No answers (could even scrape the truth)

Мона первым услышал это, так как он чувствовал Мементос куда лучше остальных, ощущая малейшие изменения в нем так, будто бы был связан с ним с самого рождения. Он остановился посреди дороги, и рев автомобильного двигателя снизился до тихого гула. Прислушивался. — Вы это слышите? — наконец-то спросил он. — Тут есть кто-то еще кроме нас. В переполненном автобусе начались переглядки. Кто-то был слегка смущен, кто-то откровенно нервничал. Джокер глянул в окно, внимательно прислушиваясь. Там было что-то — скребущиеся звуки, тихий звон, которые не исходят от обычных теней, но ничего особенно выделяющегося громкого. — Может быть, это Жнец? — предположил он. Мона уже рассказывал им о Тени, которая значительно сильнее и больше остальных, скрывающейся в тени и атакующей своих жертв, если они долго оставались на одном этаже. Они еще ни разу на него не натыкались, ведь Джокер предпочитал вести дела эффективно и быстро. В конце концов, у них всегда было много работы здесь. — Нет, на него не похоже, — сказал Моргана. — К тому же, мы ведь были не настолько медленными, да? — Давайте просто покинем этаж? — напуганно попросила Пантера. — Мне это все очень не нравится. — Хорошо, — согласился Джокер. — Оракул, можешь понаблюдать за изменениями на этаже? — Без проблем, лидер. Когда они достигли платформы, ведущей вниз, голос Оракул, все это время подсказывающий путь, внезапно остановил всякие их движения. — Погодь! Ч-что-то... Не так. Здесь есть что-то... Чего я никогда не видела! Джокер увидел его первым. Предупреждающий голос Оракул заставил всех обернуться на нее, но Акира уже был одной ногой на лестнице, встретившись лицом к лицу с самой странной ухмылкой, которую он когда-либо видел (а ведь казалось, что страннее, чем у Игоря, некуда). Нечто снизу уставилось на него, не отрывая глаз. Это существо, кравшееся в темноте эскалатора, имело черно-белый узор. Оно прогнулось назад, встав на четыре конечности, а красные глаза светились голодом. По спине Джокера поползи мурашки, такие прелестные и волнующие. Что бы это ни было — это не тень. Третий глаз выявил, что с этим нечто в драку вступать не желательно от слова совсем. Эта... Штука излучала ауру абсолютной опасности, прежде не виданной и не испытываемой. — Что... Что это? — дрожащим голосом спрашивает Квин, неуверенно подходя ближе. — Похоже, оно не хочет драки, — заметил Фокс. Джокер оставался спокойным, уставившись в красные глаза в ответ. Сердце захватили страх и волнение, когда существо стремительно выросло перед глазами, поднимаясь обратно на свои двое, возвысившись над всеми. — Срань господня! — выкрикнул Череп. — Оно огромное! Стоит... Стоит ли нам его атаковать? — Нет, — голос Джокера остужает нервы напряженной команды. — Нам его не одолеть. — Он прав, — пискнула Оракул. — Оно сильнее всего, что я знаю. И вряд ли проблема в моем компендиуме. — И что нам делать? — спросила Пантера. Разве это не риторический вопрос? Существо все еще не отводило взгляда от него, абсолютно игнорируя всех остальных. Как будто оно пыталось что-то сообщить, взывало в надежде, что Джокер поймет, на каком-то уровне, кажется, чувствуя, что он и правда понимает. Существо одарило его последним взглядом, отяжеленным значением, а затем просто отвернулось, спускаясь по эскалатору. И в этой странной смеси реальности и абсурда черно-белые полоски исчезли в темноте. Джокер последовал за ним на чистом инстинкте, как будто был загипнотизирован, очарован. — Куда ты? — грубо спросила Квин, но он полностью проигнорировал ее слова, ускоряя шаг. Что-то внутри него толкало вперед, нетерпеливо и