Welcome back to NY

Дверь лифта открывается, Винтер громкими шагами идёт в сторону своей комнаты и её не останавливает голос матери и, не обращая внимания на отца Джисона и его самого попивающего бокал виски у их бара. Она проходит мимо него, а тот лишь провожает её взглядом довольно хмыкая вслед. Юнджин догоняет дочь уже в комнате, прикрыв дверь.  — Что с тобой, Минджон? Я думала ты изменилась! – женщина не кричит и не устраивает истерик, никогда. — Ты вчера не пришла и мне пришлось перенести ужин. Детка, я знаю что это всё неожиданно, но послушай.  — Мама, моё возвращение сюда было большой ошибкой. Я только всё испортила! – девушка берётся руками за волосы, шагая из стороны в сторону, не находя себе места. Это была тихая истерика и война между сердцем и душой. Минджон никогда не думала разумом, ей он не нужен, только в учёбе.  — Эй, милая, взгляни на меня. – Юнджин вздыхает, подходя к Минджон и беря своими ладонями её щёки. — Ты ещё маленькая, дорогая W, но притворяешься взрослой.  — Maman, я не знаю что мне делать. Скажи мне, пожалуйста, что мне делать? – голос Минджон дрожит, а по щекам слёзы.  Юнджин поджимает губы, видя как на лице Винтер нет той солнечной улыбки, а лишь слёзы собственного отчаяния. Женщина обнимает дочь за плечи, позваляя плакаться ей в плечо и тихо сожалеть.  — Всё будет хорошо, W.  — Tra il dire e il fare c’è di mezzo il mare. – прохрипела на испанском Винтер. «Между словами и делами лежит море» что означает… «Легко говорить, но важно действовать».  Юнджин рассмеялась, выпуская Минджон из обьятий.  — Mi amor, ты всё схватываешь на лету!  На лице Минджон медленно появляется та же улыбка что и у матери. Слёзы застывают на щеках, оставляя покрасневшие глаза.  В самые трудные времена, всегда останутся самые верные и стойкие люди.  — Теперь пойдём вместе, мы не можем оставить своих гостей. – Юнджи берёт ладонь Минджон в свою, тянет за собой в зал.  В панораном окне уже давно стемнело, но огни города освещают небо. Ён стоит у окна разглядывая вид, с бокалом совсем не тронутого шампанского, он медленно поварачивается спиной кидая взгляд на сына.  — Скоро после твоего выпускного я передам тебе фонд. – сообщает мужчина, кладя руку в карман брюк, высшитый на заказ. — Не переживай, я отдам его тебе чистым.  — Есть ли, то что мне стоит знать перед тем как забрать фонд? – Джисон не удивляется такому решению отца, он единственный наследник фонда Хан.  — Есть. Но это узнаешь уже после выпускного, тебе предстоит много работы, чтобы заслужить место ген директора. По-началу, будешь моим помощником и через время войдёшь в поток. Главное ни на что не отвлекайся, думай об учёбе и результатах. – мужчина всё говорит низким голосом, скорее даже строгим, каким он был всегда с сыном.  — Мы можем продолжать. – доносится голос Юнджин, идущая под руку с Минджон.  — Вот и вы. – уже не таким низким голосом говорит Ён, подходя к Юнджин, он даже скорее улыбается. Младший Хан сразу это видит, тёмными глазами из под выпавших прядей смотря за изменениями поведения отца. Ни одна мыщца не дрогнула на лице Джисона.  — Извините, что вам пришлось ждать меня и переносить ужин. – подаёт голос Винтер.  — Ничего страшного, мы должны были когда-нибудь познакомиться. – Ён протягивает руку вперёд, а Винтер пожимает его в знак знакомства.  Минджон садится на один из двух диванов расположеных перед друг другом, сев на тот где сидел Джисон, пока взрослые на другой.  — Вы ведь в одной школе, не так ли? – спрашивает Юнджин, беря в руки бокал.  — Так, вы может знакомы друг с другом? – Ён говорит за этот день слишком много.  — Я бы так не сказала, но мы знакомы. – Винтер поварачивает голову на Джисона, нервно говоря, когда другому это не интересно, он даже наверное вопроса не услышал.  — Да, мы знакомы. – подхватывает парень, кидая взгляд на девушку кривя что-то на подобии улыбки.  Мужчина прокашливается, обращая внимание.  — Что ж, выпьем за эту семью. – он поднимается с дивана, поднимая бокал вверх, а следом за ним и все остальные.  — За новую семью. Пусть каждый из нас найдёт себе укрытие в этой семье. – проговаривает Юнджин, не скрывавшая радости и счастья что познакомилась с таким как Ён.  Они все чокаются бокалами, обмениваясь взглядами и выпивая их до дна.  Но, все прекрасно знают что семья это далеко не про них. 

