Lilium

— Девочки, все будет хорошо, обещаю. — Хонджун поднялся с места и перевёл взгляд на Сонхва, натянуто улыбнувшись. — Поехали, ещё много дел. — Хонджун, — окликнула его Ёнсу, — будь осторожен, ладно? Как много бы силы у тебя не было, ты не бессмертный, помнишь? — Помню, Ёнсу, спасибо. — Хонджун взглянул на часы. — Не опоздайте, трещалки. Он хлопнул Сонхва по плечу и тот с недовольным видом поднялся с места. Они быстро вышли наружу и Хонджун не сдержал рвущееся изнутри напряжение, руки сами потянулись во внутренний карман пиджака за сигаретой. Еще мгновение и он уже выпускал первые кольца дыма в воздух. — Ну что, есть какие-то умозаключения, детектив? — Слушай, мафиозник, я тебя сейчас укушу. — Пак недовольно скривил губы. Настолько был раздражен, что даже сигаретный дым заставлял нервничать. — Слишком размытые факты. Я детектив, но не ясновидящий. К сожалению. Надо ехать в Нончхон. Мне кажется, она сунула свой красивый носик не туда. Но говорить тебе до последнего не хотела. И, может, паренек этот был замешан в делишках каких-то темных. А может и приманкой для неё. Я хер знает. Тут предполагать можно сколько угодно. Сонхва оперся на свою машину, сначала посмотрев на Хонджуна, а затем в сторону. — Я не мафиозник, хватит использовать это тупое погоняло, мы не в итальянском боевике с Дон Корлеоне, — Ким закатил глаза и вздохнул, — согласен, слишком много всего. Скомкано и размыто. Может поможет Нончхон, ноутбук и телефон… на могилы, не будем сегодня соваться. — А как мне тебя называть? Господин? — Пак рассмеялся себе под нос. — Ладно, мафиозник, садись в машину. Едем в вашу опгшную конторку размером с район. Надеюсь, у тебя там есть друзья, а не только враги. Пак открыл машину и залез на водительское сидение. Хонджун ухмыльнулся и бесцеремонно устроился на пассажирском, закинув одну ногу на другую. Сонхва молча закатил глаза, заводя двигатель. Он чувствовал на себе ленивый взгляд Кима, но не обращал внимания, сосредоточившись на дороге. Машина мягко тронулась с места, скользя по ночным улицам. За окнами мелькали неоновые вывески, силуэты людей, бесконечные огни большого города. В салоне повисло напряжённое молчание — каждый был погружён в свои мысли. Сонхва выстукивал ритм пальцами по рулю, анализируя информацию, которую они собрали. Хонджун же, откинувшись в кресле, наблюдал за дорожными огнями, лениво подгоняя мысли в голове. По мере того, как они приближались к цели, напряжение становилось ощутимее. Сонхва крепче сжал руль, прикидывая, во что они ввязываются. Это место не сулило ничего хорошего, но пути назад уже не было. Сонхва замедлил скорость, скользя взглядом по знакомым ориентировкам. Узкие переулки, неработающие фонари, пара припаркованных машин, которые, казалось, стояли здесь вечность. Всё вокруг говорило, что они вошли в территорию, где чужаков не ждали. Хонджун, до этого расслабленный, выпрямился, взгляд стал острее. Он знал, что за ними уже наблюдают — камеры, люди в тени, невидимые, но присутствующие. Сонхва, не отрывая рук от руля, слегка повёл плечами, ощущая этот взгляд на себе. Он припарковался у невысокого здания с затемнёнными окнами. Вывески не было, но те, кто должен был знать, понимали, куда попали. Хонджун хмыкнул краем губ, изобразив подобие улыбки, и первым потянулся к дверце. Сонхва выдохнул, задержался на пару секунд, прежде чем заглушить двигатель. Затем, словно скидывая с себя лишние мысли, вышел из машины, хлопнув дверью чуть громче, чем требовалось. — Блять, забудь, что я говорил в баре. Вот здесь реально смотрят. — Сонхва нахмурился, доставая сигарету и прикуривая. — При чем много знают, кто я такой. Да и кто ты такой — тем более. Здесь есть люди, кто может с нами поговорить? Или всех хотят тебя убить? И меня, к тому же. — Что за привычка у тебя такая задавать сто вопросов за секунду? — Хонджун постарался посмеяться, но это ему давалось тяжко. — А что ты хотел это бедный преступный район. Они все опасаются нас ровно настолько же, насколько хотят убить, но не тронут. Им своя жизнь дороже. Ким осмотрелся по сторонам. Он смотрел на людей, снующих вокруг. На детей, озирающихся в сторону богато одетых парней и их машину, возле которой они стояли. Хонджун задумчиво нахмурился, но тут же расслабил лицо, вспоминая сестру, которая визжала и говорила ему, что он заработает себе морщины раньше времени, если будет так много хмуриться. — Мы можем сходить к госпоже Чин. У неё магазинчик с едой на соседней улице отсюда, — Хонджун вздохнул, — не спрашивай откуда я её знаю, но она дружелюбная и не откажет в разговоре. Меня она знает. Сонхва хмыкнул, не ответив сразу. Он взглянул на Кима, внимательно оценивая его. По мере того как он следил за происходящими вокруг, начинающийся интерес к этому району становился всё сильнее. — Боже, ты меня уже ничем не удивляешь. — Пак закатил глаза. — Веди меня в этот свой магазинчик. Но ты уверен, что она не может оказаться подставной? — Госпожа Чин? Подставной? — Хонджун искренне рассмеялся, чем спугнул кошку, проходящую мимо. — Ты ее увидишь и поймешь, как сильно ошибаешься. Эта старушка накрутит любого, кто захочет её завербовать или наставить на иной путь. Она пуленепробиваемая и знает ниндзюцу, чтоб ты понимал. — Ниндзюцу? — Пак выгнул бровь. — Что вообще происходит… Она бабушка Сана? Откуда ты берешь этих трансформеров? Особенно в возрасте? — Я коллекционер, — Ким усмехнулся, — и нет, она не бабушка Сана. И в смысле трансформеров? — Хонджун покосился в сторону. — Забудь. — Сонхва рассмеялся, хлопая Кима по плечу. — Все, идем, коллекционер. Надеюсь, я не её часть. — А об этом я не расскажу, — Хонджун усмехнулся и мельком посмотрел по сторонам, — я так проголодался на самом деле, не откажусь от её ттокпокки и вареного мяса с бульоном… — На лице Кима проскользнуло что-то наподобие мечтательной улыбки, но пропало также быстро, как и появилось. — Хотя не только от еды я бы не отказался. Сонхва стрельнул в парня глазами и закатил глаза. — Здесь свернуть налево, — Ким повернул и обернулся на Сонхва, с опаской осматривающегося по сторонам, — не тронут они тебя, просто смотрят. Они же знают, кто ты. — Так же, как и знают, кто ты. — Пак слабо и напряженно приподнял уголки пухлых губ. — Поэтому, я думаю, у них много вопросов. Мимо них на мотоцикле проехали какие-то молодые парни, громко о чем-то споря и смеясь. Чуть не сбили Кима и Пака и даже не заметили. Сонхва тяжело вздохнул и выдохнул, поправляя черный плащ. Где-то из местных баров на них уставилась парочка незнакомых