересовался Фредерик у подруги, пока Ворн и Иврэн осматривали предоставленные документы. – Ремонт планируют замутить основательный, перепланировку ввести, изменить под корень и саму систему ротации, сокращать всех поголовно начнут, а нас поближе разместили, Мзарелю угодно, чтобы доверенные лица располагались в шаговой доступности от его кабинета… Короче, к чему веду, мой кабинет с Амией объединили, он через ту сторону выходить будет, то есть, как мы, так и вы сможете переходить через кабинеты, при этом не выходя в коридор. – указала Оза пальцем в правое ответвление кабинета, где у Фредерика и Ворна располагалось гардеробное помещение, кухонная зона, и хранилась документация. – Что-что? Ты не шутишь? – лишь сильнее возгорелся ажиотажем зеленовласый коллега. – Постой, какое соединение?! – обработав услышанную информацию, Ворн тут же завозмущался. – Что непонятного? Наши кабинеты соединят, та местность будет не только ваша, а общая с нами. – разъяснила Оза ещё раз. – Чт... какого хера? Мзарель не собирался посчитаться с нашим мнением? Я не хочу, чтобы здесь постоянно девушки мельтешили.               Его коллеги с еле сдерживаемым порывом смеха молча обменялись улыбкой между собой. – Бля-я-я-ять, не смейте... не надо мне тут улыбаться. Только попробуйте какую-нибудь тупую гейскую шутку обронить. – П-х-а-ха-а-а... Ворн... тебе некомфортно, когда девочки рядом ходят? – не удержавшись, подколол Фред напарника. – Бля-я-я-я-ять... да мне по боку, кто тут вьётся на фоне, вот только ты окончательно затунеядствуешь, постоянно отвлекаясь на чаепития, сплетни и посиделочки с подружечками, пока я один буду впахивать за нас двоих.    – Э-э, я не настолько безответственный, и не надо на меня тут стрелки метать. Если не в женском поле дело, может, ты просто побоялся, что Озачка, проведя достаточно обильное количество времени подле нас, сумеет оттопить твоё ледяное черствое сердечко? – вновь вбросил Фредерик очередную околесицу в обсуждение. – М-м-м-м-м, как же я хочу тебе шею скрутить, гадёныш… – с улыбкой не всерьёз угрожал он напарнику, сомкнув веки. – А что? Почему тебя это так ущемляет? Ты что-то имеешь против женщины? – не прекращал Фред течения уморительных насмешек в сторону друга, скооперировавшись с Озой. – О-о-ох... я даже порой не удивляюсь, почему именно такой монстр, как я, самый первый обзавёлся любовью... – вздыхал Иврэн, приложив руку к лицу, пока троица его коллег, не намереваясь примеряться, выясняла отношения вместо работы.

***

Повествование ведётся от лица: Намире Нежнинской.

– ...Пипец, короче... Вот что-что, а от Иврэна спасения вообще не ожидала. – выдыхала Маришка, залпом допивая третью кружку какао после пересказа своих эмоций. – А-а-аха-ха... да, тебе в этом плане повезло, что Ив быстро сообразил, что к чему. М-м-м, не забыла? А у кое-кого завтра день рождения… – ехидно хихикала, тыкая подругу в измазанную маской щечку. – Бля-я-я-ха, не жизнь, а какой-то сумасшедший пункт назначения... У меня это полугодие и так выдалось феерически незабываемым, а мне мало, и за последние два дня ещё бонусом треша навалило... я так закурю скоро... знаешь, так пафосно, с трубкой длинной, как у бабули. – М-ха-ха, тебе пойдет. – А-а? Бля-я-я-я-ха... что-то... погоди-погоди... – подскочила Маришка со стула в сторону ванной. – Ну пиздец... вот именно сегодня перед днём рождения у меня начались месяки, именно сегодня, какого чёрта? Это не входило в планы, раньше положенного на два дня, падла...               Естественно, как подобает лучшей подруге, я неподдельно громко заржала ей в поддержку. – Ну блиая-я-я-ять, ну почему я такая невезучая-то-о-о... пиздец, бляха, ну просто слов нет… На мой праздник припрётся нехилое сборище чертей, а я там всё обблагоухаю своим тонким ароматом неоплодотворённой кровушки, м-м-м-м, вкусно! – воздыхала та от досады, закидывая голову вверх. – Ах-ха-а-а-а-а-а... ах... не смеши меня этими словечками... – Пипец... что ещё тут поделать... нужно сейчас тогда собираться и ехать к бабуле, чтобы она успела усилить барьер… – Постой... тебе же сегодня нужно было возвратиться в агентство для продолжения привитизации… – опомнилась, приложив палец к губам. – Ну-у-у, не думаю, что это хорошая идея… Придется отложить. Меня там с потрохами сожрут, мне страшно... или что, что там на них накатывает от запаха, я не помню. – П-х-ха-х... собирайся тогда, смывай маску, я пока переговорю обо всей ситуации с Иврэном.

