Своими именами

Хьюи отвратительно флиртует. Он делает это так же неловко, как и танцует… или пытается привлечь чье-то внимание — смешно, неуверенно и на грани. Он нервничает так, что у него потеют ладони и пересыхает во рту, а в глазах вместо жизнерадостного огонька зажигается чистая и незамутнённая паника. Но вот минет… Минет от делает так, что у Бутчера каждый раз темнеет перед глазами. Он сосет, лижет и работает ртом в целом до странного умело. Билли никогда не задает ему вопросов, но когда кончает — благодарит порно, журналы, видео-лекции, ютуб и все те курсы, которые в его представлении перерывал в поисках информации Хьюи. Каждый раз он зарывается в мягкие, отросшие кучеряшки пальцами, ласково массирует и гладит затылок, трет выступающие косточки за ушами и думает о том, что пиздюк у него просто охуительный. Хьюи же в ответ на ласку водит языком по члену то вверх, то вниз, скатывается по спирали к мошонке и лижет широко яйца, позволяя им мягко проскользнуть в рот; посасывает одними губами обнаженную, тяжелую головку. Иногда он смущенно улыбается и трется щекой о бедро, а иногда у Бутчера не хватает терпения на то, чтобы дать Хьюи довести дело до конца — и он валит его на спину, вытрахивая из него все силы и любое возможное желание воспротивиться. Хьюи никогда не называет минет — минетом. Он ходит вокруг да около, подбирает тысячу и одну альтернативу, но не пользуется ни этим названием, ни его ругательными синонимами. Бутчер каждый раз на это ухмыляется и произносит это сам, совершенно пошло и развратно, едва ли не по буквам. Хьюи пылает ушами, сопит, в зависимости от окружения и настроения — или смотрит нахохлившись, или улыбается робко, до ямочек на щеках, и подхватывает шутки, но называть вещи своими именами так и не начинает. Однажды вечером они остаются в офисе одни. Бутчер сидит на диване, уперевшись стопой в поебанный жизнью журнальный стол, и подкидывает в руке мяч, пытаясь отвлечься и абстрагироваться. Когда заходишь в тупик — лучше всего посмотреть на ситуацию под другим углом, передохнуть от нее, переключиться. Но у Билли с этим проблемы: суперы для него — болезненная гиперфиксация, выкорчевать которую из его головы может только пуля. Или Хьюи. Тот выключает монитор своего рабочего компа, трет лицо, будто сбрасывая с себя остатки его синего холодного света, и поворачивает голову к Билли, рассматривая того с любопытством. Он на мгновение задерживает взгляд на мрачном лице, сильных руках, на которых от броска к броску вспухают вены, на распахнутой на груди рубашке, и, прочистив горло, негромко говорит: — Мне кажется, что у меня открылось белковое окно. Бутчер хмурится, кажется, еще больше, медленно переводя на Хьюи взгляд: — Палатка с мексиканской жратвой через дорогу, — он перехватывает каучуковый мячик в ладони и раздраженно рычит, когда упирается затылком в мягкую спинку дивана. — Опять хуйни всякой от этих двоих нахватался. Хьюи смущенно давит в себе улыбку, поводит плечами и поднимается, неловким жестом встрепывая на затылке волосы. В полумраке офиса он выглядит теплым и домашним, почти уютным. Он неспеша подходит к дивану, снимает с себя толстовку и бросает ее рядом с Бутчером, опускаясь задницей на журнальный стол. — Ничего я ни от кого не хватал, — Хьюи подается вперед, тянется пальцами к краю мягкой пестрой рубашки, и принимается за ремень, который с легкостью достает из шлевок. — Может только от тебя… всякого. — Блядь, — впервые за вечер на лице Бутчера расплывается ухмылка. Он качает головой, а когда Хьюи разделывается с пуговицей и молнией — слегка приподнимает бедра, помогая ему приспустить с себя брюки. — Я тебя этой срани не учил. Всегда говорю: хочешь отсосать — так и скажи! «Эй, Бутчер, дай попиздеть в свой кожаный микрофон», «эй, Билли, настроение заглотить шпагу», — пока Бутчера несет, Хьюи снова краснеет ушами. Он глухо смеется, бросает еще раз на него взгляд и неспешно погружает уже крепко стоящий член себе в рот. Билли шумно тянет носом воздух, укладывая тяжелую и горячую ладонь на чужую растрёпанную макушку, но упрямо продолжает: — Да ты ж ебаный заклинатель змей. Что угодно, блядь, но эти белковые окна… Хуета какая-то, — последние слова сбиваются в кучу и тонут в неразборчивом бормотании от того, как Хьюи утыкается теплым кончиком носа Билли в пах. Бутчер выдыхает почти ровно, слегка подается бедрами вперед и с того момента они берут неспешный, общий ритм, в котором у Бутчера от влажных мягких стенок и вертлявого языка кровь закипает с каждой секундой все сильнее. Уже потом, когда Хьюи смущенно вытирает запястьем уголок губ, Билли тянет его к себе за футболку, не позволяя никуда свалить. Он крепко обхватывает горячими ладонями лицо, коротко заглядывает в глаза и целует Хьюи влажно, долго и глубоко, не обращая никакого внимания на попытки отстраниться. — Бутчер, я не… — его «умылся» снова тонет непроизнесенным в поцелуе и глухом стоне от того, что Билли совершенно бесцеремонно лезет рукой Хьюи в штаны. — Как будто мне не похуй, — шепчет Бутчер, когда его ладонь пачкается чужой теплой спермой. Он хитро щурится, прихватывает коротко припухшую нижнюю губу Хьюи и шлепает его по бедру. — Моем лапки и пиздуем домой за продолжением, — он поднимается с дивана за салфетками, тогда как совершенно разомлелый Хьюи падает на него ничком. — На ручках тебя до машины донести, принцесса? — добродушно язвит Билли, когда возвращается. — А есть такая опция? — вяло бросает Хьюи, не переставая при этом сыто улыбаться. — Если ты обе ноги не переломал, то хуйца тебе поперек лица, — хмыкает Бутчер в ответ, обтирая пальцы. — И почему я даже не сомневался?.. Билли только добродушно ухмыляется. *** Следующим днем офис привычно тонет в теплом июньском солнце. Разморенные теплом, они едва ли заставляют себя чем-то заниматься: бесцельно листают базы данных, лениво перебирают папки, проверяют почту. Бесконечно пьют кофе и от нечего делать — обедают. И только Марвин в какой-то момент громко стучит ладонью по столу и вскакивает на ноги: — Твою-то мать, опять белковое окно просрал! Едва за ним захлопывается дверь, Бутчер с непроницаемым лицом делает глоток кофе и, не глядя в сторону Хьюи, мягко бросает: — Эй, пацан, а твое окно как? Хьюи очень хочется съязвить, но вместо этого он пожимает плечами, не отрывая взгляда от монитора, и произносит: — Да вроде нормально, а что? И следом за этим Бутчеру приходит короткое смс: «проверишь?».