глаз всяких огромных мужчин в татуировках и с толстой сигаретой, набитой явно не табаком. Недалеко отсюда мелькали огоньки улицы красных фонарей, где люди совсем забывали о том, что такое честь и достоинство, и стирали все грани. Оттуда громко играла музыка даже с такое время. Хотя сейчас дело только близилось к закату. — Нужно просто перетерпеть… Нужно просто перетерпеть… — как мантру произносил Сонхва себе под нос. — Какие мы нежные, вы посмотрите, — фыркнул Хонджун, — сам сюда хотел больше всех. Что же ты теперь? — Я хотел сюда, чтоб найти улики. — Пак метнул на него недоволный взгляд. — Я просто брезгливый и педантичный. Уж извини. Потерпи. — Добро пожаловать в другую жизнь, Пак Сонхва. Но вдаваться в подробности того, что у Хонджуна закололо сердце от этих улиц, он не стал. — Нам до конца улицы идти, так что… ещё минут десять. Пак фыркнул, пытаясь пропустить колкости Кима мимо ушей. Все остальное время они шли молча. Совсем скоро они действительно подобрались к небольшому магазинчику на углу дома. Когда они подошли к магазину, Сонхва снова почувствовал напряжение в воздухе. В этом месте всё было тихо, как если бы даже стены знали, что они здесь не случайно. Впрочем, магазин выглядел вполне обычным — старенькое здание с слегка облезшей вывеской и тусклыми огнями, но стоило им подойти ближе, как изнутри доносился знакомый запах специй и чего-то жареного. Хонджун первым толкнул дверь, и резкий звон колокольчика огласил пространство внутри. Тепло и уютно. За прилавком сидела женщина средних лет, с добрым, но настороженным взглядом. Она подняла глаза, встретив взгляд Кима. — Мой мальчик! — женщина подскочила со своего места и устремилась к Хонджуну. Она обняла его и принялась дергать за щеки. Сонхва стоял немного в стороне, наблюдая за этим взаимодействием. — Давненько ты у нас не был, так вырос! Прям жёних. — Чин улыбалась во все свои 32 зуба (или нет…), в которых мелькали золотые коронки. — Что привело вас? И кто этот джентельмен? — Госпожа Чин, это мой друг Сонхва, — Ким повернулся на Пака и лукаво сощурился, — может угостите нас чем-нибудь? Старушка засияла ещё сильнее и упорхнула к своему рабочему месту, чтобы подготовить что-то для них. Ким прошел к одному из небольших железных столиков, вокруг которого стояло два стула и сел. — А вообще… вы наверное понимаете зачем я здесь? — Ким оперся локтями на стол и исподлобья проследил взглядом за замешкавшимся Сонхва. Пак заметив на себе этот взгляд цокнул языком и прошел вперёд, чтобы сесть напротив. — Не думаю, что вы не в курсе, что моя Юн пропала. Новости здесь разлетаются быстро, особенно если здесь нашли её телефон. — Ох, мальчик мой! — Чин вздохнула и плеснула руками в своей самой лучшей традиции. — Юни пропала — это я знаю! Говорят, её видели с каким-то парнем, они заходили в бар местный, она все брыкалась и изводила всех, но это я только слышала, не видела ничего. И вот после этого они куда-то уехали. — В бар? — Пак мельком глянул на Хона, а затем вернул взгляд к старушке. — Да! Именно так! Кажется… Это был бар Кихо. — Бар Кихо? — Хва нахмурился, перебирая в голове возможные зацепки. — Он её, говорят, чуть ли не на себе тащил, а она только и делала, что огрызалась. — Чин развела руками. — Еще бы… Но что им там нужно было? Хон, в каких ты взаимоотношениях с Кихо? — Сонхва вернул свое внимание к Хонджуну. — Да кто же этот парень-то… — Начал Хонджун. — Ладно, Кихо? Не знаю, я его видел последний раз лет пять назад и у нас с ним не было никаких стычек. Ким посмотрел на Сонхва и потом на старушку. Она прищурилась, но затем расслабила лицо и принесла две порции рисовых клецек и мяса с бульоном к столу. Будто бы по одному взгляду Хонджуна считала, что Сонхва ничего не знает и знать не должен. Пока что. — Кихо, очень своенравный парень и сумасшедший. Если ему предложить высокую выгоду, то он мог и согласиться даже не смотря на наши с ним нейтральные отношения. — Хонджун посмотрел на стол и нечитаемо усмехнулся. — Юн бы обзавидовалась сейчас, если бы я сказал ей, что ем ваши ттокпокки. Пак провел рукой по лицу, желая жалобно застонать, но сдержался. В голове крутилось бесконечное множество мыслей. И хоть перед ним стояла безумно вкусная еда, его воротило даже от запаха, настолько он был напряжен. — Юни… Наша девочка… — старушка вздохнула, присев на стул рядом за другим столиком. — Я постараюсь ещё как можно больше информации узнать для вас, но пока это всё, чем я владею. Хоть тут и слухи быстро разлетаются, сам знаешь, как быстро их же и подавляют местные. — Телефон нашли в подворотне у дома дяди Ёнджуна, не знаешь он сейчас там или снова на своих «игрищах» пропадает? — Ким нахмурился. — Может его можем спросить, вдруг видел что? — Ой, его вообще не видно, не слышно. — Чин махнула рукой. — По-любому где-то пьяный валяется. — Значит, начнём с бара, — наконец сказал Пак, поднимая на них взгляд. — Выясним, кто этот парень и куда он мог её увезти. А потом к дому, где нашли телефон. Чин вздохнула и покачала головой: — Не нравится мне всё это… Берегите себя, мальчики. — Не волнуйся, Госпожа Чин, — Хонджун поднялся с места и подошел к старушке. Он бережно положил руку на её плечо и едва заметно улыбнулся, — все будет хорошо. Ты меня знаешь — отовсюду выкарабкаюсь, как бы сложно не было. Ким посмотрел на стол с недоеденной едой. Он даже сам едва смог прикоснуться к блюдам, потому что кусок стоял поперек горла, но все таки съесть пару кусков мяса и клецек он смог. — Извини, что мы так быстро и ещё не доели ничего, — Хонджун убрал руку и кивнул Сонхва на выход, — обещаю, вернемся и поболтаем с тобой побольше, и, уж точно, все доедим. Пошли, Сонхва. Сонхва поднял взгляд на Хонджуна и кивнул. Он встал и сделал небольшой поклон в сторону Госпожи Чин. — Благодарю вас за теплый прием, Госпожа Чин. У вас замечательное место. — Пак слабо, но искренне улыбнулся. Старушка засияла и всплеснула руками. — Все, мальчики, удачного вам пути. — она обняла Хонджуна. — Только будьте очень осторожны. Последнее время у нас неспокойно. Пак кивнул и направился к выходу, стараясь не показывать, как сильно его терзает беспокойство. — Если что-то узнаете — дайте знать, — добавил Сонхва, уже на пороге. — Конечно, конечно, — старушка махнула рукой, но взгляд её оставался тревожным. Как только дверь за ними закрылась, вечер встретил их плотным воздухом и тишиной, нарушаемой лишь редкими звуками далёких машин. — Бар Кихо, значит… — Сонхва сунул руки в карманы, глядя на узкие улочки перед собой. — Уверен, что он нас туда