***

Джейк стоит у своего шкафчика, читая недавно приобретённую книгу Стивена Кинга, с интересом вчитываясь в буквы. Он и сам не замечает как буквы перестают интересовать ещё на двадцатой странице, когда он чувствует запах цветочного парфюма от прошедшей Минджон. Людей вокруг было много, но этот запах он узнает из тысячи. Как бы он не погряз в этой влюблённости.  — Хэй, Винтер! – он и сам не понимает как открыл рот и позвал её, в мыслях надеясь что она не услышала.  Но до неё дошёл голос Джейка. Девушка оборачивается, обнаруживая обладателя голоса и с приветливой улыбкой идя к нему навстречу.  — Привет, ты что-то хотел? – они останавливаются напротив друг друга. — Эм, да, привет. Я вообще-то, хотел пригласить тебя на чашку кофе. – Джейк мнётся, сжимая в руках книгу Стивена. Чёрт, это был провал. — Тут недалеко открылось кафе, может сходим туда вместе? Как бы, отпраздновать наше… знакомство?  Минджон смотрит на то, как парень пытается скрыть своё смущение, общаясь с ней. Кто не влюбился бы в Винтер? Девушка рассмеялась вслух.  — Я сказал что-то смешное? – на лице Джейка тоже появляется дико не понимающая улыбка, парень и сам не знал от чего улыбается то ли от неожиданного веселья Ким или от того что она начинала нравится ему всё больше. Мда, кажется это второе. Точно второе.  — Нет, нет, просто это типо… свидания? – девушка игриво смотрит на него, поднимая брови вверх ожидая ответа.  — А что бы ты хотела? – аккуратно спрашивает Джейк. Кажется, это было плохой идеей.  — Хм, я бы хотела чтобы это было всё таки свидание. – и без запинки говорит Винтер, словно каждый день это говорила.  — Ты действительно пошла бы на свидание с парнем, которого не знаешь?  — Ну, ты не можешь быть хуже парней, которых я знаю.  Джейк застывает на секунду, ему не отказали. Девушка видя недоумение на лице парня, снова смеётся. Но потом до неё, доходит в голове какая-то мысль и она достаёт жёлтую квадратную бумагу и ручку, она быстро что-то пишет на ней и отдает в руки парню.  — Встретимся. Позвони мне. – девушка показывает рукой телефон у уха, улыбается и скрывается за углом коридора.  Джэди смотрит на свою ладонь в которой сложена помятая бумага, он разворачивает её и видит что там написан номер. Мобильный номер Винтер.  « +1******0                             Call me, J »  Точно. Она попала ему точно в сердце.  «Сплетница:  Снято: Ким Винтер и Джэди Джейк посреди школьного коридора. Как мило что Винтер начала заниматся благотворительностью.» 

