обладать

И когда музыка лишится темноты, и

И толпа забьёт собою гардероб снова

Вы захотите перейти со мной на ты

Но потеряете меня средь этих строк.

***

райнер сверлит взглядом эрена с противоположного угла комнаты, и, к сожалению, не получает взаимности. в такой чудесный момент райнеру было бы очень легко подмешать что-то и выебать, и он бы очень хотел, чтобы тот, кто это сделал — был йегер.  но не то чтобы эрен любит такую тему, он скорее всеми руками против. правильный мальчик-пацифист, на каждом подобном собрании покорно находящий для пьяных дам удобные комнаты, чтобы те могли укрыться от мужского внимания и избежать нежелательных контактов. эрен гей. и это очевидно. даже несмотря на то, что он предпочитает не распространяться как о своей ориентации, так и о своей личной жизни.  он в целом выглядит невзрачно, совсем не похоже на стереотипы, даже поведением, но скорее его выдают поступки, когда дым с общего косяка он выдыхает армину в рот, или уводит флока в ванную, защелкивая дверь и включая громкую музыку. райнер не понимает, почему в этом кругу любезностей про него забыли.  райнер знает, что эрен не дает всем подряд. но почему не он, в целом-то? не вписывается в его типаж? только он? райнер думает, что эрен точно верхний, потому что чаще всего выбирает стереотипных геев или хотя бы бисексуалов, эдаких неприкрытых твинков, но, возможно, у него просто плохой радар. райнер, как и эрен, чисто внешне совсем не напоминает кого-то подобного. даже больше. as straight as an arrow, скажем так. подкачанное тело, короткие волосы, клетчатые рубашки и футболки без принтов. армейские ботинки или заебавшие всех тимберленды, всё такое. как отец ковбоя из новеллы пятидесятых, или типа того. ощущение, что по вечерам он возвращается домой к жене, водит детей на прогулку и ест приготовленную ей лазанью. и без взгляда более глубоко, более ясно, избегая стереотипного мышления, до тебя никогда не дойдет, что его предпочтения чуть шире, и на дамах его взгляд останавливается в разы реже. 

— а ты чего один стоишь?

из рефлексии вытягивает высокий, бархатистый голос с отличной дикцией, так что слова легко разобрать даже сквозь музыку. и он узнает этот голос.

— о, и ты тут, эрен. я думал ты не собирался приходить?

наигранное безразличие.

— да ну, и поэтому ты на меня весь вечер пялился?

уголки губ эрена растягиваются в мягкой ухмылке, небольшой подъеб, совсем мягкая насмешка — поймал прямо за загривок.

— да я просто в себя ушел, думаю о разных штуках.

— типа о том, как бы меня натянуть?

глаза райнера раскрываются в явном ахуе, и он мгновенно их переводит куда-то в сторону. может, притвориться, что не услышал? это слишком резко и слишком прямо, он точно стебется, это точно подколка о его излишне гетеросексуальной наружности. райнер чувствует себя ничтожно маленьким.

— что ты сказал?

делает безучастный вид, переводя все мышцы лица в режим «не беспокоить», но когда снова обернется — эрена и след простыл. он обнаружит его пересаживающегося на диван, одну руку закидывая на плечо флока, сидящего на подлокотнике.  может ли допускаться ревность к тому, что по определению не твое? правильно ли это со стороны райнера? в общем-то это не играет никакой роли, пока ты это не выразишь. и он не знает, стоит ли.  но несмотря на сомнения, почти под гипнозом направляется в сторону сидящих, и сам падает рядом, поближе к эрену, чтобы не пришлось подвигаться ближе, создавая слишком явные намеки, учитывая приличные размеры софы. нет смысла всем вместе тесниться в углу,  если только не хотеть этой самой тесноты и контакта в любой его форме. эрен слушает какую-то историю саши, которую она по десятому кругу рассказывает, но ему всё равно смешно, то ли оттого, что он хочет её поддержать, то ли ему правда каждый раз искренне забавно. в то же время его пальцы мягко оглаживают шею флока, и для них это уже что-то вроде нормы. райнер понял, что он что-то вроде фаворита эрена. наверное потому что сам такой же влюбленный и безотказный. но стоит понять, что на отношения с эреном надеяться не стоит, он никого никогда не подпускает достаточно близко, чтобы те не смогли сфокусироваться на его душе. дает ровно столько, сколько хочет дать, ни больше ни меньше. но райнер попытается. попытается хотя бы получить то, что предлагают, и может попробует ухватиться за это. он почти незаметно кладет голову на плечо йегера, а тот, в целом, и не против. хоть и удивлен, что, видимо, его догадки оказались верны. несмотря на толщину скорлупы, эрен её расколол всего-лишь подушечками пальцев. 