пустит? Хотя… Кого я спрашиваю. Нам приглашение не нужно, так ведь? — Нет, чертенок, — Ким играючи вздернул бровь, — приглашение не нужно. Нас пустят спокойно, даже если Кихо помогал этому ублюдку, кем бы он не был, то, честно говоря, ему похуй и считает себя «нейтральной» стороной. Для меня уже нет. Хонджун аккуратно завел себе руку за спину, где покоились его два новых пистолета, но тут же убрал ее и повел ленивым взглядом по сторонам. — Все пройдет нормально, если он не откажется говорить. — Хонджун пожал плечами. — У тебя там что такое за спиной, м? — Сонхва прищурился, заглядывая за спину Хонджуна. — Тебе вообще с собой иметь оружие нельзя без лицензии. А у тебя её нет. Ты не коп. И когда успел вообще спрятать? Ловкие у тебя руки, я смотрю. — Тебе ли не знать о моей ловкости рук, — Хонджун покосился на Сонхва, — и вообще, что мы все ещё ведем слова о законах, да лицензиях? К слову, откуда тебе знать, что у меня есть, чего нет? Вам дали данные и вы ими кормитесь. Ким ускорил шаг, чтобы скорее добраться до бара и обошел Сонхва. Он махнул рукой над головой, а затем спрятал ладони в карманы брюк. — Разузнали бы все сначала, прежде чем обвинять во всех грехах мира! — Ким пошёл с горки вниз. — Догоняй. Надо успеть до позднего вечера, пока туда не наведался всякий сброд. Там нам уж точно придётся напрячься. — Что это ты? Задел тебя? — Пак усмехнулся, нагоняя Хонджуна. — Ты знаешь, что некоторым поступкам нет оправдания, даже если есть какие-то глубокие причины? Умышленное зло — это все равно зло. Пак вздохнул. — Ты слишком горячишься, — бросил он, легко догоняя Хонджуна. — Никто тебя ни в чём не обвиняет. Ким только фыркнул, не оборачиваясь. — Знаешь, — продолжил Пак, сунув руки глубже в карманы, — если ты так реагируешь, значит, есть за что. Хонджун резко остановился и повернулся к Паку, взглядом спрашивая: «когда ты уже замолчишь?». Сонхва прищурился, но уголки его губ дрогнули в усмешке. — Что ты так угрожающе смотришь на меня? Неужели врежешь мне прямо на улице, когда у нас и так проблем по горло? — Ты себя закапываешь все глубже и глубже. Лучше заткнись, — Хонджун закатил глаза и отвернулся, — мы пришли. И нет, бить я тебя собирался. Ким свернул направо и потянул на себя дверь с облезлой желтой краской. В уши тут же ударила приглушенная музыка прошлого десятилетия и запах дешевых сигарет в перемешку с алкоголем, купленным у барыг за копейки. Хонджун вошел внутрь и сидевшие немногочисленные гости тут же обратили на него внимание. Голоса стихли, а бармен перестал протирать замызганный бокал. Он мгновенно отставил его и резко ударил ладонями по столу, словно поймал какого-то таракана, пробегавшего по столешнице. Мужики начали перешептываться и коситься на него, а затем следом зашел и Сонхва. Все с прищуром разглядывали их, но Хонджуну было по-настоящему похуй. Многие могли даже не узнать их, но дорогие костюмы и внешний вид, говорили сами за себя и приковывали взгляды бедняков. Они видели в них добычу, но знали, что прикасаться не стоит. — Мой хён! — Из двери за барной стойки вышел высокий парень. Он распростер руки по сторонам и тряхнул своей зеленой челкой. Крыса. Настоящая подпольная крыса. Вот кого надо называть мафией и монстром. Контраст заметный. Хонджун усмехнулся и посмотрел на младшего. Он прекрасно понимал, что мальчишка знает почему Ким пришел сюда. Это читалось в его хитрых глазах. Кихо не был тупым, напротив. — Хотел бы я сказать, что тоже рад тебя видеть, только вот не могу похвастаться тем же. — Хонджун выгнул бровь и покосился на бармена, возобновившего свою работу. — Ай, я знал, что ты придешь ко мне по поводу сестры, — Кихо махнул рукой, — но она сама виновата, в том, что полезла туда куда не следует и к тем, кому не следует. Сонхва не смог сдержать усмешки, выгнув бровь и отводя взгляд в сторону. Ух ты как прямолинейно. Прям медальку можно вручать за честность. Но ухмылка быстро пропала с лица, когда он поймал на себе изучающие взгляды посетителей. Детективы редко заглядывали к ним в район — парадоксально. Хотя здесь дел просто выше крыши. Пак молча встал рядом с Хонджуном, скрестив руки на груди. Его взгляд скользил по залу, запоминая лица, детали, расстановку мебели. Детективный инстинкт не позволял расслабиться даже здесь. — Значит, ты уже в курсе, — сухо заметил он, глядя прямо на Кихо. — Давай без прелюдий и сразу к делу. Где сестра Хонджуна? Что хочешь за информацию? — Ой, даже так? Готов мне что-то дать за информацию? — Кихо пискляво посмеялся и Хонджун поморщился. Напоминал гоблина из «Человека Паука» и параллель была слишком прямой. — Давай без выступлений, ты прекрасно знаешь, что ничего не получишь, — Ким обвел взглядом бар, — но по крайней мере сохранишь свою дыру и голову. — Угрожаешь мне, Ким Хонджун? — Парень расплылся в улыбке и провел рукой по своим цветным волосам. — Будь повежливее, если хочешь узнать, где твоя ненаглядная. — Ты сейчас доболтаешься придурок, я тебя уже предупреждал раньше. — Хонджун нахмурился и спрятал ладони в карманы брюк. Ким покосился на Сонхва, взглянувшего на него. Да, это «нейтральные» отношения, а ты что думал? Хонджун снова вернул внимание к Кихо. — Воу, не горячись, я лишь шучу! — Парень выставил перед собой руки и облизал сухие губы от нервов. То-то же… испугался сразу. — Тогда начинай говорить, пока Цербер не наведался к вам. — Ким усмехнулся. — Я мало, что знаю, клянусь, — Кихо пожал плечами и посмотрел по сторонам, — они завалились ко мне в бар, твоя начала посыпать меня многоэтажным матом, как сапожник. Потом— потом парень этот сказал, что ему дали мой контакт те, кто над ним и что я должен с ним сотрудничать, если не хочу, чтобы бар или матушка пострадали. — Угрожал? Как он выглядел? Как его звали? — Хонджун нахмурился. — Как много вопросов за одну секунду! — Кихо сделал удивленный вид. — Ужас. Хонджун покосился на Сонхва. Нахватался, блять. — Юн называла его Джихуном, но мне он представился Марком, — Кихо дергано повел головой в сторону, — так что хуй его знает, как его зовут на самом деле, скорее всего Марк. Волосы были темные, но с высветленными прядками, но не под блонд, такой грязный коричневый. — Как подробно, молодец. — Хонджун усмехнулся. — Не перебивай меня, — Кихо оперся локтем на барную стойку и лениво бросил голову на кулак, — высокий, но не шибко выше чем ты Хонджун, может на сантиметра три-четыре или около того… одет был дорого, в костюм какой-то, но я не ебу в брендах. Что ещё… приехали они на безумно крутой черной тачке, Lamborghini