***

На лице Карины видна сосредоточенность, на это указывают хмурые брови, прищуренные тёмные глаза, рука под подбородок. Юна смотрела на всю эту картину смирно, она не знала о чём она думает и касается ли это саму Шин.  — Сплетница сфотографировала твоего брата и Винтер. – задумчиво говорит Карина.  Они находятся в холле двухэтажного пенхауса Карины. Всё вокруг в белый, бежевый тонах, никаких тёмных цветов кроме Карины и её чёрных волос и теней.  — Ии?… – непонимает Юна.  Двери лифта открываются с звуком, оповещающим о новом госте. В коридор входит Джисон, парень останавливается смотря то на Юну, то на Карину.  — Что происходит? – его интересует это, но его уставшие глаза говорят лишь о том что ему надо поспать. — Юна добровольно согласилась сотрудничать со мной. – Карина берёт за локоть Юну, вставая рядом, словно лучшие подруги.  — Так. – до Хана ничего не доходит.  Карина закатывает глаза, отпуская Шин.  — Юна на моей стороне, будет тайным агентом с другой стороны. – обьясняет Джимин. — Ты сказал Минджон что хотел?  — Да, дело осталось за малым. – Джисон проходит в большую гостинную, садясь на диван.  Следом за ним и Карина, девушке дико интересует что такого знает Хан о чём не знает она.  — Что же такого скрывает Минджон, если ты мне не говоришь? – девушка садится напротив дивана в котором сидит парень, их разделяет только кофейный столик, украшенный хрупкой и дорогой вазой с гипсофилами.  Гипсофилы – вечные. Поэтому, семья Ю так ценила и любила украшивать интерьер именно им. Они все ценили вечность, которой у них не было.  — Это касается Ёнджуна? – она ловит на себе удивлённые взгляды. — Откуда такая теория? – Джимин оглядывает с головы до ног Юну, но смысла её словам не даёт.  — Я предположила. – пожимает плечами младшая, садясь рядом с Кариной.  А Джисон не забыл её слова. Он запомнил.  — Снова о её наркотической прошлом. – хмыкает Хан. — Только с доказательствами.  Джимин которая выжидала всё это время, недовольно вздыхает и закатывает глаза вставая с места.  — И ничего нового. Как же скучно. Но надеюсь это сработает, без меня золото долго не проживёт. – тёмноволосая берёт руку Юны, тяня за собой к лестнице.  — Куда мы? – они шагают по лестнице идущей ко второму этажу, где находились спальные комнаты и ванные комнаты с длинным коридором, освещающие фонари на стенах.  — В мою комнату. – девушка открывает дверь справой стороны и третьей по счёту.  В других комнатах была тишина, мама редко появлялась дома из-за постоянной работы и командировок, отец в Париже, поэтому весь пенхаус был практически Джимин.  Юну садят за край кровати Карины. Она вертит головой разглядывая всё.  — И что мы будем делать? — Как это что? Менять тебя. – девушка расскрывает двери гардероба, полной брендовой одежды. — У тебя явно размер меньше моего, я посмотрю для тебя что-нибудь из моей старой одежды.  Карина пропадает среди полок и вешалок с одеждой, доставая откуда-то платье в светлых тонах, украшенной цветами на ткани, плечи открытые. Сама по себе ткань летняя, воздушная и лёгкая. То, что прекрасно показывает нежную натуру Юны.  — Скоро у семьи Пак, будет проходить вечер семьи. Так как, у меня родители занятые, ты пойдешь со мной. – Юна встаёт, когда Карина подносит ей платье, визаульно, не надевая смотря подходит ли он ей.  — Зачем всё это?  Девушка вбирает платье, бросая его на кровать.  — Я сделаю из тебя новую королеву. Мне нужно оставить преемника после себя, ведь так?  И Шин Юна запомнила эти слова на всю жизнь. 