— ты трезвый?

— м? да, а что такое?

— я не трахаюсь с пьяными.

райнер нервно сглатывает, почти всем телом расслабляясь и припадая ближе к эрену, нервно выдыхая ему в изгиб между плечом и шеей. зеленый свет.

— я трезвый.

— умница.

бросает так легко и спокойно, для него это всё простая игра без проигравших, для него это всего лишь маленькая галочка, уверенность в том, что он не ошибся. для райнера это яркая вспышка, громкий хлопок шампанского, салют, взрыв газа. громко, страшно, но, сука, так красиво. совсем не та сторона, которую райнер предпочитает показывать людям, прикрываясь за выученной брутальностью, которая, в целом, в том числе ему присуща.  в его короткие волосы запускается рука с длинными пальцами, оглаживая блондинистую макушку. райнер изнутри вырастает, чувство собственного достоинства разрастается по всей комнате, и он уже в неё не помещается.  жаль, рост останавливается, когда он видит, что второй рукой эрен всё так же касается флока, то обводя одним указательным его скулу, то задевая края футболки, и это небольшое унижение в свою сторону райнер воспринимает как данность. почему бы и нет. в любом случае, чего он ещё ожидал? беспрекословной преданности? конечно нет. всё, на что он может рассчитывать — забрать эрена в свои владения хотя бы на вечер. возможно впечатлить, возможно так сильно, чтобы он не захотел никого другого. окунуться в его омут, дать имя каждому черту, и входить в его святилище, как в собственный дом. и это не метафора на секс.  эрен расставляет ноги чуть шире, джинсы натягиваются на его пахе, и даже в нестоячем состоянии райнер может видеть чуть выпирающий член. ему казалось, что он меньше. по крайней мере в его фантазиях, где кто-то из них прижимает другого к столу на общей кухне. в целом, он не против и такого варианта.

— о чем думаешь?

райнеру кажется, что голос эрена может услышать только он, и это больше, чем голос — это телепатия минимум. как будто эрен сейчас только для него. он поворачивает голову, во время речи едва касаясь губами макушки райнера.

— о тебе.

уверенность в голосе, несмотря на небольшую громкость.

— так я же здесь.

— я думаю о большем.

— ты можешь не думать, а делать.

рука эрена с флока спускается на собственное колено, сдерживая явное желание, сжимая ткань джинс на нем.

— да ну, серьезно?

только не это. флок же не собирается портить им вечер, верно? 

— ага.

эрен отвечает коротко. райнер старается убедить себя, что не понимает, в чем заключался вопрос и ответ.

— а я тебе говорил, что ты ему нравишься.

они говорили о нем? это не секундное желание, пришедшее скучающему йегеру? 

— давай не будем смущать его, окей? 

эрен прекрасно видит, что райнер больше привык к моногамности и консервативной закрытости, но эрен совсем не об этом, и тем не менее, он защищает его границы.  флок коротко кивает и, заметно подмигнув райнеру, встает со своего места и перемещается в другую часть комнаты, понимая, что сейчас ему нужно чуть больше пространства. по крайней мере с моральной точки зрения.

— не переживай из-за него. 

— почему я должен переживать?

— ну, потому что ты очевидно знаешь, что мы близки. 

— но вы не встречаетесь, так?

— нет конечно.

эрен мягко целует лоб райнера, и тот выдыхает в ещё большем приходящем расслаблении. ему всё ещё незнакомы подобные игры, и он точно не фанат друзей с привилегиями, но ради йегера и его завлекающего голоса он готов попробовать. и даже готов признать, что он в этом пространстве не один, что их возможно даже больше, чем двое. райнер предпочитает игнорировать всеобщее сложившееся мнение о доступности эрена. 

— я думал, что ты считаешь меня шлюхой.

— что? почему я должен тебя таким считать?