кажется. — Это уже интересно. — Ким усмехнулся себе под нос и поймал на себе взгляд какого-то мужчины в углу бара. — Что он хотел-то? Они хотели. — Я не знаю куда они направлялись, честно, Марк— Джихун—, похуй, кто он, не сказал это. Однако… Юн сказала нечто странное. — Что она сказала? — Ким напрягся. — Она просто истерила, пыталась вырваться от Джихуна своего, а потом между слов проскользнуло: «Мой брат был слишком добр, в этот раз он не будет снисходителен!» — Кихо спародировал женский и громкий голос. — Как-то так она сказала. — В этот раз?.. — Хонджун задумчиво посмотрел себе в ноги. — Что ещё? — М-м, — скучающе протянул парень, — она сказала, что заебет всех даже из могилы. — В её репертуаре. Дело точно не в этом. Это намек. — Лучше задавайте наводящие вопросы, я легко все забываю. — Он играючи подмигнул. — Ты серьезно?! — Хонджун нахмурился и сделал редкий шаг вперёд, а Кихо испугано дернулся назад. Сонхва выставил руку перед Хонджуном и испытывающе взглянул на него. — Спокойнее. — бросил он тихо, но твёрдо. Кихо ухмыльнулся, но во взгляде мелькнула тревога. Он знал, что за грань лучше не заходить, особенно когда дело касалось Хонджуна и его сестры. Пак перевел медленный и холодный взгляд на Кихо, все еще удерживая руку перед Кимом. — Так, давай без игрищ, мне они вообще неинтересны. Весело тебе? Прикольно? — детектив вскинул бровь. — Я не в настроении для твоих игр, — процедил он, сжав пальцы сильнее. — Или ты говоришь, где Юни, или я разношу здесь всё к чертям. — спокойно проговорил Пак. — А если бы матушку твою украли, тебе бы как было? Хорошо? Сонхва внимательно смотрел на Кихо, выцепляя мельчайшие детали в его реакции. Затем склонил голову и заговорил спокойно, но твёрдо: — Ты сказал, что Марк — или как его там — приехал на Lamborghini. Ты запомнил номера? Может, хотя бы первую букву или цифру? — У машины не было номеров, — Кихо закатил глаза, — он же не идиот разъезжать с государственными знаками. Однако на лобовом стекле, ну, на зеркале заднего вида, болтался брелок в виде вишни. — Вишни? — Хонджун усмехнулся. — Ну хоть что-то. Lamborghini в городе, конечно, много, но думаю с брелком вишни — одна. — Напряги свою болотную голову и вспомни, были ли ещё какие-то детали, способные навести нас на правильный путь. — Ким выгнул бровь и выжидающе посмотрел на Кихо. — Мой совет лишь один: будь быстрее, в этот раз, вдруг, не успеешь? — Кихо усмехнулся. Хонджун было сделал новый резкий шаг вперёд, понимая к чему клонит парень, но вовремя остановился и просто выдохнул. Шумно. Он стиснул зубы и покосился на Кихо. — От тебя больше нет толку, у меня все. — Хонджун развернулся и пошёл к выходу. Он остановился, держа руку на дверной ручке. — Оглядывайся почаще, теперь за тобой будут следить и это не угроза. Он вышел наружу и тут же закурил, потому что не мог уже терпеть. Руки не тряслись, но изнутри все бурлило и норовило подорваться. Нужно было немного расслабиться. Ким едва сдержал себя в этом баре. Ещё немного и он бы вывернул этого Кихо наизнанку. Сонхва еще раз лениво осмотрел Кихо, а затем всех присутствующих, кто также смотрел на него. Сонхва задержался на пару секунд, бросая последний оценивающий взгляд на Кихо. — Вопрос последний, — он наклонил голову, будто прикидывая, стоит ли вообще тратить на это время. — Этот Марк… Когда говорил с тобой, он называл кого-то выше себя? Какое-то имя, прозвище, может, «босс», «шеф» или что-то в этом духе? Кихо чуть сощурился, но через мгновение безразлично пожал плечами. — Он сказал только одно: «Я работаю не один». Сонхва медленно кивнул, запоминая каждую деталь, а затем развернулся и направился к выходу. — Эй, детектив! — окликнул Кихо, когда Сонхва уже взялся за ручку двери. — Если найдёте её, пусть будет мне благодарна. Пак на секунду замер, а потом, не оглядываясь, хмыкнул: — Если найдём её, Кихо, тебе лучше залечь на дно. Сонхва задержался у двери, наблюдая за Кихо с холодным прищуром. Затем, словно передумав уходить, он медленно развернулся и вернулся к барной стойке. — Ты же знаешь, как сильно я не люблю недосказанность, Кихо, — его голос был ровным, почти ленивым, но в нём скользила угроза. — Я сказал всё, что… — Кихо осёкся, когда Сонхва подошёл ближе, встал вплотную и наклонился к нему. — Тише, — детектив вытащил из внутреннего кармана пистолет и несильно ткнул дулом под рёбра Кихо, скрывая движение от посторонних глаз. — Если я знаю, что ты что-то скрываешь или вставляешь нам палки в колеса, ты не жилец на законодательном уровне, Кихо. Так что если вспомнишь хоть слово, хоть деталь, которая нам пригодится… Кихо замер, сглотнув. — …Лучше сразу передай мне, понял? — Сонхва улыбнулся, но в глазах не было ни капли тепла. — Да… да, понял, — пробормотал Кихо, стараясь не шевелиться. — Молодец, — Пак отстранился, быстро спрятав оружие, и слегка похлопал его по плечу. — А теперь продолжай играть в свою крысиную игру. Пока есть шанс. С этими словами он вышел наружу, где Хонджун уже нервно затягивался сигаретой. Сонхва молча встал рядом, сунув руки в карманы. — Как ты? — Пак вытащил сигарету из пачки и вставил в губы. Он подкурил и сделал затяжку. — В норме, — Хонджун сделал очередную затяжку, — хоть немного прояснилось и похоже я ещё больше убедился в том, что это он. Больной ублюдок никогда не любил Юн. Ким мельком взглянул на Сонхва и потом перевёл взгляд на улицу перед ними. Начинало темнеть. Фонари загорелись слабым желтым светом и Хонджун проморгался, чтобы привыкнуть. — У тебя наверное все больше и больше вопросов с каждой минутой. — Хонджун усмехнулся и стряхнул указательным пальцем пепел с сигареты. — Да, и я все жду, когда ты меня посвятишь в подробности. — Сонхва хмыкнул, смотря на руки Хонджуна. — Я знаю, что ты мне не доверяешь, но мы сейчас оба заинтересованы в том, чтоб найти Юни. — Мгм, — Хонджун сделал последнюю затяжку и выбросил сигарету в сторону, а затем взглянул на Сонхва, — пошли, ещё есть дела. — Это ты типо так тему перевел да? — Пак фыркнул, выкидывая сигарету. — Или что? Хонджун, я теперь не так уж и заинтересован засадить своего любовника в тюрьму, так что давай все выкладывай. — Что ты сразу завелся-то? — Ким усмехнулся услышав, как его нахвали «любовником». — Будем тут болтать и дождемся какую-нибудь банду, у которой будут чесаться руки? Ким кивнул в обратную сторону, ведущую к машине. — У нас ещё таинственная коробка, ноутбук и телефон. — Хонджун нервно облизал губы. — Надеюсь, там мы найдем ещё ответы и… завтра надо посетить кладбище. Я давно там не был.

