Путь сквозь отражения

***

      Карта проецировалась на стол в кают-компании. Хриплый голос Небулы вёл их сквозь подземные уровни, как проводник в аду. — Вот здесь. Главный вход. Через него не пройти — вся поверхность под наблюдением. Камеры, дроны, автоматические турели. — Металлический палец указал в сторону шахтного кольца. — Но здесь, под трубами охлаждения, есть старая шахта. Заброшенная. Стены нестабильны. Если в ней что-то рухнет, мы не выберемся. — Звучит… весело, — пробормотал Квилл, потирая висок. — Пролезем по одному, — продолжила Небула. — Дойдём до транспортной камеры, разделимся. Грут, Ракета и Дракс займут фланг. Гамора, ты прикроешь отход. Я выведу Тора к главному блоку — отсюда, — она ткнула на голограмму, — тюрьма с усиленной охраной. Там держат пленников, у которых… особая ценность.       Одинсон ничего не сказал. Только молча смотрел на точку, где должен был находиться Локи. — Какой шанс, что это ловушка? — хмуро спросил Питер. — Высокий, — отозвалась Гамора. — Но у нас нет других зацепок, — вмешался Громовержец. — А у Локи может не остаться времени. — Я есть Грут, — тихо произнёс малыш.       Все замолчали.

***

      Спуск занял больше часа. Шахта была узкой, влажной. Ржавчина сочилась с труб, капли воды звучали, как шаги в темноте. Ракета, облепленный инструментами, ворчал про “архитектурное извращение”. Дракс ползал с видом, будто это тренировка, а не миссия. Грут вытягивался в узкие щели, словно живая верёвка, подавая руки другим. Гамора шла последней, прикрывая тыл.       Тор шагал молча. За ним шла Небула, в её движениях не было сомнений. Камни под ногами дрожали. Где-то над ними прошёл патруль. — Мы рядом, — прошептала Небула. — Не забудьте, работаем тихо и аккуратно.       Команда собралась плечом к плечу, зажата между стенами, когда из темноты вынырнули силуэты в броне.       Дюжина читаури, а за ними их командир. Высокий, в чёрном доспехе, на груди знак Чёрного Ордена. Глаза светились синим, голос холодный, как яд: — Вот и ты, Одинсон, — произнёс он. — Долго же ты добирался. Титан ждёт тебя.       Напряжение мгновенно поднялось, словно воздух стал плотнее.       Питер бросил взгляд на Небулу. — Кажется наш план уже не актуален, — заметил он.       Тор сделал шаг вперёд. — Если хотите меня… возьмите. — Что ты делаешь?! — прошипела Небула, резко взглянув на него.       Квилл, уже заносивший бластер, застыл с округлившимися глазами: — Ты с ума сошёл?! — Доверитесь мне, — глухо произнёс Одинсон, не оборачиваясь. — И закройте уши.       Он вытянул правую руку. Громсекира дрогнула на его спине, будто почуяв зов. Мьёльнир, до этого висевший на поясе, вспыхнул едва заметным зарядом. — Я даю вам то, чего вы жаждете, — выдохнул он. — Смерть от рук Бога Грома.

Вдох-выдох и...

