Это их миг.

— Не говори с набитым ртом, Сайно! — Произнёс Тигнари, драматично закатывая глаза и откидываясь на спинку сидения. — Ты как ребёнок, честное слово… — Неправда. Я лишь хочу поднять настроение вам. Коллеи, скажи, у меня получается? — Если шутка про обеспеченного человека из-за отсутствия органа должна была нас развеселить во время ужина, то… — Коллеи выдержала неловкую паузу, кидая взгляды то на уставшего наставника, то на очень воодушевленного махаматру. — Вы провалились, генерал. Тигнари прыснул в кулак, увидев слегка надутые щеки Сайно, и потрепал макушку девочки, лохматя ее уложенные волосы. Лесной страж подпер лицо ладонью и посмотрел на генерала с лисьей ухмылкой, не предвещающей никаких добрых слов. — Уж прости, Сайно, но твои шутки действительно не наполняют вечер весельем, а вот твоя реакция на наше недовольство наоборот. — Или просто вам не хватает чувства юмора, чтобы понять? — Генерал приподнял бровь, принимая внегласный вызов от стража. — Сильное заявление, сможешь ли ты быть полностью в нем уверен? — Я сделал нужные выводы. — Не смеши. — Тигнари вздохнул с лёгким раздражением, которое также подпитывал азарт от желания выиграть. Взрослые — это большие дети, которые хотят иногда показывать свое совсем невзрослое поведение. И это «иногда» наступает только в моменты, когда вокруг взрослых находятся только те, перед которыми не стыдно проявить другую сторону себя. Поэтому сейчас двое взрослых действительно ведут себя отнюдь не по-взрослому. — Видишь, уже рассмешил. — Ухмыльнулся Сайно. — Так, — Крикнула Коллеи, вставая со стула ровно в тот момент, когда Тигнари приоткрыл рот, чтобы ответить. — Спасибо за ужин, все было чудесно! Но у меня есть дела, и… В общем, спокойной ночи! — Сбежала. — Констатировал Сайно, когда Коллеи закрыла за собой дверь. — Неужели? Я бы тоже сбежал. — От меня? Тигнари закатил глаза, начиная собирать пустые тарелки и грязные приборы. Его уши навострились, а дыхание сбилось, когда он почувствовал обвитые вокруг его талии горячие руки. — Так сбежал бы от меня? — Ещё раз спросил Сайно, прижимая подбородок к плечу стража. — А ты бы хотел? — Что за ответ? — Со смешком ответил генерал. — Такой бессмысленный диалог, будто мы в глупой книжке. — Говоришь так, будто тебе не нравится. — Тигнари накрыл чужие руки своими и расслабился, облокачиваясь на Сайно. — С тобой мне нравится все. Даже то, как ты недоволен моими шутками. — Ты все никак не отпустишь это? — Страж громко посмеялся своим бархатистым голосом, заставив этим появиться легкой улыбке на лице генерала. — Это удар прямо в сердце. — Значит, душа ещё цела? — Моя душа — это ты. Сайно осторожно развернул Тигнари к себе, заглядывая в его внимательные и сияющие глаза, открыто кричащие генералу слова о любви. С таким взглядом не нужны никакие поэмы или баллады, не нужны даже поступки с доказательством чувств, ведь они написаны узорами аккуратных движений кистью в чужих глазах. — Пока ты в порядке, ты счастлив и тебе хорошо, тогда и душа моя цела. — Сайно прислонился лбом ко лбу Тигнари и поглубже вдохнул чужой запах. — И как у тебя получается за пару минут меня раздраконить, а потом лишить дара речи, м? — Одна из моих привилегий, как твоего возлюбленного. Но тебе это нравится? — О, непременно. Но сейчас мне понравится кое-что другое. Поцелуешь? — Закусив нужную губу, спросил Тигнари. — Само собой. Сайно растянулся в довольной улыбке за пару мгновений до заветного соприкосновения губ. Страстный, но ничуть не пошлый поцелуй заставил биться сердце обоих чаще. Сколько бы времени не прошло с начала их отношений, поцелуи всегда будут вызвать бурную реакцию у каждого. Словно само ощущение того, что они есть друг у друга, что они сплели судьбы красной нитью, уже кажется чем-то нереальным. Действительно ли оба заслужили такое безграничное счастье? Да что там. Счастье не нужно заслуживать, оно прописано в судьбе каждого человека, и только время главный враг на пути к нему. А, возможно, учитель, что научит ценить счастье, которое так долго ждёшь. Сайно с полной отдачей целовал то верхнюю, то нижнюю губу Тигнари, прижимая чужое тело к себе за спину, желая насытиться теплом, пока руки стража обвились вокруг шеи генерала. Сайно осторожно, не торопясь высунул язык, касаясь им рта Тигнари. Хотелось слиться с ним воедино, в реальности ощутить фразу «Мы — одно целое». Так удивительно, что даже совсем разные люди могут стать чем-то единым, когда их сердца бьются в темп друг друга, бьются для друг друга… — Хочу, чтобы каждый вечер был таким. — Прошептал Сайно в чужие губы. — Будет. Мы оба это хотим. Значит, сделаем. — Обещаешь? — Обещаю. Сайно и Тигнари в унисон рассмеялись, прижимая друг друга плотнее в тёплые объятия. Это их миг. Только их.