отчаянно желало следовать за существом. Это что-то... Точно, как он не догадался раньше! Это же... — Арсен? Как будто только этого и ждав, Персона появилась позади незамедлительно. Знакомое отражение его собственной силы раскрыло перед ним крылья. Джокер удивленно уставился на него, не замечая, что его друзья последовали за ним и теперь смотрели точно так же уже на самого Джокера. Он не брал Арсена с собой в Мементос сегодня. — Нужно поторопиться, — без приветствий Персона лишь поторопила его, не давая никаких объяснений. — Он ждет нас. — Он — это кто? — нервно спросила Пантера. — Нет времени объяснять, — настоял Арсен, направляясь в ту же сторону, куда ранее ушло незнакомое существо. — Персона, — внезапно произнесла Квин. — Как вы думаете... Это существо было...? В голове Джокера что-то щелкнуло, зазвонило колокольчиком понимания. Точно. Она абсолютно права. Существо было Персоной, и что-то внутри него уже давно это поняло. — Персона? — спросила Пантера. — Но где же тогда ее... Арсен достиг конца платформы и повернулся с серьезным выражением лица. Джокер снова двинулся, не осознавая этого. — Ждите здесь, — сказал он друзьям голосом, не терпящим возражений. — Я пойду и проверю что там. — Но... — начал Моргана. — Оракул, следи за моим сигналом. Если заметишь что-нибудь странное, то отправляйтесь за мной. Но до этого — ждите здесь, так будет безопаснее. Не выжидая ни секунды, чтобы выслушать возражения, он развернулся с приятным шурхом плаща и побежал за ускорившимся Арсеном. Они бежали по сбивающим с толку коридорам так быстро, как только могли. Земля размывалась за ногами Джокера, оставляя позади силуэты теней. Как будто бы они вдвоем сами были тенями, стремительно двигающимися в темноте, которая была словно их частью, прячущая их от внезапного нападения. Прошло не так много времени, прежде чем они нагнали неизвестную Персону. Та свирепо рычала, сражаясь с группой теней — огромной массой, если быть точным. Джокер никогда не видел такого большого их скопления в одном месте. Персону атаковали со всех сторон, но она сражалась не в одиночку. Бок о бок с ней билась другая Персона, до нелепого высокая, с большой, словно чем-то заполненной грудью, как будто хотевшей выскочить из белого героического костюма. И каждую его идеальную мыщцу было видно, когда он натягивал тетиву огромного золотого лука, а голубой плащ развевался с той же быстротой, с которой он менял цели своих смертельных атак. Между ними на земле Джокер различил темную фигуру, свернувшуюся калачиком и бездвижную. Без размышлений и каких-либо промедлений, он подбежал к двум Персонам, Арсен тоже был пропущен в их тыл. — Арсен, — сказал Джокер, упав на колени к фигуре. — Помоги им. Персоне не нужно было говорить дважды. Он ворвался в бой со смертельной серьезностью, близкой к свирепости после каждого принятого удара. Джокер отвернулся от трех защищающих их Персон. Как он понял — фигура, лежавшая на земле, была человеком. Скорее всего тем, кому принадлежала одна из этих Персон. Обе, напомнил заинтригованный голос в голове. Черный в облипку костюм с синими полосами был очень похож на костюм Пантеры, только, к сожалению, без хвоста. Вместо них — перья и когти на запястьях и лодыжках. Даже его маска, скорее похожая на шлем, была похожа на птичью голову с красными глазами, точно такими же, как у его Персоны, и клювом, к которому не хотелось бы приближаться. — Черная маска, — пробормотал Джокер прежде, чем смог остановить себя. Человек на земле, впрочем, никак не отреагировал на это. На первый взгляд на теле никаких повреждений обнаружено не было. — Эй, ты слышишь? Можешь двигаться? Ответа