***

— Сколько же здесь украденных денег, мамочки… — выдохнул Сонхва, осматриваясь по сторонам. Дом Кима встретил их тишиной и гнетущей роскошью. Здесь не было показного богатства, кричащего о себе в каждом предмете интерьера, но стоило задержать взгляд на деталях, как становилось ясно: каждый сантиметр этого места пропитан деньгами. Дубовые двери с массивными золотыми ручками, темный дощатый пол из лучшей сосны, отполированный до зеркального блеска. В центре зала высилась лестница — величественная, с резными перилами, ведущая на второй этаж. По бокам — огромные окна, задрапированные дорогими шторами, ткань которых тяжело спадала складками. На стенах — картины, явно стоившие целое состояние. И всюду ковры, мягкие, утопающие под ногами, словно в этом доме боялись даже звука шагов. Сонхва провел ладонью по ближайшей колонне, ощущая холод мрамора, и тихо присвистнул. Здесь все было слишком… идеально. Как будто в этой безупречности таилось что-то неправильное. — Ладно. Вот я и попал прямо в западню к хищнику. — Пак усмехнулся, снимая свой черный плащ. — Давай разберемся сначала с коробкой. Потом найдем все, что нужно. И пороемся в комнате Юн, раз уж у нас нет выбора и придется лезть в личное пространство твоей сестры. — Чтоб ты понимал, у неё на двери до сих пор висит знак «не входить, злая собака», — Хонджун закатил глаза, — как повесила его в четырнадцать, так и остался он там. Ким осмотрелся по сторонам и вдохнул поглубже. Как же хорошо быть дома. Усталость сразу накатила на него новой волной и захотелось прилечь, но поспать всегда успеется, сейчас надо спасать сестру. — Пойдём в мой кабинет, — Хонджун повернулся на Сонхва, — нет, погоди, плащ давай. Он забрал верхнюю одежду у Сонхва и быстро скрылся в дверях гардеробной. Спустя минуты полторы он наконец вылез оттуда и потер руки друг об друга. Хонджун натянуто улыбнулся и кивнул в сторону коридора справа. На первом этаже дома находились: кабинет, столовые, гостиные, несколько туалетов и ванных комнат, бассейн со спортзалом, кухня, кладовая и прочее. А вот на втором этаже уже спальни, как хозяйские, так и гостевые. Но сейчас не до экскурсий. Потом. Хотя Сонхва хватит инфаркт, если его по всем коридорам и комнатам водить. Ким посмотрел на идущего рядом Сонхва и усмехнулся от того, как тот причитал себе под нос. — Так, сюда, — Хонджун резко остановился посреди коридора и Сонхва не ожидая этого сделал ещё несколько шагов вперёд, с потом обернулся, — кабинет здесь. — Хонджун выгнул бровь и нажал на золотую ручку, а затем скрылся в дверном проеме. Сонхва закатил глаза и направился за Хонджуном. Он прикрыл дверь и вошел вглубь кабинета, продолжая осматриваться и пытаться запомнить каждую деталь. Рефлекторно. Не специально. Кабинет был просторным, но уютным, пропитанным легким запахом древесины и дорогого табака. Вдоль стен располагались массивные книжные шкафы, доверху забитые томами – от классической литературы до современных исследований по психологии и финансам. В центре стоял широкий письменный стол, заваленный бумагами, ноутбуком и парой чашек. Видимо с остатками кофе. Пак сел на кресло в центре кабинета, около которого был журнальный стол. Он откинулся на спинку и закинул ногу на ногу, наблюдая за Кимом. — Еще один твой кабинет. Когда-нибудь и до спальни дойдем. — не удержался Сонхва, играючи отводя взгляд. — Ладно, давай уже с этой коробкой разберемся. Хонджун усмехнулся и посмотрел на Сонхва исподлобья: — Не будешь нудить и изводить меня, проведу экскурсию и покажу свою спальню. Ким сел в свое кресло и завалился на его спинку, а затем выпрямился и вытянул руки вперёд. Он начал разгребать все бумаги, складывая их, а затем отставил и чашки в сторону. Коробочка, которую ему вручил Пак, когда они вошли внутрь покоилась с краю стола. Хонджун взял её в руки и поднялся с места, проходя в сторону Сонхва и садясь на второе кресло. Он наклонился вперёд, опираясь локтями на колени и положил коробочку, тут же потянув за синюю бархатную ленту. Они переглянулись и Хонджун махнул рукой. — Да ерунда, представляешь, если там просто какая-то херня, а мы так реагируем? Хонджун аккуратно взялся одной рукой за крышку, а второй за дно и потянул в разные стороны. Верхняя часть не хотела поддаваться и ему пришлось постараться, чтобы открыть. Он дернул чуть сильнее, чем следовало и что-то выпрыгнуло из коробки. Ким ругнулся себе под нос, услышав, как нечто металлическое покатилось куда-то в сторону по полу. Хонджун поставил коробку, не смотря в неё и понесся в сторону, где раздался звук. Сонхва тем временем полез внутрь коробки, чтобы посмотреть то, что там ещё лежало внутри, а Ким присел на корточки осматриваясь вокруг. — Сука, что и куда улетело, я же слышал. — Он прогнул шею вниз и посмотрел по сторонам. Хонджун опустил руки и колени на пол, а затем припал головой на паркет, чтобы легче было смотреть. — Нашел! Он поднялся с пола и быстро добрался до желтого маленького пятнышка. Хонджун поднял предмет наверх и положил себе в ладонь, хмурясь. Рассмотрел его со всех сторон и сглотнул. — Плохие новости, — он рассмотрел кольцо с белым камнем посередине, — это точно послание. Кольцо матери, которое Юн никогда не снимала. Это оно. Сонхва медленно поднял взгляд от коробки, а затем перевёл его на кольцо в руке Хонджуна. — Ты уверен? — Голос у него прозвучал тише, чем он хотел. Хонджун кивнул, крепче сжав кольцо в пальцах. Сонхва нахмурился и осторожно заглянул в коробку, ожидая увидеть что-то ещё, но внутри осталась лишь записка, сложенная вчетверо. — Здесь что-то есть. Хонджун мигом оказался рядом и быстро перехватил листок, развернув его дрожащими пальцами. Буквы, выведенные чётким, но слегка торопливым почерком, были короткими, но резкими, словно выстрел: "Не ищите меня." Тишина в кабинете сгустилась, как тёмная вода, затягивающая в себя. — Это она, — пробормотал Сонхва, пробежав взглядом по словам ещё раз. — Почерк её. Блять. Её заставили это написать. Ты же понимаешь, что я могу снять отпечатки с этого куска? — Погоди, погоди, — Хонджун выдохнул и снова взглянул на кольцо, а затем на записку, — надо считывать, но если её держал Джи— этот придурок, то базу не найдут и я больше чему уверен, что так и было. Помнишь, я же говорил, что он считается мертвым с детского возраста, да? Блять. Ким не глядя осел на пол, приземляясь на мягкий ковер. Он вручил Сонхва уже помятую бумажку и снова посмотрел на кольцо в своей ладони. Гравировка внутрь давила на мозг. Сука. — Им не жить, сука. Ему не жить. — Хонджун встрепенулся и поднялся на ноги. — Стоять. — Пак дернул Кима за брюки и потянул на себя. — Если база его не найдет, то это улика против него. Все есть в базе, кроме него. Если отпечатков в базе не будет, то это прямое доказательство его причастности. Разве нет? — И что нам это даст? Да, это подтвердит догадки, давай это сделаем, но это не поможет их найти. — Ким посмотрел сверху вниз на Сонхва, сидящего в кресле. — Но, ты прав, начнем с малого. — Каждая мелочь сейчас нам что-то даст. Не спеши. Сам постоянно мне говоришь про спешку. — Хва усмехнулся. — Что там с ноутбуком её? — В комнате рюкзак, как и все остальное. — Хонджун закатил глаза. — Пойдём. — Ух ты, новая локация. И чего опять глаза закатываешь? Надоел тебе? — резвился Пак, явно получая внутреннее удовлетворение. — Я тебе уже все сказал, — Хонджун вновь закатил глаза, — реально настоящий чертенок и все этим сказано. Пошли. Ким развернулся на пятках своих туфель и направился к выходу из комнаты. Сонхва быстро нагнал парня и