***

Повествование ведётся от лица: Иврэна Некрос.

– ...Мзарель, я серьёзно же. – не отставал Ворн от заместителя, требуя, чтобы тот изменил своё решение, касаемо перепланировки и объединения кабинетов. – Ох-хо-хо, это числом голосования подкреплено, одного твоего недовольства не хватит. Как минимум трёх из четырех сотрудников всё устраивает. – ухмылялся Мзарель, откусывая печенье, что готовит ему его дочь. – Вы хоть понимаете, как это сильно скажется на его работоспособности? – Перестань свои тайные мотивы на меня перепихивать. – Что я вообще с вами забыл...? – покинул кабинет, устав слушать разборки.               И, не минуты не минуя, мне приходит сообщение от любви. – Котя, как идут дела на работе? – В двух словах и не опишешь… Из-за меня у всех прибавилось проблем, а из-за Фреда все на взводе... – Неудивительно... У нас тут случилось небольшое ЧП. Марина не сможет в ближайшие дни довести привитизацию до завершения. – Что так? Это из-за недавнего инцидента? На этот раз мы выделим ей более надежную охрану, пусть не переживает. – А-а, да нет, у неё просто месячные пошли. – М-м... ясно. Да, для неё это проблема. – Мы поедем к Наираир Ха. Мари нужно усилить барьер, да и к празднику подготовимся заодно. Помнишь же? – Помню-помню. – Ты когда освободишься? – М-м-м, точно не скажу. Работа найдется всегда. Чем больше работаем – тем больше преступлений удастся закрыть... хотя что-что, а вот Фреда подобный девиз не особо мотивирует... он всегда выкроит время для развлечений. – А-ха, ну это же Фред, ладно, я предупредила, давай, до вечера, пойду переодеваться, целую. – завершала беседу любовь парой сердечек в конце сообщения. – Не подумал бы, что когда-нибудь буду с кем-то переписываться подобным образом... – улыбаюсь от собственных мыслей, покидая агентство.               Неспешно шагая вдоль улицы, заметил, как мелкие сотрудники взялись работать усерднее в связи с нововведениями Мзареля, да и из-за ремонта пришлось покинуть кабинеты, ошиваясь снаружи, что также положительно сказалось на работоспособности всего патрулирования в целом. – Г-г-гос... подин... – переборов панический страх, окликнул меня дрожащий, осторожно подошедший на ватных ногах маленький сотрудник. – Чего?                             После глубокого вздоха парнишка сглотнул, собираясь с мыслями, а затем медленно выдохнул. – Я… могу доложить?               Я не знал какую эмоцию следует использовать в этой ситуации, что сказать, немного растерявшись от внезапности подобного обращения к себе, вопросительно приподнял бровь. – По протоколу тебе не ко мне нужно обращаться, а в учредительную комиссию. – Д-да, я понимаю г-господин… – парень заметно запереживал от отказа, не находя себе места от накатившей досады.               Жалобный вид мальчишки вызвал на сердце сочувствие. Захотелось помочь ему разобраться в возникшей проблеме, с которой он не понимал к кому обратиться. Да и сейчас не имело огромного значения соблюдение устава, так как в нынешнем положении дел я не окажусь наказанным. – Кхм... я слушаю. – наклонился к мальцу, осторожно попридержав его за капюшон, пока тот не успел отбежать. – А-а? М-м… – мальчишка заметно обрадовался, развернувшись и встав в стойку. – Я, уайтзет семьсот семьдесят первый, стоял в патруле: с уайтзет семьсот семьдесят третьим и уайтзет семьсот семьдесят восьмым, пути… – Опустим путь, это пока что не важно, ближе к сути. – перебил того, скрестив в ожидании руки на груди. – Кхм... так точно... в ходе патрулирования я выделил в поведении человеческой девушки заметную панику и недомогание. Она часто оглядывалась по сторонам, в целом выглядела испуганной и измученной, с кем-то переговаривалась по телефону. – Так. – прищурился, внимательно всматриваясь в мимику его лица. – Мои напарники отговаривали меня от идеи покинуть патруль, но я… не послушал… и последовал… за субъектом внимания... п-предчувствуя нутром… какую-то опасность... – с каждым последующим сказанным словом у мальчишки рассеивалась уверенность и проседал голос от накатывающего страха. – Дальше что? – приложив ладонь тому на плечо, дал понять, что не критикую за совершенное отклонение от устава.                