не последовало. Он достиг руки и хотел аккуратно потрепать плечо неизвестного, но внезапно вздрогнул. Даже через перчатки можно было почувствовать холод его тела. Нет, не мертвый холод — морозный, скорее. Как будто... — Черт, — пробормотал он. — Тебя заморозили. Джокер оглянулся, быстро найдя труп Короля Фроста, лежащего неподалеку. — Угу, ледяное заклинание. Без проблем, я понял. Он судорожно начал рыться по карманам, пока не нашел, что искал. Тонкий флакон Оживляющего масла. Но то, что он раньше проворачивал за секунду, сейчас обернулось проблемой — у незнакомца не было ни одного открытого участка кожи, чтобы нанести средство. Костюм и правда отлично защищал владельца от любых сторонних контактов. Исследовав (очень хорошо сложенное) тело с ног до головы, он тяжело вздохнул. — Ну, я пытался. Не то чтобы я сам не хотел знать... Он смотрел на Персон, занося руки над чужим хладным шлемом, словно ожидая, что его начнут атаковать, но те были слишком заняты битвой, выигрывая ему достаточно времени, чтобы успеть вытащить связанного с ними человека из лап смерти. Джокеру нужно поторапливаться. Со странным, дурным чувством он снял шлем, заметив за собой задержанное дыхание. Чье лицо бы он там не увидел, в любом случае дымка загадочного убийцы в Метаверсе будет развеяна. Наверное, его сомнительный вкус в мужчинах говорил сам за себя, учитывая, что Джокер совсем не удивился увиденному. Он выдохнул вместе с тихим смешком, смотря на бледное лицо Акечи Горо с голубой корочкой и шоком, замороженным на лице. Глаза все еще были широко раскрыты, а рот приоткрыт так, будто бы он пытался что-то сказать. Джокер не понаслышке знал, что в таком состоянии человек все еще мог видеть и слышать происходящее вокруг. Наверное, ему не стоило ухмыляться, не стоило испытывать этого захватывающего удовлетворения, раскрыв, что его соперник, его друг, детектив, преследующий его, как Фантомного Вора, был тем самым убийцей. Но он не мог перестать. — Вот тебе и по-настоящему сильный соперник, загоняющий меня в угол, чтобы обратить в бегство, а? — он повторил слова Акечи при их первой встрече. Ухмылка на его лице была такой широкой, почти что болезненной. Но это было не так весело, когда Акечи не мог ответить, а бесконечная масса теней не перестает атаковать их. — Похоже, ты разворошил осиное гнездо, — произнес он, открывая бутылек с маслом. — Все хорошо, ты будешь в порядке. Он вылил немного на свою ладонь, равномерно распределяя, но немного замялся, прежде чем нежно коснуться щеки Акечи. Блестящее масло быстро растворило голубую корочку с его бледного лица. Тепло со щек медленно начало расходиться по телу, от конечности к конечности испаряя парализующий слой, пока Акечи наконец не смог двинуться. Он быстро заморгал и затрясся от холода, лежа перед ним. — Вот, — Джокер стянул свою куртку протягивая ее Акечи, долго уставившегося на него, прежде чем забрать плащ. Он присел, чтобы обернуть его вокруг своих плечей. Как бы он ни пытался скрыть, Джокер заметил, как Акечи затрясся сильнее, когда теплая ткань обволокла его. Он выглядел как щенок, заворачивающийся в плед после долгой прогулки под дождем. — Если ты чувствуешь, что можешь бежать, то пора сматываться. Твои Персоны сильны, но этой волне из Теней все не видно конца. Акечи вновь надолго уставился на него, его выражение лица было настороженным — темнее, чем он когда-либо видел. Обычно он был дружелюбным и милым, но, видимо, он лгал о многом. Наконец-то он кивнул и поднялся. Его голос был хриплым и... Другим, когда он наконец заговорил. — Локи! — тон голоса грубее и угловатее, чем Акира привык слышать. Затем голос