Попаданец в мир Наруто: Путь Котецу Хагане к Силе

Утро настало так быстро, как только могло — словно ночь пролетела за одно короткое мигание. Казалось, что я только что закрыл глаза на татами, а уже рассветные лучи пробивались сквозь щели в ставнях. Я поднялся, моя часть лени не хотела вставать, но разум был удивительно бодрым. Время в пути и постоянное напряжение сделали своё дело — организм привык выживать на пределе. Уже в семь часов я оказался в столовой крепости, держа в руках деревянный поднос. Теперь, при свете дня, можно было наконец рассмотреть крепость и сам город. Ночью всё вокруг казалось сплошной тенью, вырисовывающей лишь контуры стен, башен и домов. Но сейчас, когда первые солнечные лучи падали на каменные стены, город открывался во всей своей суровой красоте. Крепость была построена прямо на краю обрыва, возвышаясь над пропастью, уходящей куда-то вниз, в туман и скалы. Узкие улицы петляли вдоль склонов, а дома, сложенные из серого камня и дерева, стояли вплотную друг к другу, создавая впечатление тесноты. На стенах — следы старых боёв: трещины, закопчённые участки, где, видимо, били огненные техники. Несмотря на это, город жил: дым из труб поднимался в небо… В столовой же всё выглядело гораздо проще. Длинные ряды деревянных столов, лавки вместо стульев, запах риса, сушёной рыбы и мисо. Ниндзя собирались группами, обсуждали последние слухи, некоторые молча ели, глядя в тарелку. Я взял себе простую еду: рис, немного сушёной рыбы и тёплый чай. Сел ближе к окну и стал смотреть на крепость заодно я подслушивал обрывки разговоров, которые доносились от соседних столов. В таких местах больше всего информации узнаёшь именно так — просто сидя и слушая. — Как прошла смена? — спросил один мужчина с грубым голосом, опускаясь за стол позади меня. Судя по его бронежилету, это был один из опытных шиноби, возможно, чунинов. — Спокойно, — ответил ему второй, помоложе. — Но слухи тревожные. Кумогакуре скапливает резервы рядом с пропастью. — Или, может, разведка, — добавил второй. — Может, они просто проверяют наши посты, ищут слабые места. — Не знаю… — первый понизил голос. — Но говорят, что двое наших вчера не вернулись с патруля. Я сделал вид, что не слушаю, ковыряя рыбу. — Интересно, что командование предпримет. Усилит посты? — Усилит, куда деваться. Только людей не хватает. И вдруг, словно переключившись, за соседним столом заговорили уже о другом: — А у тебя что там? — спросил кто-то, смешливо. — Ты что, наконец решил жениться на этой торговке из города? — Да ну тебя, — ответил другой, хохоча. — Ты, главное, молчи, а то она услышит. Чуть не поперхнулся чаем. «Не то…» — подумал я, понимая, что не всякая информация тут полезна. «Ищу, значит, разведданные, а попадается местная любовная драма…» Я сделал ещё пару глотков, продолжая слушать, но разговоры стали менее интересными — сплетни, шутки, личные дела. И откинулся к спинке лавки, допивая чай, и мысленно отметил: «Если Кумогакуре действительно скапливает резервы, значит в ближайшее время они могут попытаться ударить. - крутилось у меня в голове, пока я выходил из столовой. Запрыгнув на крышу ближайшего дома, я начал двигаться в сторону стены. С каждым прыжком мысли упорядочивались: «Надо проверить обзор, слабые точки, возможно, есть места, где контроль не установлен…» Через пару минут я добрался до городской стены. Она возвышалась метров на семь-восемь, окружая город. Но, если честно, для ниндзя такая защита выглядела больше формальностью. «Даже обычный генин сможет легко перебраться через неё», — подумал я, положив ладонь на холодный камень. Хоп! Подав чакру в ноги, я без особых усилий взлетел наверх нее. Каменные блоки под ногами слегка осыпались, но удержали. И тут — неожиданно. — Эй, что ты там делаешь?! — раздался голос. Я вздрогнул. Голос звучал будто сразу отовсюду — и слева, и справа, и прямо в ухо. Я резко обернулся, осматриваясь, но никого не увидел. «Где?..» — нахмурился я. — Отвечай! — приказал тот же голос, теперь жёстче, с оттенком авторитета. — Осматриваю местность города! — крикнул я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Слазь! Здесь