— я тебе нравлюсь, поэтому ты не замечаешь. 

— а ты хочешь, чтобы я считал тебя шлюхой?

райнер говорит в самые губы йегера, упирая руку в диван между его бедер. возможно это слишком, учитывая, что они не одни. но, по сути, это не больше, чем маленькая близость, это граница между излишней приватностью и случайным положением. но, признаться, все привыкли к подобным выходкам со стороны эрена с его партнерами. он прикусывает чужую губу, слегка оттягивая её и сразу отпускает. 

— может быть.

райнер постепенно перестает сдерживаться, и теперь его рука ложится на живот йегера, когда он припадает к его губам на пробу, мягко сминая их между своими. чужой язык проникает в его рот, сталкиваясь с собственным, обводя его, смешивая слюну и сладковатые привкусы сока. во всей этой распахнутости йегер как рыба в воде, а для райнера слишком ново не смотреть на такие вещи, а учавствовать в них. чтобы быть с эреном, тебе нужно иметь внутренний стержень, и задушить в себе остатки стыда и совести. у эрена во рту мягко и влажно, ровно так, как райнер и представлял. и эрен берет его за руку, разрывая поцелуй, и ведет за собой в другую комнату, куда-то подальше, но в этот раз не в ванную, очевидно рассчитывая на что-то более сложное, чем быстрый перепих. это не совсем то, что должно быть между ним и райнером. как минимум потому что он ещё не привык, как максимум — это слишком несерьезно. замок на двери щелкает, и эрен включает прикроватную лампу. райнер больше не помещается не только в этой комнате, а в целом многоквартирном доме, а ощутимая власть йегера над этим процессом и вовсе выходит где-то за границы материального мира. у райнера крепко стоит. он не знает, как долго это было так, и насколько сильно он опозорился, но отбрасывая эти сомнения, он адреналиново-шумно выдыхает. скрещивает пальцы эрена со своими и опускает на свой член, разрешая трогать себя и указывая на свое явное согласие.

— вау.

эрен встает на колени, бесстыдно расстегивая чужую ширинку и приспуская джинсы. райнер знает, что его удивило, это кристально ясно, и это даже не заставляет его смущаться. заставляет смущаться скорее то, как эрен пошло водит по его члену губами через боксеры, дразня их обоих одновременно. на его лице остается тонкая блестящая полоска смазки, которую эрен стирает кончиком пальца и слизывает.

— я готовился к тебе, большой мальчик.

йегер поднимает глаза на райнера, стягивая с него белье и позволяя наконец увидеть чужие размеры. он обхватывает одним губами головку на пробу, языком проводя по самой уздечке, заставляя райнера течь ещё больше, а от резко наступившего удовольствия опереться спиной о стену, чтобы не свалиться. эрен берет глубже, изучая каждую выпирающую венку, и даже не взяв целиком, он уже чувствует, как член упирается ему в сжимающееся горло. от этих габаритов у него заметно дергается в джинсах, наконец сообщая о полной готовности, и эрен отстраняется. в животе у райнера вяжется тугой узел, и желание грубо взять йегера увеличивается в геометрической прогрессии. ему не важно, будет он снизу или сверху. он просто хочет. и он может уверенно сказать, что он получит. футболка с джинсами и бельем эрена падают где-то около кровати, когда он оттаскивает райнера и толкает его на чистые простыни и стягивает с него всю оставшуюся одежду. райнер чувствует себя распятым, раскрытым во всех смыслах, все чувства наружу, нагое тело, взмокшее от пота, липнет к постельному белью, зато по нему очень приятно скользить руками, что и делает эрен, когда садится на его бедра и опускает лицо к груди, едва прикусывая вставший сосок, отчего у райнера из груди вырывается зажатый всхлип. обе ладони падают на плечи эрена, а член дразняще скользит между его ягодиц. эрен целует с невиданной нежностью, подкрепленной уверенностью в каждом действии. плечи, мышцы на руках, ребра, язык скользит между кубиками пресса, и райнеру только и остается, что приоткрыть рот и жадно глотать воздух, как будто он может закончиться в любую минуту. член эрена теснится между телами, оставляя на животах капли предсемени, и добавляя ему едва заметную, но чертовски интересную стимуляцию, от которой он при такой чувствительности просто тащится. он уступает по размерам, но явно не сильно проигрывает. кажется, что в эрене идеально абсолютно всё. длинные тонкие пальцы с аккуратно постриженными ногтями, подтянутая фигура, мягкие бедра, которые сейчас райнер до белых пятен сжимает, худые ноги, каштановые волосы, наполовину собранные на затылке, чтобы не лезли в лицо. и его твердый, налитый кровью член.  осталось только узнать, так ли эрен ощущается внутри, как это казалось райнеру. не верится, что грань между фантазией и реальностью оказалась стерта так быстро. йегер опускается касаниями между чужих ног, и в процессе ласковых поглаживаний нащупывает верхушку пробки, торчащей из райнера.

