Нет. Джаст был настоящим.
Его ладонь оставалась тёплой, а пальцы иногда чуть сжимали его руку, словно подтверждая, что он здесь, рядом. Где-то вдалеке, в высокой траве, закричал кузнечик. Алфёдов услышал это, но не обратил внимания. Ветер снова пробежался по полю, легко касаясь их, заставляя его рубашку чуть колыхаться. — Ты... не заснёшь? — голос Алфёдова был тихим, почти ленивым. Джаст чуть качнул головой, его волосы мягко скользнули по прядям Алфёдова. — А если да? — прозвучал в ответ такой же ленивый, даже чуть усмехающийся голос. Алфёдов приоткрыл один глаз, посмотрел на него. — Тогда я буду вынужден тебя тут оставить. Джаст лениво усмехнулся, не шевелясь. — Может, мне как раз и хочется, чтобы ты попробовал меня унести? Алфёдов тихо фыркнул, чуть сильнее сжимая его ладонь. — Ты слишком самоуверен. — А ты слишком осторожен. Они снова замолчали, но это молчание было наполнено чем-то… лёгким, почти невесомым. Ветер прошёлся по полю, а ночь окончательно накрыла их мягким, звёздным покрывалом. Сколько времени они ещё сидели так — непонятно. Возможно, всего несколько минут, а, может, целый час. Но что-то подсказывало, что им обоим не хотелось уходить. Летняя ночь наступала медленно, воздух наполнялся прохладой. Но рядом с Джастом было тепло. Настолько, что Алфёдов впервые за долгое время не чувствовал в этом мире ничего, кроме лёгкости.Вроде как, должен был быть конец? не так ли. но их история только начинается
***
Ночь постепенно обнимала их, поглощая все вокруг. Тёмное небо стало ещё более загадочным, а звёзды на нём — такими близкими и яркими. Ветер, теперь чуть прохладнее, скользил по их телам, но тепло, которое они разделяли, оставалось. Оно было таким естественным, что казалось, его нельзя было нарушить никаким внешним фактором. Алфёдов тихо вздохнул, ощущая лёгкость в груди. Всё в этом моменте было правильным, и он не мог найти ни одной причины, чтобы подняться, уйти. Даже если ему когда-то хотелось бы быть одному, сейчас это чувство как будто исчезло. Всё, что ему было нужно, это быть здесь, рядом с Джастом. Джаст снова мягко сжал его руку, и этот жест оказался одновременно нежным и уверенным. Он не спешил, не торопился. Они просто сидели, слушая ночные звуки, чувствуя друг друга. Время, казалось, замедлилось и теперь было неважно, сколько прошло — секунды или часы. — Джаст... — Алфёдов снова заговорил, голос его был тихим, почти как шёпот. — Ты когда-нибудь задумывался, как всё могло бы быть, если бы не все эти... странности? Джаст чуть повернул голову, его взгляд был тёплым, но в глазах вспыхнуло что-то — не вопрос, а скорее размышление, сдержанное и внимательное. — О чём ты? — его голос был мягким, но чуть настороженным. Он знал, что разговор может быть непростым, но всё равно чувствовал, что здесь, в этот момент, можно говорить обо всём. Алфёдов немного отстранился, но не ушёл далеко. Он снова смотрел в небо, где звезды начали мерцать ярче. — О том, что иногда кажется, будто ты просто существуешь в каком-то другом мире, где всё не так, как должно быть... А что если всё, что мы видим и чувствуем, — это просто временный момент? Джаст молчал, не отвечая сразу. Он знал, что слова Алфёдова были не просто вопросом. Это было его восприятие мира, его страхи и, возможно, надежды. — Мы все ищем свои ответы, — сказал Джаст спустя паузу. — И не важно, что с нами происходит. Главное, что мы здесь, в этот момент, и можем что-то сделать. Даже если этот момент кажется неправильным. Алфёдов чуть улыбнулся, но улыбка была смущённой, почти уязвимой. Он повернулся к Джасту, его взгляд стал мягче. — Ты прав. Этот момент... он действительно важен. Он снова положил голову на плечо Джаста, чувствуя, как его дыхание становится ровным и спокойным. И вдруг ему стало ясно, что не нужно искать идеального мира. Этот, даже с его странностями, был вполне достаточен для них. — Я рад, что встретил тебя, — прошептал Алфёдов, словно впервые открывая для себя, насколько это важно. Джаст улыбнулся, его рука плавно прошлась по спине Алфёдова. — Я тоже. И так они сидели, поглощённые этим тихим миром, где не было места для вопросов, только для чувства настоящего.