лазить нельзя! — донеслось в ответ. Я снова оглянулся. Ни одного силуэта, только серый камень и утренний ветер. «Прячется? Или использует технику маскировки?» — мелькнуло у меня. — Хорошо! — ответил я вслух, хотя внутри было раздражение. «Не хочешь показываться — ладно. Всё равно своё я посмотрю чуть дальше». Спрыгнул вниз, мягко приземлившись на землю и пробежал в другую сторону, тут получиться подумал я залазя как снова услышал: — Что сказал? Слазь! Я застыл. — Эй! Ты что меня преследуешь? — крикнул я в пустоту, оборачиваясь. Ответа не последовало. Тень легла на землю рядом с моей. Я не успел повернуться, как чья-то ладонь мягко, но уверенно легла мне на плечо. — Спокойнее, юноша, — раздался спокойный, даже чуть усталый голос. Резко обернулся и увидел перед собой мужчину лет сорока с лишним, а может, даже старше. Скромная одежда — простая шиноби-куртка, местами поношенная, на голове повязка Конохи, слегка съехавшая набок. Лицо не суровое, но в морщинах, глаза — светлые и внимательные. С первого взгляда он казался самым обычным человеком, почти неприметным. Но вот рука на плече… она не давила, но будто напоминала: любое лишнее движение я бы уже не успел совершить. — Кто… вы? — выдохнул я, стараясь не показать раздражения. Мужчина чуть улыбнулся, убрал руку и спокойно отошёл на шаг. — Марубоши. Косуке Марубоши. Я здесь помогаю поддерживать порядок. А ты его как раз и нарушаешь! Имя ничего мне не сказало. Но в его спокойствии было что-то настораживающее. Не давление, как у Орочимару, не хищная настороженность, как у Анбу, а скорее… тёплое чувство уверенности, будто этот человек давно прошёл всё, что только можно, и теперь просто наблюдает. — А ты кто? — спросил он уже мягче. — Новенький, да? — Котецу, — представился я. — Из отряда, которого прислали с гарнизона у границы с Ивой. Косуке кивнул. — Слышал. Говорят, у вас были потери в дороге. Непростая дорога вышла… Я нахмурился, удивлённо посмотрев на него. — Вы откуда знаете? — Я много чего знаю, — ответил он, но не с ухмылкой, а почти буднично. — В таком месте слухи быстрее ветра разносятся. Он сделал пару шагов к стене, облокотился на неё, посмотрел вниз, туда, где уходила пропасть и вдалеке колыхался утренний туман. — Если хочешь, могу тебя приписать к охране города, — сказал Марубоши всё тем же спокойным тоном, будто обсуждал погоду. — Тогда тебе не нужно будет ходить на выполнение миссий. — Что? — я непонимающе посмотрел на него. Слова показались заманчивыми, но слишком неожиданными. Почему он делает такое предложение мне, человеку, которого он знает всего несколько минут? — Предложение хорошее, но… с чего это вдруг? — осторожно спросил я, чуть сузив глаза. Косуке не изменился в лице, даже не вздрогнул от моей прямоты. — У нас недобор в карауле. На посту всегда нужны люди с глазами и ногами. А ты, как я заметил, любишь на стены лазить. — Он усмехнулся уголком губ, но без насмешки. — Значит, подойдёшь. — Я состою в команде, — задумчиво протянул я. — Их тоже можно? — Нет, — качнул он головой. — Только одного. Нам не хватает ровно одного человека. Его слова звучали просто, но внутри меня всё закрутилось в тугой клубок. С одной стороны, предложение выглядело безопасным: охрана города, без постоянных рисков на передовой. Меньше смертельных миссий, больше возможностей учиться и наблюдать. Это могло быть полезно. Но с другой стороны… оставить Гая, Генму? Бросить команду, с которой мы только начали выстраивать что-то похожее на доверие? Всё внутри протестовало. Я глубоко вздохнул. — «Спасибо за предложение… но мне нужно остаться со своей командой». Я поклонился. Марубоши пару секунд смотрел на меня, а потом просто махнул рукой, будто ему это было не так уж важно. — Как знаешь, — сказал он. — Но имей в виду: такие возможности не всегда возвращаются. Его голос был мягким, без угрозы, но где-то в глубине таилась тень опыта. Он точно знал больше, чем говорил. Я коротко кивнул. — Понимаю. — Вот и хорошо, — ответил он и, отвернувшись, направился по узкой улочке вниз, в сторону домов у подножья холма. На следующий день всё изменилось…