Дорогой, открой глаза

— Так что же ты помнишь, Гарри? — голос звучал словно через толщу воды, напоминая, что юноша не умер, что это спокойствие — не призрак посмертия. Эти успокаивающие волны, на которых плавало его сознание не были объятиями Вечной Невесты. — Что произошло в ту ночь? — продолжил мужчина, несмотря на нежелание юноши отвечать. Закрывший глаза желал лишь оставаться в этом невероятном состоянии, забыв обо всём на свете, но мужчина был слишком настойчив, добиваясь ответа и вытягивая юношу из тёплой безмятежности, поэтому пришлось открыть рот, и из него изначально вырвался лишь тяжёлый вдох, словно воздух не поступал в лёгкие невероятно долго, а парень находился не в состоянии гипноза, а в клинической смерти, в течение которой кислород поступал в тело лишь искусственным путём, а сейчас давал весь спектр наслаждения. —Я помню… — выдохнул Гарри, — помню маму, — глубокий вдох, — она так красиво выглядит. Принарядилась в честь похода в ресторан. — выдох,— Папа решил, что им необходимо провести время вместе, ведь с моим появлением они не могли найти времени для свиданий, проводя время либо дома, либо гуляя вместе со мной. — ответ юноши окончился ещё одним глубоким вдохом, наполняющим нутро таким невероятно вкусным воздухом, заполняющим лёгкие без остатка, а мозг — истинным счастьем. — Они злились на тебя из-за этого? — вновь прозвучал вопрос от мужчины, который как-то слишком пристально наблюдал за полулежащим в кресле юношей. Тёмные глубокие глаза сканировали тело вдоль и поперёк, иногда задерживаясь на чем то одном, чтобы вглядеться и найти что-то новое, до этого неизведанное. — Нет… конечно нет. Они любили меня, — убеждённо проговорил парень, всё ещё плавая на волнах своего подсознания. Он наслаждался таким размеренным и спокойным состоянием, которое никогда не ощущал ранее в своей жизни, кроме тех редких моментов, когда забывался в крепких объятиях своего мужчины. Это было так притягательно и приятно. Он не хотел, чтобы это заканчивалось. — Хорошо. Что ещё ты помнишь? — Мама поцеловала меня в лоб, говоря, чтобы я не сильно доставал Сириуса.. — Кто такой Сириус, Гарри? — перебил его спокойный голос, проверяя. — Мой крёстный. Будто ты не знаешь об этом, — хоть парень и был погружён в собственное подсознание, он не потерял возможности и сил к поддразниваю своего оппонента. Хотя это и было произнесено совершенно спокойно, что никак не указывало на игривость фразы или же раздражение, но изгиб губ раскрывал подлинную эмоцию. — Хорошо, продолжай. — с едва уловимой улыбкой на лице проговорил мужчина, продолжая свои безнаказанные разглядывания. Он и в обычное время мог спокойно этим заниматься, но сейчас это отдавало приятной интимностью на губах, затрагивая совсем тёмные глубины души. Ведь, в целом, он мог не только смотреть, но и… — Только она развернулась, чтобы выйти к отцу, как на первом этаже послышался какой-то грохот и крик, — судорожно вдохнув, юноша нашёл в себе силы продолжить, — крик отца. Он отчаянно призывал нас бежать, с мукой кричал что «Он» здесь.

***

Послышался стук в дверь, и Джеймс Поттер поспешил её открыть, ярко улыбаясь. Конечно же это был Сириус; кто бы ещё мог прийти в это время, кроме него? — думал Поттер-старший. Но на пороге стоял совершенно не тот человек, которого он ожидал увидеть. — Добрый вечер, Джеймс, — с ухмылкой на лице проговорил мужчина, которого хозяин дома совершенно точно ни ждал, ни хотел видеть на своём крыльце. Да и вовсе он желал ему лишь смерти и ни в коем случае не хотел даже близко его видеть у своей семьи. Дикий ужас охватил Джеймса, сковав сердце в ледяных когтях. — Какого чёрта, Вол... — закончить фразу ему помешал резкий острый удар в живот, заставивший от боли подогнуться колени. Только что выглаженная рубашка пропиталась кровью. Но это было лишь начало. Нож, вырванный из его плоти, вновь вонзился в тело хозяина, вырывая из уже заполненного кровью рта не крик, а животный рёв боли. Глаза Джеймса были широко распахнуты, а из рта начали стекать кровавые дорожки, медленно спускаясь к горлу, словно ещё надеясь вернуться обратно в его нутро. — ЛИЛИ, ОН ЗДЕСЬ! БЕГИТЕ!! — Из последних сил закричал мужчина, захлёбываясь собственной жизнью и валясь на пол, как мешок с камнями, но окончательно погружаясь в темноту из-за удара о край тумбы. Длинные ноги безжалостно переступили через его тело, устремляясь к своей цели.