последовал за ним, начиная снова рассматривать все вокруг анализируя и прицениваясь. Ничего не мог с собой поделать. Они вернулись в главный холл и Хонджун свернул к лестнице. Звуки каблуков эхом отзывались от стен. Как же было тихо. Для Пака крайне непривычно. Слишком много пространства, незаполненного ничем. Это давило на голову и доставляло немного дискомфорта. Парни вышли в коридор второго этажа и Хонджун молча повернул налево. Ким сложил руки в карманы и напевая себе под нос, пошёл вперёд. — С этой стороны комната Юн, пара гостевых, игровая и её библиотека, ещё гостевая ванна. — Хонджун показывал рукой на комнаты и потом остановился перед белой дверью с золотой ручкой, на которой и вправду висела табличка. — Тут невозможно ошибиться в дверях. Сонхва усмехнулся, рассматривая табличку. Дверь открылась, и они вошли внутрь. Комната Юн выглядела так, будто её хозяйка вышла всего на пару минут, но при этом хранила в себе тёплый хаос повседневной жизни. На окнах висели лёгкие белые шторы, пропускающие мягкий свет, отчего вся комната казалась наполненной уютным сиянием. Гирлянды с тёплыми лампочками змейками тянулись вдоль стен, обрамляя книжные полки и зеркало. На этих же полках, помимо книг, стояли маленькие фигурки, свечи и баночки с какими-то сушёными травами. Кровать Юн утопала в подушках самых разных размеров и цветов — от нежных пастельных до ярких, бросающихся в глаза. Плед с лёгкой бахромой был сброшен на край, а поверх него лежала раскрытая книга, будто девушка прервала чтение и забыла убрать её на место. Стол был завален листами, блокнотами и случайными мелочами: обломками цветных карандашей, скрепками и чашкой с остатками чая. Рядом с клавиатурой валялись наушники, а рядом стоял маленький вазон с суккулентом, за которым явно ухаживали. Но больше всего бросались в глаза стены. Одна из них была полностью оклеена фотографиями, записками и какими-то обрывками билетов. Всё это было прикреплено хаотично, без идеального порядка, но в этом и был её стиль — живая история в коллаже из важных моментов. В комнате пахло чем-то тёплым — смесью ванили, корицы и лёгкого аромата бумаги. Здесь было ощущение дома. Личного, тёплого, настоящего. — Комната прям как она. — не удержался Сонхва, рассматривая каждую деталь. Он скучал по ней. — Вижу рюкзак. — Пак кивнул в сторону шкафа, около которого покоился раскрытый рюкзак. — И, кстати, я бы изучил стену. Вдруг она что-то писала там. Хонджун рассматривал комнату так, будто бы видел её впервые. На лице возникла мягкая улыбка, которая была доступна лишь младшей сестре. Где же ты Юн? Здесь пахло ей. Пробирало до мозга костей этим родным ароматом. — Посмотрим, посмотрим, но все постепенно. — Ким нахмурился. — Мне казалось, что я закрывал рюкзак, после того, как принёс его сюда и проверил содержимое. Он быстрым шагом пересек просторную комнату и дернул рюкзак за петельку вверх. Хонджун принялся перебирать вещи. Книжки, тетради, пенал, всякая женская чушь и косметичка. Ноутбук. — Сонхва, телефона нет. — Ким поднял глаза. — Я клянусь, что он был здесь. Его невозможное не заметить. — Когда ты проверял рюкзак? — Пак подошел ближе, опускаясь на колени. — Точно? Ты уверен? — В день, когда она пропала, мне его отдали и он там был, — Хонджун нахмурился, — я принёс рюкзак домой. Сел у неё в комнате и ещё раз все перебрал, я рассматривал ее вещи, но не залезал в это все. Блять. Внутри персонала есть крыса, либо кто-то пробрался внутрь. Сонхва провёл ладонью по лицу и тихо выдохнул, осознавая, насколько всё запутано. — Ты думаешь, это кто-то из своих? Хонджун мрачно усмехнулся и резко захлопнул рюкзак, с силой утягивая молнию. — Значит, теперь у нас не просто пропавшая Юн. У нас кто-то, кто следил за ней и, возможно, причастен к её исчезновению. — Пак сжал губы в тонкую нить. — И это действительно кто-то из «твоих». — Есть очень большое желание отправить всех на допрос к Сан-и, но ты не одобришь, — Хонджун выгнул бровь, — хотя остановит ли это меня? Сонхва недовольно посмотрел на Хонджуна и тот снова закатил глаза. Казалось, что ещё чуть-чуть и глаза останутся внутри. — Так, сейчас ноутбук, а потом будем думать, что делать. — Ким выдохнул и пронес технику ко столу, ставя его поверх каких-то листов и тетрадей. — Никаких Церберов Санов, пока у нас есть возможность решить все более-менее человеческим путем. Если уж так не выйдет, то воспользуемся твоим дружком. — Сонхва подошел ближе к столу. Когда Хонджун сел за стол, Пак обхватил спинку руками и стал наблюдать из-за спины. Ким открыл ноутбук и принялся рассматривать рабочий экран. — Надо заходить в социальные сети. Я не думаю, что у неё тут есть документы по взлому Пентагона. — Пак внимательно следил за пальцами Хонджуна, которыми он водил по сенсору. — Я ничему уже не удивлюсь, но проверять действительно надо почту и диски, вдруг, что там будет. — Хонджун нажал на иконку браузера и зашел в почту. Ничего особенного там не было: рассылки, письма от однокурсников, преподавателей, чеки за заказы в магазинах. — Вообще ничего интересного. Тут все ещё и отчищено. Она любительница удалять письма практически сразу. — Хонджун зашел в корзину. — Тоже пусто. — Это какой-то тупик. — Пак глубоко вздохнул, практически в макушку Хона. — Есть похоже только смысл в том, чтоб устраивать где-нибудь западню, да по всему Сеулу искать её. Пытаться все же выбить правду из твоего персонала. — Персонал, бумажка, с посланием, которую нужно пробить… — Хонджун вздохнул, стараясь ничего не упустить. — Запроси у Ёсана, чтобы пробили все проданные, завезенные, да как угодно попавшие в Сеул, чёрные Lamborghini. Это тоже поможет делу. Но это. — Хонджун указал на экран ноутбука. — Гиблое дело, здесь ничего нет. Потом попробую ещё полазить, вдруг что найду, но мы сейчас только зря потратим время, которого и так нет. — Ладно, как скажешь. — Сонхва отпрянул от стула и отошел к окну, за которым уже было темно. — Без меня персонал не опрашивай. Окей? С машиной мы разберемся в участке. И с бумажкой. — Я сам и не собирался его опрашивать, это будет Сан-и. — Хонджун поднялся со стула и закрыл крышку ноутбука. Он прошелся вдоль комнаты и задержал взгляд на стене с бумажками, записками и плакатами. — Хонджун. Я же сказал, не надо Сана подключать пока что. Что же ты упертый баран такой? — Пак фыркнул, наблюдая за Хонджуном. — Это самый простой способ! — Хонджун всплеснул руками. — И менее энергозатратный. Чего толку опрашивать их твоим путем? Я даже не уверен, что они воспримут… — Если бы мой способ был не действенным, я бы не закрыл столько дел с преступниками. — Пак закатил глаза и сложил руки у груди. — Ты думаешь, все решается только с помощью силы? Тогда у меня плохие новости. Не вынуждай меня читать тебе лекции о добре и зле. — А кто сказал, что Сан применяет силу с самого начала? Мы не изверги, напоминаю. — Хонджун усмехнулся. — Делать выводы по первому взгляду, дело последнее, Пак Сонхва. Что-то я так не делал с тобой, а ты из раза в раз делаешь обратное с нами. Хонджун усмехнулся. — Ладно, мне похуй. Если не сработает, то Сан-и не придётся уже разматывать им языки, а сразу будет заходить с обходных путей. — Хонджун посмотрел в сторону двери. — Что-то ещё ты здесь посмотреть хочешь? — Я не делаю поспешных выводов, Хонджун. Ничего не оправдает то, чем вы занимаетесь. — Пак вздохнул. — Ничего. Я поеду в участок. Сонхва прикусил губу, а затем развернулся и подошел к двери, взявшись за её ручку. — Если что узнаем, дам отмашку. И после — удалился, оставив Хонджуна наедине с собой.