***

— Шин Юна, ты вообще слушаешь?!  Юна уже на протяжении двух минут пялит в одну точку, не отводя глаз. Всё это время, слова Жизель не были услышаны.  — А, да? – она поднимает голову.  — Ты не слышала? Ах, я не буду тебе повторять. – Эри недовольно закатывает глаза, цокая. — Ниннин, повтори ей.  — Не ходи два дня в топике, волосы завязывай в хвост раз в неделю, джинсы мы носим только по пятницам, если нарушишь правила не сможешь сидеть с нами, – Ниннин замолчала. — Всмысле не только ты, мы все. Перед тем как сидеть с нами, мы голосуем. Ты ведь не купишь юбку не услышав наши оценки?  — Думаешь?  — Уверена. И не только одежда, это касается и парней. Думаешь, он может нравится только тебе? Ошибаешься. – Юна уже подумала, что Нин говорила по собственному опыту.  — О чём разговариваете? – к ним подходит всегда улыбающая Винтер.  — Рассказываем о наших обычаях Юне. – отвечает Жизель, доставая телефон. — О чём ты могла разговаривать с бруклинским?!  — Рядом сейчас стоит сестра того бруклинского. – Юна кашляет в кулак.  Всё что мешает для совершения целей в жизни – её происхождение. Бруклин, Бруклин, Бруклин. Все всегда говорили о чужой жизни, не думая про свою. Всех волнует только чужие жизни, но почему они не могут просто заткнуться и заботиться о своих проблемах? — Ладно, бруклин.  — Прошу, прекратить это говорить. – Винтер ловит на себе шокированные глаза Жизель и Ниннин, но Юна только молча хмыкает. В Ким больше смелости, как оказаывается.  — Но у нас так принято. – запинается Жизель.  — Больше нет. С вами больше не Карина, а я. Больше нет правил Джимин в кругу золота. Прошу, я не хочу повторяться. Забудьте о правилах и запретах. Их больше нет. – Минджон проговаривает это. Эри и Нин отпускают глаза на пол, когда Ким уходит от них подальше, быстрыми шагами.  Через минуту Юна бежит вслед за ней.  — Что тебе надо, Шин? – Винтер наконец останавливается, поварачиваясь к девушке. Они стоят посреди коридора, никто из них двоих не хочет чтобы внутрение проблемы золота вышли наружу, а что ещё хуже дошли до сплетницы.  — Я не стану спорить с тобой, я с тобой полностью права и поддерживаю. Давно пора менять всю эту токсичную элиту.  — Что ты хочешь сказать? – девушка не понимающе потирает лоб ладонью.  — Я давно хочу увидеть как всё здесь меняется. И я увидела что ты тоже этого хочешь.  Осторожней Шин Юна. На двух стульях не усидишь.  — Что ты творишь?! – Юну силой тянут за локоть за угол в одном из коридоров.  — Не понимаю о чём это ты. – фыркает Шин.  — Нахрена надо было липнуть к Винтер? – тише говорит Минни, не выпуская из своей хватки девушку.  — Отпусти. Ты делаешь мне больно. – Юна отдёрнула руку Минни.  — Мы не договаривались об этом, Шин. – девушка старается успокоить себя и наконец вправить в ещё детским ум хоть одну из своих мыслей. — Мы не этого хотели. Ты должна… Минни запинается, ведь её резко перебивает Юна.  — Нет, этого хотела ты! Нет никакого мы, Минни. Была только ты! – чёрноволосая отпрянула от неё. Лучше сейчас не трогать Юну. — Я устала танцевать ради кого-то. Позволь мне самой распережаться что и как мне делать. Просто оставьте меня в покое. Все!  После брошеных слов Юна уходит.  Понимать детей только вступивших в ряды подростков – всегда сложно. Ты не понимаешь их, они тебя. Ведь они сами не до конца понимают себя.    Минни с громким стоном скатывается по стене в одном из коридоров учебного заведения, прикрыв ладонью лицо. Ей просто хотелось бросить их всех. Среди обычных шагов учеников, она распознаёт клацанье каблуков, остановившись перед ней высокой тенью.  — Ревёшь или что? – доносится до боли близкий, но в то же время далёкий голос.  — Или что. – отвечает Минни, не убирая руку с лица. Никого видеть не хотелось.. — Не я это начала, Минни. – Карина всё также ласково зовёт по имени, но уже не так как раньше, скорее, чтобы подстебать.  Они молчат так несколько секунд, прежде чем Джимин, нависая тёмной тенью над девушкой, молча уходит, клацая по полу каблуками.  Теперь Минни действительно готова зареветь. Девушка закрывает лицо обеими ладоньями, она не чувствует как по лицу неприятно щипет солённой водой, продолжая тонуть в своём омуте.    « — Мне не стоило связываться с такой сукой как ты, Ю Джимин! Ты… Ты сучка из всех возможных! – бросает Минни Карине.»   Йонтарак познакомилась с Джимин в младших классах, тогда на уроке рисования их посадили вместе заставив рисовать фрукты. Джимин посмеялась с нарисованного Минни виноградом, смеясь громче всех в классе. После этого случая, по случаю окончания средней школы, они заговорили уже в туалете грязного клуба в одном из улиц Бруклина, тогда это был первый раз когда Джимин ступала туда. Они вместе сидели на полу, затылком к стене, они молчали, но думали об одном и том же. В туалете не было основного света, исходил свет только от зеркала у раковин. Минни достала потрёпанную пачку сигарет, который был почти полным, ведь она курила редко и по случаю.   Сжав его между зубов и достав зажигалку, она щёлкала и щёлкала, но огонь так и не появился.  — Айй…  Рядом слышится другой щелчок, Карина протянула свою зажигалку Минни, поджигая сигаретку.    — Спасибо… – Минни кивает в знак благодарствености.  — Да не за что. – хмыкает Карина, отвернувшись в профиль, снова в своих мыслях.  Минни всё не может отвыкнуть от мысли что она знает эту девушку. Эти дьявольские черты лица ей напоминали кого-то… Вот только кого?  — Извини… Мы раньше встречались? Ты мне кого-то напоминаешь. – всё таки интересуется девушка, может хоть эта девушка знает её.  — Ты ведь Йон…Йонта… блять.  — Йонтарак.  — Да, точно! – Джимин щёлкает пальцами, утвердительно кивая. — Мин?  — Откуда ты знаешь моё имя?  Джимин ухмыляется, прислоняясь затылком к стене, поднимая подбородок выше.  — Не знала, ты чем-то похожа на одну девчёнку из младших классов. Да и внешность у тебя… Явно не американка.  — Ха… Ю Джимин, верно?  — А ты откуда-то? – Джимин поварачивает голову на неё, девушка тоже ухмыльнулась как она минуту назад.  — Мы сидели за одной партой в младших классах, ты ведь в группе 3В была? – она получает кивок. — Я нарисовала виноград, он тебе походу чем-то не угодил, раз ты начала смеяться на весь класс.  — Как ты можешь такое помнить? – для Минни это было скорее не вопрос, а усмешка.  Сигарета между пальцев медленно тлеет, а из его конца выходит тонкая струйка дыма, распространяющееся по всему туалету. Минни сама не замечает как нахлынувшие воспоминания, затмили мысли о тлеющей сигарете. Спустя годы они вновь встретились, для чего? Извлечь урок, или найти дружбу навека?   Минни поварачивает голову в сторону Карины, девушка пялилась в потолок, но как же ей подходила эта ободранная кожанка, чёрные сапоги на платформе переливающиеся под светом, калготки с сеткой. Может ли быть что Джимин которую она знала, изменилась? Она снова смотрит на её лицо под приглушённым светом.  — Сама не знаю… – Минни кидает бычок в сторону.  В ту ночь клуб сгорел до тла от не дотушеной сигареты.