***

— Кто «Он», дорогой? — голос мужчины звучал как шёпот ядовитой змеи. — Я не знаю... не знаю... — юноша вздрогнул, словно ему было холодно… Или словно его пронзили ножом. — Дальше, — на этот раз прозвучал приказной тон, а сам мужчина слегка наклонился в сторону Гарри, вглядываясь в него невыносимо жадно, словно желая поглотить его страх, заполняющий всю комнату. Или же выпотрошить. Глаза его были полны тьмы и неуёмного желания. — Мама бросилась ко мне, хватая на руки. Она металась из стороны в сторону, пытаясь найти выход, но его не было. В моей комнате была лишь одна дверь, но к ней уже приближались Его тяжёлые шаги. И тогда мама впихнула меня в шкаф, шепотом приказав не издавать ни звука. Послышался звук открывающейся двери... — Голос Гарри прервался из-за тремора, мешающего выдавить из себя хотя бы звук. Ему было страшно, он боялся это вспоминать. — Гарри, ты должен продолжать. — голос мужчины был твёрд. Его ягнёнок должен был вспомнить всё. Абсолютно всё. — Мне было видно всё через крохотную щель. Я видел, как в комнату вошёл мужчина. Он шёл так медленно и спокойно, словно хищник, который уверен, что жертва больше не сможет бежать. — судорожно вдохнув, парень продолжил: — Мама стояла посреди комнаты, она даже не шелохнулась, и тогда мужчина спросил её..

***

— Где мальчишка? — в голосе не было слышно ничего, кроме леденящего душу холода. — Его здесь нет, чёртов ублюдок, — Лили всегда храбрилась перед опасностью. Она никогда никому не позволяла видеть её слабость или страх. Даже сейчас. — Отдай мне его и останешься в живых, глупая девчонка. Лорд Воландеморт редко делает такие предложения, — с насмешкой проговорил мужчина, склоняя голову к плечу. Он смотрел на неё, как на букашку, которая слишком мозолит глаза, но не может ничем навредить, что смешило и отвращало одновременно. — Никогда. Слышишь? Никогда, урод! — это было последнее, что успела произнести дрожащая Лили, сверкая яростными глазами, прежде чем ей перерезали шею одним резким движением руки. Кровь хлестнула в разные стороны, окропляя и мужчину, и пол детской комнаты, а девушка схватилась за глубокий порез, стараясь удержать этот смертельный фонтан и ухватить крохи жизни хотя бы на пару мгновений. Зелёные глаза, невероятно раскрытые и полные ужаса, постепенно теряли осознанность, становясь стеклянными и безжизненными. В следующую секунду Лили Поттер упала на пол, и мир вокруг неё окончательно затих, даруя ей вечный покой.

***

— Он убил её… — юноша всхлипнул. По его щекам текли ручьи слёз, притягивая голодный взгляд мужчины. Он желал попробовать их на вкус. — Что было дальше? — хрипло произнёс мужчина, облизывая пересохшие губы. Его терзала жажда. Невыносимая, мучительная и такая сладкая жажда. — Он… Он услышал как я вскрикнул, когда она упала. Он услышал и обвёл взглядом комнату, задержавшись на шкафу. Он понял, где я. — дрожа всем телом, шептал, как безумный, Гарри. — Я зажмурился, мне было так страшно. Я не хотел умирать. Дыша через раз, юноша захлёбывался воздухом, но продолжал: — Я слышал, как скрипит дверца шкафа..

***

Услышав неожиданный звук, мужчина заскользил взглядом по комнате, обводя каждый уголок цепким взглядом. Он был похож на гончую, учуявшую след. Глаза остановились на шкафу, из щели которого выглядывал яркий зелёный глаз мальчика, наполненный блестящей от попадающего света влагой. Усмехнувшись, мужчина подошёл к шкафу и стал медленно открывать дверцу, зная, что его жертва никуда от него не денется. В беспорядке вещей сидел мальчик лет пяти. На нём была надета зелёная футболка и милые шортики с молниями, вокруг которых были изображены волшебные мётлы. Лицо его было покрыто влагой, которая непрестанно катилась из зажмуренных глаз дальше, по всему лицу, переходя на шею и окончательно исчезая за шиворотом футболки. Опустившись перед мальчиком на колени, мужчина погладил его по щеке, оставляя на ней ярко-красные, пока ещё теплые разводы, от чего ребёнок вздрогнул, сильнее прижимая к груди мягкую игрушку в виде ягнёнка. — Не бойся, дорогой, открой глаза. — ласково произнёс низкий мужской голос, завораживая и заставляя подчиниться. Гарри открыл глаза.

***

— Кто это был, милый? Кто? — чуть ли не в экстазе шептал мужчина. — ТЫ! — вырвался болезненный крик из груди юноши, а его больные глаза распахнулись в ужасе.