понизился. — Робин Гуд! Мы уходим. Джокер не смог удержать смешка. Акечи повернулся с ошеломляющей яростью на лице. Красные глаза засияли злостью, заставив Джокера задуматься о том, что они ровно для этого и предназначались. Он даже расстроился, что не разжег этот огонь ранее. — Что смешного? — Локи и Робин Гуд? Ты серьезно? — По крайней мере, моя Персона не из дешевой подделки на Шерлока Холмса, — прошипел он. Джокер попытался вновь удержать смешок. Внезапно Акечи потерял всякое чувство юмора вместе с маской Принца-детектива. В Метаверсе он был полным олицетворением своего костюма — весь в когтях и острых углах. И в множестве бесполезных ремней. Пока Джокер отчаянно пытался не замечать, он все же увидел, как же его костюм облегал задницу. В этом костюме была видна каждая его подтянутая и сильная мышца, откровенно говоря, он был в хорошей форме. — Арсен, — Джокер позвал Персону, заставляя себя оторвать взгляд, пока Акечи сам не заметил такого пристального внимания к себе. — Уходим. Они пробежали мимо скопления теней, возвращаясь в коридоры. Оба бежали бок о бок друг с другом, и сейчас этот всплеск адреналина был намного более захватывающим из-за Акечи рядом и следов теней, встречавшихся на их пути. Собственное пальто на плечах его соперника развевалось по ветру, будто оно всегда ему и принадлежало. Ни с кем из Фантомных Воров он никогда не чувствовал себя так. Будет о чем подумать позже, предположил он. Они добежали до выхода, безопасного места, свободного от теней. Обоим парням требуется время, чтобы перевести дыхание, прильнув спинами к стенам. Они задрали головы, чувствуя, как свежий воздух поступает в легкие, остужая пыл. — Что ж, это должно было тебя отогреть, — пошутил Джокер, как только почувствовал, что голос его слушается. Акечи бросил на него темный взгляд, прижимая куртку к себе. — Еще нет. Джокер криво ухмыльнулся. — Как хочешь. Хотя, я не думаю, что наши костюмы так работают. Он позволил себе еще раз взглянуть на костюм Акечи. Каким-то образом его черный плащ сделал его образ только лучше, закрыв собой тот странный и оборванный. Будто его оборачивала сама темнота вороньих крыльев. Ох, точно. Так ведь и должно было быть. Он же Ворон. Как мило. — Как ты нашел меня? — наконец спросил Акечи. Его брови свелись к переносице в знакомом выражении. Знакомая реакция. Акечи делал так, когда задумывался. Сейчас он выглядел как тот самый Горо, которого Акира знал. Даже несмотря на растрепанные волосы, которые безупречный Принц-детектив непременно уложил бы, если бы увидел. — Твоя Персона привела меня, — сказал он. — Та, которая черная с белым. Локи, так ведь? Акечи кивнул со слегка расширенными глазами. Еще одна знакомая реакция — такое лицо он сделал, когда Акира спросил про его леворукость. Горо был так удивлен тому факту, что кому-то не плевать и кто-то заметил. Что ж, значит не весь его образ — ложь. Это было здорово узнать. Обнадеживающе и успокаивающе. Заставляет почувствовать тепло и легкое покалывание в теле. Забавно, как такая незначительная, раскрывающая его деталь, заставила Джокера лишь захотеть его сильнее. — Я и не знал, что они могут отойти от меня так далеко, — наконец произнес он, смягчая слова. — Я тоже, — с такой же честностью в голосе ответил он, подступаясь ближе. — Тоже не знал, что Арсен может отойти от меня на большое расстояние. Они очень заботятся о тебе. Ты заметил, как неистово они сражались за тебя? — Знаю. Они всегда так делают, — Акечи вздохнул. — Наверное, я должен поблагодарить тебя. Он разжал и снова сжал когтистую ладонь, как будто проверяя ее подвижность. — Хотя, ты наверняка уже пожалел, что не оставил меня