— да ну? и всегда ты с ней ходишь?

— периодически.

— а с какой целью?

эрен ухмыляется с прикрытыми глазами, и едва дергает пробку, надавив на неё пальцами под определенным углом, заставляя райнера простонать сквозь зубы, подавляя весь напор скопившихся эмоций. эрен не должен был видеть. наверное.

— ты же вроде не любитель похождений по хуям, разве нет?

издевается. сука.  райнер вытягивает пальцы ног, царапает спину йегера.

— не любитель, но, кто знает, когда перепадет?

— так я тебе и поверил. тебе просто нравится понимать, что никто не знает, насколько ты грязный.

эрен двигает пробку за основание в разные стороны, надавливая на тугие стенки внутри райнера.

— тебе бы хотелось, чтобы она могла вибрировать, и у кого-то был пульт для её управления.

на взмокшем лице проявляются легко читаемые нотки смущения, и лишь бы не смотреть эрену в глаза, райнер закрывает свои, несмотря на то, что от таких слов они закатываются. ему нравится быть замеченным в его прикрытой фасадом целомудрия похоти.

— я куплю такую и отдам тебе управление.

на выдохе, почти простанывая каждую букву отвечает райнер, изнемогая от того, как сильно он хочет наконец-то окунуться во что-то большее, чем эти мелкие воды прелюдий.

— так настолько я тебе нравлюсь, да?

и открывая глаза, райнер видит, как эрен поднимается и нависает над ним, и в то же время одними пальцами помогая вместить в себя чужой член. это слишком неожиданно, без предупреждения, которое почему-то ему нужно. лишь бы не кончить раньше, чем он сможет удовлетворить йегера. хоть бы не кончить, пока он его не впечатлит достаточно, пока не оттрахает его так, что минимум пару дней он не захочет больше никого.

— да. пиздец нравишься. 

и райнер знает, что добавить, чтобы смешать собственную сливочную сладость с эреновским вкусом — химозная ароматизированная смазка.

— я бы предложил тебе встречаться, не будь ты такой шлюхой. 

он говорит не совсем то, что думает. скорее то, что хочет услышать эрен. райнер почти до хруста прогибается в спине, когда чувствует, как эрен резко опустился почти на всю длину. да, внутри него, и не только во рту, мокро и мягко. внутри него смазка, которую он аккуратно протолкнул пальцами, пока райнер был в невменозе от смущения и удовольствия в виде пробки, касающейся его простаты. внутри эрена ахуенно. горячо, правильно узко. и пока райнер думал об этом, йегер послушно опустился на всю длину, сталкиваясь с чужими бедрами. с его лица падает капелька пота. заметно, что это явно больше, чем он привык принимать внутрь. райнер чуть толкает его в грудь, заставляя выгнуться назад, и пальцами нащупывает на животе твердый бугорок. это возвращает его на землю, доказывает, что это не сон и не фантазия, что эрен правда сжимает его обеими ногами, что он правда принимает его внутрь так послушно и сладко. это ощущается в сотню раз лучше, чем любая из его фантазий, где он грубо заламывает руки йегеру и пользуется им в совершенно разных позах. 

— ты знаешь, как меня завести.

— я просто говорю, что вижу.

райнер на пробу двигает бедрами, создавая мягкий толчок внутрь, и эрен опускается ему на грудь, крепко держась за сильные плечи, создавая ещё более красивые картинки в голове райнера, на которые он ещё будет дрочить не раз.

— я не думал, что ты такой большой, пиздец.