***

— Итак, я правильно понимаю, что вы побывали у дома Ёнджуна? — Ким развалился на диване в своей гостиной и закинул ноги на подлокотник. — Его нашли? — Мы были возле дома, вокруг дома. — Сан начал загибать пальцы. — Стучались внутрь, но на десятый раз, на нас наорала соседка и сказала, что старик не появлялся уже двое суток дома. — Интересно… опять себе мозги все пропил и отсыпается где-то? — Хонджун посмотрел в потолок. — Не знаю, но мы ничего не нашли от слова совсем. — Сна пожал плечами и устроился поудобнее в кресле. Он съехал чуть вниз, разводя ноги по сторонам и складывая руки у себя на животе. — Блять, это какой-то замкнутый круг. — Ким закатил глаза. — И Пак молчит со вчерашнего вечера. — Не нравится мне он. — Поморщился Сан. — Не могу перестать подозревать его из-за того, что он полицейский. — Зато, по всей видимости, он нравится нашему Хонджуну. — Юнхо по-лисьи усмехнулся. — В чем ты его подозреваешь, Сан-и? Засадит нас в тюрьму? Чего мы боимся? К нам половина властей ходит. Боже. Нашли из-за чего париться. — Нравится Хонджуну? — Сан непонимающе выгнул бровь. — Он же вроде женат или… — Че? — У Хонджуна затряслись губы. Он правда пытался сдержать смех. Юнхо отвел взгляд в сторону, нахально давя улыбку и прикрывая лицо рукой. Вот же наивный… — Что? Женат? Сан-и, ты реально поверил в то, что он женат и искал у нас украшения для жены? Ты же знал, что он детектив. Ему же нужен был предлог. — Юнхо выдохнул и сумел сдержать смех, вздымая брови кверху около переносицы… — Да блять, заткнитесь оба. — Сан нахмурился и отвел взгляд. — Сан-и, я с тебя в ахуе, честно, — Хонджун вытер левый глаз, на котором начала проступать слеза от смеха, — а если серьезно, то я вообще не переживаю за наше благополучие. Во-первых, он заинтересован в поисках Юн, во-вторых, тк она моя сестра, это тоже не позволит ему посадить нас. Что логично и… в любом случае, ему это не удастся, даже если что-то коротнет. — Кольцо при тебе? — Сан повернулся к Хонджуну. — Да, я его спрятал в столе. Обокрали ребёнка от одного единственного предмета связывающего ее с матерью. — Ким закатил глаза. — Она наверное им там уже все мозги выебала. И я ей горжусь. — Устранять принцессу никто не будет. При чем такую. При чем твою сестру. Максимум, что могут сделать — украсть её и прятать. — Юнхо повел бровью. — Поэтому я, почему-то, более чем уверен, что она физически в порядке. Надо просто ехать в тот район и переворачивать там все к хуям. Че мы мнёмся? Кто-то да точно что-то знает или работает на милого бывшего твоего. — Да там все вымершее и… сто процентов ее там нет, — Хонджун нахмурился, — Кихо сказал что-то про кладбище и девочки тоже говорили, мол последнее время Юн постоянно к родителям ездила. Я вот задумался, либо она что-то знала и боялась, либо что-то спрятала там, зная, что никто кроме нас не знает об этом месте. Сами знаете, что она вообще могилы терпеть не может, а тут целую неделю почти моталась туда? — Странно… но я согласен с Юнхо, — Сан подтянулся на кресле и поджал одну ногу к себе, — почему мы не можем просто вытрясти весь тот район? Так бы дело пошло гораздо быстрее. — Потому что теперь с нами работают два противных детектива, которые, к тому же, помогают нам в чем-то. Они должны пробить тачку этого Джихуна— Марка, я так и не понял как его точно зовут, и пробить записку, которая была вместе с кольцом, — Хонджун облизал губы, — пока нам удобно — будем сотрудничать. — Они нам помогают или мешают, я так и не понял. — Юнхо закинул ногу на ногу, вальяжно расположившись на диване. — Значит на кладбище нужно. Но район я бы все равно перевернул. Особенно после вашего разговора с Кихо. — Я сама никак не разберусь, честно говоря, — Хонджун закатил глаза, — кстати следите за персоналом в доме, тут есть крыса, стащившая телефон из комнаты Юн. Теперь я запираю её комнату на ключ от греха подальше. — В смысле? Среди наших? — Юнхо округлил глаза, невольно сжимая кулаки. — Пиздец. Надо срочно его вычислить и убрать с корабля. Сан, ну-ка, настраивай свою чуйку, Цербер. — Понял, — Сан нахмурился и вздохнул, — вот суки. Не тех предали. — Ну прям злодей. — Юнхо посмотрел на Сана, усмехнувшись. — Ладно, что делаем дальше? Вы помните, что у нас запланирован большой прием. И, кстати, может узнаем что интересного. Да и Господин Ли… Почему он передал тебе это? Среди наших клиентов может тоже кто водится. — О да, скоро начнется рассылка приглашений на аукцион, — Хонджун расплылся в довольной улыбке, — осталась всего неделя. Я предвкушаю этот вечер. Есть идеи для дресс-кода? — Опять ты за свое? В прошлый раз заставил в белое наряжаться, так я шугался от этих дамочек в белом, как от призраков. — Сан дернул губой. — Черный, красный… на крайний случай фиолетовый? — Думаю надо бордовый брать, намекнем крысам. — Хонджун задумчиво посмотрел на свои короткие ногти. — Тонко и красиво. — Какой же ты… — Какой Сан-и? — Хонджун выгнул бровь и повернул голову. — Больной. — Я за бордовый. — Юнхо усмехнулся, поправляя челку. — И своих девочек и мальчиков тоже одену в бордовый. Сука. Я доволен. И Сан по-прежнему думает, что Хон больной? — А может маски? — Чон заёрзал на диване. — Почему в чувствую на языке кровь. Мне кажется, что-то пойдет не по плану. — Маски? Надо видеть эти лица, — Хонджун нахмурился, — из тени им будет проще действовать. Всех нарядить в бордовый, а вот мы… можем добавить маски, как главные Дьяволы торжества. — Вы помешанные оба, клянусь. — Сан выставил руки перед собой. — Но я наряжу свой детский сад, так уж и быть. — Сан, ну это же секси. Разве нет? — Юнхо тихо засмеялся. — Я вот очень хочу повеселиться. Очень. И кого-нибудь подцепить. — Да когда это я был против развлекухи? — Сан усмехнулся. — Эй, Хонджун, нарядишь своих красавчиков барменов в бардовый? Умоляю, скажи, что в этот день смена Минги и Уёна. — Да, это будет… — Хонджун задумался, просчитывая дни смен. — Их день. Уже предвкушаю. Мне кажется многие только ради них и приходят. Они были моим лучшим решением несколько лет назад. — Вы понимаете, как мы сейчас звучим? — нахально ухмыльнулся Чон, зацепившись взглядом за граненный стакан с янтарной жидкостью. — Я сейчас с ума сойду, что ещё целая неделя ожидания. Ким, а ты детектива своего позовешь? — Юнхо мельком глянул на Хонджуна. — Ему, как члену нашего клуба, тоже придёт письмо, — Хонджун пожал плечами, — а что, хочется полюбоваться? — Конечно, такая экзотика-то в нашем мире. — Юнхо усмехнулся. — Проведу его в бордель. — Даже так? — Ким выгнул бровь и повернулся к другу. — Ну попробуй, развлеки его. Мне даже интересно теперь. — О да. — мечтательно потянул Юнхо и раскинулся на диване, съехав чуть ниже. — Получается, ждем и молимся?