УДАР

      Громсекира взвилась вверх, сорвавшись из ножен с тихим гулом. Разряд молнии ударил в потолок, разметав искры по каменным стенам. Одним рывком Тор обрушил лезвие на ближайшего читаури, раскалённый топор рассёк его пополам, и тело с треском повалилось на пол.       В тот же миг Мьёльнир с визгом ушёл в сторону, пробив грудную клетку второму. Воздух наполнился грохотом и светом, а Тор разразился, словно шторм, раскалывая врагов ударами, от которых стены дрожали. — Ну… вот и началось, — хрипло выдохнул Питер и нырнул в бой. — С этим парнем невозможно работать тихо. — Я есть Грут! — прокричал малыш и выпустил лозу, схватив третьего врага за ногу. — Не стой столбом, Дракс! — рявкнула Гамора и метнулась к ближайшему противнику с клинками наперевес. — Он говорил довериться?! — Ракета, вопреки привычке, выругался не особо вежливо — и открыл огонь. — С таким успехом, мы вполне могли бы зайти через парадный вход, а не ползать по туннелям.       В этот момент одна из турелей, уцелевшая в левом пролёте, ожила, выпустив длинную очередь. Пучок энергии пронёсся в считанных сантиметрах от Небулы. — Назад! — рявкнул Тор, заслоняя её плечом и метнув молот в турель. Та взорвалась, осыпав проход искрами. — Я была готова! — огрызнулась Небула, стряхивая с себя пыль. — Я — тоже, — отрезал Одинсон, уже снова двигаясь вперёд.       Где-то сбоку Дракс с рычанием принял удар от читаури, который подкрался из слепой зоны. Он сшиб его с ног, но сам пошатнулся, и только лоза Грута не дала ему упасть в провал сбоку.       Бог Грома был в центре. Молнии танцевали по его телу. Он кружил между врагами, неотвратимый, как сама буря. Мьёльнир и Громсекира двигались в унисон, будто два сердца одной ярости. — Я пришёл за своим братом, — рявкнул Громовержец, сжимая в ладони горло читаури и поднимая его над землёй. — И если кто-то осмелится встать у меня на пути — его ждёт только смерть!       Схватка затихла так же резко, как вспыхнула. Разметанные по земле враги стонали и корчились в пыли. Один поднялся на ноги, тот, что первым вышел вперёд. Он смотрел на Тора и в его взгляде смешались страх и что-то более ядовитое: ярость, ненависть... предупреждение. — Вы даже не понимаете, против кого идёте, — прохрипел он. — Может быть, — усмехнулся Питер, отряхивая с плеча пыль и бросая взгляд на громовержца. — Но точно знаем одно: этот парень — не играет. И, в отличие от вашего Таноса, он бог. — Я есть Грут, — уверенно добавил малыш.       Небула стояла чуть в стороне. Она не произнесла ни слова, не шелохнулась, но её взгляд задержался на Торе. В нём было не просто уважение. В нём впервые дрогнула искра веры.

***

      Бог Грома шёл первым. Мьёльнир и Громсекира в его руках мерцали, как два куска звезды, сорванные с неба. Каждый шаг, как удар грома, каждый взмах, слово буря — Камера блоков — впереди, — прохрипела Небула, бежавшая рядом. — Внешняя охрана на этом уровне… была.       Потому что теперь её не было. От слова совсем. Огненный след разрубленных турелей, поверженных читаури и расплавленных стен тянулся позади Тора, как хвост у кометы.       Питер, запыхавшись, подбежал к Гаморе: — Знаешь… я думал, что это будет командная работа. А не… Бог Грома и группа поддержки из пяти статистов. — Не мешай ему, — тихо сказала она. — Нас бы уже наполовину разнесли, если бы он не шёл впереди как бронепоезд.       Коридоры становились уже. Читаури пытались перегруппироваться. Один из них активировал энергетический щит, заслоняя проход. Мьёльнир ударил. Щит треснул, как лёд под сапогом. За ним посыпались тела. — Чисто, — выдохнул Ракета, прижимаясь к стене. — А у нас вообще есть план Б, если он… ну… уже… — Он жив, — глухо отозвался Одинсон. — Он должен быть.       Дракс шагал следом, держа оружие наперевес, но с каждым метром всё чаще опускал его. — Скука смертная, — наконец произнёс он, глядя на очередную кучу обгорелых доспехов. — Всё, что я хотел бы сделать, он уже сделал. — Я есть Грут, — пожал плечами малыш, сидя у него на плече.