***

Минджон выходит из кафе громко смеясь, находящиеся всего через улицу от самой школы.  — Это было весело. – девушка держит в руках бумажный стаканчик зелёного чая, подписанным её именем чёрным маркером.  — Да, надо будет повторить как-нибудь. – Джейк не стирает с лица улыбку, оставшаяся от длительного смеха.  — Кажется, мы мешали другим поситителям. Но твоя история про тостер и вафли, была очень весёлой. – Минджон чувствовала не обьяснимое чувство того что она снова беззаботна рядом с этим человеком, появившимся из ниоткуда.  — Эм, может…  — Оу, мне нужно идти. Я нужна Сонхуну. – Винтер заглядывает в свой телефон, разрывающийся от сообщений. — Встретимся.  Минджон уходит не услышав ответа, оставив после себя только дуновение ветра, звонкий смех и улыбку.  Джейк махает воздуху, оставшись на одном месте.  — Встретимся.  С лица парня медленно сползает улыбка, ухшедшая вместе с Винтер. Он вертит в руках такой же бумажный стаканчик с его именем, навсегда запечатавывая в своей памяти то, что Винтер любит зелёный чай.  На его плечо ложится чья-то рука, останавившаяся рядом. Повернув голову, парень видит Юну, смотрящую вдаль за исчезающей фигурой Ким.  — Что ты тут?… — У вас было свидание? – парень не успевает ничего ответить, ведь Юна перебивает его.  Видимо, сегодня бедному Джейку,  не судьба договорить свои слова.  — Наверное. Я не знаю что это было, но похоже на то. – брюнет потирает свой лоб.  — Не говори что влюбился. – Юна смотрит на него своими хитрющими-кроличьими глазами, хлопая по плечу.  — Я влип. – в голове звучит собственный голос и нескончаемый голос сестры твердящий «Не говори что влюбился». Как ему всего за два дня угораздило влюбиться в совсем незнакомую ему девушку? Ну, может он и читал про неё в сплетнице. Всё-таки как никак, звезда Америки Ким Винтер.  — Ты молчишь всю дорогу. – они заходят в свой дом, присаживаясь за стол. Юна кидает свой портфель на свою кровать, позже садясь напротив брата.  — Нет, я с тобой разговаривал. – он не смотрит на Юну, хмуря брови и старательно делая вид что очень занят перебиранием бумаг. — А вот и нет, я тебя спрашивала пять раз будешь ли ты папины вафли, и ты не разу не ответил. Ты кажется вообще меня не слушал. – Шин тянется за красным яблоком, посередине стола.  — М-да, папе пора сказать о том что в миру существуют и другие блюда кроме вафель с сиропом. – усмехается Джейк, когда Юна откусывая яблоко, с ним бессловно соглашается.  — Кто-то сказал про вафли? – они и сами не замечают как в дом заходит отец.  Джэди Саймон. В крови у него биты музыки больше, чем крови. Занимается музыкой всю жизнь, состояв в рок-группе популярную в 90-х годах, сейчас он занимается продусированием молодых и современных групп. По крови он великобританец, родился в Лондоне, в семье таких же британцев. Внешность соответствует стандартам англичан, вот в кого пошёл Джейк. Все роддственники остались в Лондоне, а в Бруклине у них никого, сами по себе.   Лишь мать детей живущая в Сан-Франциско, с которой он развёлся значительно недавно. На всё учебное время дети находились у него, а на каникулах отправлялись к матери.   Причина развода состояла в том что они не смогли справиться с разными взглядами на жизнь и на цели.  — Пап, прекращай их уже готовить. У меня скоро желудок будет состоять из них. – жалобно говорит Юна в шутку.  Мужчина грустно отпустил голову вниз. Затем, подняв её.  — Тогда я сделаю на пять порций.  — Нет! – говорят одновременно Юна и Джейк.  Отец двоих детей лишь злобно смеётся, скрываясь за кухонными шкафами. 