умирать там. Джокер фыркнул. — Акечи, что я за соперник, если буду просто наблюдать издалека, как тебя разорвут эти слабаки, вместо моих собственных рук? Голова Акечи вновь повернулась к нему, ладони еще секунду провисели в воздухе, позабытые. — А? — спросил он с пугающей (пугающе горячей) ухмылкой. — Это вызов? Сейчас он был очень похож на Локи. В полосатом костюме, окутанный тьмой, ухмыляющийся от уха до уха. — Ты знаешь ответ. Они продолжили неловко стоять у входа, никто не горел желанием уйти. — Что ж, — Акечи начал первым. — Так и будем закрывать глаза на очевидное или...? Акира задумался. По сути, Акечи не мог знать, что Воры уже слышали о Черной Маске и его делах ранее, поэтому он мог подключить все свои актерские потуги и сделать вид, что он ничего не знает. Но получится ли у него обмануть наметанный глаз внимательного детектива? Вероятно, нет. Честно говоря, какая-то его часть жестко воспротовилась идее лгать Акечи, зашипев, как разозленное животное. Поэтому он просто пожал плечами. — Ты здесь, чтобы вызвать парочку ментальных отключений, я — чтобы изменить сердца, — он полуулыбнулся. — Если ты, конечно, сейчас не начнешь отрицать мою работу. Акечи поднял бровь. — Ты ведь не серьезно? — Серьезно. Почему, как ты думаешь, мы стоим здесь, а не спускаемся к моей команде, ждущей меня внизу? Подозрение на лице Акечи не исчезло ни на секунду, наоборот, морщина сомнений лишь увеличилась. — Знаешь, я тебя не понимаю. Никогда не понимал. В одно мгновение ты прозрачен как стеклышко, твою личность, как лидера Фантомных Воров раскрыть было как два пальца, а в другое ты творишь это. Стоишь рядом и потешаешься. Зачем? У него было много ответов на этот единственный вопрос. Первый и главный был: «Я не знаю», за которым последовал ряд других от: «ты горячий, и я правда желаю, чтобы ты сел мне на лицо» до: «ты мой друг, и я надеюсь, что у тебя свои причины делать это», затем к: «Ты потрясающий, и я хочу знать о тебе больше», пока он не достиг следующего: «Ты мой соперник. Моя темная половина. Это те роли, которые нам отведено играть». Но Джокер не думал, что хоть что-то из этого стоит произносить. Плохая идея. И, похоже, что он оставит это вопрос без ответа, ведь внезапно взгляд вновь стал обводить фигуру Акечи. А тому потребовалась лишь доля секунды, чтобы вставить последний пазл. Его ухмылка скривилась, показывая Акире выступающие клыки. Внезапно, даже без куртки, ему становится жарко. — О, Боже, Джокер, только посмотри на себя. Как жалко. Неужели ты влюбился? Да. Настолько сильно, насколько топорщились его штаны, упираясь Акечи в промежность. Стоило бы задуматься. Нет, к черту все это. — Эй, вообще-то я спас твою задницу, — очень хорошую задницу, стоило добавить. — По сути, ты мне теперь должен, так? Смех Акечи захватывал дух. Его настоящий смех, а не тот сладкий смешок, которое он обычно себе позволял. Нет, сейчас это было смесью фырканья и маниакального смеха. — Если это попытка затащить меня в постель, то ты очень плохо стараешься. Если ты так сильно хочешь, чтобы тебя выебали, то все, что тебе нужно сделать — это начать умолять. Он обнажил зубы в ухмылке, как хищник, который загнал свою добычу в угол, и теперь хочет с ней вдоволь наиграться. Джокер никогда не видел ничего более прекрасного. Но. Ни за что он не позволит себе так быстро проиграть. — Тебя? Нет, ты не понял, — Джокер усмехнулся. — Вообще-то я втрескался в твою Персону. Акечи прервался, по лицу побежали разнообразные эмоции, пока он не остановился на обнаженных в разозленном рыке зубах. Джокер не сдержал короткого смешка. Он в Метаверсе правда становился похож на бешеное