Это приподняло его настрой, избавив от стресса. – Подслушав её перешептывания по телефону, смог разобрать только то, что она жаловалась подруге о каком-то преследовании и, цитирую: «не представляю возможным, что вообще смогу выжить».               Пересказанное заставило напрячься. – Так… – Я, ясно дело, господин, сразу решил обо всём доложить… – Но?               Мальчик поджал губы, переводя глаза вверх. – Напарники, что состоят со мной в одном отряде… всячески отговаривали это делать. Говорили, что, узнай руководство об этом, меня сразу убьют, ведь сейчас ужесточили меры наказания… Я отмахнулся, потому что больше беспокоился о девушке... но они не переставали отговаривать. Твердили, что тварь поглотит меня... что меня убьют... я бы принял это за предостережения и беспокойство... но только сейчас ко мне дошло осознание их лживости, когда переосмыслил все недавние наблюдения и последствия. В тот день, перед погромом первого этажа, именно мы стояли в патруле парадной. Уайтзет семьсот семьдесят восьмой проходил маршрутом, на котором, по словам потерпевшей, произошло покушение... но сопоставленное время происшествия и время его прибытия по маршруту не совпали. Об этом не известно никому, потому что только я засёк, когда он отправился на патруль этой дороги… – Сокращай, можешь не стараться выражаться официально. – подгонял того к сути завязки. – А, м-м, в общем, если говорить проще, время, за которое он достигнул бы места, где он пересекся с потерпевшей, составляет примерно двадцать пять минут, а прибыл он туда за семь. Он принципиально не стал проходить путём задних ворот, будто намеренно позволяя чему-то там случиться, сразу наперерез поспешив к точке покушения. – М-м, он своевольно нарушил устав, решив не следовать пути патрулирования, хотя недавно читал тебе нравоучения, что так делать не стоит? – предположил, начав разбираться в ситуации. – Да. А потом наш заместитель главы пояснил, что ведьма пропала, хотя на моём глазу ничего подозрительного замечено не было. Тогда к шее подкралось сомнение в виденье ситуации, от чего и начал копаться, боясь, что попаду под трибунал. Уайтзет семьсот семьдесят третий должен был обходить здание с западной части, но на момент покушения, когда поднялся шум, он почему-то оказался у парадной, на юге. Тогда я не особо придал значения этим замечаниям... но сейчас... они подозрительные и постоянно пытаются вмешаться в мою работу, контролируют и мониторят: с кем я общаюсь... даже сейчас наблюдая за нашим разговором... мне страшно, кажется, они хотят от меня избавиться. – М-м... ступай в агентство, я передам коллегам встретить тебя, ничего не бойся, дальнейшее расследование возьмут на себя старшие, а что на счёт девушки? – Она сейчас дома, вот адрес. – с отрадным облегчением протянул мальчишка мне бумажку, а после поклонился. – С-спасибо вам... я... я не знаю, я не знаю, что я делал бы… – Не стоит, не теряй время попусту. – подтолкнул парня к парадной, пихнув ладонью в плечо. – М-м, так точно! – осчастливленный патрульный, больше не испытывая дрожи в конечностях, в резвой припрыжке поскакал по указанному направлению.               Дом потерпевшей находился в самых глубинах района, в отдалении городской суеты и людимости. В округе людей не слышно, не видно, казалось бы, неудивительно, учитывая рабочее человеческое время, вот только и признаков энергии жизни я тоже не ощущал.               Субъект подозрения никоем образом не отвечала ни на стук, ни на звонок, а говорить с ней через дверь не имело должной целесообразности. Соседи также сохраняли безмолвие, пришлось пробираться в квартиру, используя тень, через замочную скважину.               Внутри царил бардак, забаррикадирована дверь, зашторены окна. Сама девушка, панически зажатая в углу комнаты с ножом, внешне походила на умалишенную. Воссобравшись на кухне, громкой протяжной походкой затем прошёлся вдоль коридора, а после, резко выйдя из дверного проёма к ней в комнату, чуть ли не довёл субъект до истеричного сумасшествия. Не в состоянии принимать разумные взвешенные решения, девушка раскатисто слезно заверещала, мотая головой в разные стороны и моля о помиловании.               