***

Ёсан опрокинул голову на стол и кружка со звоном подпрыгнула на поверхности. Кан приподнял нос, чтобы убедиться, что та не упала и снова припал лбом к дереву. Не глядя руками он разворошил листы вокруг себя и простонал себе под нос от усталости. — Откуда этих спорткаров столько развелось? Мы до конца жизни его искать будем. — Бубнил он в стол. Он прошерстил всевозможные базы, которые имел в доступе. Уже насчитал около трех ста одинаковых машин и тех, которые могу т хоть отдаленно подойти под опасение. Еще и бренд не делал легче, создавая несколько видов тачек, на которых мог разъезжать их Марк или Джихун. Никто так и не разобрался, как его зовут на самом деле. — Сонхва, что там с листком? — Кан поднял голову и уперся в стол подбородком. — Ну я вижу отпечатки. Пока что не пробивал. — Сонхва подцепил записку пинцетом и, прищурившись, стал рассматривать. — Что-то я так заебался, честно говоря. Ничего не хочу. Столько информации и ноль улик. Что за пиздец?! — Может быть мы не так ищем, а? — Ёсан перевёл взгляд в сторону на часы и снова на друга. — Типо знаешь, как в том деле, когда все факты и улики были перед глазами, а мы из кожи вон лезли, пытаясь найти все там, где этого не было. — Я вот думал об этом уже, Ёсан-и. — Сонхва опустил бумажку на стол. — Подожди, не отвлекай. Сейчас я посмотрю отпечатки ещё раз. Сонхва прищурился, слегка сдувая излишки графитового порошка, чтобы не размазать рисунок. Затем он потянулся к другому карману и достал прозрачную плёнку с липким краем. Аккуратно отрезав нужный кусок, он склонился над бумагой, надавил плёнкой на отпечаток и медленно её отклеил, забирая рисунок линий и завитков. Держа плёнку за края, он посмотрел на неё на свет, хмурясь. Отпечатки были, но вопрос теперь был в другом — кому они принадлежат? Сонхва поднялся из-за рабочего стола и пересел за один из терминалов, быстро ввёл логин и пароль. На экране отобразилась база данных. Он открыл вкладку с идентификацией отпечатков и достал пластиковый конверт. — Ладно, посмотрим, кто ты такой, — пробормотал он себе под нос. Вставив плёнку в сканер, он активировал программу распознавания. Машина загудела, анализируя рисунок линий. Сонхва откинулся в кресле, сцепив пальцы в замок. Он знал, что это займёт несколько минут. Но когда на экране высветился результат, у него похолодело внутри. Совпадений не найдено. — Сука! — Пак хлопнул ладонью по терминалу. — Что? — Ёсан подорвался с места и его кресло ужарилось об стену позади него. — Что такое?! Кан подбежал к другу и оперся на спинку стула, на котором тот сидел. Ёсан прищурился, вглядываясь в слова и перепроверил ещё несколько раз, то, что увидел. — В смысле «совпадений не найдено»? — Он нахмурился. — Как такое возможно? — Да, блять, не найдено. — Пак сжал кулаки, а затем, сделав вдох, заставил себя расслабиться. — Значит Хонджун был прав. Это его бывший. Он не числится в базе, уёбок. — Бывший? О. — Ёсан сделал шаг назад от стула и запрокинул шею, упираясь руками в свои бока. — А имя он так и не сказал? Может хоть бы смогли историю несчастного узнать? И найти ещё какие-то зацепки? Ты так и не выведал ничего? —Я не знаю. — Пак встал из кресла, направляясь к кофе-машине. — Нам, в любом случае, его биография ничего не даст, если он умер якобы в пять лет. Только время потратим зря. — Сонхва фыркнул, нажимая на кнопку приготовления очередного крепкого зернового напитка. — Я бы лучше сейчас водки выпил. — Так что мешает в бар к ненаглядному наведаться и заодно новостями поделиться. — Ёсан ехидно взглянул на Сонхва. Кан начал ходить взад вперёд по кабинету, думая о том, что им собственно теперь делать дальше. — И что? У нас ступор? — Ёсан повернулся к другу и одернул лацканы своего пиджака. Внезапно в дверь постучали и Кан дернулся от неожиданности звука. Он обернулся к двери и закатил глаза, ожидая, что сейчас им впихнут очередное дело. — Войдите! — Ёсан переглянулся с Сонхва в немом диалоге и снова вернулся вниманием к двери. В проеме появилась голова молодой секретарши. Она проморгалась и только затем зашла внутрь, не закрывая за собой дверь. — Что такое? — Вам тут… — Она выставила два черных конверта с черной печатью перед собой. — Письма принесли? — Письма? — Кан выхватил угольные конверты из рук шатенки. — Кто вообще в здравом уме в наше время письма посылает? Кан покосился на друга, потягивающего кофе из кружки. — Иди, Ынсу. — Девушка помешкалась. Видимо настолько было интересно. —Спасибо. Секретарь сжалась от взгляда Ёсана и быстро захлопнула дверь, убегая прочь. Кан ещё раз посмотрел на письма в своих руках и протяжно вздохнул. — Это че? Ещё скажи, что это от Хонджуна. — Он бросил письма на журнальный столик. — Номерами обменяйтесь по-братски уже, заебали. — У меня есть его номер. — Пак искреннее рассмеялся. — Это из бара его, видать. — Сонхва взял одно письмо со столика и принялся его раскрывать. Когда печать была снята, он открыл конверт и вытащил оттуда приятный на ощупь лист дорогой бумаги, на которой аккуратно были выведены чернилами буквы. — Приглашение на аукцион, Кан. Какая-то масштабная попойка в вип-ложе. — брюнет закатил глаза. — Ладно, пойдем на это мероприятие. Заодно поделюсь с Кимом тем, что нашел. — Попойка? — Кан энергично открыл свое письмо. — Это уже через два дня! Сонхва, бордовый? Интересно, что за задумка у этого криминального гения? — А ты чего радостный такой-то? — Сонхва покосился на друга, пытаясь осудить, но у него невольно полезли уголки губ наверх. Забавный. — Бордовый… Интересно. Ну, явно они затеяли какую-то шалость. И явно незаконную. — Ой, забей уже, а. — Ёсан закатил глаза. — Мы уже и так сами не шибко по закону следуем. Один спит с самым опасным челиком, у которого буквально весь Сеул под задницей, а я… я просто закрываю на все глаза и на сережки стоимостью в остров тоже. И подначиваю, общаясь с ним и делясь информацией. — Достойно звучит, Кан. Я сплю с человеком, управляющим Сеулом. Представляешь? — Сонхва вздёрнул подбородок, усмехаясь, а затем тихо добавил. — Пиздец, что происходит… А про сережки я вообще забываю. — Все? Привык? — Ёсан наигранно-возмущено приложил ладонь к сердцу. — Как же так! — Так, тихо. — Сонхва сморщил нос и посмотрел на друга. — Что ты делаешь в детективах? Надо было в актерский, чтоб вся голивудская труппа уволилась при виде такого ангела, как ты. — Ой, заткнись. — Кан махнул на друга рукой. — Как же хорошо жить. Я уже думал, что сойду с ума в этом кабинете, а тут, получается, можно выпить? Хотя… блять. Работать придётся. — Я хочу напиться, Кан. Очень сильно. — Пак сел на кресло и откинулся на спинку, прокатившись до своего стола. — Напиться, заняться сексом и лечь спать. Это всё. Такие вот три желания. Надеюсь, их осуществит джин Ким Хонджун. — Без подробностей, прошу. — Ёсан закатил глаза. — Договорились, в эту ночь субботы мы не работаем. Теперь я только и буду жить этим днём. Можно меня заворачивать. — Значит запасаемся терпением и ждём судной ночи, Кан. — Пак усмехнулся, разминая пальцы на руках. — Ведь она уже близка.