***

      Они добрались до глубин, где стены были из камня и стали, воздух застаивался, как в могиле — Здесь, — коротко бросила Небула и жестом указала на отсек.       Бог Грома шагнул первым. Силовое поле мерцало тускло, будто выдыхаясь. За ним, в полумраке, кто-то сидел. Прямая спина, приподнятый подбородок. Будто не пленник, а принц. Силуэт был знакомым. Невыносимо знакомым. Тор замер, глаза защипало. — Это он, — выдохнул он, и медленно подошёл ближе, будто каждое движение могло разрушить этот хрупкий мираж. — Локи…       И в ответ... Пара зелёных, ясных глаз загорелись из глубины тьмы. — Долго же до тебя доходило, где меня искать, — произнёс Локи, поднимаясь с пола. Голос хрипел, но звучал насмешливо. Точно, как прежде. С примесью яда и королевской скуки. — Ты, как всегда, не спешил.       Громовержец не сразу не ответил. Он просто стоял перед тем, кого искал по всей галактике, всматривался, а сердце болезненно сжималось.       Локи был бледен до синевы. Черты лица стали резче, будто выточены болью. Раны под рваной одеждой, следы ожогов, и кандалы на запястьях, излучающие глушащее поле, но взгляд... Глаза те же: изумруд, насмешка, гордость. — Локи, — только и смог произнести Тор.       Затем шагнул вперёд и, не медля, вонзил Громсекиру в замок силового поля. Энергия вспыхнула и рассыпалась искрами. Барьер исчез.       Бог Грома вошёл в камеру, не колеблясь и, не спрашивая разрешения, заключил брата в объятие. Он обнимал крепко, с силой, как будто пытался удержать не только тело, но и всё, что было потеряно между ними. — Прости. Прости, что не пришёл раньше. Что не понял. Что не увидел, что ты… — голос дрогнул, но он продолжил: — Ты всегда боролся. Я должен был знать. Я должен был… — Всё это, конечно, очень трогательно, — отозвался Бог Лжи с плохо скрытым вздохом, — но, может, ты сначала избавишь меня от этих украшений, пока у нас не начался фейерверк в честь прибытия подкрепления?       Тор фыркнул выдохом, в котором слились и смех, и слёзы. Это был он, всё ещё он. — Разумеется, — кивнул старший Одинсон и одним движением рассёк кандалы. Оковы упали на пол, и вместе с ними пелена чужой магии.       Из глубины тела Локи поднялась волна. Тёплая, родная, приглушённая, но всё ещё живая магия. Зелёный свет пробежал по коже, чуть дрогнул в волосах, искрами мелькнул в глазах. Сила возвращалась медленно, но неотвратимо       Младший принц менялся на глазах, как только магия вернулась, она инстинктивно начала его лечить. Ожоги исчезали, раны затягивались, одежда восстановилась, а поверх неё появились доспехи. Почти впервые за долгое время он глубоко вздохнул. — Так-то лучше, — протянул Локи и провёл рукой по волосам. — Хотя, признаюсь, я рассчитывал на чуть более эффектный момент спасения… или хотя бы приличную команду сопровождения.       Тор не сдержал улыбку и чуть покачал головой. Он смотрел на брата, чувствуя невыносимую гордость.       Небула стояла у выхода из отсека, прислонившись к стене, взгляд устремлён на Локи. — И всё-таки ты выдержал, — голос её был резким, но в нём не было прежней злобы.       Локи скользнул по ней взглядом и устало усмехнулся: — А ты, всё же отвернулась от него. — Мне хватило, — коротко отозвалась она. — Не удивлён, — Бог Лжи приподнял бровь. — Странно, что это случилось так поздно.       Небула чуть опустила голову. Питер с сомнением заглянул в отсек: — Ну, выглядит он так, будто в нём пять процентов силы и девяносто ехидства. — Значит, всё в порядке, — отозвался Тор       И на долю секунды оба брата улыбнулись. Каждый миг рядом будто зашивал прореху в нити, порванной год назад. Но это мгновение оборвалось, когда стены содрогнулись. — Подкрепление, — сказала Гамора. — Скоро они будут здесь — Сколько? — спросил Квилл. — Все, кто ещё дышит. Плюс свежая смена. — Ну наконец-то, — Дракс сжал рукоять меча. — А я уж подумал, мы закончили. — Я есть Грут, — торжественно добавил малыш, размахивая парой гранат. — Ты в состоянии сражаться? — спросил Тор у брата.       Бог Лжи посмотрел на него с тем самым прищуром, за который его хотели придушить… или обнять. — Тор, мой милый, глупый брат… — он шагнул из камеры, — я только что вернул себе магию и раздражение. Этого более чем достаточно, чтобы прожечь дорогу к выходу.       Громовержец положил руку ему на плечо. — Знай, я не оставлю тебя.       Локи посмотрел на него, ухмыльнулся. — Тогда, пожалуйста, не забудь уводить нас от взрывов. Как в старые добрые времена. — Ты же рад меня видеть, брат? — с довольной улыбкой на лице спросил Тор.       Бог Лжи фыркнул: — Спросишь снова — я передумаю.       Он держался на магии, как человек держится на адреналине. И знал, долго так не протянет, но всё равно пошёл первым навстречу свету, битв и свободе.