Умение вести переговоры и успокаивать людей точно не входило в список моих способностей, в сравнении с Фредом, поэтому, выбив нож из дрожащих женских рук, повалил субъект на живот и вырубил.               Потерпевшая страдала от морального и физического истощения. Проверяя телефон, не обнаружил ни единого зафиксировано вызова за последние несколько дней, сторонних мессенджеров также не установлено, возможно, девушка просто находилась в бреду, не отдавая отчёт тому, что делает во время прогулки.               Вопросов возникало немерено, вся ситуация с каждой минутой становилась всё подозрительнее и подозрительнее, и я уже начинал сомневаться в правильности принятого решения, касаемо оказанного доверия, как вовремя взял себя в руки, не давая отрицательным мыслям затмить рациональность.               Пройдясь пальцами по шее и затылку субъекта, сочтя её недавние воспоминания, сразу разобрался в ситуации, а затем абсолютно всё это из головы «удалил». – Фред, ты не занят? – созвонился с другом, отойдя на кухню. – Как раз освободился с разборок дела твоего парнишки. – Проблемы нашлись кое-какие, нужна помощь отдела истории. Пусть придут парни и восстановят порядок, необходимо покопаться в воспоминаниях потерпевших, дабы устранить несостыковки, также лишним не будет дополнительная пара рук, чтобы осуществить надзор местности. – М-м-м, хорошо, сейчас опрошу, кого можно отправить.               Среди лиц приехавшей бригады вместе с Фредом распознал двоих знакомых, которые, вроде бы, являлись друзьями моих друзей. – Что здесь произошло? – подойдя, сходу расспрашивал товарищ. – Историю в два слова не пересказать, вы, займитесь приборкой, подмените потерпевшей воспоминания, восстановите пробел с убитой собакой. Вы двое, пройдитесь по всем квартирам и проведите расчёт жительства. – командовал группой, по итогу оставив подле только Фреда и двоих знакомых пацанов. – А вы, разделитесь и незаметно проследите за действиями каждой группы. Кажется мне, что кто-то из подъехавших может оказаться крысой. – шептал, наклоняясь к коллегам. – Не исключено, хотя я брал самых доверенных по словам Вуны. – заверил Фред, прищурено провожая уходящих сотрудников к подъезду. – Поняли. Арми, тогда на мне будут те, кто шастает возле дома. – усмехнулся парнишка в шапке, хлопнув друга по плечу. – Что с девушкой-то по итогу? Правда мистика причастна, или преследователь – маньяк? – развернувшись, почти не подвижными губами спрашивал Фред. – Бывший супруг потерпевшей изменил ей беременной из-за каких-то личных убеждений. Раскрывшаяся правда вызвала у той преждевременные роды с множеством осложнений, ребёнок погиб. – О-ох… Это он преследователь? – вздохнул друг с сочувствием, прикрыв рот рукой. – Нет. Бывший отрицал свою вину, когда потерпевшая попыталась добиться справедливости через суд. Доказательств измен не нашли, его не смогли обвинить, и женщина осталась ни с чем. Никакой компенсации, ни здоровья, ни ребенка – она всё потеряла, кроме боли и жажды отмщения. И знаешь что? – М? – Дальше та же смутная пелена, что и из воспоминаний у Анны. – Неужели…? – догадался Фред, чуть дернув бровями. – Размытость более-менее пропала, когда женщина осознала всю тяжесть совершенной ею мести. Ведьма привязала к потерпевшей убмора, что сожрал и бывшего супруга, и собаку, сейчас преследуя её саму. – О как… – Убмор не может попасть в квартиру, но ночью не даёт покоя всему дому. Соседи, вероятно, в курсе бесовщины, поэтому стараются лишний раз из укрытий ночью не высовываться. – М-м... жертв, кроме бывшего мужа потерпевшей, в доме не обнаружено? – Его сожрали не здесь, а в собственной квартире, это дом потерпевшей. И смрада, да, я не заприметил, повезло, что обошлось без убийств. Ночью тварь явится снова, нужно изловить её. – М... в доме один подъезд? Да уж, не повезло соседям. – комментировал Фред, обернувшись, окинутое быстром взглядом здание издалека. – Видишь окна разбиты? Через эту дыру убмор проникает внутрь дома. – указал на подъездные окна, дернув головой. – Проследи за работой специалистов, что будут изменять воспоминания в едином сне, парнишки проконтролируют оставшихся сотрудников, а я изловлю убмора. – План понят. – довольно щёлкнул тот пальцами, разворачиваясь в направлении своей машины.