***

Винтер почти добегает до отеля семьи Хан, как всего через дорогу замечает двух знакомых парней. Ёнджун прижимает об капот машины Джисона, держа за воротник рубашки и яростно что-то ему говоря. Девушка быстро переходит дорогу, слыша сигналы от водителей, но сейчас это не важно. Минджон берёт за плечо Чхве оттаскивая назад от улыбающего Джисона.  — Что вы тут устроили?! – кричит на обеих Винтер, встревая между ними, лишь бы не сцепились заново.  — Не смей больше лезть к Карине! – указывает Ёнджун, Джисону, расслабленно сидящему на капоте своего лимузина.  — Я и не лезу. Тебе стоило сначала спросить у неё, но ты похоже забыл о манерах Чхве. Хотя, все вокруг говорят как ты дисциплинирован, а тут, – он делает пару шагов вперёд, Ёнджун тоже, Винтер в целях безопасности, встаёт между ними, лицом к Хану. — На меня набросился дикий щенок, сорвавшийся с цепи.  — Мразь! – Чхве поднимает руку для удара, как Винтер поварачивается и к нему.  — Не лучшее место, чтобы размахивать кулаками, Ёнджун. – проговаривает Минджон, говоря это только Чхве. — Уйди. – говорит девушка уже Джисону.  Парни никого не видят кроме друг друга, то и дело смотря друг другу в глаза с вызовом. Кто первый сдаться и нападёт первым. Хан напоследок улыбается Ёнджуну, делая медленные шаги назад к машине.  — Я тебе это припомню. – парень окончательно разворачивается, скрываясь за дверцой лимузина.  Минджон поварачивает голову встречаясь с карими глазами. Они не смотрят друг другу в глаза, как девушка сильно бьёт его в плечо, от чего парень отходит с места.  — Что ты натворил?! Нахрена тебе надо было это делать?! – Винтер всё била и била его по плечу.  — Ай, всё-всё. – он успевает перехватить руку Минджон. — В сплетнице слишком много сплетен. Не сдержался когда увидел что она снова с ним.  — Молодец! Теперь ты доволен? – блондинка размахиывает руками по сторонам, показывая как люди достают камеры.  Девушка проходит мимо него, но её останавливают перехватывая за запястье.  — Слушай, мы не должны избегать этого разговора. – начинает Чхве.  — Сейчас не лучшее место для этого. – девушка смотрит по сторонам.  Парень указывает на вход отеля. На что, девушка молча кивает и они ничего не говоря вместе идут к отелю Хан.  — Я начну или ты? – руки девушка складывает под грудью, она знала что этот момент наступит. Она готовилась к нему. Это первый шаг к исправлению.  — Дамы вперёд. – говорит Ёнджун в шутку.  — Хорошо. То, что произошло в баре – ошибка. Мы оба были пьяны, поэтому на нас накатилось возбуждение и… Это было неправильно, Джун. – Минджон все два года посещала раз в неделю церковь, молясь и прося пощады за грехи и задаваясь вопросом: за что ей это всё досталось?  — Я понимаю, но… — Ты будущий муж моей лучшей подруги, ну, бывшей лучшей подруги. – вспоминает Ким. — Ты – мечта моей подруги, Джун. По-другому не может быть.  — Ты уже решила всё за нас двоих. – парень отпускает голову вниз, не соглашаясь с Минджон.  — Это было простое помутнение, не думай о чём-то большем. – заявляет девушка. — Давай просто останемся друзьями, как до всего этого.  В окна отеля неожиданно бьётся капли дождя, заставляя людей на улице покрываться холодной водой. Люди ускоряют свои шаги, дабы не промокнуть и не заболеть под проливным дождём, некоторые заходят в холл отеля прячась от погоды. Люди заранее смотревшие погоду, открывают свои зонты и довольно идут себе по улицам Манхэттена.  — Это из-за Джейка? – прерывает Ёнджун, смотря в глаза девушке.  — Нет, он просто друг. – вертит головой Винтер.  — Нет, я вижу как он смотрит на тебя влюблённым взглядом. Это видно через камеру!  — Даже если он влюблён в меня, тебя это не касается. – Винтер тычет пальцем парню в грудь, отталкивая назад.  — Минджон! – в конце холла отеля доносится голос Сонхуна, они поварачивают головы к нему, видя как парень махает рукой девушке.  — Надеюсь, ты меня услышал. Давай договоримся, больше не говорить на эту тему. – говорит Винтер, и оставляет Ёнджуна наедине.  Ему было всё равно что сказала Винтер. Он чувствовал как от Джейка несло пугающей энергией. Хоть он с ним и никогда не пересекался и не был знаком, он знал что когда-нибудь мальчишка из Бруклина вонзит им всем ножи в спину.  «Сплетница:  Берегись Джейк, на тебя объявляется охота. И цена за твою голову растёт с каждой секундой. Целую, сплетница.»