животное — полная противоположность тому, что он строит из себя в реальной жизни. Рюджи регулярно размышлял о том, сколько сил Акечи требовалось, чтобы вести себя на камеру так слащаво. Смех быстро исчез с его губ, когда Локи будто из-под земли вырос перед его глазами, все такой же большой и темный, возвышался над ним с той же ухмылкой, а взгляд красных глаз пронзал насквозь. — Эм... — Джокер потерял все слова, инстинктивно отступая назад. — Будь осторожен в своих желаниях, Джокер, — Акечи произносит это тем самым сладким голосом, за которым пряталось смертельно опасное намерение. — Кто-то ведь может их исполнить. Локи сейчас абсолютно свободен и готов уделить тебе время. Локи подступается ближе. Джокер замечает язык, проскользнувший сквозь ряд белых зубов, длинный, раздвоенный. Из его рта слышится тихое рычание, Локи так близко, что Джокер может почти что почувствовать его дыхание... Он находит себя буквально прижимающимся к стене от страха, без возможности отойти еще дальше. — Хорошо-хорошо-хорошо! Я солгал! Это ты! Мне правда нравишься ты! Пожалуйста... Локи исчез в мгновение ока. — Ну вот, — обманчиво мягко произнес Акечи. — Не так ведь и сложно, да? — К сведению, — Джокер со сбившимся дыханием все еще посматривал на то место, где только что находился Локи. — Я все еще думаю, что он горяч, но чертовски страшен. — Отлично. Запомни это чувство. Когда мы в следующий раз случайно пересечемся — ты не захочешь встать на моем пути, Джокер. Акира представил этот «следующий раз». И больше всего ему понравилась идея позволить Акечи на себя наступить, пока бы он лежал под ним. — Всегда пожалуйста, милый, — произнес Джокер вместо любого другого разумного ответа, не только чтобы антагонизировать ему, но и потому что находил его слегка угрожающий флирт в качестве благодарности — прекрасным. — К слову, ты выглядишь прекрасно в моем плаще. Будто бы ты уже полностью мой. И снова Акечи слегка расширил глаза, он как будто был не против кому-то принадлежать, не был удивлен этим идиотским и опасным кинкам Джокера, но комментировать эти откровенно плохо скрываемые желания завлечь его в постель — значит попасться на удочку. — Твои друзья идут, — наконец произнес Акечи, спасая себя от ответа. Джокер даже не удивился тому, как тот, кто пришел в Метаверс один, имел превосходное чутье на чье-либо появление. Он повернулся, чтобы уйти. Акира почувствовал ком в горле, который не получалось сглотнуть. — Если ты опять замерзнешь, я знаю место, где подают восхитительной кофе наряду и с другими услугами, — он подмигнул, когда Акечи развернулся к нему. — Чтобы ты согрелся. — Если мы сделаем это, — наконец произнес он спокойным тоном. — То только здесь. Без твоей чертовой команды неподалеку. В моей голове целых две Персоны, которые — голос стал острым как бритва, но направлен он был вовсе не на него. — Не могут заткнуться, перебивая друг друга в истеричных возбужденных криках из-за Арсена с того самого дня, как они пробудились. Джокер заподозрил, что чувство самодовольного удовлетворения, разлившееся внутри, было не совсем его собственное. Он фыркнул: — Как хочешь. Может быть, ты еще и куртку мне вернешь? — Не-а, — ответил Акечи, взяв телефон в руки (как он вообще может им пользоваться своими когтистыми лапами?! И где он вообще все это время был?). — Она моя. Он исчез в это же мгновение прямо на глазах Джокера. В следующую секунду появилась его команда, тяжело дыша и глядя взволнованно. — Что произошло? — спросил Мона, подбежав к нему. В голове Джокера была мириада другая ответов, но, в конце концов, он выбрал самый уморительный. — Похоже, моей Персоне скоро перепадет.