райнер чувствует, как в его шею впиваются чужие зубы, и челюсть их обладателя  чуть подрагивает. он кладет руку тому на спину, аккуратно поглаживая вдоль позвоночника. он не думал, что йегер может быть.. таким. что может подчиниться так легко. он водит пальцами по чужим лопаткам, мягко целуя шею и прикусывая мочку за место, где она не проколота, и сережки всё равно звенят, сталкиваясь с зубами.

— может тебе дать время привыкнуть?

— н-нет, всё в порядке.

кажется, у эрена тоже есть сторона, которую он прячет за надменностью и крайней уверенностью в каждом новом контакте. райнер толкается снова, чуть медленнее, придерживая йегера за бедра. в его напряженном дыхании чувствуется утекающая уверенность, он всем своим весом налегает на райнера, и неровные сердцебиения синхронизируются. 

— всё нормально?

— не уверен.

эрен приподнимается, ставя руки по обеим сторонам от райнера, и смотрит ему прямо в глаза, начиная насаживаться самостоятельно. за его взглядом уследить сложно, глаза то закатываются, то бегают от губ к выточенным скулам, от бровей к вискам, от лица к груди. и наконец-то шум из комнаты прерывается в ушах райнера высоким и громким стоном, йегер заметно кусает собственную губу, и каждое движение кажется таким неясным, немного неловким. он как будто вышел из образа. с ним. с райнером, блять. и эрену хочется как-то помочь, направить его, потому что так не пойдет, его становится скорее жаль. райнер, не выходя из него (потому что это невозможно прервать, потому что стенки сокращаются и так туго обхватывают его член, что он бы оставался внутри сутками), подхватывает за бедра и валит на кровать, садясь на колени между его ногами, которые закидывает себе на плечи. йегер слегка опешил, раскинул руки по кровати, теряясь в ощущениях. хорошо так, что голова кружится, и райнер так глубоко, что глаза тяжело держать открытыми. но ему.. комфортно. этот комфорт чувствуется каждой клеточкой худого тела, и ему приятно отдавать ситуацию в чужие, крепкие руки. не потому что он заставляет прогнуть себя, а потому что прогибается сам. потому что реально позволяет делать с ним, что хочет партнер. непонятно, в какой момент он стал таким слабым и гибким, но райнеру нравится. пиздец как. он целует выпирающие косточки на изящных ногах, а затем делает новое движение, которое отдается волной мурашек по всему телу йегера. и снова. и это почти ритм, это почти полноценный темп, и с чужих губ снова срывается стон, только более высокий, более похожий на всхлип, такой, который ты издаешь, когда изнемогаешь от удовольствия. удовольствие. не боль. наконец-то.

— я же говорил, что тебе нужно привыкнуть.

— я недооценил тебя, большой мальчик.

— а я только начал.

райнер подхватывает его под бедра, чуть меняя угол, так, что теперь он может с полным упоением трахать его, так, что он может попадать по нужной точке, и не отнимать ни капли сил лежащего под ним йегера, от которого сейчас требуется только отдаваться.  внутри эрена стало заметно мягче, он наконец-то расслабился и адаптировался, и райнер нещадно течет от этого прямо внутрь. сглатывает. сжимает чужое бедро, чувствуя, как внутри него подергивается пробка при каждом движении, и эрен это понимает, и его пиздец заводит такая универсальность. 

— представь, что это я трахаю тебя сзади.

йегер совершенно пошло шепчет одними губами, прерывая свои слова стоном от грубого толчка внутрь него, и судорожно сжимает простыни в руках, не находя себе места. между головкой и его животом тянется ниточка предсемени.  не понятно, кого эта воображаемая картина заводит больше, но райнер прикусывает того за лодыжку, ускоряя движения внутри, отчего кровать начинает скрипеть и немного ездить. йегеру щекотно оттого, как хлюпаящая внутри него смазка стекает между ягодиц и пачкает чистое белье. блестящие волосы разбросаны вокруг него нимбом, резинка отлетела куда-то на пол, и он наконец-то слышит стон райнера. не зажатый, не сквозь зубы, грудной и низкий, упивающийся своим положением. значит он делает всё правильно. значит надо давить.

— хочешь в следующий раз я сам тебя выебу, а?

— пиздец хочу.

сбитое дыхание, он весь блестит от выступившего пота.

