Скрытые грани

      Они уже не первый раз сражаются бок о бок. Преступный мир Ионии, в котором Сетт находился с детства и в который по зову миссии не посчастливилось попасть Афелию, вынуждал тебя грызться с каждым вторым за то, что тебе необходимо. Сила, власть, авторитет, информация — все это приходилось добывать непосильным трудом, буквально вырывая это из чужих алчущих ненасытных глоток.       Даже сейчас, вместо того, чтобы искать нужное им место, они отбиваются от вылезших из всех щелей, как тараканы, врагов, которые перегородили им путь. Сетт привычно берет основной удар на себя, разносит врагов на право и налево, будто и вовсе не чувствует боли, пока Афелий, сохраняя комфортную для себя дистанцию, расстреливает их с призванных сестрой пушек. Гравитум сменяет Инфернум, под отражающийся эхом в его голове голос Алуны, когда звучат крайне неожиданные, будто гром среди ясного неба, ее слова:       — Ты не думал о том, чтобы присмотреться к Сетту не только как к союзнику в ваших битвах? — и, честно, Афелий настолько не ожидает подобных слов, что спотыкается на ровном месте, промахиваясь одним из и так крайне ценных снарядов своего оружия.       — Он достаточно большой и сильный. Я думаю, пока меня нет рядом, я могла бы оставить тебя на него, — без зазрений совести продолжает заявлять ему сестра, совсем не щадя его душевного спокойствия. На что Афелий возмущенно вздергивает брови, затем обращая раздраженный взгляд на Сетта, который обратил свое внимание еще на моменте его неловкого промаха и кажется заметил это внезапное изменение в мимике парня. Не то чтобы такое случается впервые во время боя, лицо Афелия вообще выражает мириады эмоций в пылу сражения, как будто замечает каждую минуту что-то, чего не видит сам Сетт. Но еще ни разу настолько испепеляющий взгляд не был направлен прямиком в его сторону.       Сетт хватает парочку противников с двух сторон от себя и с одного сильного удара разбивает их черепушки друг от друга.       — Эй, Фел, что-то случилось?       — Вот видишь, еще и заботливый. Успевает присматривать даже в пылу сражения вместе со мной. Так даже в два раза безопасней, — продолжает гнуть свою линию призрачная Алуна, немного даже позабавленная хмуростью брата.       Кажется, сестра в действительности вознамерилась подтолкнуть Афелия к тому, чтобы он хотя бы пригляделся к его новому знакомому и временному соратнику. А когда она вбивала себе что-то в голову, переубедить ее было почти невозможно.       — Фел? Тебе не хорошо? — Сетт все еще ждет ответа, успевая разобраться со своей пачкой врагов и поглядывать в сторону парнишки, с которым они, не смотря на разный подход к битвам и абсолютно противоположным характерам, неплохо сошлись. Все, что Афелий может делать, это зло пыхтеть себе под нос и пытаться не обращать внимание на них обоих.       — Брат, я же забочусь о тебе и думаю о твоем благе. Ведь, к сожалению, не могу присматривать за тобой всегда, — да, и он это прекрасно знает. Но это не значит, что его нужно считать беспомощным ребенком. Сестра очень ему помогает, она его поддержка и сила. Но он уже давно вырос и даже без ее помощи сможет спокойно о себе позаботиться.       — Тебя ранили? — он правда бы хотел и это пропустить мимо ушей, но с такой настойчивостью игнорирование одного из них становится сложной задачкой. Поэтому он быстро отрицательно качает головой, чтобы шквал вопросов не сыпался хотя бы с одной стороны.       Сетт на это облегченно кивает и полностью сосредотачивается на тех, кто сейчас мельтешит рядом с ним, хватая тела врагов, подбрасывая в воздух и перекидывая, размозжая их мощными бросками о землю. Афелий тоже наконец может сосредоточиться на быстро сменяющихся пушках у него в руках и на своей порции мешающих бандитов. Они сражаются быстро, стремительно раскидывая неудавшуюся засаду. Сестра все еще что-то говорит, но Афелий больше сосредотачивается на бое, а не на ее словах, все-таки уже привычный к ее природной разговорчивости, благо мужчина, убежденный в его безопасности, больше не отвлекает. Поэтому исход сражения становится ясен как день и приходит уже буквально через пару-тройку минут.       — Все-таки подумай о моих словах, — кидает напоследок Алуна, покидая его сознание, чтобы вернуться в свой храм Марус Омегнум, чтобы восстановить силы и дать брату передышку от своего присутствия.       — Это было просто, — в своей расслабленной манере подходит Сетт, действительно выглядя так, будто не он с минуту назад задавал трепку сразу более, чем десяти людям. Он потягивается, разминает чуть напрягшиеся во время боя мышцы шеи и приближается к своему союзнику.       Афелий кивает, все еще подверженный действию яда и не способный говорить, но уже и не находящийся в синергии со своей сестрой. Сетт глубоким вздохом втягивает воздух и заявляет:       — Ну наконец-то. Твой запах снова становится нормальным без этих странных ноток, которые появляются, когда ты хлебаешь свою фиолетовую жижу.       Афелий заинтересованно и немного удивленно приподымает одну бровь и вцепляется в Сетта взглядом, как бы прося объяснить. За время их общения полувастайец ни разу не проявлял хоть что-то, присущее расе таких интересных созданий, как вастайи, кроме разве что более развитого телосложения и нечеловеческой силы. Так что о других прилагающихся особенностях Афелий как-то и думать забыл.       — Ну, когда ты пьешь этот свой яд перед каждым боем, твой запах как будто бы едва ощутимо меняется. Не могу это по другому объяснить. Да и из-за него говорить ты не можешь. Не слишком ли плохо он на тебя влияет? Может стоит перестать его применять? Я видел тебя в деле и без него. Ты и без этого достаточно сильный, — поделился своими мыслями Сетт. Не то что бы стоило ждать ответа от собеседника, он это понимал. Но как минимум ближайшие пол часа он не получит в ответ прохладные слова о том, какой же он тупой и ничего не понимает. А когда пройдет время, и эффект яда спадет, может, Афелий немного поутихнет и более спокойно объяснит ему, зачем он вообще пьет эту дрянь.       Афелий изрядно смутился с первых слов мужчины, пропуская последующий поток слов про употребление им яда мимо ушей. Могло быть так, что Сетт, сам того не осознавая, чувствовал призрачное присутствие сестры Афелия? Возможно. Все-таки вастайи славились своей связью с магией. И, несмотря на то, что Сетт был вастайцем лишь на половину, но тоже должен был иметь какую-никакую предрасположенность к магической составляющей мира вокруг.       Афелий открыл рот, хотя тут же ответить ему, но из горла не вырвалось ничего, даже отдаленно похожего на звук. Он закрыл рот, раздраженно вздохнув, кивнул, как бы желая подтвердить то, что, по его предположениям, есть некоторые причины изменения его запаха, но, наткнувшись на полный непонимания взгляд, повел плечами и махнул рукой, как бы оставляя этот разговор на другой раз.       — Ладно-ладно, поговорим об этом позже.       Афелий кивнул, соглашаясь со словами мужчины. У них все еще была цель, которую нужно достичь. Он отвлекся на человека, лежащего недалеко от его ног. Избитого, истекающего кровью, но все еще живого. Присел рядом, сверля хмурым взглядом, без возможности узнать нужную информацию.       — Чего тебе, мелочь? — полухрипя, выдавил из себя крупный мужчина, явно не настроенный на разговор. Да и Афелий все еще не может говорить. Он оборачивается на стоящего рядом Сетта и намекает взглядом, что ему не помешала бы помощь. И Сетт сразу же понимает.       — Точно. Сейчас я разберусь, — хмыкает мужчина и подходит ближе, чтобы расспросить уже выученные наизусть вопросы Афелия, чтобы как можно скорее узнать, что им нужно, и отправится дальше.