— покажи, как я тебе нравлюсь.

и райнер слушается, ему не трудно немного поддаться, если того хочет йегер, и несмотря на поглощающий стыд, он стонет, и он знает, что его слышно. что их слышно. несмотря на шум и музыку, играющую в других комнатах, их слышно. и это только больше заводит. он хочет, чтобы другие знали, что по крайней мере сейчас эрен принадлежит ему. хотя бы сейчас. может быть когда-нибудь снова, он ведь сказал об этом напрямую. он же получит его?  он ещё не вышел, но уже скучает по тугому входу и по колечку мышц. они ещё рядом, но он уже скучает по каждому прикосновению и звуку.

— мне так нравится твой голос..

эрен запрокидывает голову, оголяя кадык и изящную шею — бери и перегрызай, хватайся, души, держи, разорви меня. спасибо его растяжке, которая позволяет райнеру исполнить их общее желание — опуститься и оставлять засосы поверх старых, заживающих, пожелтевших. он уверен, что некоторые из них оставлены армином, другие — флоком и неизвестно кем ещё, как записка в куртке, которую ты обязательно найдешь и прочтешь.  райнер хочет, чтобы фиолетовые пятна, оставляемые его губами, сияли ярче остальных, и эрен хватается за его затылок, не позволяя от себя отлипнуть, заставляя украшать собственное тело. 

— я не хочу отпускать тебя, эрен.

райнер втрахивает его в кровать всё быстрее, все звуки и запахи смешиваются, он перестает отличать время и пространство, его тело сливается с чужим, становясь одним целым. он чувствует, как эрен стискивает челюсть, нервно сглатывая, а его руки дрожат.

— я хочу быть единственным, кто тобой обладает. 

райнер чувствует, как его живот обильно пачкает чужая горячая сперма, и йегер громко всхлипывает, прижимая его к себе насколько это возможно. если бы он знал, что такой человек как йегер кончает от подобных речей, он бы сказал что-то подобное ещё давно. райнер наивно воображает, что йегер сейчас скажет что-то. хоть что-то, чтобы объяснить это. 

— заполни меня.

но он не скажет. это звучит больше как приказ, нежели просяще, и они снова сталкиваются взглядами. а потом губами, языками, растягивая нитки слюны между ртами, когда поцелуй будет ритмично разрываться при толчках, и райнер кончает. глубоко внутрь, ощущая жар и влажность, растекающуюся внутри, отчего он останавливает движения, но не разрывает поцелуй, и они самозабвенно стонут друг другу в губы, и так же трогают друг друга, лишь бы ощутить взаимный жар тел всецело, лишь бы его запечатлеть в памяти.  райнер опускает чужие ноги с плеч.

— только не вытаскивай пока, пожалуйста.

а вот это уже не приказ, скорее мягкая искренняя просьба, после которой райнер ложится головой на грудь эрена, несмотря на то, что, вроде как, должно быть наоборот. выдох, вдох, и по телу растекается приятная усталость.

— и что будет дальше?

— я не знаю, правда, мне нужно время подумать.

райнеру даже не верится, что он мог вызвать в таком человеке как эрен что-то большее, чем желание быстро потрахаться и продолжить жить, как будто этого не было. но это круто. это больше, чем он мог желать. это настоящие, хоть и невнятные, но всё же чувства йегера. и они прямо сейчас перед ним нараспашку, как бы эрен не пытался их прикрыть простой похотью.

— я вижу в тебе.. что-то. ты относишься ко мне иначе. ты как будто видишь во мне не просто дырку.

— конечно. 

— ты слишком хороший, райнер.

эрен гладит его по волосам, глаза застыли взглядом в потолок. он чувствует опадающий, но всё такой же горячий член внутри себя, но это больше похоже на нежелание отпустить, чем на намек на второй раз. но это всё ещё горячо. 

— разве?

— ага. почему-то сейчас я не хочу больше никого, кроме тебя. это странно.

и эти слова смущают райнера больше, чем абсолютно раздетый, просящий о любых извращениях эрен. 

— хочешь поговорить об этом, эрен?

— пожалуйста.

он накручивает его волосы на палец, пытаясь разглядеть в прикрытых зеленых глазах толику чего-то большего, чем похоть. и становится страшно, когда он это разглядывает.